«Наказание»

ДИСКЛЕЙМЕР Данный фанфик носит исключительно развлекательный характер. Содержит авторский материал, не имеющий цель задеть / обидеть / оскорбить чьи-либо чувства. Авторы не призывают к каким-либо действиям и ничего не утверждают. Текст создан исключительно в юмористических целях. Любая иная трактовка будет неверной. Возможно употребление ненормативной лексики, однополые отношения, фетиши, любая форма сексуального контента, включающие в себя инцест и зоофилию, жестокость, неприятные сцены, черный юмор, драки, жертвоприношения, пытки, грабежи, террористические акты и другие подобные материалы, которые предназначены для того, чтобы шокировать людей и вызвать у них отвращение. Возрастное ограничение 18+. Если вы продолжаете читать текст - значит вы согласны и были предупреждены! МЫ НЕ НЕСЕМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ И НЕ БУДЕМ ОПЛАЧИВАТЬ ВАМ ПСИХОЛОГА И ПСИХОТЕРАПЕВТА. Вы сами взяли на себя эти грехи. Вечер после собрания выдался на удивление тихим. Сотрудники СМИ штата RPM, уставшие от дневной болтовни и утверждения макетов, потихоньку разбредались по домам, чтобы наконец-то закончить свой бесконечный рабочий день. В мэрии, которая гудела как потревоженный улей, остались лишь самые стойкие. Где-то в коридорах третьего этажа заспорили о чём-то уборщицы, в приёмной доедали принесённую из дома выпечку секретарши, а в кабинете начальника транспортного цеха громко играло радио. Дагс и Дори, прихватив с собой термос с чем-то покрепче кофе, пришли к друзьям — операторам и монтажёрам — в их вотчину на втором этаже, рассчитывая на расслабленную беседу и обсуждение сплетен. В компании ровесников Дори и Дагс не сразу заметили Максимилиана. Юный журналист, которому явно не сиделось в своей редакции, о чем-то оживленно спорил с местными старшеклассниками, практикантами из городской газеты, развалившись на широком подоконнике в коридоре. Он строил из себя бывалого репортёра, размахивая руками и явно привирая в деталях. Казалось, ничто не предвещало бури. Но тишина длилась недолго. Внезапно тишину вестибюля разрезал звук оповещения. Из всех динамиков, даже тех, что висели в туалетах и подсобках, разнеслось противное гудение, а затем торжествующий голос Максимилиана: «Внимание! Экстренное сообщение от журналиста Максимилиана! Всем, кто сегодня видел кота Дагса — рыжего, наглого, с порванным ухом — срочно позвоните в прямой эфир! Кот, кажется, снова украл чей-то бутерброд с селёдкой! Повторяю: бутерброд пропал, кот в бегах!» Дагс, только сделавший глоток обжигающего чая с мятой, поперхнулся так, что горячая жидкость пошла носом. Его лицо сначала побагровело, потом стало белым как мел. Дори попыталась удержать его за рукав, но куда там. — Какого хрена? — просипел он, вскакивая с места, вытирая подбородок рукавом. — Это же вне радиоцентра! Он охренел совсем?! Не помня себя от ярости, Дагс рванул с места, сбив по пути стул и расплескав содержимое термоса на чью-то куртку. Он мчался на всех парах по коридорам, пиная разбросанные по полу кабели, чуть не снося с ног местных уборщиц с вёдрами и въезжая плечом в двери. — Блять, Максимилиан! — заорал Дагс, влетая в холл второго этажа. — А ну стоять, ёбаный журналист! Что это за херня?! Почему объявление вне радиоцентра?! Ты охренел?! Ты хоть понимаешь, что за это бывает по уставу? Максимилиан, который уже понял, что натворил, резко заткнулся и вжал голову в плечи. Его глаза забегали в поисках пути к отступлению. Практиканты шарахнулись в стороны, как тараканы от света. — Да ладно тебе, Дагс, это же просто шутка юмора, — начал было он, пятясь к лестнице и спотыкаясь о собственные ноги. — Я ж для поднятия рейтингов! Народ любит такое! — Шутка? — Дагс зловеще усмехнулся, медленно, с расстановкой снимая с плеча видавший виды армейский ремень с тяжёлой пряжкой. Ремень угрожающе хлопнул по его ладони. — Я думаю, одного выговора тебе за такое будет явно маловато. Тут нужны более веские аргументы, профилактические мероприятия. И тут начался ад. По мраморным полам мэрии загрохотали каблуки. В погоню включилась Дори, вооруженная бильярдным кием, который она