Зараза

Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы Джордж мог высунуться и посмотреть на Макса. Выглядел он не просто плохо — выглядел он так, будто держался из последних сил всю гонку и теперь пришло время платить по счетам. Глаза, обычно ярко-синие и живые, смотрели тяжело и почти серо. Капюшон толстовки был натянут на голову, сам Джордж стоял ссутулившись, будто пытался сложиться внутрь себя. Он даже не поздоровался. Просто выдал хриплым уставшим голосом: — Нет. — Джордж. — Считай, что тебе повезёт, если ты вообще не подцепишь эту заразу, — просипел Джордж. Макс не был уверен, что о нём говорит тот факт, что больной голос Джорджа казался ему невероятно сексуальным. — У меня очень сильный иммунитет, — возразил Макс. Джордж моргнул. Медленно, осуждающе. Ресницы дрогнули, когда он закрывал глаза. Это, наверное, должно было отрезвить Макса, но сработало с точностью до наоборот: в груди разлилось медленное тепло. — Schat, ты не можешь ожидать, что я оставлю тебя одного после того, как мне пришлось буквально держать тебя вертикально во время подиумных фотографий, — резонно заметил Макс. — И твои ответы на пресс-конференции были несвязными. — Ты меня отвлекал! — Джордж возмутился. Макс ухмыльнулся. — Я готов искупить вину. — Он попытался толкнуть дверь шире, но она почти не поддалась. Макс закатил глаза. — Джордж, да ладно. — Я не хочу, чтобы ты заболел. — Джордж упрямо пытался закрыть дверь обратно, но Максу почти не приходилось прилагать усилий, чтобы держать её приоткрытой. Он смутно задавался вопросом, как Джордж вообще умудрился проехать гонку, будучи настолько слабым. — У меня есть все прививки, разумеется, — напомнил Макс. — У меня тоже, — ответил Джордж и согнулся пополам в приступе кашля. Он отвернулся от двери и уткнулся лицом в сгиб локтя, что позволило Максу наконец-то протиснуться в номер. Джордж кашлял и свободной рукой указывал на дверь. — Уходи, Макс, — выдавил он между приступами. Макс просто снял обувь и направился к чайнику. Включил его, закинул пакетик чая в кружку на стойке. Кашель наконец стих, и Макс вернулся к Джорджу со стаканом воды. Протянул молча. — Спасибо, — прохрипел Джордж. Он пил медленно, большими глотками, и Макс смотрел, как движется его горло. Это было нелепо — даже на пороге смерти Джордж выглядел прекрасно. Макс погладил его по спине и повёл к кровати. Джордж позволил себя переместить, но, сев на край, посмотрел на Макса с хмурым видом. — Серьёзно, Макс, я могу позаботиться о себе сам. Ты должен активно меня избегать. — Он поставил стакан резче, чем требовалось. — И ты снова в чемпионской гонке, судя по всему, так что ты реально не можешь позволить себе заболеть. Макс поднял палец. — Во-первых, давай не забегать вперёд. Во-вторых, если ты смог подняться на подиум больным, я точно смогу выиграть гонку с тем же вирусом. Джордж сверкнул глазами. Волосы безжизненно свисали на лоб. — Знаешь что? Я надеюсь, ты всё-таки заболеешь. Макс осторожно убрал волосы с его лба и поцеловал в висок. Джордж пылал. — Значит, мы на одной волне. Я остаюсь. — Я не буду тебя жалеть, когда на следующей неделе ты сляжешь, — голос Джорджа всё ещё сипел, низкий и хриплый. — Кстати о полежать, тебе стоит забраться в кровать. — Макс откинул одеяло, потом приподнял ноги Джорджа и развернул его на постель. Джордж коротко взвизгнул и выставил руки, чтобы удержаться. — Макс, я не полный инвалид. Я всё-таки взял подиум сегодня. Макс скрестил руки. — Именно. Тебе нужно отдыхать. — Он натянул одеяло на Джорджа и уложил его на подушки. — Я доделаю чай. Джордж просто вздохнул и расслабился в кровати. Повернул голову, чтобы наблюдать, как Макс двигается по кухонной зоне. Макс нахмурился, глядя на скудный отельный выбор чая. — Джордж? У тебя есть мёд? Глаза Джорджа были почти закрыты, он свернулся калачиком. — Не входит в мой диетический план, — пробормотал он. — Чушь, — Макс взял трубку и набрал рум-сервис. — Макс, не надо… — начал протестовать Джордж, но Макс просто хмыкнул и наклонился поцеловать его в щёку, почти в уголок губ. Игра с огнём, или по крайней мере с респираторной инфекцией. Он выпрямился, когда на том конце ответили. — Алло, да, пришлите, пожалуйста, мёд и лимоны в триста шестьдесят третий. Да, и суп тоже, спасибо. Джордж громко вздохнул. Макс сел на край кровати и начал гладить Джорджа по волосам. Джордж свернулся