От танго до любви - один шаг

      Большой зал заполняли звуки скрипки и аккорды фортепиано. Они отражались от зеркал, бледных стен, и стремились проникнуть в две пары, что кружили по паркету. В ритм музыке раздавался стук каблуков, и даже закрыв глаза можно было представить рисунок танца:       Шаг. Шаг. Смена. Зацепка. Поворот…       – Стоп! Стоп!       Обе пары тут же замерли в середине связки.       Сичэнь тяжело вздохнул и опустил голову. Танго продолжало играть в колонках. Не Минцзюэ подошел к музыкальному центру и нажал на паузу.       – Сичэнь-гэ, – позвал Вэй Усянь и стал ровно. Он отпустил руку Вэнь Цин, которая про себя тяжело вздохнула. Рядом Лань Ванцзи и Ло Цинъян тоже вышли из позиции и выжидающе смотрели в сторону Сичэня.       – Мы где-то ошиблись? – спросил Усянь.       – Нет, с комбинацией все правильно, – Лань Сичэнь откинулся на спинку стула и провел рукой по лицу. – В Вэнь Цин и Цинъян мы полностью уверены. Они опытнее и хорошо овладели подачей. Но если девушки останутся в стороне, то это будут только шаги. Не танец. В нем нет наполненности смыслом.       Вэй Усянь и Лань Ванцзи помрачнели. На носу были соревнования на повышение класса. И все бы хорошо, если бы не это треклятое танго.       Сичэнь снова вздохнул.       – Ванцзи, Усянь, вы понимаете, танго – это страсть. Любовная страсть. Полная уверенность в себе. Не самоуверенность, а именно уверенность! В себе, в своих движениях, красоте. Это как, м-м-м…       – Как секс, – вклинился Не Минцзюэ.       – Минцзюэ! – вспыхнул Сичэнь.       – А что? – старший мужчина сложил руки на груди. – Они уже не маленькие, скоро нас перемахнут. А их танго похоже на сопливую школьницу, которая еще даже не целовалась.       Вэй Усянь резко сжал губы. На лице Лань Ванцзи появилось убийственное ледяное выражение. Но глядя на этих двоих, Вэнь Цин и Цинъян хотелось смеяться. Ведь кто, как не партнерши, знали, что слова Не Минцюэ попали в яблочко?       Похоже, вид двух юношей был настолько мрачный, что Лань Сичэнь смягчился и, тихонько кашлянув, толкнул Минцюэ в бок. Тот закатил глаза и вздохнул:       – Хорошо, на сегодня вы можете быть свободными. Завтра мы с Сичэнем уезжаем, считайте, что у вас выходной. А вы, – он указал на Усяня и Ванцзи, – воспользуйтесь свободным временем и как-нибудь просветите свою внутреннюю школьницу.       На этих словах девушки окончательно прыснули со смеху, Ванцзи и Усянь то бледнели, то краснели, но оба решительно отвернулись друг от друга, а Лань Сичэнь снова напустился на Не Минцзюэ.       В такой суете и закончилась тренировка. Вечер встретил юных танцоров холодом и летающими снежинками. Было достаточно поздно, но свет фонарей успешно отвоевывал тротуары у сгущающейся темноты. Все четверо шли вместе, девушки впереди, а парни немного отстали. Вэй Усянь плелся рядом с Лань Ванцзи и мрачно поглядывал, как весело болтают Ло Цинъян и Вэнь Цин. Кажется, они обсуждали новое меню любимого кафе. Глядя на них сейчас, было трудно поверить, что на соревнованиях эти двое сражаются друг с другом будто львицы. И не то чтобы они были намного старше Ванцзи и Усяня, да и в спортивные танцы они пришли примерно на год раньше парней. Так какой же секрет их высокого артистизма?       Внезапно Вэй Усяня осенило. Он снова оглянулся на девушек, а потом шагнул ближе к Ванцзи и тихо позвал:       – Лань Чжань.       – М? – Ванцзи только скосил взгляд в сторону, давая понять, что он слушает.       – У тебя есть же запасной ключ от студии? – все так же заговорщицки шептал Усянь.       – Что ты хочешь сделать? – неожиданно, но Ванцзи тоже понизил голос.       – У меня есть идея, – Вэй Ин неосознанно облизнул губы, будто нервничал, – как повысить наш артистизм. Давай встретимся завтра утром в студии? Но не говори Вэнь Цин и Мянь-Мянь.       – Почему?       – Не нужно их звать, просто вдвоем потренируемся, – взгляд Вэй Ина метнулся в сторону, но он все же настаивал на своем.       Какое-то время Лань Ванцзи вглядывался в лицо Усяня, а потом кивнул.       – В восемь. Не опаздывай.              На следующий день Вэй Усянь в 7:30 уже стоял под дверью студии. Мороз был сильнее, чем предыдущим вечером, и юноша подул на свои порозовевшие пальцы, а потом поправил красный шарф. На припорошенном тротуаре уже вырисовалась дорожка серых следов, свидетельствующая о нервном ожидании. Вэй Ин сосредоточил взгляд на своих ботинках, и все же в просыпающемся шуме улицы он уловил мягкие знакомые шаги. Подняв голову, он увидел, как к нему подходит Лань Ванцзи. Сегодня тот был в любимом бежевом кашемировом пальто, а вокруг шеи повязал светло-серый шарф. В отличие от Вэй Усяня, Ванцзи не сжимался от холода, и только по покрасневшим щекам и кончику носа можно было догадаться об отрицательной температуре на улице.       – Ты пришел, Лань Чжань! – ярко улыбнулся Вэй Ин.       Ванцзи вопросительно поднял бровь, но колкий ответ остался внутри, и он лишь спокойно произнес:       – Доброе утро, Вэй Ин.       – Доброе утро! – Усянь снова улыбнулся и нетерпеливо покачнулся на носочках.       Дальше без лишних слов Ванцзи поднял роллету и открыл дверь в студию. Как только Усянь вошел внутрь, Лань Чжань снова опустил роллету и защелкнул ее изнутри, а после запер входную дверь. Тем временем Вэй Ин уже нашел выключатель, и небольшой коридор залило мягким светом.       Парни молча переоделись в раздевалке. Из-за того, что студия была на цокольном этаже здания, освещение было искусственным, так что время суток можно было определить только на часах.       Им не впервой приходилось заниматься в студии без Сичэня и Минцюэ, но сегодня, когда они были только вдвоем, казалось, что их шаги особенно гулкие, и когда Ванцзи наконец включил свет в зале, Вэй Усянь наконец почувствовал, будто они сами захлопнули ловушку и спрятались от людей.       – Итак, что ты предлагаешь? – первым заговорил Лань Ванцзи.       – Давай практиковаться в паре, – выпалил Вэй Усянь.       Ванцзи снова вопросительно поднял бровь.       – Я имею ввиду, – неловко продолжил Усянь, – страсть, это же немного грубость, да? Нехорошо как-то быть грубым с Вэнь Цин, да и ты с Мянь-Мянь не можешь так поступить, верно? Так что я подумал, что мы можем попрактиковаться друг на друге. Ну там, повороты резче, хват посильнее…       Несколько мгновений Лань Ванцзи ошеломленно смотрел на Вэй Усяня, а потом провел ладонью по лицу и запрокинул голову. Из-под прижатых пальцев неожиданно вырвался тихий, бархатный смешок. Вэй Ин впервые слышал такой смех Лань Чжаня, потому слегка вздрогнул.       – Вэй Ин, – голос Ванцзи был непривычно низок. Юноша убрал руку и посмотрел на Усяня, – это и все?       Этот вопрос застал Вэй Ина врасплох. Он неловко потер затылок и невинно ответил:       – Да?       Лань Ванцзи тихо вздохнул. Он повернул голову в сторону, на несколько мгновений замер, а потом снова взглянул на Вэй Усяня.       – Тогда давай попробуем.       Услышав эти слова, Вэй Ин осознал, что до этого стоял в напряжении, будто кролик перед гончей, но теперь на него нахлынула волна облегчения.       – Я буду на позиции лидера, – продолжил Лань Ванцзи, настраивая музыкальный центр.       – А, да, – машинально согласился Вэй Усянь.       Из колонок раздался аккорд гитары, что сразу сменился звуком ветра и нарастающим перебором кастаньет. На первый отрывистый мотив танго оба юноши сдвинулись с места. Шаг. Шаг, шаг, шаг. Шаг, шаг, рывок – и Ванцзи прижал Вэй Усяня к себе. Их лица оказались неожиданно близко, от чего у Вэй Ина на мгновение перехватило дыхание. Рука Ванцзи опустилась на бедро Усяня, горячая ладонь медленно провела линию вверх: через талию, ребра, осторожно подхватила руку Вэй Усяня и вытянула в сторону. Вторая же рука, едва ощутимо поднялась от талии и замерла между лопаток, но волна мурашек захватила все тело Вэй Усяня, он слегка вздрогнул и снова стал искать глаза Лань Ванцзи. Их взгляды встретились, и Вэй Ин был готов поклясться, что радужки напротив потемнели.       С медленным, томным мотивом скрипки Лань Ванцзи начал покачивать их пару. Потом, будто на пробу, осторожный шаг, еще один, медленный поворот. Снова шаг, другой… Вэй Ин чувствовал, когда его спину вот так поддерживала крепкая рука, а грудь чувствовала сердцебиение напротив, он будто на стальных опорах, что не позволят ему упасть. Присутствие Лань Ванцзи мягко завлекало, а горячее дыхание касалось шеи и щеки. Золотые глаза пристально смотрели на него, и Вэй Ин не смел отвести взгляд. Шаг за шагом, поворот за поворотом…       Раз! Громкий аккорд обжег кожу, вмиг заставил закипеть кровь. Лань Ванцзи перехватил Вэй Усяня, закружил – и тот вдруг очнулся от пелены. Ванцзи подавлял, его аура стала тяжелой, почти осязаемой. Он будто говорил: «Покорись. Проиграй». Это подняло волну протеста в душе Усяня. Он не желал сдаваться, не желал быть покорным. Если Лань Чжань играет по нечестным правилам, он ответит тем же.       