Непонятый

Томми крутит бутылку, и она указывает на Гвен.  — Правда или действие, Холт? — не предвещающая ничего хорошего ухмылка застилает его рот.  Гвен поднимает на него скучающий взгляд. Хочется рассмеяться ему в лицо, ведь парень наивно полагает, что сможет её смутить.  Даже Харгроув сейчас временит с грязными словечками, словно предсказывая отсутвие бурной реакции. Просто сидит напротив и сверлит своими голубыми глазами. Даже курить перестал, надо же. Гвен недолго смотрит в ответ своими синими, как морской шторм, а потом переводит взор на Томми.  — Правда.  Кто-то слева разочарованно цокает. Гвен еле удерживается от того, чтобы закатить глаза.  — Хорошо, — и опять эта мерзкая ухмылка Томми, — опиши Харгроува одним прилагательным. Все играющие в бутылочку начинают улюлюкать в предвкушении того, что Гвен наконец признает Билли сексуальным.  — Непонятый, — бездумно слетает с её губ, которые она тут же смыкает, как будто это вернёт слово обратно.  Осознание сказанного приходит сразу. Она озвучила одну из своих сокровенных мыслей на тусовке среди хмельных подростков, да ещё и будучи трезвой. Идеальнее не придумаешь. Уже нутром чует: самую малость пьяный Харгроув жаждет выстроить план её уничтожения.  Гвен кажется, что она находится под толщей воды, и всё происходит в замедленной съемке: ничего не слышно, движения тел расплываются перед глазами. Почему, черт возьми, ничего не слышно? Неужели все молчат?  Действительно, в воздухе повисла тишина, но лишь на секунды. После все разразились смехом. Вернее, почти все. Не смеялись только двое.   Кто-то несильно бьёт её по плечу. Это выводит девушку из транса, и она поворачивает голову вправо к источнику удара. Клэр искренне улыбается и произносит: — Отличная шутка.  — Это точно! Холт, даже засчитаю тебе этот ответ. Теперь крути бутылку, твой ход, — поддакивает своей девушке Томми.   Пронесло. Публика и правда такая тупая, какой кажется.  Но тупые не все. Гвен наконец решается посмотреть перед собой. Как и ожидалось, Билли более чем недоволен — он взбешен: пульсирующая жилка на шее, наряженное лицо, губы сжаты, взглядом можно убивать.  Гвен думает, что ей не хочется драться с Харгроувом. Точнее, не хочется позорно валяться с синяками на холодном асфальте. Её боевая подготовка не так хороша, как хотелось бы. Точно не против Билли.  Срочно нужно выскочить на свежий воздух, чтобы перекурить и успокоиться. В конце концов, она же не сказала вслух, что догадывается о его проблемах дома. Одно прилагательное — это так, фигня. Пусть кудрявый остынет нахрен.  — Нет, ребят, дальше без меня, — она хлопает ледяными ладошками по острым коленям и поднимается с места.  Игнорируя недовольные вздохи одноклассников, Холт быстро идёт к выходу. Спускается с крыльца и прислоняется спиной к наружной стороне дома. К счастью, на участке ни души: все веселятся внутри. Дым от долгожданной сигареты заполняет легкие, взгляд смотрит вдаль, но вдруг ловит движение сбоку. Гвен не успевает повернуть свой корпус, так как сильная рука молниеносно опускается ей на левое плечо и вжимает в стену. Вот и разъярённый Харгроув собственной персоной.   — Красотка, что за спектакль ты разыграла, а? — цедит он ей в лицо. Правая рука девушки незаметно находит складной ножик в кармане своей большой потертой кожанки. Опасный подарок от покойной матери сейчас очень кстати. Гвен резко раскрывает нож и утыкается острием в район печени под белой майкой парня.  — Осторожнее, ковбой, — усмехается она, — умерь свой пыл, а то будет неприятно.  Билли повторять дважды не надо. Он ослабляет хватку, недовольно щурится и вовсе убирает руку. Всегда ведь знал, что девчонка не из робких, но не думал, чтоб настолько.  — Ты чокнутая, Холт, — скалится, но в его глазах мелькает удивление от такого поворота событий.  — Харгроув, давай разойдёмся мирно, я не хочу драки, — ножик при этом не убирает.  — Сначала извинись за то, что наплела, — и через мгновение добавляет, — к тому же, женщин не бью.  — Я не буду извиняться за то, что я вижу тебя, — упрямый взгляд в глаза напротив подчёркивает уверенность сказанного.  Билли пребывает в замешательстве. За эти пару минут, что они тут стоят, он успел разозлиться, опешить, начать остывать и опять разозлиться.  Холт всегда действовала ему на нервы. Потому что игнорировала, казалось, вообще не замечала, а тут на тебе. Видит она его, ха, конечно!  — Придумай более убедительную ложь, — в глазах Билли отвращение смешивается с горечью. Не верит (а хочется).  Девчонка наконец складывает оружие, и то исчезает в кармане. — Слушай, не буду сейчас что-то доказывать. Я просто… наблюдательная, и всё. Не хотела тебя бесить, окей?  — Катись к чёрту, белобрысая, — кидает злобно и разворачивается спиной, чтобы пойти к своему автомобилю.  Гвен отходит от стены и идет следом, толком не понимая, зачем она это делает. Синяк на скуле Харгроува и его подозрительно чистые костяшки не укрылись от ее цепкого взгляда еще в самом начале тусовки.  Вероятно, Нил сегодня в плохом настроении, надо сделать хоть что-нибудь.  — Билли, стой! — имя вместо фамилии почему-то срывается с языка. Впервые.  Блондин замирает, оборачивается и вскидывают брови.  — Тебе нельзя за руль, ты поднабрался, а я трезва. Садись в мою машину.  — Я не собираюсь появляться дома без своей тачки.  — Мы поедем ко мне. Заедем за твоей утром.  — Ооо, красотка, ты наконец решила отдаться мне? Извини, но сегодня я не в настроении, — Билли явно обескуражен ее внезапным порывом помощи, но прикрывается тупыми шутками в своей привычной манере.  Гвен удивляется самой себе не меньше. Она винит во всем траву, которую раскурила перед тусовкой на пару с Мансоном. Ну да, травка ведь заставляет тебя помогать каждому прохожему. Не обманывай себя. Он тебе интересен.  Ей не хочется пререкаться дальше. Поэтому она молча глядит, как задира запрыгивает в синюю Шевроле Камаро и поворачивает ключ зажигания.  Машина не заводится. Даже после череды попыток — никак. Харгроув фыркает от безысходности ситуации.  Уверенность Холт в первоначальной инициативе слегка тает, но сдавать назад глупо.  — Трогаемся на моей. Сейчас.