Полозьи повадки

      Кай уворачивается, уводя мощный удар по касательной. В скорости коротких рывков полозам нет равных, но сохранять скорость дольше по времени — это его преимущество. Он отскакивает от змеи на достаточное расстояние, в улыбке облизывает пересохшие губы. Он готов к новому нападению. Кай отходит назад, скрывается за поворотом, где его фактически территория.       Кай хотел раззадорить его. Ёнзо должен был оценить след крови, который он для него оставил. Это самая классическая ловушка на змею, но Каю известно, как именно его кровь на него действует. У него было немного форы, чтобы расставить запутанный след. Кай слышал шаги Ёнзо где-то на грани восприятия, рассеивая собственный запах повсюду, с акцентами прикосновением тела о камень. Жар солнца, заключенный в его теле, прикосновением может уничтожить всё; он расцепляет камень до пыли, оставляя ожоги. И, высвобождая излучение дальше, Кай выжигал собственный запах.       Он движется безупречно тихо, ожидая, что полоз пойдет следом. Каждый звук отдаётся гулким эхом, но полоз не появляется. Кай видит свою манипуляцию слишком очевидной, когда сзади, из-за плеча, Кай ощущает присутствие. Момент до броска. Мгновение, когда он посчитал себя хитрее и не заметил. Кай срывается на бег, когда из-за угла за него едва не хватается рука.       Ёнзо отрезает ему путь на изученную им сторону. Открытое пространство. Мало времени для решения. Стоило пойти наверх, как полоз схватывает его за лодыжки, настигнув на лестнице. Кай встречается с каменными ступенями, вмиг обездвиженный навалившимся сверху весом.       Он ощущает над ухом горячее дыхание:       — Нельзя быть таким самонадеянным, юный охотник. — Ёнзо насмехается, часто дыша.       Кай ахает от укуса в шею. Вопреки обстоятельствам по телу проходит волна тёплого возбуждения. Камень врезается в колени. Полоз обвивает его, с силой подчиняя своему движению. Раздвигает его ноги. Ему хватает силы одной руки, чтобы его фиксировать. Рвётся одежда. Касание меж ягодиц, и Кай ощущает, как что-то тёплое толкается в анус. Пальцы? Член? Серьезно, здесь?! Он рефлекторно сжимается, но отстраняться некуда. Какова была перспектива, что его разложат так посреди каменных ступеней? Только он вовсе не против.       Ёнзо же не думает, что победит его так? У него ещё есть варианты для сопротивления. У него ещё есть шанс. Каю нравится, как давит на него это тепло, лишает движения и собственного веса. Он может дать видимость слабого сопротивления, что больше ничего не может. Бесцельно подвигается ради лишнего трения, и это, кажется, заводит их двоих. На мгновение расслабляется. Даёт Ёнзо почувствовать спокойные эмоции. Первое резкое движение он блокировать не сможет. Рывок в сторону. Ещё один. Быстрее убирает конечности, поднимается на ноги, путаясь в остатках одежды. Не даёт схватить себя за лодыжки. Бешено скачет сердце от высвобожденной энергии.       Кай не препятствует перекрыть путь направо к выходу — очевидно, что туда он его не пустит. Но он знает, что теперь лежит у него за спиной. Он был достаточно внимателен, чтобы заметить, как некоторые переходы над головой, не соединяясь, уходили в пустоту. Ему хватило охотничьего осязания, чтобы угадать мост, сотканный из плотной тьмы. Пятится, не выпуская Ёнзо из виду. Если тот рассчитывал загнать его в пропасть — зря. Но он сделал слишком много усилий: от перенапряжения телу становится жарко, Кай дышит часто, не контролирует, как через кожу просачивается лучистый свет. Стоит ему приблизиться и заглянуть за край, как его свечение разъедает древнюю магию, оставляя мальчишку у пропасти.       