Still Loving You

Подвал у Майка всё так же пах пылью, картоном и чем-то сладким — кажется, тем самым порошковым какао, которое они когда-то разводили кипятком из чайника и называли «зельем храбрости». Коробки с миниатюрами стояли на тех же местах, книги с персонажами ребят привычно располагались на полке, плакаты на стенах выцвели, а стол для DnD всё так же был исцарапан по краям, будто время здесь спотыкалось и шло медленнее, а то и вовсе замирало. Иногда Майку казалось, что если закрыть глаза, можно снова услышать их детские голоса — слишком громкие, слишком уверенные в том, что впереди бесконечность. Но глаза он больше не закрывал. Потому что теперь подвал казался меньше. Потолок ниже. А тишина — громче. — Ну что, мастер подземелий, ты готов? — Усмехнулась Макс, опускаясь на диван и закидывая ноги на подлокотник. — Или нам ждать ещё полчаса, пока ты придумаешь историю до мелочей и морально настроишься? Майк фыркнул, перетасовывая листы персонажей. — Я готов. Просто… — Он замялся, не договорив «просто странно снова быть здесь». — Уилла можно не ждать, — бросила Макс почти между делом, усаживаясь с остальными за стол. — Он, наверное, с Карлтоном. Кубик в руке Майка замер. Пластик неожиданно стал тяжёлым, будто внутри был не воздух, а свинец. — Серьёзно? Это же всего один день! — Лукас разочарованно вскинул руки. — При чём этот день был оговорен заранее, — добавил Дастин, открывая свою книгу. Майк до последнего не верил, что Уилл проигнорировал их собрание. Да, они больше не зависали вместе днями напролёт, но каждый всё так же дорожил партией. На самом деле они не виделись уже почти год с того самого момента, как окончили школу и поступили в колледжи, но продолжали обмениваться письмами и держать друг друга в курсе всех событий. Уилер знал, что у друга появился парень и что его звали Карлтон, но больше особо никаких подробностей не поступало. Дверь наверху скрипнула, и шаги на лестнице прозвучали раньше, чем Майк успел что-то ответить. По ступенькам, мягко ступая, спускался никто иной как Уильям Байерс. Ребята, синхронно обернувшиеся на новоприбывшего, замерли сначала от удивления, а потом подскочили со своих мест и кинулись обнимать друга. — Чувак, давно не виделись! — А мы уже думали, что ты не придёшь. — Что бы мы только делали без клирика! Только Майк стоял, словно приклеенный к своему месту и не мог отвести взгляда от Уилла: взъерошенные каштановые волосы, серёжка в ухе, не застёгнутые последние пару пуговок просторной рубашки, уверенная поза и браслет на руке. «Сто процентов парный, — подумал он. — Как это мерзко». — Майк, всё в порядке? — Уилл уже стоял напротив него, мягко улыбаясь. — Да, конечно, — вышел из транса Уилер, не зная куда себя деть и неловко раскинув руки то ли для объятий, то ли приглашая всех за стол. Байерс без какой-то неловкости обнял друга. Запах свежего лесного воздуха в тёплый солнечный летний день, исходящий от Уилла, снова возрождал в голове Майкла мысли, с которыми тот бесконечно боролся. Ему хотелось сейчас посильнее прижаться к товарищу, обвить талию рукой и никогда больше не отпускать, а потом зарыться пальцами в непослушные волосы и… — Вы там кому так профессионально позируете, натурщики? — Макс, вскинув бровь, наблюдала за парнями со своего места. — Скульпторов среди нас нет. — Зато есть художники, — напомнил Дастин. — Уилл, как там твоё обучение? Над чем сейчас работаешь? — По правде говоря, пока только какие-то учебные проекты, на своё что-то особо времени нет, — Байерс занял своё место напротив Майка и сразу заметил, что тот в упор смотрит на него, но ровно до того момента, пока не поймает ответный взгляд. Игра началась. «Мастер подземелий» как-то сбивчиво зачитал своё вступление, вызывая у переглядывающихся друзей смешки. Кубики стучали по столу сухо и резко, как капли по жестяной крыше во время дождя. Когда-то этот звук означал приключение. Сейчас он по непонятной причине действовал Майку на нервы. — Так, эээ… Ты входишь в зал, — начал он, глядя не на карту, а куда-то мимо неё. — Огромный