Часть 1
14 февраля 2026 г., 22:36
Зима в Торонто не была настоящей.
Нет, ну правда! Температура чуть ниже нуля? Снег, который тает посреди сезона? Попытки угадать, как одеться сегодня, чтобы не сжариться, похожие на всякую эзотерику? Это же несерьезно! Дерек даже зачастую не заботился о том, чтобы купить куртку или сапоги потеплее: вон они, валялись в шкафу, купленные еще лет пять назад, надевались в лучшем случае несколько раз за сезон. Дерек вырос в Томпсоне, что в Манитобе, и для него торонтовская зима ощущалась весной. Не то чтобы он жаловался: его быстро пригрел мягкий южный климат с его вечным межсезоньем, где зима не длилась по семь месяцев. Да и очень удобно, когда не надо беспокоиться о том, чтобы не отморозить себе конечности в суровом субарктическом климате. Что Дерека бесило, так это то, как малейшее отклонение от привычной погоды парализовало город.
На улице стоял февраль. Ну хорошо, ладно, морозы ударили – подумаешь! Снежком припорошило слегка – так все! Транспортный коллапс, трагедия, стихийное бедствие! Дерек стоял в пробке и раздраженно сигналил тупым баранам впереди себя. Он уже опаздывал на утреннюю встречу по поводу бюджета на продакшн следующего сезона, но, к счастью, опаздывал не он один, так что время сместили ближе к обеду. Дерек порадовался, что не стал брать с собой кофе в дорогу: он бы просто не дотерпел до конца этой пробки. Хотелось уже плюнуть на все и дойти пешком, но не бросит же он машину посреди дороги, в самом-то деле. Дереку было настолько скучно, что в какой-то момент он вызвонил Тревора, оставшегося дома просиживать свою тощую (но аппетитную) задницу в работе над сценариями. А Тревор… ну, Тревор вообще не торопился начинать свой день.
― Дома тоже холодно, вставать никуда не хочется, ― пожаловался тот по громкой связи, потягиваясь и шурша одеялом. Они, вообще-то, вместе позавтракали, но только у Тревора была привилегия вернуться обратно в постель. ― Думаю, я проведу в кровати целый день.
― Неженка, ― цокнул Дерек, завидуя.
― Ты просто завидуешь, ― указали ему беззаботно и лениво с улыбкой, просвечивающей в голосе. ― Замерз?
― Смеешься? Я в минус тридцать пять ходил в школу – и это был мой обычный вторник, ― отмахнулся он, а сам пошевелил пальцами на замерзших ногах. Машина с утра капризничала и отказывалась заводиться, а Дерек, не рассчитывавший на такой расклад, оделся легко, как это обычно и бывало в феврале.
― Мой суровый арктический мишка, ― мягко хихикнул Тревор. От перезвона его нежного, теплого голоса, кажется, воздух в салоне становился теплее, вибрируя.
― Какой ты сегодня ласковый, ― хмыкнул Дерек себе под нос.
― День обязывает, ― озвучил Тревор, будто это было чем-то само собой разумеющимся. На фоне хрустнули суставы и застучали клавиши.
― А какой сегодня день? ― он лениво потянулся к телефону, открывая календарь. ― А. Увидел.
Точно. Сегодня четырнадцатое.
― Как думаешь, есть шанс, что нам привезут доставку к ужину без предзаказа? ― поинтересовался его мнением Тревор, не отрываясь от своего занятия. ― Я вообще не хочу сегодня готовить.
― А вот надо было ехать со мной, ― указал Дерек, без энтузиазма глядя в окно, а вид за тем оставался практически статичным. Из Брамптона через Миссиссогу он худо-бедно прорвался, но на подъезде к Даунтауну ситуация не сильно улучшилась. ― Может, выбрались бы куда-нибудь в кои-то веке.
― Ха! Смешная шутка! ― стук пальцев по клавиатуре затих, и вместо этого зазвенела ложка, бьющаяся о керамику. Ох, Дерек убил бы сейчас за чашечку горячего кофе! Ноги в сапогах потели и леденели. ― У меня тут дела поважнее.
— Это какие же? Весь день прокрастинировать?
― Греть местечко для нас обоих, ― проворковал Тревор, снизив тембр голоса. ― Ты придешь холодный, голодный и злой, а я тебя накормлю, залюблю и обогрею. И не выпущу из постели, пока не буду уверен, что ты полностью прогрелся.