Их танго превратилось в поле боя, где никто не хотел уступать другому. Лань Ванцзи заставлял Вэй Усяня вспоминать все женские движения, ухищрения и украшения. И тот нарочно блокировал шаги партнера, всем видом отказываясь идти на уступки. Хочешь быть главным – покажи, что достоин.       Ритм въелся в их сердца, они не слышали ничего, кроме проклятого «раз, два, три-и, и четы-ыре», стук каблуков о паркет стал громче обычного, а ладони сжимались все крепче. Резкий поворот, позиция – и Усянь почувствовал, как изгибается его спина в незнакомой фигуре, как непривычно тянется нога. А Лань Ванцзи остро улыбается, будто победил. Но Вэй Ин не сдастся так просто. Ухмыльнувшись, он одним рывком поднялся и закинул ногу Ванцзи на талию, но тот подхватил чужую ногу под коленом, и, задав импульс, подкинул Вэй Усяня вверх. Вэй Ин взмыл ввысь, но тут же руки Ванцзи охватили его талию, и прокружив их вместе, вернули Усяня на землю. Вэй Ин сверкнул глазами – на этом рано заканчивать. Новый раунд начинается прямо сейчас.       Так они кружили, один ловил, второй убегал. Вэй Усянь ловко избегал крепкого хвата Лань Ванцзи. От их движений рубашки давно промокли, волосы растрепались. Челка Лань Ванцзи выбилась из идеальной укладки, острыми прядями упала на лоб, щеки покраснели, губы приоткрылись от тяжелого дыхания. Вэй Усяня полностью захватил азарт, ему было несравнимо весело дразнить Лань Ванцзи и так необходимо довести до края. Места, где его тела касались руки Лань Чжаня, буквально горели, и внутри зарождался жидкий огонь, собираясь в один комок.       Рывок – и внезапно их губы сошлись вместе. Позиция распалась, руки хаотично прижимали к себе другого. Внутри Вэй Усяня и Лань Ванцзи было слишком горячо, чтобы кто-то из них мог отдать себе отчет в происходящем. Поцелуй не был нежным и невинным, он был голодным и полным соперничества. Вскоре их губы стали красными и истерзанным от мелких укусов, и все же они продолжали целоваться, пока сбитое дыхание не дало о себе знать.       Вэй Усянь отстранился, но Лань Ванцзи снова прижал его к себе, и продолжил осыпать лицо поцелуями. Адреналин сменился сладкой дрожью, Вэй Ин чувствовал, что в объятиях Ванцзи была хрупкая просьба остаться. И он растаял. Усянь не хотел отказываться от этой нежной властности, что запечатлевалась на его коже с каждым прикосновением губ. Вэй Ин подался вперед, откинув голову в сторону, и предложил свою шею. Несколько поцелуев коснулись чувствительных мест, спустились к изгибу плеча, но остановились у самого ворота рубашки.       Так Лань Ванцзи замер, просто прижимая к себе Вэй Усяня. Тот чувствовал, что ноги уже не слушались, но чужие руки все также не позволяли ему упасть. А над ними нежно звучала скрипка, давая пространство и время подумать.       – И как давно ты этого хотел? – тихо спросил Вэй Усянь.       Лань Ванцзи немного отстранился, чтобы заглянуть в глаза Вэй Ина. Тот смотрел в ответ.       – Сам не знаю, – честно ответил Ванцзи. – Когда понял, то казалось, что хотел этого всегда.       Тихий смешок сорвался с губ Вэй Усяня.       – Я еще переживал, что ты оскорбишься танцевать в паре, – озорная искорка промелькнула в глазах Вэй Ина, – а ты вон какую практику желал.       На лице Ванцзи появилось болезненное выражение:       – Вэй Ин…       – Тшшш, – палец у губ тут же прервал фразу. Усянь снова улыбнулся и сказал уже мягче: – Теперь, когда ты это сказал, мне кажется, что я и сам хотел именно этого. И хочу сейчас. И потом, после танца. И завтра, и после соревнований.       Счастье постепенно озаряло лицо Лань Ванцзи. Он торопливо спросил:       – Ты хочешь стать парой?       – Ага, – улыбнулся Усянь, – но не танцевальной.       Их губы снова встретились в поцелуе. Спустя несколько мгновений в колонках опять вернулся ритм танго. Вэй Усянь озорно улыбнулся:       – Потанцуем еще?       – Конечно, – ответил Лань Ванцзи.       Их руки вернулись в позицию: две, что ладонями друг к другу, вытянулись в сторону, правая рука Лань Ванцзи легла меж лопаток Вэй Усяня, а левая рука Усяня – на плечо Ванцзи. Юноши встретились взглядами, будто проверяя друг друга. Мгновение – и снова их шаги принялись чертить рисунок танца по паркету.       Но в этот раз это было не соперничество, не жажда возвыситься и победить. Это было нежное, но в тоже время страстное желание узнать друг друга, увлечение, очарование, восхищение.       Это расцветала любовь.