Мужчина подходит вплотную к жертве, загнанной в угол. Будь это настоящий бой, он бы не выжил от столкновения с ним. Это сбивает самоуверенную спесь о своей способности к реальному противостоянию.       — Что же мне с тобой делать? — его щекочет риск падения за спиной, когда Ёнзо повелительно касается его щеки.       Кай сглатывает.       — Я могу пригодиться тебе. Отпусти, я дам взамен кровь, или хочешь… меня? — ему приходится переступить что-то в себе, предложив своё тело.       — Охотники так просто продаются? — он иронично подцепляет его чувство гордости. — Это я могу взять и так. Или ты можешь быть послушным? — Ёнзо всматривается в него, словно бы изучая то, чего Кай сам в себе не видел.       — На колени. — Взгляд указывает вниз.       Кай медленно подчиняется, всё ещё находясь на краю. От него ожидается доказательство, и у парня неподдельно дрожат руки, когда он тянет завязки брюк, вынимает его член. Настоящий неуверенный взгляд снизу вверх с ощущением собственной уязвимости. Открывает рот. Первое прикосновение к головке слизистой губ, языком — солоноватый привкус. Смачивает слюной, пробует ласкать губами, чувствуя острую необходимость понравиться, словно бы он раньше этого не делал. Полоз мог бы принудить его силой: так, удерживая открытой челюсть, насаживать, держа за затылок. Каю мысленно представляется вполне хороший вариант. Без опоры ему приходится ухватиться за его ноги, он берёт член в глотку, корпусом подаваясь вперёд. Ёнзо непривычно холоден, и Кая самого возбуждает собственное подчинение, такой способ просьбы. В этом действии — потребность внимания, признания своей ценности. Он движется всем корпусом, предоставляя ему свой рот, до тех пор пока член не выскакивает у него изо рта, мажа лицо слюной. Полоз велит следовать за ним.       — Раздевайся.       Он приводит Кая в когда-то жилое помещение, скорее похожее на покои. Кровать за столько лет скорее должна была развалиться, но долгоживущие эльфы не переносят вещей, сотворённых не на века.       Открывать своё тело под непроницаемым взглядом сложнее. Неуверенные руки подводят его, усиливая смущение. Словно он наконец открыто показывает свою уязвимость, а полоз оглядывает: с какими особенностями сегодня материал? Кай нравится ему таким?       Ёнзо оценивающе осматривает беззащитное тело и подталкивает его на холодную кровать, позволяя упасть.       — На что ты ещё готов, юный охотник?       Кай протягивает к нему руки, проявляя инициативу. Продолжает играть роль жертвы, добровольно предлагающей себя, едва касаясь ткани на груди, кожи лица. Приняв ответ, Ёнзо уводит его руки наверх.       — Держи так, — велит мужчина, получив в распоряжение всё его тело.       Доля Кая — послушно принять любое следующее касание, не в праве ослушаться. Ёнзо беспрепятственно проводит пальцами по его груди, на грани с щекоткой оглаживает уязвимо открытые рёбра. У Кая часто вздымается грудь. Он спускается ниже, велит развести в стороны плотно сведённые ноги. С заминкой поглаживает, чуть поднимает одну, нежит кожу на внутренней стороне бедра, потом отставляет другую. Кай чувствует себя чересчур открытым перед ним. Ёнзо игнорирует его эрекцию, но его фантазия в этой позиции работает сама за него. Мужчина собственнически кладёт ладони на живот, мнёт мягкие подвижные ткани. Кай вздрагивает, когда он кусает его. Лёгкое жгучее ощущение горит среди дефицита контакта. Ёнзо смотрит ему в глаза. Опускается для укуса по нежной коже рёбер. Кай перебирает по простыне ногами, будто и правда привязанный сверху. Ёнзо склоняется к парню ровно так, чтобы тот чувствовал недостижимое тепло, но ничего не мог сделать. Рука мужчины ложится ему на колено, едва ощутимо ведёт по внутренней поверхности бедра до ягодиц и ануса. А могла бы лечь на член. И Кай знает, что Ёнзо видит его реакцию, ощущает.       — Ты достаточно мокрый, можешь потрогать себя.       Ёнзо наблюдает, как он обхватывает свой член с его позволения. Он действительно мокрый, но Кай готов заменить всё это на прикосновения полоза. Кай открывает губы, хватая воздух. Ему хочется целовать его. Становится совсем приятно.       — Хватит.       Ёнзо его контролирует. Полоз погружает два пальца в рот, вынимая их покрытыми густой слюной. И Каю кажется, что его уже дурманит факт такой саливации. Ёнзо возвращает пальцы к анусу, чуть массируя снаружи и ненастойчиво раздвигая ткани. Ёнзо сглатывает, продолжая его массировать.       — Поворачивайся на четвереньки.       Кай подчиняется.       — Ноги шире. Ещё. — Он раздвигает их насколько возможно, прогибаясь в пояснице. Кожа тянет, раскрывая больше анус.       Ёнзо освобождает член. Руки ложатся на бёдра сзади.       — Насаживайся.       Кай замирает, понимая необходимость самому начать трахать себя. Он чуть подаётся назад. Ему приходится рукой придерживать его член, чтобы направить его в себя. Слышит, как Ёнзо вздыхает позади него. Наставляя, полоз придерживает его за бёдра, позволяя действовать самому. Он перехватывает руку под локоть, при попытке её убрать, так же тянет к себе вторую. Кай ахает, прогибается в спине, когда полоз его насаживает до конца, усаживая к себе на колени. Ёнзо обхватывает его поперёк груди, зажимая руки между спиной и своим животом.       — Наконец-то ты у меня, — шепчет ему на ухо хриплый возбуждённый голос. Кай чувствует его всем телом, ощущает внутри. Очень много тепла. Парень стонет, когда полоз наконец ласкает его член. Ему хочется двигаться на нём. Ёнзо переводит его вес на колени, продолжая удерживать, словно у него в руках безвольная невесомая вещь. Он едва подаётся бёдрами вперёд, Кай всхлипывает — как же это мучительно медленно!       — Ш-ш-ш, тише. Дыши спокойнее.       Дыхание медленнее, чем толчки внутри. Это расслабляет его до неги. Кай просто позволяет трахать себя. Он чувствует, как член скользит внутри, ягодицами ощущается, как горячо и мокро. Тесно и, м-м-м, хорошо.       Ёнзо толкается резче, вынуждая его вскрикнуть от удовольствия, выбивая стоны с каждым резким движением. Кай зависим от этого темпа.       — Ещё, пожалуйста…       Полоз чуть учащает темп, лишь отчасти удовлетворяя просьбу.       — Ёнзо. Ёнзо, пожа-а-алуйста… — Кай сам ломает эту игру, не выдерживая.       Продолжая держать поперёк корпуса, второй рукой маг чуть тянет его таз на себя, слегка усаживая. Он входит частыми мелкими движениями, сжимая свободной рукой его член, Кай выгибается, изливаясь ему в руку. Оргазм тянется, пока Ёнзо грубо срывается, резко войдя в него, тоже кончая.       На свободе Кай ощущает, как затекли плечи. У него влажные глаза и совершенно сухо во рту. Кай наконец-то целует его и трётся щекой о его щёку. Какое-то время они оба лежат обессиленные от удовольствия, но приходит время вставать.       — Колени трясутся, — делится Кай.       — Так ты хотел? — мягко усмехается его змейка.       — Да, — он довольно выдыхает. — Мне понравилось. И знаешь, в чуть иных обстоятельствах у меня бы получилось тебя опередить.       — Это если бы не хотел мне попасться? Но, думаю, встреть ты равного по возрасту, он бы не ушёл от тебя.       Обнявшись, они доходят до жилой зоны замка. Одежда не подлежит восстановлению, но никто не захочет знать, почему потребовалось столько новой.