Дереку понравилась нарисованная картина этого вечера, пусть Тревор, возможно, и просто дразнился.
― Что, прям проверять будешь? ― похабно ухмыльнулся Дерек, подхватывая настроение.
― О да, ― подтвердил Тревор. Его голос звучал ниже, глубже и почти угрожающе. ― Вплоть до самых потаенных местечек.
Это все звучало ужасно заманчиво, Дерек даже почувствовал направление крови все ниже и ниже, вздрогнул крупно – и, однако, он все еще стоял посреди дурацкой пробки, а до вечера было еще ой как далеко.
― Ненавижу тебя, ― разочарованно простонал он, ударяясь затылком о спинку водительского кресла и ерзая на месте. Разумеется, сказано было не всерьез. Он любил Тревора. Он никого не любил так, как его.
― Ну, это неправда, ― указал Тревор, шумно отхлебывая из кружки. Кажется, что бы он там ни пил, это вдохновило его на внеочередной спектакль одного актера. ― Фу, какой же ты неромантичный! Говоришь мне такие гадости в Валентинов день! Ах! Мое сердце разбито! А ведь я потратил на тебя лучшие годы своей жизни! Я подаю на развод! И забираю робот-пылесос!
― Не смей забирать Стива! ― грозно выкрикнул Дерек, с трудом давя смех. Лицо болело от растянувшей его широкой улыбки. ― Я буду судиться с тобой за опеку!
― Учитывая наше с тобой прошлое, нас с тобой обоих лишат прав на него, ― Тревор вот вообще не сдерживался, громко хохоча. Настроение Дерека стремительно росло вверх.
В одну секунду все переменилось. В динамике затрещала возня, а салон затопили панические причитания и ругательства Тревора. Сердце Дерека вздрогнуло от беспокойства.
― Все окей?
Ответа не было, а Дереку оставалось только ожидать в напряжении. Полминуты он нервно барабанил пальцами по рулю, вслушиваясь.
―Трев? ― позвал он снова, напоминая о себе.
Спустя еще несколько секунд Тревор таки соизволил ответить.
― Я пролил чай на ноут, ― сокрушился он, совсем расстроенный.
Дерек лишь вздохнул: это было ожидаемо. И выдохнул: Тревор был в полном порядке. Дерек не был тревожным человеком, но Тревор умел выкрутить мелкие неурядицы на максимум.
― Детка…
― Я перезвоню, окей? ― Дерек слышал, как его мужчина суетится и мечется по комнате, хлопая дверцами шкафов и елозя тумбами туда-сюда. ― Еще увидимся!
Ну все! Никакого Дереку нагретого места! И Тревору, видимо, тоже. Ну, может, хоть это поднимет его с постели – не одному же Дереку сегодня страдать, в самом-то деле.
Он тоскливо посмотрел на потухший экран телефона и устало вздохнул. День только начался, а ему уже хотелось, чтобы он поскорее закончился.
Сзади ему громко просигналили, и Дерек, ругаясь под нос, продвинулся на считанные дюймы. Ну и че ты сигналишь? Далеко уедем что ли?
Кое-как Дерек добрался до офисного здания, с трудом найдя место для парковки. До встречи еще оставалось время, так что он дошел до зоны кафетерия, взял свой кофе на сливках с ореховым сиропом – сегодня хотелось послаще, посытней – и миндальный круассан. Он грустно посмотрел на свой живот перед оплатой, а потом плюнул – один раз живем, а лишнее разгонится в зале как-нибудь. Довольный, он поудобнее устроился на диванчике и отхлебнул из фирменного стаканчика. Да. Вот так хорошо! С голодухи и без кофе он всегда бывал раздраженным больше обычного. Теперь же шансы на то, что он ляпнет чего лишнего на встрече, существенно снизились.