вокруг Макса, и Макс переставил подушки, чтобы поддержать его голову. Так они и сидели несколько минут, пока не принесли заказ. Макс поставил суп на тумбочку и вернулся к своей самодеятельной задаче — приготовлению чая. Через несколько минут он вернулся к кровати с кружкой чая, щедро сдобренной мёдом и лимоном. Поставил её на прикроватный столик и встал лицом к кровати — достаточно близко, чтобы бёдра касались матраса. Он смотрел на Джорджа сверху вниз; глаза у того закрылись, длинные ресницы веером лежали на скулах, дыхание было частым и поверхностным через приоткрытый рот. Макс осторожно коснулся лица Джорджа — оно было бледным, влажным и тревожно горячим. — Ты пылаешь, schatje, — Макс нахмурился и прижал тыльную сторону ладони ко лбу Джорджа. Джордж потянулся к относительной прохладе руки Макса. Лоб был горячим, но Макс заметил мурашки на его руках. Погладил по спине и понял, что Джорджа слегка лихорадит. — Милый, тебе нужно выпить что-то от температуры. У тебя есть ибупрофен в ванной? Джордж тихо простонал и кивнул; волосы скользнули по бедру Макса. Макс сходил за таблетками, прихватив заодно тёплое и прохладное полотенце. Вернулся в спальню, сложил всё на тумбочку, которая стремительно превращалась в зону антисанитарии. — Snoepje, тебе нужно сесть, чтобы проглотить таблетки, — Макс убрал волосы с его лба. Джордж хихикнул. — Ха. Проглотить. — Он даже не попытался сесть. Уголки губ Макса дёрнулись вверх. — Давай, поднимайся. — Он сел в кровати позади Джорджа, затем притянул его к себе, усаживая к себе на колени в полувертикальное положение. Закинул таблетки в рот Джорджу и протянул воду. Джордж пролил примерно столько же, сколько выпил, но таблетки хотя бы проглотил. Макс убрал стакан, пока Джордж не залил всю кровать. Он откинулся на спинку кровати и притянул Джорджа ближе к своей груди. До чая, полотенец и даже салфеток на тумбочке было не дотянуться, но Джорджа, кажется, устраивало просто зарыться лицом в грудь Макса и сосредоточиться на дыхании. Макс натянул одеяло на них обоих; даже несмотря на то, что сам он взмок от жара Джорджа, того всё ещё потряхивало. Макс рисовал маленькие круги на его спине и гладил от затылка до бёдер, как кота. Медленно таблетки начали действовать, и дрожь прекратилась. Джордж крепко уснул, зарывшись в Макса, обхватив его руками. Его тело было приятной тяжестью сверху, и даже с восковой кожей, липкими от пота волосами, тёмными кругами под глазами и потрескавшимися губами Джордж всё равно оставался самым прекрасным мужчиной, которого Макс когда-либо видел. Не прошло много времени, как его собственные глаза отяжелели — день давал о себе знать — и вскоре Макс уже храпел в унисон с Джорджем. Макс проснулся от того, что Джордж сдёрнул одеяло и перевернулся на другой бок. Он сражался со своей толстовкой до тех пор, пока Макс не продрал глаза настолько, чтобы понять, что происходит, и помочь стянуть её. Футболка Джорджа насквозь пропиталась потом; она прилипла к телу так, что в других обстоятельствах выглядело бы неприлично. Джордж стянул и её. Он сел на кровати, тяжело дыша, раскрасневшийся. Глаза слезились, и Макс на автомате потянулся его утешить. Кожа снова горела, розовая в свете лампы, которую они забыли выключить раньше. — Ты в порядке, schatje? — Макс проморгался окончательно и поморщился от того, как затекла спина после неудобной позы. — Так жарко. И я чувствую себя абсолютно отвратительно, — голос Джорджа снова сел — ото сна и от болезни. — Хочешь в душ? Может помочь сбить температуру. — Да, да, было бы хорошо, — Джордж встал с кровати и слегка покачнулся. Макс вскочил и обхватил его рукой за талию. Джордж покраснел — или, по крайней мере, его и без того румяные щёки стали ещё краснее. — Я в порядке, Макс, я могу сам принять душ. — Что, лишишь меня возможности увидеть тебя голым? — Макс не убрал руку с талии Джорджа, пока вёл его в ванную. — Я выгляжу как полное дерьмо сейчас, нет ни шанса, что ты находишь меня привлекательным в данный момент, — просипел Джордж и тоскливо уставился на своё отражение в зеркале. Макс открутил крышку ибупрофена и высыпал две таблетки в ладонь Джорджа. Набрал стакан воды из-под крана и протянул ему. О состоянии Джорджа говорил тот факт, что он даже не стал задавать вопросов — просто принял таблетки и запил глотком воды. Макс забрал стакан и быстро, целомудренно поцеловал