Наруто. Путь к футболу

22 февраля 2022 года. Городской стадион Конохи. J1 Лига, 1-й тур. Раздевалка гудела. — Парни, это «Токио Юнайтед», у них бюджет в десять раз больше нашего, — капитан команды, ветеан Сакумо, обводил взглядом молодёжь. — Но нам плевать. Мы выходим и делаем свою работу. Наруто сидел на скамейке, натягивая гетры. Пальцы слегка дрожали. Не от страха. От предвкушения. Семнадцать лет. Дебют в основе. Высшая лига. Он поднял голову и посмотрел на табло в углу раздевалки, где крутили нарезку с тренировки. Там был он: рыжая макушка мелькала быстрее всех, бил с обеих ног, не щадя вратаря. «Смотри на них, Наруто». Голос отца возник в голове внезапно, как всегда. Наруто закрыл глаза. *** 2015 год. Задний двор дома Узумаки. Наруто — десять лет, маленький, рыжий, с вечно разбитыми коленками. — Пап, они сказали, что я слишком мелкий для футбола. Сказали, чтобы шёл в баскетбол или вообще в борьбу. Минато Узумаки, в прошлом легенда японского футбола, ныне простой тренер в местной спортивной школе, присел на корточки перед сыном. Он улыбнулся своей мягкой улыбкой и положил руку ему на плечо. — А ты что им ответил? — Ничего. Просто ушел. — Плохо. Наруто, запомни: в футболе не рост решает. Решает вот что. — Минато постучал пальцем по груди сына, в район сердца. — И вот что. — постучал по виску. — Ты можешь быть маленьким. Но ты должен быть быстрее. Хитрее. Наглее. Понимаешь? Наруто шмыгнул носом, но кивнул. — А если они снова будут говорить про рост? Минато усмехнулся: — Тогда забей им гол. А когда будешь убегать, обернись и улыбнись. Как я. Минато подмигнул, и в этот момент Наруто впервые почувствовал: он докажет. Всем. И тем мальчишкам во дворе, и тренерам в академии, куда его не взяли, и всей Японии. — Узумаки! — голос тренера Какаши вернул его в реальность. — Ты выходишь в основе. Слева. Будешь терзать их правого защитника. Он старый, медленный, но хитрый. Не лезь в тупые стыки, играй умом. Наруто вскочил. — Есть, сэнсэй! — И ещё, — Какаши сощурил единственный видимый глаз поверх маски. — Саске будет справа. Не забывайте, что вы в одной команде. Ваши личные разборки оставьте за полем. Саске, сидевший напротив, хмыкнул и демонстративно отвернулся. Тёмные волосы падали на глаза, взгляд был устремлён в стену. Наруто и Саске играли вместе с двенадцати лет. Сначала ненавидели друг друга. Потом поняли: если они вместе — их не остановить. «Шикарный дуэт», — так их называли в прессе ещё в юношеской лиге. Наруто — скорость, дриблинг, бешеный напор. Саске — техника, холодный расчёт, филигранный удар. Они могли меняться позициями по ходу матча: сегодня Наруто вингер, Саске в центре — завтра наоборот. Защитники сходили с ума. Но в раздевалке они всё ещё могли не разговаривать неделями. — Выходим, — капитан хлопнул в ладоши. Туннель вел на поле. Гул стадиона нарастал с каждым шагом. Наруто вышел на газон, и свет прожекторов ударил в глаза. Двадцать две тысячи зрителей. Кто-то свистит, кто-то скандирует. И среди них — отец. Наруто знал, что Минато сидит на восточной трибуне, в секторе для семей. Обычно спокойный, с вечным блокнотом, где записывает каждый его шаг. — Эй, мелкий! — крикнул кто-то с трибун. — Возвращайся в молодежку, сосунок! Наруто улыбнулся. «Забей им гол. А когда будешь убегать, обернись и улыбнись». Судья дал свисток. 15-я минута. Счет 0:0. Наруто получил мяч на левом фланге. Напротив — тот самый ветеран, лысый защитник с кривым шрамом на брови. Он сразу пошел в корпус, пытаясь задавить массой. — Куда собрался, мелочь? Наруто сделал вид, что уходит в центр, защитник клюнул, сместил вес — и в этот момент Наруто резко дернул мяч обратно, проскочил между защитником и бровкой, как иголка сквозь ткань. Скорость. Лысый остался позади. Наруто ворвался в штрафную. Второй защитник летел в подкате. Можно бить. Но он краем глаза увидел справа темную макушку. Саске. Наруто катнул мяч низом в центр штрафной, точно между двух защитников «Юнайтед». Идеальный пас. Саске вышел на мяч. Без разбега, без замаха — просто хлесткий удар внутренней стороной стопы в дальний угол. Вратарь прыгнул, но мяч уже был в сетке. ГОООООЛ! Стадион взорвался. Саске даже не улыбнулся, просто поднял руку в сторону Наруто. Наруто подбежал и, игнорируя все их разногласия, хлопнул его по плечу: — Не плохо, принцесса! — Хватит меня так называть, балбес, — буркнул Саске, но уголок губ дрогнул. Второй тайм. 67-я минута. «Коноха» ведет 2:1. Тренер «Юнайтед» перестроил игру, выпустил свежего защитника специально под Наруто. Молодой, наглый, быстрый. Он встречал Наруто уже на его половине, не давая разогнаться. — Давай, рыжий, покажи, на что способен, — шипел он. Наруто злился. Терял мяч. Один раз его срубили в подкате — судья не свистнул. Второй раз он перемудрил с дриблингом и упустил момент для паса. Какаши с бровки орал: — Успокойся! Играй проще! «Не лезь в тупые стыки, играй умом». Наруто выдохнул. Огляделся. Саске справа закрыт двумя. Центр забит. Но слева — зона. Если он сейчас рванет без мяча, защитник побежит за ним, откроется пространство для... Наруто махнул рукой опорнику, требуя пас вразрез. Мяч полетел. Наруто рванул. Защитник побежал следом. Наруто добежал до лицевой и вместо удара или прострела — пяткой, не глядя, откинул мяч назад, на линию штрафной. Туда уже врывался Саске, который незаметно сместился с фланга в центр. Удар. 3:1. Саске подбежал к Наруто и на этот раз сам протянул руку. Наруто схватил её. — Неплохая скидка, — сказал Саске. — Ты просто вовремя открылся, — осклабился Наруто. Впервые за долгое время они улыбнулись друг другу. По-настоящему. Финальный свисток. 4:1 — победа «Конохи». Наруто стоял в центре поля, задрав голову к небу. Футболка мокрая насквозь, на боку синяк от столкновения, ноги гудят. К нему подбежали журналисты, сунули микрофон: — Наруто, твой дебют в основе! Две голевые передачи! Какие эмоции? Он выдохнул, улыбнулся той самой улыбкой — наглой, открытой, искренней. — Это только начало, даттебайо! Мы с Саске еще покажем всем, на что способны. В этом сезоне мы возьмем титул. А потом... — он посмотрел куда-то вдаль, за пределы стадиона, за пределы города. — Потом будет Европа. Но это уже другая история. На трибуне Минато Узумаки закрыл блокнот и улыбнулся. — Молодец, сын.