Ему нужно было протянуть время, и потому свободной рукой Дерек скроллил ленты в соцсетях. Ему в лицо то и дело выскакивали слащавые признания в любви, вырвеглазные валентинки, реклама цветочных. С этим днем святого Валентина все с ума сходили стабильно каждый год – и все, кто мог, пытались заработать. Рестораны заламывали цены на бронь, цветочные работали по предзаказам и продавали вянущие через день цветы за бешеные бабки, ну и куда же без вездесущей рекламы «Ах, не забудь порадовать свою валентинку нашим подарком за оверпрайс!». Оставалось лишь глаза закатывать. Дереку не двадцать лет, и он не бегает за девчонкой, в надежде уломать ее на что-то посерьезней – он замужний мужчина вообще-то. Ну и он просматривал сторисы краем глаза, пока один из них не привлек, наконец, его внимание.
«Лучшее свидание – это свидание с самой собой»
На французском. Ишь, какая фифа! Почему вообще все вокруг знали французский, кроме него?
Дерек знал это лицо очень хорошо, а вот антураж… Вид на Эйфелеву башню, естественный холодный свет, какой-то помпезный ресторан – все как она любит. Кому-то явно не работалось. Дерек позавидовал – слегка. Вообще, будь у него столько денег и свободного времени, он бы, может быть, тоже путешествовал – если бы они с Тревором не разосрались на этапе выбора места для отпуска. Дерек хмыкнул и решил-таки не оставлять этот сторис без внимания. Дерек быстренько прогуглил нужную для своей задумки информацию и написал в личном сообщении, довольный своим остроумием:
это ты так празднуешь день рождения французского языка?
Гаденько посмеявшись, он отложил телефон в сторону, не рассчитывая на быстрый ответ. Однако уже спустя минуту звук уведомления отвлек его от круассана. Небрежно утирая тыльной стороной ладони крошки, он прочитал ответ, представляя, как Кристал в этом своем Париже закатила глаза раздраженно: Очень смешно Дерек Жду ваших сегодняшних постов Обязательно в ответ поздравлю Ха! Ухмылка Дерека расползлась только шире от этих угроз.а мы не празднуем
Ага конечно Дерек не стал спорить: у него стыл кофе и черствел десерт – в общем, были дела поважнее. Он вгрызся зубами в слоеное тесто так, будто от этого зависела его жизнь, жирными пальцами печатая в поиске Ютьюба название недавнего хайпового фильма, чтобы занять свое время обзором на него. И только закончились все рекламные интеграции и долгие вступление, как… Подожди РЕАЛЬНО??? Я пролистала страницу Тревора, а там ни одного поста на день всех влюбленных за все пять лет!!!!! Почему?? Дерек простонал. Шторка уведомлений загородила экран, мешая просмотру, и он знал, что проще ответить.ну вот так
че за реакция как будто это конец света
не получается у нас праздновать
Ни разу за пять лет????? Дерек уже пожалел, что рассказал. Да, ни разу за пять лет у них не получилось отпраздновать День всех влюбленных по-человечески. Не будет же он ей пересказывать каждый из ежегодных провалов? Как они сильно поругались в первый год аккурат перед самым праздником по какой-то наитупейшей причине. Как во второй и в третий год сначала одному, а потом второму пришлось ехать в родные города по семейным обстоятельствам. Как в прошлом году они даже попытались что-то запланировать, а вместо этого весь день пахали, да так, что сам Тревор предложил все отменить и просто поехать домой, поспать. Поэтому вместо долгих ненужных объяснений Дерек написал лаконично:да
Жесть…………… У меня нет слов…………… У вас все хорошо? Это что еще за вопрос такой? Че она там себе напридумывала уже?!у нас все отлично!