Джорджа в губы. — Я думаю, — сказал он, обхватывая руками бёдра Джорджа и притягивая его ближе, — что ты всегда прекрасен. Джордж склонил голову и прижался лбом ко лбу Макса. — И ты это знаешь, — закончил Макс. Джордж отвёл взгляд, вниз и в сторону, но лоб не убрал. Макс коснулся пальцем его подбородка, и взгляд Джорджа метнулся обратно к глазам Макса. — А теперь разденься, для меня, — Макс почувствовал, как улыбка собрала морщинки у глаз. Джордж закатил глаза, отступил на шаг и избавился от шорт и белья одним грациозным движением. Макс включил воду и беззастенчиво уставился на Джорджа с ног до головы. — Ты безумен, — заметил Джордж, но в голосе проскользнула нежность. После воды голос стал чуть лучше. Макс проверил температуру, признал её подходящей и жестом указал Джорджу заходить. — Твоя талия — аномалия, — ответил он. Потом добавил: — Не против, если я составлю компанию? Его футболка уже летела на пол. — Никаких шалостей, — предупредил Джордж. Но когда Макс шагнул в душ, именно Джордж даже не пытался скрыть, что рассматривает Макса во всей красе. — Ты сказал «никаких шалостей», — рассмеялся Макс и намылил грудь Джорджа. — Ну, смотреть-то мне можно, — Джордж нанес немного очищающего средства на кончики пальцев и втёр в кожу лица. Движения были медленными, но он хотя бы перестал выглядеть совсем дохлым. Он повернулся, чтобы смыть, и Макс массировал мыльную пену у него на спине. Макс начал замерзать, но оно того стоило — видеть, как мышцы Джорджа расслабляются под струями воды. В конце концов, он бывал в куда более холодных и мокрых ситуациях, и без прекрасного вида на задницу Джорджа Расселла. Но Джордж повернулся обратно, чтобы смыть пену со спины, и между его бровей появилась складка. Макс уже научился распознавать этот знак: сейчас Джордж начнёт доставать. — Поменяйся со мной местами. — Нет, я в порядке. Дай я помою тебе голову. — После того, как поменяемся. Ты, наверное, замёрз. — Но я же не больной. — Макс. — Джордж. Джордж шагнул вперёд, выходя из-под воды, потом развернулся и упёр руки в бока. Макс вздохнул и подвинулся под струи. Тёплая вода и правда была приятной, но он всё равно быстро намылил шампунь в волосах Джорджа, чтобы тому пришлось вернуться под воду смывать. Весь фарс повторился с кондиционером (Макс всё ещё не был до конца уверен, зачем он вообще нужен, но он явно делал что-то полезное, потому что волосы Джорджа всегда были мягкими и блестящими под пальцами Макса). Макс отказался заканчивать свои собственные водяные процедуры, пока Джордж не завернулся в пушистое полотенце и не прислонился к раковине. Тогда он быстро намылился, сполоснул волосы и выскочил наружу. Обернул полотенце вокруг бёдер и вытащил Джорджа из ванной, удерживая за полотенце на плечах. — Чувствуешь себя лучше, liefje? — Макс порылся в сумке Джорджа в поисках одежды для сна и протянул ему самую мягкую футболку, которую нашёл, вместе со свободными шортами. — Намного лучше, вообще-то, — Джордж даже сумел слабо улыбнуться, принимая одежду от Макса. Макс продолжил рыться, пока не нашёл не-мерседесовскую длинную футболку и ещё одни шорты для себя. Они оделись и скользнули обратно в кровать — Макс переставил подушки, разгладил одеяла и выключил лампу. Они свернулись друг вокруг друга, как кусочки пазла, встающие на свои места. Макс уткнулся подбородком в ложбинку шеи Джорджа и обхватил руками его талию. Джордж переплёл свои ноги с ногами Макса и сжал его ладонь, переплетая пальцы. — Спасибо, — тихо сказал Джордж. В тишине номера было слышно идеально. — Прости, что был таким занудой. Макс сжал его руку и поцеловал в шею. — Это ничего, schat. — Он приблизил губы к самому уху и прошептал: — И ты можешь быть занудой сколько угодно, если будешь моим занудой. Джордж повернул голову и улыбнулся ему, а потом поцеловал по-настоящему — губы в губы, языки сплелись. Когда они отстранились, улыбка Макса сияла во всю ширину. — А я-то думал, ты боишься меня заразить. — Не думаю, что один поцелуй что-то изменит на данном этапе, дорогой. Либо подхватишь, либо нет. — Что ж, в таком случае ещё один поцелуй не повредит. Или несколько... Улыбка просочилась в голос Джорджа, несмотря на непривычную хрипотцу. — Спокойной ночи, Макс. Макс вздохнул. Попытка была провалена. По крайней мере, в этот раз. Он поцеловал Джорджа в шею в последний раз. — Спокойной ночи, mijn liefje.