зал. С колоннами. И… э-э… светящимися факелами. — Дружище, но они уже были в прошлой комнате, — заметил Дастин. — Значит, другие факелы, — отрезал Майк слишком быстро, нервно глянув сначала рефлекторно на Уилла, потом на Хэндерсона и опустив глаза в свою книгу. Уилл под столом нашёл ногу друга и аккуратно коснулся её своей. Уилер лишь закусил губу и ещё внимательнее уставился на листки бумаги. Байерс бросил кубик не глядя. Сразу же двадцать. Макс присвистнула. Майк поднял глаза на игровое поле и только кивнул, будто это ничего не значило, хотя пальцы сами собой сжались на краю стола. — Мой волшебник пытается очаровать стражника, — сказал Уилл спокойно. — Просто разговором. «Просто разговором», — Майк усмехнулся краем губ. — Бросай харизму. Снова высокий результат. Смех. Лёгкие комментарии. Всё шло гладко — слишком гладко. Персонаж Уилла договаривался, убеждал, обезоруживал словами, пока планы Майка в его же собственной истории всё чаще рассыпались в прах. Он путался в описаниях. Уилл иногда задумчиво зависал на несколько секунд, глядя в одну точку, слегка улыбаясь и касаясь аккуратными пальцами губ или подбородка, и каждый раз пауза между его репликами становилась на секунду длиннее. Этой секунды хватало, чтобы кубик в руке становился тяжёлым. — Так мы идём дальше или ты ещё будешь гипнотизировать охрану? — спросил Майк резче, чем нужно. Байерс поднял взгляд. И снова бросок. Снова удача. Макс и Лукас одобрительно вскрикивали, Дастин барабанил по столу победную дробь. Майк впервые за вечер подумал, что проигрывает игру, которую сам же и ведёт. Где-то наверху часы пробили девять. — Я сейчас, — Уилл плавно поднялся со стула и скрылся за дверью подвала. — Уилер, что сегодня с тобой? — Синклер потрусил друга за плечо. — Халтура на халтуре. Если передумал играть, то так бы и сказал… — Ага, знаменитый рассказчик, — Макс заговорщически подмигнула. — Я бы даже подумала, что ты влюбился, если бы не знала, какой ты зануда. Или тебя так выбил из колеи тот факт, что у Уилла появилась новая компания в виде Карлтона и друзей из колледжа? Он ведь всё время безоговорочно следовал за тобой… Уилл же в гостинной набрал знакомый номер. Голоса из подвала превратились в глухой гул, будто он нырнул под воду. — Алло? — Карлтон, это я, — медленно протянул Байерс. — Оу, привет, как твой вечер?.. Майк просидел на своём месте ещё несколько секунд, уставившись на карту подземелья, игнорируя реплику подруги, и понял, что больше не слышит ни одного слова. Только смех Уилла за дверью. Он вышел следом почти машинально. Уилл стоял спиной, плечом упираясь в косяк, и говорил тихо, мягко — так, как Майк не слышал уже много лет. В этом тоне было что-то чужое. Не предназначенное ему. — Да, я тоже… — Байерс, судя по интонации, улыбнулся. — Нет, всё нормально, просто друзья. Слово «просто» кольнуло сильнее, чем должно было. Майк не собирался подходить близко. Правда. Да и вообще это всё слушать ему было ни к чему. Но расстояние сокращалось само собой: два шага, ещё один. Он видел, тонкий изгиб шеи Уилла, как тот слегка повернул голову, будто почувствовал его присутствие кожей. — Да, я тоже по тебе скучаю… — промурчал парень, уже глядя на Уилера. «Ёбаный, мать его, Карлтон», — Майк непроизвольно сжал руки в кулаки, подойдя к другу непозволительно близко. Настолько, что мог уже в трубке слышать чужой голос. Он сам не понял, в какой момент оказался на таком расстоянии. Его дыхание коснулось виска Уилла раньше, чем сам решился на движение. Ладонь легла на талию почти осторожно — но пальцы всё равно смяли ткань рубашки, задержались, не решаясь ни отпустить, ни сжать сильнее. Уилл едва заметно напрягся, но трубку от уха не убрал. — Да, да, я очень внимательно тебя слушаю, — парень повернулся к другу лицом. Они были настолько близко друг к другу, что, казалось, делили один воздух на двоих, почти касаясь лбами. Майк большим пальцем непроизвольно слегка нервно двигался по шву рубашки. Он наклонился ещё на долю дюйма, будто его разумом что-то овладело, с чем он не мог — или не хотел? — бороться. Кончик носа скользнул по виску Уилла, задел прядь каштановых волос. Тепло кожи обожгло сильнее, чем он ожидал. Эта близость внутри запускала сотни фейерверков. Уилл сделал крошечную паузу в разговоре — едва заметную, всего на несколько судорожный вдох. — О каком фильме говоришь? Угу… я здесь, — произнёс он в трубку тише. Майк поймал взгляд покосившихся на него глаз. Он просто остался так, слишком близко, и его губы неосознанно коснулись края уха — не поцелуй, скорее намёк на него. Но этого хватило, чтобы плечи Уилла напряжённо дрогнули. — Да, конечно, — продолжил тот уже чуть быстрее. — Нет, всё нормально. Ладонь Майка на талии сжалась сильнее. Он сократил расстояние между ними до минимума и уже чувствовал тепло чужого тела своим. Они были настолько близко, что от этого каждое слово из трубки звучало лишним, чужим, раздражающим шумом. Уилер опустил голову ниже, к линии шеи, где пульс бился слишком явно. Горячие губы коснулись нежной кожи, вызывая толпы мурашек. Уилл снова сбился на полуслове. Поцелуи прокладывали дорожку влажных почти невесомых касаний до самой ключицы. Пальцы Майка мелко дрожали, нерешительно касаясь ворота рубашки. Ему нужно остановиться — понимал это отчётливо, но рука почему-то не слушалась. — Всё в порядке? С тобой кто-то есть? — Послышалось из трубки. — Нет. Нет, всё в порядке, — Уилл смотрел прямо в глаза лучшему другу, игриво улыбаясь. — Я один. Продолжай. Майк, не отрывая взгляда, прикусил губу. Рука на талии наконец-то оттеснила ткань рубашки и упрямо скользнула по спине, прижимая Байерса ближе. Парень задержался на мгновение, ощущая, как пальцы перемещаются по спине Уилла, будто сами находят линию тепла, которую нельзя отпустить. Его дыхание смешалось с дыханием друга, и каждый вдох казался громче звонка в трубке. Уилл провёл взглядом по плечу Майка, едва заметно улыбаясь уголком губ. — Да, я всё слышу, — проговорил он в трубку, но голос предательски дрогнул, едва уловимо. Майк наклонился чуть ниже, губы почти касались губ напротив, воруя кислород. Его ладонь медленно поднималась выше по спине, как будто проверяя границу дозволенного. Уилл снова сбился на слове, но трубку держал. Это была игра: Майк знал, что Уилл ещё не сдастся, и сам не хотел отпускать эту близость. — Эй… ты точно один? — раздался голос по телефону, и Майк слегка улыбнулся, представляя, как Карлтон даже не подозревает, что скрывается под такой будничной фразой «просто друзья», невзначай брошенной в начале разговора. Майк прижал друга ближе, и наконец принял решение. Не думая больше ни секунды, он плавно коснулся чужих губ своими, срывая сдавленный вздох. Уилер ожидал, что Уилл отстранится, но тот только сильнее прижимался к нему, отвечая на поцелуй. Рука с телефонной трубкой чуть опустилась, вторая же осторожно касалась щеки друга. — Слушай, мне надо тусоваться и всё такое, — сбивчиво проговорил Байерс в трубку, слегка отклоняя голову, но не нарушая близости. — Что? Что ты говоришь? Уилл? — недоумевал голос на том конце. — Это его автоответчик, — Майк выхватил телефон. — Иди-ка ты нахуй. После чего трубка вернулась на своё место. — Так… на чём мы там остановились? — тихо проговорил Майк, снова наклоняясь к Уиллу. И прежде чем тот успел ответить, Уилер уже уверенно притянул его к себе, губы сомкнулись в долгий, горячий поцелуй. Он был не робкий, а настойчивый — мягкий, но требовательный. Язык Майка осторожно скользнул по губам Уилла, приглашая к ответу, и Уилл не отстранился: вместо этого легко касался, поддерживая ритм и глубину поцелуя. Руки Майка скользнули по спине назад, плотно удерживая друга, а пальцы Уилла запутались в волосах Майка. Теперь единственное, что имело значение, — тепло друг друга и звук их дыхания, смешанный воедино. Поцелуй становился глубже, язык Майка настойчиво касался языка Уилла, изучая, пробуя, одновременно чувствуя его реакцию. Руки опустились на ягодицы, нежно сжимая. — Майк… — Уилл слегка прогнулся, чуть приоткрыв губы шире, отвечая на прикосновения, и их тела почти слились