и вообще мы оба мужчины
это вам женщинам не пофиг на 14
Фу Кристал явно не понравилось его оправдание. Да Дерек и сам понимал, что последнее сообщение было лишним. Дерека просто бесило, что всем так жизненно необходимо ткнуть его носом в несостоятельность как мужа. Ах, бедный несчастный Тревор! Любовь так зла, полюбишь и Дерека Джонсона! Хотя вообще-то он был не самым плохим мужем! Как минимум, он старался соответствовать. Тревора, кстати, все устраивало. Вообще-то они все-таки праздновали – позже и не цепляясь к дате. Просто свидание. Когда все приуроченные к празднику приколямбы продавали со скидкой, а цены возвращались к приемлемым. У них даже было негласное соревнование: кто урвет скидку пожирней. Да, возможно, это было не совсем романтично – но зато прагматично. В этом году сам Тревор предложил ничего не планировать: начало года выдалось каким-то по-дурацки загруженным, а он не любил, когда планы накрывались медным тазом. Тревор вообще был тем еще любителем планировать все заранее. Что касалось Дерека, он терпеть не мог загадывать. Зачем? Чтобы потом расстраиваться, если не получится? Тревор однажды так приготовил для него романтический ужин, не предупредив, а Дерек задержался. Было грустно, Тревор уже спал глубоким сном, когда он вернулся, а ужин был холодный и не такой вкусный. Даты всякие тоже были банальными. Они не настолько давно в браке и отношениях, чтобы находить поводы как-то по-особенному проводить вместе время. Дерек даже предложение сделал – спонтанно, сам того не планируя. Так что все у них было прекрасно, они еще не успели задолбать друг друга за эти годы – и Дерек надеялся, что такого вовсе никогда не случится. Намеки Кристал были почти оскорбительны. Когда Дерек подумал, что на этом диалог исчерпан и Кристал больше ничего писать не станет, ее статус снова сменился на «Печатает». Извини если прозвучало грубо Ничего себе. Дерек даже поразился такой щедрости. Я просто удивилась Думала уж вы-то должны праздновать Тревор выглядит как человек который ОБОЖАЕТ 14 февраля Это да. Тревор действительно любитель подобного. В этом Кристал была права. И однако, вопреки этому, Тревор не расстраивался из-за «сорванного». Во всяком случае, Дерек этого не замечал. Вообще-то они много разговаривали. Тревор любил говорить о чувствах и не только, а Дереку оставалось только смириться. Если бы Тревора действительно волновало то, что у них не получается провести вместе праздник, он бы об этом сказал. Правда ведь? Он больше не желал и дальше мусолить тему праздника и их с Тревором отношений, а потому легко сменил тему, болтая с Кристал до тех пор, пока не подошло время встречи. Переговоры затянулись, Дерек пытался выбить бюджет побольше, но ему не хотели идти на уступки. У него был заготовлен целый ряд аргументов, исследование их целевой аудитории, рейтинги – они с Тревором несколько вечеров просидели над гребанной презентацией в PowerPoint, черт возьми! В итоге спустя пару часов неудовлетворительных переговоров, было решено взять перерыв. Дерек пообедал и параллельно проверил телефон. Это была плохая привычка, Тревор за нее ругал (хотя и сам так делал!). В первую очередь он просмотрел сообщения от мужа. Обилие сокрушающихся и истерящих эмоджи говорили сами за себя – и когда Дерек увидел сумму счета, он тоже был совсем не в восторге. Но он, как хороший партнер, поспешил успокоить Тревора: все равно они частенько деньги на ненужную фигню спускают, а тут хоть на дело пойдут. Судя по плачущему смайлику в ответ, тот все равно был расстроен. Дерек как раз думал о том, как бы поднять любимому настроение, как… Почему твой муж назначил созвон на вечер? Только не говори, что ты опять спустил все на тормозах и ничего не запланировал на день всех влюбленных! Нет, ну их определенно не хотели оставить сегодня в покое. Впрочем, сообщению от Эмили он был вообще не удивлен.я работаю
хз когда дома буду
почему я вообще должен перед тобой отчитываться
У тебя каждый год какие-то отговорки За пять лет уж можно было хоть разок постаратьсямне плевать на 14 эмили
тревору тоже
Ловко придумал, конечно А самого Тревора ты спросил? Он знает, что ему, оказывается, все равно на праздник?если ему так хочется он сам может что-то запланировать
почему Я должен???
Понятно все с тобой Я, конечно, знала, что страсть в браке умирает Но вы как-то совсем быстро ее убили Секс хоть в этом доме еще жив или скорее мертв? Эмили была бесцеремонна, к этому давно можно было привыкнуть. Дерек, однако, все равно едва не поперхнулся.я не буду обсуждать с тобой интимные подробности
тебе вообще знакома концепция личной жизни?
Я переживаю за друга Только и всего Дерек, ну ты хоть бы цветочков ему подарил, я не знаю Будь у меня вторая половинка, я бы ей каждый день цветы дарила Неужели тебе так плевать на своего мужа?переадресую тебе твой же вопрос
ты самого Тревора спрашивала?
