Навсегда

Хлопнула подъездная дверь. Стук подошвы по бетонным ступеням разлетелся по этажу. Двери лифта открылись с громким противным скрипом. Минута, и лифт на пятом этаже. И вновь протяжный, громкий скрип уже открывающихся дверей. Снова стук подошвы разнесся по этажу. Ключи от квартиры зазвенели в руках. Щелчок в замочной скважине. Тихий скрип податливо открывающейся двери. И вот прихожая, пахнущая легким, летним ветерком, просачивающимся из открытого окна на кухне, и сладким запахом духов. - Алена, я дома, - оповестила Саша о своем приходе, параллельно снимая обувь. Из приоткрытой двери в гостиной просачивался тусклый свет телевизора, погасший после слов Саши. Послышались легкие, едва слышные шаги, и в дверном проеме появилось милое личико её солнышка. - Привет, - сказала Алена и, как всегда, улыбнулась своей лучезарной улыбкой. Саша подошла вплотную и заключила ее в крепкие, теплые объятия. - Я таааааак соскучилась, - тихо произнесла Саша, сильнее прижимая свое солнышко к себе. - Весь день думала, как проведем вечер вместе, в обнимку. Алена лишь хихикнула. - Я тоже очень соскучилась. Она взяла Сашу за руку и мягко потянула за собой в гостиную. Телевизор в углу комнаты тихо мерцал старым фильмом. На журнальном столике дымились две кружки с чаем, на диване лежал плед, сбитый в небрежный ком. - Я всё приготовила, - сказала Алена, опускаясь на диван и потянув Сашу за собой. - Ждала тебя. Саша рухнула рядом, сразу же прижимаясь к ней всем телом, утыкаясь носом в шею. От Алены пахло чем-то тёплым, домашним, тем самым Алениным, что преследовало её весь день и не давало сосредоточиться на работе. - Устала, - выдохнула Саша в её кожу. - Весь день как белка в колесе. А тут чай, телевизор… и ты. Алена тихо рассмеялась, и этот смех вибрацией отдался в Сашиной груди. Она запустила пальцы в Сашины светлые волосы, начала медленно перебирать пряди, распутывая дневные узлы и заботы. Они сидели в обнимку, укрытые одним пледом на двоих, и тихо смотрели фильм. Где-то за окном шумел город, где-то в соседней квартире играла музыка, но здесь, в этой комнате, время остановилось. Было только дыхание, только пальцы Алены, продолжающие гладить Сашины волосы. Алена обняла её крепче, пальцы продолжали перебирать волосы, спускаясь ниже, к затылку, к шее, очерчивая линии, которые знала наизусть. - Я правда очень устала, - выдохнула Саша. - Но сейчас... сейчас мне так хорошо, что вся усталость уходит. - Это потому что ты дома, - тихо ответила Алена. - Там, где тебя любят. Саша подняла голову, посмотрела в эти карие глаза, в которых отражался мерцающий свет экрана, и почувствовала, как внутри разливается тепло. Она осторожно, кончиками пальцев, провела по Алениной щеке, очертила линию скулы, спустилась к подбородку. - Я тебя люблю, - сказала она просто. Без пафоса, без громких слов. Просто факт. Как то солнце, что встаёт по утрам. Алена перехватила её руку и поцеловала ладонь. - И я тебя. - Знаешь, - вдруг сказала Саша, - иногда мне кажется, что я сплю. Что это всё не по-настоящему. Что я не заслужила такое счастье. Алена повернула её лицо к себе, заглянула в глаза серьёзно и глубоко. - Смотри на меня, - сказала она твёрдо. - Это по-настоящему. Я здесь. Я люблю тебя. И это не сон. Это наша жизнь. Наша. Она поцеловала её - медленно, глубоко, с той нежностью, что копилась за долгий день разлуки. Саша выдохнула в этот поцелуй всю усталость, все сомнения, всё, что мешало быть просто счастливой. Когда они оторвались друг от друга, фильм уже закончился, на экране ползли титры. Алена потянулась за пультом, выключила телевизор. Комната погрузилась в полумрак, освещаемая только фонарями с улицы. - Останемся так? - спросила Алена. - Просто лежать. Говорить. Молчать. Всё, что хочешь. - Останемся, - кивнула Саша, зарываясь носом в её шею. - Навсегда.