Выиграть Рождество

Когда тебе десять лет, лесное дерево посреди комнаты, умопомрачительно пахнущее снегом и хвоей, кажется настоящим чудом в преддверии самого главного праздника года.   Елочные базары в Бруклине открывались за неделю до Рождества. На Мауер-стрит, где жили Стив и Баки, возле пекарни мистера Дейда, каждый год ограждали место, где под присмотром продавца – крупного краснолицего ирландца, мистера Финнегана, стояли елки. Маленькие, средние и высокие, тощие и пышные – все они были обмотаны бечевками и дожидались своего часа, когда их купят, принесут домой, поставят в ведро с песком и разрежут путы, чтобы они могли расправить свои пушистые лапы-ветки и наполнить дом густым ароматом хвои.  Всю неделю Стив и Баки, как и другие бруклинские дети, бегали смотреть и трогать елки – они стоили очень дорого, и далеко не каждая семья могла себе позволить такую роскошь. В тот раз Барнсы купили несколько пышных елочных веток, и Баки позвал в гости Стива, когда они с Беккой украшали их бумажными гирляндами. Темно зеленая колючая хвоя пахла просто изумительно, если ее растереть между пальцами, и этот запах наполнял грудь Стива необъяснимым восторгом. И почти каждый день Стив тянул Баки посмотреть на елочный базар. Они с мамой не могли позволить себе купить даже веток, потому что Стив проболел почти месяц, и много денег ушло на лекарства. – Какая тебе больше всех нравится? – спросил Баки однажды, когда они прохаживались возле деревьев, и Стив протянул руку и в который раз потер пальцами хвойные иголки, с удовольствием вдыхая аромат живицы. –  Смотри, какая высокая, она давно стоит, и ее никто не покупает, –  ответил Стив. –  У нас в комнате она бы верхушкой касалась потолка. Елка и правда была высокой, больше двух метров, с густыми крепкими ветвями. Но и цена была немаленькой – несколько раз Стив наблюдал, как к продавцу подходили люди и спрашивали цену, а затем уходили, качая головой. – Знаешь, Стив, я хочу, чтобы у вас с мамой в этом году тоже была елка. Пойдешь со мной в Сочельник на елочный бой?  –  спросил Баки.  – Меня родители отпустят. И я выиграю для вас эту елку. Баки было почти одиннадцать, он уже начал раздаваться в плечах и смотреть на мир с уверенной полу ухмылкой.  Единственной возможностью для тех, у кого не было денег купить елку, получить ее бесплатно – это выиграть в традиционном «елочном» бою, который начинался в Сочельник, за полчаса до полуночи. Нераспроданные деревья продавец кидал в претендентов на бесплатный дар, и если ты устоял на ногах и не уронил елку  – ты ее выиграл. Как правило, не раскупали самые большие ели, уж слишком дорого они стоили для семей из рабочих кварталов Бруклина. Вечером они засиделись у Барнсов и чуть было не прозевали время, прибежали к пекарне за пятнадцать минут до полуночи. На ночь мороз усилился, и воздух был такой холодный, что клубы пара вырывались у Стива изо рта. Толпа зевак уже собралась на площадке, где не раскупленные деревья ждали своего часа. Понравившуюся Стиву лесную красавицу тоже не купили.  Шумная веселая толпа выстроилась живым коридором, продавец – круглолицый ирландец, мистер Финнеган – поднимал очередное дерево и бросал его в смельчаков, выступивших из толпы под хохот, свист и аплодисменты. Маленькие и средние елки быстро разобрали, осталось три больших дерева.    – Баки, это не так уж и просто, может пришибить. Ты уверен? – Стив заволновался, когда увидел, как от удара одним из больших деревьев свалился с разбитым носом  их сосед, мистер Томпсон, большой и сильный мужчина. Впрочем, он был так пьян, что с трудом держался на ногах. Баки только дернул плечом.  – В это Рождество у вас с мамой будет елка, Стиви. Когда осталась одна ель – та, которая так нравилась Стиву, продавец обхватил руками тяжелое дерево, подбросил в руках на пробу:    – Ну, кто тут смелый? – Я ловлю! – звонким от волнения голосом откликнулся Баки – Стив не успел опомниться, как он уже шагнул вперед из толпы.  Финнеган только глянул на него и, сплюнув табачную жвачку в сторону, рявкнул: – Подрасти еще, малец, не удержишь. В следующем году приходи. – Эй, мистер Финнеган, не тяните, осталось две минуты до полуночи, бросайте мне эту красотку! – с другой стороны из толпы вышел широкоплечий шестнадцатилетний парень из соседнего квартала – Мартин Пэггс. За его спиной застенчиво жалась курносая девушка, его подруга. – Я первый ловлю, – не сдавался Баки, упрямо заняв место в центре живого коридора.  – Уйди с дороги, Барнс, не потянешь же, – Мартин положил ему руку на плечо, пытаясь оттеснить, но тот сбросил ее и упрямо поднял подбородок, расправив плечи. Финнеган покачал головой:  – Елка вдвое выше тебя, пацан, не стану бросать. – А он не один ловить будет, – Стив вышел из толпы, встал рядом с другом, прижался плечом. Словил быструю улыбку Баки краем глаза.   – Не по правилам! – возмутился Мартин. – Отойди, Пэггс, нет таких правил у нас в Бруклине! Мы берем ее вдвоем, – ощетинился Баки, и Стив почувствовал, как друг уперся подошвой своего ботинка о его ботинок. – Да, мы берем ее вдвоем! – крикнул Стив и для убедительности махнул тощим кулаком.  – Это же доходяга Стив Роджерс! Пускай стоит, он все равно на ладан дышит! – кто-то крикнул со смехом, и толпа одобрительно засвистела. Этого было достаточно. Мартин выругался и отступил. – Стиви, ты просто удержись на ногах, удар я беру на себя, – быстро шепнул ему Баки, поднимая руки.  – Упрусь тебе в спину, чтобы ты не завалился назад, – Стив шагнул за спину Баки и уперся локтем и лбом ему между лопаток, словно Баки был большим щитом. Сердце его бешено колотилось, когда он пошире расставил ноги для упора.  – Ну, поберегитесь, парни, – рявкнул мистер Финниган, замахиваясь деревом. – Если зашибу – сами виноваты! Стив сцепил зубы, когда огромная елка полетела в них. Мир вокруг потемнел, и наступила тишина. Стив почувствовал всем телом, как от удара дрогнула спина Баки, и изо всех сил напряг мышцы ног так, что они словно вросли в обледенелый тротуар. И вдруг запахло свежей хвоей так сильно, словно Стив растер в руке целую горсть хвойных иголок. Их накрыло деревом. И они не упали. Толпа засвистела и зааплодировала, а Баки опустил елку на землю и заорал:  – У нас получилось! Стив, у нас получилось! Мы выиграли! Ствол елки глубоко оцарапал ему скулу, но, вытирая рукавом побежавшую струйку крови, он улыбался Стиву совершенно счастливо.  – Ну, можешь теперь хоть целоваться со своим Стивом, – в сердцах бросил Мартин и ушел, обняв девушку за плечи. Весь путь до дома – несколько кварталов – они тащили эту огромную ель. Она волочилась по снегу, они падали, менялись местами, Баки брал на себя основной вес, когда видел, что Стив начинает задыхаться, но Стив не отпускал ствол ни на секунду. Когда они втащили ее в тесную прихожую квартиры Роджерсов, мама Стива вышла на шум и всплеснула руками.  – Стив! Джеймс! Боже мой, что вы натворили? –  воскликнула Сара Роджерс, увидев их исцарапанные в кровь лица и руки. Елка занимала собой почти всё пространство прихожей, упираясь верхушкой в потолок и наполняя воздух ароматом зимнего леса. Пошатнувшись от усталости, Стив прислонился к пахучим веткам и с улыбкой посмотрел на Баки. Баки, встряхнув длинной взъерошенной челкой и зачесав ее окровавленной пятерней назад, подмигнул ему. –  Мы просто выиграли Рождество, ма, –  сказал Стив, улыбаясь. И хотя елку наспех украсили чем придется, а праздничный стол был очень скромным, в ту рождественскую ночь в Бруклине не было никого богаче и счастливее их.