Он ХОЧЕТ цветочков, Дерек Не будет же он тебе это говорить напрямую Выпрашивать себе подарок позорно Почти цитата Да ну! Ну нет! Тревор не стал бы! Между нет каких-то стеснений, они все прямо говорят друг другу! И все же Дерек начал прокручивать память в поисках подтверждения словам Эмили. Вспомнился только вопрос Тревора касаемо его планов на этот день и как быстро тот сменил тему, когда Дерек напомнил о встрече со спонсорами. Может, он действительно хотел провести вместе день, но в этот раз даже не стал пытаться что-то запланировать, наученный опытом прошлых лет? Или он воспринял слова Дерека как категоричный отказ? Дерек на самом деле вообще не против!это он тебе так сказал?
Ну может не совсем такими словами Но да А еще он залипал на витрину цветочного в прошлый раз Ладно, Тревор действительно любит цветы. У них дома хватает комнатных растений, а от сада на заднем дворе их спасает только загруженность в сезон. Так что будь хорошим мужем и купи букетик Попышней Покрасивейсам как-нибудь разберусь спасибо
И вот опять! Видели?! Дерек это не придумал! Он больше не собирался продолжать этот разговор. Ему в принципе не нравилось, когда кто-то посторонний лез в их с Тревором отношения. Отношения – это для двоих, там нет места посторонним. Дерек понятия не имел, о чем таком Тревор говорил с Эмили, но ему совершенно не понравились ее предъявы. Он чувствовал раздражение. Ему как раз и нравилось в их отношениях, что не надо играть в угадайку и читать подтексты! Дерек мог быть откровенным с Тревором и рассчитывать на взаимность. Если Тревора что-то беспокоило, они это обсуждали. Если Дереку что-то не нравилось, он говорил об этом. У Дерека были бывшие, которые изъяснялись намеками, и он просто ненавидел это. Почему прямо не сказать? Почему Тревор не мог просто потребовать цветов, если ему так хотелось? Они вроде бы вообще договорились без подарков на Валентинов день. Так что за фигня? Почему Дерек огребает? А ему букет полагается? Или только ему навязали гендерно-социальную роль непутевого мужа? Краем уха он услышал восклицание со стороны стойки и поднял глаза. Девушка за прилавком с широкой улыбкой принимала букет от той, что совершенно точно не была обычной гостьей. Дерек представил, как дарит букет Тревору… Надо ли объяснять? Вроде и так очевидно, что он больше не мог сопротивляться этой идее. У Тревора такие милые морщинки в уголках глаз, когда он улыбается. И у него горят жаром внешне совершенно спокойные щеки от смущения и довольства. А еще он очень инициативен, когда Дерек его приятно удивляет… В общем, Дерек застрял на сайте цветочного магазина. Наверное, можно было бы и после работы заскочить, вручить собственноручно, но Дерек побоялся, что цветы завянут, пока он будет ехать, особенно учитывая ситуацию на дорогах. Да и вдруг придет – а уже все самое красивое разобрали: праздник же! Так что да, пришлось ограничиться картинками и надеяться, что они будут соответствовать действительности. И сколько бы Дерек ни смотрел, все было не то. Одни – слишком вычурные, другие – совсем не в стиле Тревора, третьи – вообще ни о чем. Какие-то он все же отмечал, чтобы потом выбрать, если ничего так и не приглянется. Пока, наконец… Да. Вот они! То, что надо! ― Мистер Джонсон, пройдемте? ― позвали его обратно. Черт! Что ж так невовремя? ― Сейчас! ― кивнул он, пытаясь разобраться, куда нажимать, чтобы оформить доставку. Еще и на телефоне осталось процентов всего-ничего! Дерек срочно покопался в рюкзаке… И выругался: он выложил зарядку вечером и забыл положить обратно! Да что ж такое?! И станция для подзарядки сегодня на ремонте! Он на ходу вбивал домашний адрес и данные карты, чуть не растеряв все вещи из раскрытого рюкзака. Еще и телефон начал тупить! Давно надо было купить новый! Оставалось всего несколько секунд, прежде чем телефон отключится, а он все грузил страницу