Ты меня не помнишь, а я не забуду

Название песни: Take A Chance On Me – ABBA

We can go dancing, we can go walking, as long as we're together

Listen to some music, maybe just talking, get to know you better

'Cos you know I've got

So much that I wanna do, when I dream I'm alone with you

It's magic

You want me to leave it there, afraid of a love affair

But I think you know

That I can't let go

      Вокс открыл дверь отеля, пока Чарли продолжала напевать «Hurricane» из «Гамильтона». Честно говоря, он даже не удивился. Конечно, Маленькая Мисс «Никаких Манипуляций в СМИ» обожала песню, где протагонист сам губит свою карьеру неверным шагом в медиа-пространстве. Чарли закончила песню и хихикнула:       — О, Вокс, спасибо, это было… потрясающе! Нам стоит заходить в «Маэстро» почаще!       — Можем, принцесса.       — И я столькому научилась! Жаль, что ты не пропеваешь наши уроки тоже…       — Так, остынь, этого я делать не буду.       Чарли хихикнула и увидела Вэгги за стойкой регистрации. Она раскрыла объятия:       — Вэгги! Мне так жаль! — Пока они обнимались, Вокс наблюдал, как игривая статика обвивает его руку. Секунду спустя появился Аластор, прижавшись щекой к его плечу и придерживая его за локоть.       — Полагаю, она повеселилась?       — Вполне… Пару раз даже всплакнула на песнях, но всё же… — Вокс кивнул. — Ты поговорил с Люцифером?       Аластор заметно напрягся. Он сглотнул:       — Да, у нас был… разговор… Весьма поучительный. — Наконец он посмотрел в красные глаза Вокса. — Я люблю тебя.       Вокс фыркнул:       — Всё было настолько плохо, да? Настолько, что ты осознал, как я крут?       Аластор тоже улыбнулся:       — Ну, и это тоже… Я просто хотел, чтобы ты знал. Я люблю тебя.       — Знаешь, было время, когда я считал это настолько невозможным, что выбрал эти слова кодовой фразой.       — Что ж, я рад, что ты их выбрал. Иначе я бы никогда не вернул свой «ящик». — Он поцеловал его в плечо. — Пойдём, я скучал.       — Если бы ты не дрых весь день…       — Я устал!       — Ну, а теперь устал я.       — Настолько, что даже не захочешь меня пленить?       — Кто вообще сейчас говорит «пленить»? — рассмеялся Вокс и обнял его за талию.       — Я…       — Нет, я не буду тебя пленить, я хочу спать, — простонал Вокс.       Аластор фыркнул:       — Ладно… Но мы вместе уже больше года, ты должен когда-нибудь уступить.       Вокс рассмеялся и сжал его талию:       — Ты невозможен.       — Тебе нравится, когда я так говорю. — Аластор игриво повёл плечами.       — Мне нравится, когда ты говоришь вообще, — прошептал Вокс. — Поэтому я и работаю под твоё радио-шоу.       — Ты что…       — Тсс! — Вокс похлопал его по хвосту под брюками. — Это секрет, мне нужно поддерживать репутацию.       — Я разрушу эту репутацию очень быстро, мистер Вокс.       — Ну, это в твоём стиле, так что верю…       Аластор рассмеялся и потянул его к лестнице:       — Пойдём. Хотя бы пообнимаемся.       — Ладно… Думаю, мы можем пообниматься, раз уж ты так вежливо просишь…       Они дошли до комнаты Аластора. Вокс остановился:       — Мне нужно взять пижаму, всё моё сменное бельё в твоей комнате грязное.       — В моей комнате достаточно тепло, «ящик», одежда не нужна.       — Кто бы говорил… — Аластор снова рассмеялся и затолкнул его в комнату. Когда они наконец раздели друг друга и забрались под одеяло, Вокс удовлетворённо выдохнул: — Боже, твоя кровать просто удобнее… Нам стоит поменяться комнатами.       — Или, знаешь… ты мог бы остаться здесь насовсем?       — Ты предлагаешь мне переехать к тебе? — игриво спросил Вокс, думая, что они всё ещё подкалывают друг друга. Когда ответа не последовало, он открыл глаза. — Ал?       — А если и так? Я имею в виду… Мы только помирились, но… мы знаем друг друга 70 лет. Мы встречаемся больше года… Будет ли так плохо, если мы сделаем следующий шаг? Мы ведь и так жили вместе в твоей студии, пока ты мучил нас обоих своим дурацким решением стереть память обо мне.       — Эй! — отозвался Вокс. — Ты имеешь в виду, чтобы я жил в отеле постоянно, или как тогда, когда ты пользовался моей «милой невинной амнезией»?       — Милой и невинной? Ты позволил мне слизывать кровь с твоей раны, а потом вылизывал моё лицо, мистер, я не вижу здесь ничего милого или невинного.       — Боже, ты был таким горячим той ночью… Мне пришлось убеждать себя, чтобы не схватить стояк, — пробормотал Вокс. — И всё же… ответь мне.       — Я хочу, чтобы ты переехал ко мне, и точка. Насовсем. Я не хочу быть частью твоей жизни по расписанию… Я хочу её всю.       — Милый, мне всё ещё нужно работать, а «башня Ви» — это источник моей силы…       — Я не говорю, что ты больше не ступишь в свою башню, Винсент… Я просто хочу, чтобы ты просыпался здесь и засыпал здесь. — Аластор приподнялся на локте и прижался к голой груди Вокса. Его пальцы обвели всё ещё оставшийся там след от когтей.       — А как насчёт того, чтобы ты переехал в «башню Ви»? Там мы можем развлечься гораздо круче, красавчик.       — О да… Я не собираюсь жить под одной крышей с твоей любовницей, Вокс. Нет.       — Перестань называть Вала так, мы расстались, забыл?       — Да, но это не меняет того факта, что ты спал с ним часами у меня на глазах в этой башне. Ответ — нет. Я туда не перееду.       — Ладно, полагаю, мне придётся попросить Чарли установить новый аквариум для Shok.wav.       — О Боже… он тоже переезжает.       — Ну конечно! Он мой хороший мальчик! Конечно, он едет со мной! — Вокс обнял его крепче. — Просто представь: мы просыпаемся воскресным утром, быстро одеваемся, берём Шоки и идём гулять по городу. Заходим в то кафе, которое тебе нравится в Каннибал-тауне, завтракаем, пока Шоки убивает какого-нибудь жалкого грешника и съедает его. Бездельничаем, наслаждаемся домашним уютом. Потом ты проголодаешься, потому что ты самый голодный человек, которого я знаю… Тогда я пойду и поджарю для тебя пару грешников, ты их съешь, а потом я съем… тебя.       — Мы всё ещё на улице?       — Нет! Нет, для этой части мы вернёмся в отель. — Вокс вздохнул и взъерошил волосы Аластора, проводя рукой по его выбритому затылку. — В любом случае… Думаю… Думаю, мне бы это очень понравилось.       — Так что?       — Так что — да, я перееду сюда.       Аластор улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать его. Внутри него что-то затрепетало, и он понял. С тех пор как Люцифер предложил им с Воксом пожениться, Аластор стоял перед дилеммой. Он отчаянно хотел рассказать Воксу о своих проблемах с Рози, о том, где он был те семь лет, но знал, что не может жениться на нём только ради этого. Это не должно быть просто деловой сделкой, они ведь любят друг друга. Если им и суждено пожениться, Аластор хотел, чтобы это было по любви, а не ради выгоды. Вокс заслуживал большего. После его первого брака он заслуживал делать что-то по любви, по-глупому и искренне. Он не хотел, чтобы тот видел в их браке лишь удобство. Поэтому Аластору нужно было быть абсолютно уверенным: хочет ли он жениться на Воксе, чтобы решить проблемы, или потому что действительно этого хочет. И та картина, которую Вокс только что нарисовал для них… Аластор хотел этого. Рози или нет, он хотел этого уже давно…       Решено: Аластор собирался предложить ему руку и сердце.