в единое движение. Они на мгновение отстранились, тяжело дыша. Каждый взгляд говорил больше, чем слова, а мир за пределами гостиной исчезал, оставляя только их — близость, тепло и страсть, которая наконец обрела форму. — Нас сейчас кто-то заметит, — Уилл касался носом щеки Майка. — Ну и пусть, — Уилер изучающе блуждал руками по телу друга. — Нам надо идти, — губы Байерса коснулись где-то в районе скулы. — уже все заждались. — Тогда останешься у меня сегодня? — Взгляд Майка стал серьёзным. — А ты этого хочешь? — Я хочу тебя, — Уилер сам не понял, как это сорвалось с его губ. Поэтому он несколько испуганно коснулся пальцами губ. — Я скучал, — голос прозвучал сдавленно. Майк улыбнулся, чуть наклонив голову, чтобы губы снова коснулись лба Уилла: лёгкий, тёплый поцелуй, как обещание. — Тогда оставайся, — повторил он тише, почти шёпотом, прижимая друга к себе. — Можешь даже навсегда. Байерс замер на мгновение, чувствуя тепло и уверенность друга. Его руки осторожно обняли в ответ, не отпуская, но и не вторгаясь слишком глубоко — словно оба понимали, что этот момент должен быть долгим, чтобы задержаться в памяти. Они ещё на мгновение остановились, соприкоснувшись лбами, дыхание смешалось, и в гостиной стало тихо, как будто сам мир замер, позволяя им быть вместе. — Мне тебя не хватало, — прошептал Майк, губами скользнув по волосам Уилла. — Мне тебя тоже, — тихо ответил Уилл, наконец позволяя себе улыбнуться по-настоящему. И в этой тишине, между сердцами и дыханием, они нашли то, чего не хватало долгие годы — близость, понимание и уверенность, что теперь они могут быть вместе. Больше не имело значение ни что подумают другие, ни стечение каких-то обстоятельств. Майк наконец-то признался себе, что не хочет отпускать Уилла и не позволит ему быть с кем-то ещё, потому что любит его. Всегда любил. Он вспомнил все эти годы, когда сидел рядом с ним, боясь, что случайно выдаст свои чувства, когда молчал, наблюдая, как Уилл смеётся, играя с друзьями, как уходит, не подозревая, что Майк всё видел. Столько раз он сдерживал себя, прикрывая ревность шутками и спорами о DnD, и каждый раз сердце сжималось от невозможности быть ближе. Теперь же, прижимая Уилла к себе, чувствуя тепло его тела, Майк понял, что всё это — не просто страсть, не просто мгновение. Это было освобождение. Страхи, сомнения, долгие часы ожидания — всё растворялось в одном взгляде, в одном прикосновении. И вместе с этим ощущением пришла лёгкая дрожь, не от страха, а от того, что теперь он мог быть честным с самим собой и с Уиллом. Он позволил себе глубоко вдохнуть, почувствовать знакомый запах Байерса и понять: больше нет скрытых желаний, больше нет тайных надежд. Всё было настоящим. Всё было их. И Майк знал, что ни одно слово, ни одно мгновение никогда не сравнится с тем, что он ощущал прямо сейчас. Майк ещё на секунду прижал Уилла к себе, вдыхая его запах, но потом слегка отстранился, чтобы взглянуть в глаза другу. — Ладно, пора возвращаться, — тихо сказал он, сдерживая улыбку. Уилл кивнул, осторожно поправив рубашку и взяв на секунду трубку обратно в руку, как будто проверял, что мир снова на месте. — Да, пора, — пробормотал он, слегка смеясь. — Ребята ждут. Они вышли из гостиной, плечом к плечу, держась чуть ближе, чем обычно. Никто из друзей пока не подозревал, что происходило всего пару минут назад. В подвале Макс и Лукас всё ещё спорили о стратегии для следующей битвы, а Дастин пробовал новые методики бросков кубика, не замечая их появления. — Всё в порядке, ребята? — С подозрением спросила девушка. Майк сел на своё место за столом, бросив Уиллу короткий взгляд, полный обещаний. — Да, просто… немного устал, — ответил Уилл, едва заметно касаясь плеча Уилера, пока проходил к своему месту за столом, и оба улыбнулись, не произнеся ни слова. И игра продолжилась. Подземелье ждало, но теперь у них было что-то своё, что никто, кроме них, не мог нарушить. Взрослое чувство, страсть, которую они наконец позволили себе признать, тихо переплеталось с шёпотом кубиков и смехом друзей.