для оплаты, обрабатывая запрос. Три. Два. Один. Дерек посмотрел на потухший экран опустошенно. Ему оставалось только надеяться, что оплата прошла и с него больше ничего не требовалось. Мрачный и недовольный, Дерек вошел в конференц-зал. На удивление, после обеда спонсоры стали куда более сговорчивыми, и Дереку удалось-таки выбить бюджет побольше. Ну хоть что хорошее за день! Вот только это не принесло ему желаемого удовлетворения. Телефон сдох, он понятия не имел, что там происходит дома, дошли ли его деньги, доставили ли Тревору цветы. А самое худшее – впереди его ждала такая же долгая дорога домой. В час пик. Дерек проклял четырнадцатое февраля. Худшего дня и придумать было нельзя! Он пересек порог, вспотевший, голодный и злой, настолько, что, не рассчитав, хлопнул входной дверью, сотрясая стены. Всю дорогу Дерек думал о том, что действительно мог подумать о празднике заранее, что можно было придумать что-то получше, чем банальные цветы в последний момент, что Тревор действительно заслуживал чего-то получше. Кого-то получше. Дерек чувствовал себя жалким неудачником и отвратительным партнером. Наверное, он так часто брюзжал на праздник, что Тревор даже не стал заговаривать с ним об этом. ― Детка? ― услышал Дерек его голос, пока скидывал куртку. Муж даже не вышел его встречать. ― Я дома! ― огласил Дерек, пытаясь разуться без того, чтобы нагибаться и расшнуровывать обувь. Все шло через одно место, так что он умудрился влезть ногами в грязное пятно от снега на коврике. Ногам тут же стало противно мокро и холодно. Прекрасно. Просто прекрасно! ― Зайди в гостиную, пожалуйста! ― попросил Тревор, так и не выходя ему. Недобрый знак. Дерек прошел, оставляя за собой след из мокрых следов на полу. Он попытался снять носки на ходу, неуклюже и неловко, поднимая ноги и почти вприпрыжку. Когда Дерек зашел в гостиную, он так и замер, хватаясь за стену, удерживая вес на одной ноге. Гостиную заполонили цветы. Они были всюду: в вазах на столе, в ведрах на полу, в кастрюлях на подоконнике. В воздухе витал невесомый, сладкий аромат. Тревор, сидевший на диване, развел руками и вопросительно посмотрел на Дерека. Тот тоже ничего не понимал. Это не его заказ. Перепутали или что? ― Э-э, ― протянул он, как тупица, неуверенно, ― с днем святого Валентина? Тревор, будто все еще не верящий, что все это богатство для него (Дерек видел цены на эти букеты, разориться можно!), широко раскрыл глаза. Видимо, ожидал какого-то рационального объяснения или панчлайна. Что ж, их не будет. Дерек тоже в афиге. ― Детка, ― повторил он ласково, нервно посмеявшись, ― куда столько? Дерек не знал, что на это ответить. И, однако, он был мастером импровизаций. ― Для тебя ничего не жалко, любовь моя, ― сказал он почти уверенно. Главное – заговорить приятными словами, отвлечь. ― Целого мира мало! Слишком громко. Слишком высокопарно. Тревор знал его далеко не первый год, а потому приподнял бровь скептично, разглядывая Дерека точно под лупой. Хотелось шаркнуть ногой неловко и склонить голову, точно нашкодивший ребенок, под этим взглядом. Потом муж вздохнул, мягко, устало усмехнувшись. ― Дай угадаю, ― он поднялся с дивана неторопливо, ― ты опять все подряд добавлял в корзину, а потом забыл убрать лишнее? А. Это многое объясняло. Тревор постоянно пенял ему за эту привычку, говорил, что ничем хорошим это не кончится. Дерека бесило, когда он оказывался прав. Ему нечем было ответить. Тревор раскусывал его на раз-два. Ну а поскольку Дерек ничего не ответил… ― У-у меня садился телефон! ― насупившись и размахивая бесполезным гаджетом, попытался оправдаться он, пока его муж сгибался пополам от звонкого хохота. Дерек любил его смех, правда! Но он любил, когда смеются с ним, а не над ним! ― Я запаниковал! Он чувствовал себя идиотом! Вот и делай после этого приятное! Он так переживал, понравится ли Тревору сюрприз, а по