***

      Вокс проснулся от стука в дверь. Он застонал и рефлекторно выпустил кабели.       — Какого хрена… кто там?       Аластор проворчал и обнял его крепче:       — Заткнись и спи, Винсент.       Дверь открылась, и показалась маленькая светлая головка.       — Вокс? Аластор? Вы что, спали?       — Да, мы легли пораньше, принцесса, какого хрена ты тут делаешь?       — Ой, простите, я думала, вы ещё не спите… Я уйду.       — Погоди… Ты звучишь грустно, что случилось? — Вокс спросил это прежде, чем успел себя остановить. Аластор тоже открыл глаза.       — Я… я посмотрела «Мамма Миа». — Она шмыгнула носом. — После того как ты так быстро отмахнулся от него у «Маэстро», мне стало любопытно, я посмотрела и… и… — Когда Чарли начала плакать, Вокс вздохнул, стянул одеяло с Аластора, обмотал им пояс и подошёл к принцессе. — Милая, зачем ты это сделала? Я ведь не просто так не хотел, чтобы ты это смотрела.       — У неё… у неё была мама, и Донна делала для неё всё и… и… в конце концов, это ведь самое важное! Неважно, что у неё было три папы, ведь у неё была мама! — Чарли разрыдалась и прижалась к груди Вокса. Тот ласково погладил её по спине и волосам. — Оу… Не плачь… Я знаю, это тяжело… Но я уверен, Королева была бы счастлива быть здесь, если бы могла.       Чарли шмыгнула носом:       — Можно я… посплю сегодня здесь? Вэгги в Раю, приглашает друзей…       Вокс посмотрел на Аластора и обречённо опустил плечи:       — Конечно, милая, прыгай в кровать. Я сейчас быстро возьму пижаму.       Чарли кивнула, забралась в их кровать и легла на сторону Вокса. Аластор переоделся с помощью магии, взял её за руку, и они начали разговаривать вполголоса — Аластор утешал девушку. Вокс быстро сменил одежду и вернулся. Он укрыл их одеялом и пошёл к тайнику Аластора, чтобы достать себе подушку. Он знал, что тот всё ещё предпочитает спать на пяти подушках, когда он остаётся один. Он бросил одну рядом с кроватью и вытащил запасное одеяло. Улёгся на пол и вздохнул:       — Так, теперь все спим.       Чарли повернулась и посмотрела на него.       — Прости, — прошептала она. — Мне стоит уйти, не спи на полу.       — О, он к этому привык, дорогуша, я заставлял его спать на полу, когда мы были ещё просто друзьями, — сказал Аластор. — Не переживай.       — Да, принцесса, всё в порядке, — Вокс улыбнулся и протянул ей руку. Чарли взяла её и снова шмыгнула носом. — Я люблю вас, ребята... Спасибо, что... вы здесь.       — Ну, вообще-то это наша комната, — заметил Аластор, за что получил от неё смешок.       — Ты понимаешь, о чём я, Аластор. Спасибо вам...       — В любое время, милая, — отозвался Вокс. — Но серьёзно, спи уже, ради всего святого.       Чарли улыбнулась и сжала его руку. Тишина продлилась не больше минуты. Снова заговорила Чарли, сонно бормоча:       — Жаль, что не вы мои родители.       Глаза Вокса распахнулись. Аластор отреагировал так же.       — Аластор...       — Да, дорогой.       — Я хочу удочерить Чарли.       — Заманчиво, но нет.

***

      — Доброе утро, Бэмби.       Вокс грохнул стаканом об стол так сильно, что тот едва не треснул. Его красные глаза следили за Люцифером, пока Король имел наглость усаживаться напротив Аластора.       — Ещё раз он тебя так назовёт, и я его прикончу.       — Спокойнее, морячок.       Вокс внезапно покраснел от нового прозвища.       — Так ты сегодня свободен? Мне нужна твоя помощь.       — Нет, мне нужно сначала покончить с собой, прежде чем помогать тебе, — отрезал Аластор.       Вокс гордо улыбнулся и продолжил резать блинчик.       — Я серьёзно. Это насчёт того, о чём мы говорили вчера. Я ведь помог тебе с твоей проблемой, разве нет?       — Стоп, какой проблемой? — Вокс поднял голову. — Ал? У тебя проблемы? Почему ты рассказал ему, а не мне?       — У меня нет проблем, он преувеличивает.       — Ну да, конечно... В общем... Ты должен мне помочь, — настаивал Люцифер.       Аластор фыркнул:       — С чем именно?       — Чарли. Свадьба. Я должен сделать что-то грандиозное, чтобы она забыла о своей матери.       — Ты никогда не заставишь её забыть о матери, идиот, — вмешался Вокс. — Ты можешь только подбодрить её. Облегчить боль.       — Окей... Я твоего мнения не спрашивал, выключи звук, телебашка.       Вокс закатил глаза:       — Да пожалуйста, это твои непростые отношения с дочерью, мне всё равно.       — Вот именно, это мои с ней отношения.       — Ага, и ты в них ничего не смыслишь.       — Но это всё ещё мо...       — Ой, оба замолчите, хватит спорить, — прервал их Аластор. — Вокс может помочь, они с Чарли близки уже год. Он её знает. Пусть помогает.       — Ладно... Видимо, ты не можешь решать свои проблемы в одиночку, Бэмби. Тебе всегда нужен телевизор под рукой?       — Ну всё, это предел. — Кабель Вокса метнулся прямо к Люциферу, но Аластор успел перехватить его как раз вовремя. — Вокс, успокойся.       — Я же говорил, что прибью его, если он ещё хоть раз назовёт тебя Бэмби!       — Какой джентльмен. Защищает твою честь и злится на меня за то, что я тебя якобы оскорбляю, — рассмеялся Люцифер. Вокс несколько раз моргнул.       — Ты не понимаешь? Ты думаешь, что «Бэмби» — это оскорбление?       — А разве нет? Мне сказали, что это оленёнок с мёртвой матерью, беспомощный маленький идиот.       — Это ласковое прозвище! Бэмби — милый и храбрый.       — Вовсе нет! — сердито возразил Люцифер. — С чего бы мне называть Аластора ласковым словом?       — Да откуда мне знать!       — Фу... Ну... Тогда я не буду его так называть, раз уж всё так... Найду что-нибудь другое.       — Спасибо! — Вокс фыркнул и сел на место. — Итак, на чём мы остановились... точно, твои отношения с Чарли. Я знаю, что тебе делать.       — Просвети же.       — Ты смотрел «Мамма Миа»?       — Кто не смотрел?       — Очевидно, Чарли — она только вчера увидела его впервые.       — О нет...       — О да... Воссоздай сцену, где Донна и «Динамо» пели для неё «Super Trouper» на свадьбе, и дело в шляпе. Сейчас это популярно — родственники поют для невесты, но раз у нашей девочки мамы сейчас нет... сделай это сам. Она оценит этот жест.       — Ну... Мне понадобятся ещё два человека. Один за пианино, и ещё двое на бэк-вокале...       — Отель полон людей, найдёшь кого-нибудь.       — Ну, я не особо по части общения с другими... Если бы только нашлись двое, с которыми я общаюсь достаточно, чтобы чувствовать себя комфортно...       Вокс и Аластор переглянулись, ничего не понимая. Люцифер вздохнул и продолжил:       — И кто дорожит Чарли достаточно, чтобы выйти со мной на сцену? — Он широко развёл руками, указывая на них.       — Только не это.