подхватила по дороге, проходя мимо комнаты отдыха. Дагс, размахивая ремнём, нарезал круги вокруг колонн, пиная урны. Максимилиан с визгом уворачивался, перепрыгивая через кожаные диваны, сшибая таблички с названиями отделов и разбрасывая стопки бумаг с секретарских столов. Сотрудники, которые ещё не ушли, повысовывали головы из кабинетов, наблюдая за этим цирком. Кто-то начал снимать на телефон, кто-то подбадривал участников криками. — Ах ты ж мелкий засранец! — кричала Дори, пытаясь поддеть его кием под коленки. — Я твой микрофон в задницу засуну, если поймаю! — Не догоните! — пищал Максимилиан, делая сальто через кресло. — Попался! — взревел Дагс, сделав подсечку ногой. Максимилиан споткнулся о край ковровой дорожки и, не удержав равновесия, шлепнулся прямо на пол, под ноги главному редактору. Дагс не стал медлить. Ремень со свистом разрезал воздух. Звук шлепка был такой силы, что эхом прокатился по всему холлу, заглушив даже радио. Максимилиан взвизгнул нечеловеческим голосом и, ни с того, ни с сего, буквально рухнул плашмя на холодный кафель, раскинув руки в стороны и схватившись руками за ушибленное место. Наступила мёртвая тишина, нарушаемая лишь всхлипами нарушителя и щелчками фотоаппарата особо ретивого практиканта. Дагс, тяжело дыша, не спеша свернул ремень и убрал в карман брюк. Его взгляд из яростного стал тяжёлым и маслянистым. — Поднимайся, — коротко бросил он, носком ботинка пиная парня по ноге. — Хватит валяться, артист. Максимилиан поднял на него мокрые от слёз глаза. — Ну чтож, Максимилиан, — продолжил Дагс, оглядываясь на толпу зевак. Те, поняв намёк, начали расходиться, пряча телефоны. — Пойдём-ка в туалет отойдём. Разговор не окончен. Дори, посторожи, чтобы нам никто не мешал, — добавил он, кивнув на дверь служебного санузла в конце коридора с табличкой «Только для персонала». Дори понимающе хмыкнула и прислонилась к стене, поигрывая кием и отгоняя им самых любопытных практикантов. — Никого не пущу, даже если пожар будет. Ориентируйтесь по звукам, — деловито сообщила она оставшимся. Как только дверь туалета с металлическим лязгом захлопнулась, Дагс без лишних слов прижал растерянного журналиста спиной к холодной кафельной стене. Свет одной-единственной тусклой лампы едва освещал помещение, бросая глубокие тени. Затхлый запах хлорки смешался с запахом пота, адреналина и сырости. В углу мерно капал унитаз. — Ты думал, что тебе всё с рук сойдёт, да? — прошипел Дагс, грубо, с хрустом, дёргая Максимилиана за ворот рубашки. Пуговицы с треском разлетелись по полу, запрыгав по кафельной плитке. — Думал, если ты молодой и наглый, то тебе можно нарушать все правила? — Д-Дагс, подожди... Я больше не буду... — попытался возразить тот, но его слова утонули в жёстком, собственническом поцелуе. Дагс, не церемонясь, развернул парня лицом к стене, прижав своим телом к краю раковины, впиваясь пальцами в бёдра. Его руки грубо шарили по телу Максимилиана, срывая с него остатки одежды, задирая майку. Журналист вздрагивал от каждого прикосновения, но не смел сопротивляться — только тихо поскуливал, уткнувшись лбом в холодный кафель. — Получишь сейчас по полной, — выдохнул Дагс ему на ухо, расстёгивая ширинку свободной рукой. — Чтоб неповадно было. Максимилиан закусил губу до крови, сдерживая то ли стон, то ли всхлип, и вцепился пальцами в край раковины. В тесной кабинке было слышно лишь тяжёлое дыхание двоих, звук льющейся из неплотно закрытого крана воды, ритмичные удары тела о пластиковую дверцу шкафчика и приглушённые вскрики. Спустя полчаса, когда дверь туалета открылась, оттуда вышел взлохмаченный, но довольный Дагс, поправляющий ремень на брюках. Следом, шатаясь и держась за стену, выполз Максимилиан — с растрёпанными волосами, мокрыми пятнами на одежде и отсутствующим взглядом человека, только что прошедшего все круги ада и вернувшегося обратно. Дори присвистнула: — Ну что, боец, усвоил урок? Максимилиан только кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и медленно, держась за стену, побрёл к выходу из мэрии, навсегда запоминая, что шутки с системой оповещения до добра не доводят. *** Конец ***