итогу!.. Все еще смеясь, Тревор подошел ближе, пересекая комнату. ― Прости, прости! ― извинялся Тревор, не имея этого в виду, все еще насмехаясь над Дереком, пока расцеловал его лицо. Дерек лишь поджимал губы: он не растает под этой лаской! Его оскорбили до глубины души! ― Мне очень принято, правда! Я просто… не ожидал. Ты… ты представь! Открываю я, значит, дверь – а передо мной куча цветов! Даже лица доставщика не видно! Думаю, ошибка, наверное. А мне говорят, нет, вот адрес, такой-то и такой-то. И вручает цветы. И еще. И еще. Боже, малыш, сколько денег на это… ― Не хочу знать, ― буркнул он, все же поддаваясь, обнимая Тревора за поясницу. ― Не хочу считать. Давай скажем, что это за все те годы, когда я облажался и не дарил тебе цветов. ― Но ты даришь мне цветы, ― возразил Тревор. ― Не на День всех влюбленных. ― Детка, у нас с тобой даже не было столько Дней всех влюбленных вместе, ― ужаснулся он. ― Давай тогда это будет авансом? И не будешь мне ничего дарить на четырнадцатое, ― Тревор оглянулся. ― Ближайшие лет так двадцать, по всей видимости. Иначе наш бюджет просто не выдержит. Дерека обнимали. Тревор был теплый, от него пахло домом и уютом. Дерек чувствовал, как ему становится лучше. Все проблемы и переживания остались где-то там, во внешнем мире. ― Ты чего вообще так внезапно? ― спросил он, целуя Дерека в макушку. ― Мы же договорились ничего не дарить друг другу. ― Да вот я подумал, что это как-то неправильно… ― он запнулся, подбирая правильные слова. ― Типа, знаешь. Я очень тебя люблю. А вот с праздником не получается. А ты, ну, любишь этот праздник. Сколько они там лет уже знакомы? Больше пятнадцати? Дерек успел за день вспомнить, как Тревор ждал праздника – и будучи одиноким, и, особенно, будучи в отношениях. Это было давно, и все же. ― Есть такое, да, ― не стал спорить Тревор. ― Возможно, мне даже было малость досадно, что у нас не получается отпраздновать так, как должно. Но ты же знаешь, что это только повод, правда? ― Угу. И мне захотелось тебя порадовать. Даже без повода. Ну а Эмили сказала, ты смотрел на ветрину цветочного, когда вы виделись в последний раз. Тревор резко замер и громко вздохнул. ― Эмили, да? Она и тебе нервы сегодня потрепала? Дерек тут же встрепенулся. ― А? ― Ну, мне она сказала, что это плохой знак, что мы не празднуем День влюбленных как все нормальные люди, ― Тревор чуть отстранился, всплеснув рукой эмоционально и закатив глаза. ― Что это звоночек. И все такое. Я люблю ее, конечно, но это как-то… ― И Кристал тоже об этом сегодня сказала, ― поддакнул Дерек, прекрасно понимая, что чувствовал супруг. ― Что это странно. ― Кристал? ― Ага. Долгая история, ― ему не хотелось рассказывать, как он хотел поддеть подругу, а поддели в итоге его самого. К счастью, Тревор не стал расспрашивать. Он давно не ревновал. Дереку казалось, это хороший знак. Тревор вообще был очень доверяющим – не доверчивым, стоит уточнить. ― Я смотрел на витрину цветочного, потому что думал, какие бы цветы подарить моей кузине на следующее выступление, ― пояснил он. ― Если бы я хотел цветов от тебя, я бы так прямо и сказал. Вот! Вот!!! А Дерек о чем? Что же он, мужа своего не знает?! То-то же! Выкуси, Эмили! ― И вообще. Кому какая разница, как мы проводим этот день? ― возмутился Тревор тихо, разглаживая напряженные плечи Дерека. ― Согласен, ― кивнул он в ответ, потираясь щекой о свитер, точно кот. ― Пусть себе празднуют, как хотят, а мы будем по-своему! ― продолжал заводиться Тревор. А Дерек… ну, он был слаб. Ему нравилось смотреть, как Тревор бесится и закатывает гневные тирады – особенно если не на него. ― Захотим – вообще праздновать не будем! Свой праздник себе придумаем! ― Угу, ― Дерек не мог сдержать улыбки, пряча ее в вороте чужого свитера. ― В следующий раз надо просто всех послать с их советами! ― Ты как всегда прав, детка, ― только и мог сказать он в ответ. Тревор замолчал, переводя дыхание. Выговорился, молодец. А потом, успокоившись, глубоко вздохнул, отстраняясь и заглядывая Дереку в лицо. С намеком спросил: ― Ну так что? Замерз сегодня? Дереку вопрос понравился. ― Очень, ― он хмыкнул и забрался руками под свитер Тревора. Тот тут же заверещал и задергался, возмущенный. ― Сделаешь так еще раз – и я тебя брошу! ― Ты не посмеешь бросить меня в День святого Валентина! ― пустые угрозы не пугали Дерека, но он на всякий случай убрал холодные руки с поясницы мужа. ― Так что там было про «накормить, залюбить и обогреть»? Тревор фыркнул ему в губы, наконец-то – наконец-то! – целуя.***
Уснули они поздно и собирались проспать еще очень-очень долго. Постель Тревора всегда приятно пахла порошком и кондиционером для белья, а сам хозяин комнаты, любивший обычно подниматься спозаранку, оплел руками и ногами, не собираясь отпускать. Что ж, пока это зима, Дерек не сильно возражал, наоборот: подтянул одеяло до подбородка и прижал ладонь мужа к своей щеке. Он прикрыл глаза, наслаждаясь беззаботностью выходного дня, как вдруг… ― Ты не поставил на беззвучный? ― упрекнул он капризно, натягивая одеяло на голову. Рингтон был ужасно противный и с утра резал уши. ― А вдруг что-то случилось бы, ― попытался оправдаться Тревор, лениво поднимаясь с места, чтобы дотянуться до телефона. Еще б в другом конце комнаты оставил, чесслово! ― Эмили! Доброе у… ― Тревор, мать вашу, это что?! ― услышал Дерек возмущение их подруги даже не по громкой связи. Ладно, ради такого стоило проснуться. Он выполз из своего укрытия, пока Тревор подтягивался в постели, чтобы откинуться на спинку кровати. — Это тебе в знак нашей признательности, ― улыбнулся супруг, переключая на динамик. ― Да-а, ― протянул Дерек гадко-довольно, ныряя под крылышко и пристраивая голову Тревору на грудь. ― Я последовал твоему совету и купил цветы, как заботливый муж. ― Как самый лучший муж, ― подыгрывал ему Тревор, не скрывая улыбки. ― Даже не представляем, что бы делали без тебя! ― Дерек все больше входил в раж. ― Ты спасла наш брак! Так что это меньшее, что мы могли для тебя сделать! ― Очень смешно, ― совсем не разделила их настроения Эмили, считывая фальшь. ― Что прикажете делать со всеми этими букетами?! ― Понятия не имеем, ― пожал плечом Дерек. ― Запости, типа от поклонников. Перепродай. Ну или подари кому-нибудь. Хоть всем подряд. Глядишь, таки сходишь с кем-нибудь на свидание! ― Наладишь личную жизнь, ― Тревор поглаживал его плечо. ― Не будешь лезть в нашу, ― закончил за него мысль Дерек, лениво обводя взглядом комнату. Упаковки от доставки на столе, увядающие лепестки на полу и где-то в ногах вместе с простыней, пятна на белье, одежда и грязное полотенце на полу – когда еще предоставится возможность лицезреть у Тревора бардак? ― Я же из лучших побуждений! ― едва не оскорбилась Эмили. ― И мы это очень ценим! ― доброжелательно согласился Тревор. Эмили такой ответ все равно не понравился, потому что она раздраженно бросила трубку. Дерек, все еще довольный их шалостью, рассмеялся громко, несдержанно, откидываясь на подушку. Тревор сполз ниже, опираясь на локоть, смотрел на него довольный, щурясь. ― Хэй, ― Дерек протянул руку, огладил выступающую ключицу на теле мужа, ― не жалеешь, что мы избавились от всех этих цветов? ― Не от всех, ― мотнул головой Тревор, склоняясь над ним. Длинная челка смешно покачивалась в воздухе. ― Самый главный букет я оставил. Кстати, ― Тревор покопался в телефоне и повернул экраном к нему, ― почему Кристал под фото с букетом поздравляет меня с Днем французского языка? Дерек смеялся еще очень долго, так что Тревор нескоро смог допытаться, в чем дело. На столе, посреди кучи оставленного ими беспорядка, стояла ваза с персиковыми лилиями и белыми цветами, название которых уже вылетело из головы. Те самые, которые Дерек для Тревора выбрал.