***

      — Это было мило со стороны Валентино — помочь тебе собраться... — сказал Аластор, наконец решив, что именно прокомментировать сегодня.       Вокс посмотрел на него:       — Да, пожалуй... Я думал, он закатит грандиозный скандал.       — Разочарован?       Вокс фыркнул:       — Нет. Я рад, что он воспринял это лучше, чем в прошлый раз... Терпеть не могу видеть его расстроенным.       Аластор взглянул на него, но Вокс продолжал рассматривать деревья, мимо которых они проходили во время прогулки.       Это нормально, — напомнил он себе. Я тоже терпеть не могу, когда Ниффти расстроена. Никакой разницы.       — Ясно... Что ж, спустя неделю ты наконец-то переехал. Если бы ты тянул дольше, я бы телепортировал всю твою комнату и кабинет прямо в отель.       Вокс наконец посмотрел на него с улыбкой и закинул руку ему на плечи:       — Нетерпеливость тебе не к лицу, красавчик. Куда делся мой сдержанный Радиодемон?       — О, прошу прощения, ты запрятал его слишком глубоко, и теперь он стесняется, — ответил Аластор, обнимая его за талию.       Они шли так под взглядами грешников, но им было плевать. Кое-где сверкали вспышки камер, но Аластор заверил Вокса, что не возражает, так что Теледемон оставил их в покое. Когда они наконец добрались до ювелирного магазина, чтобы забрать кольца для Вэгги и Чарли, Вокс выпустил его из-под руки.       Они подошли к прилавку. Грешник быстро узнал их и ушёл за кольцами. Пока они ждали, Аластор принялся рассматривать кольца на витрине. Вокс, конечно, это заметил.       — Свадебная лихорадка пробудила в тебе сентиментальность, старик?       — Хм-м... — Аластор подвинулся правее, чтобы лучше разглядеть украшения.       — Ал?       — Подойди сюда, какое тебе нравится? — Аластор протянул руку и, когда Вокс взял её, притянул его ближе. — Мне нравится вот это, красное, с рубином. Но оно в серебре. Я не фанат, но, думаю, серебро подошло бы тебе больше, не так ли?       — Ал, дорогуша, мы решили съехаться спустя 70 лет. Думаю, нам стоит подождать ещё лет 70, прежде чем жениться, тебе не кажется? — пошутил Вокс.       Аластор закатил глаза:       — Я просто любуюсь украшениями, Винсент. Скажи своё мнение, какое тебе нравится?       — С каких это пор ты любишь побрякушки?       — С самых давних.       — Лжёт и не краснеет. У тебя шнурок от монокля даже не ювелирный. Он пластиковый.       — Ну, может, у меня появилось новое хобби, или мне просто скучно ждать. Неужели ты не можешь просто поддержать беседу, не подвергая всё сомнению?       — Ладно... — Вокс положил подбородок на плечо Аластора и посмотрел на кольца. Он пробормотал что-то, чего Аластор не расслышал, а затем указал на одно: — Вот то, с «глазом от сглаза».       — С глазом?       — Ну да, знаешь... синий камень, который вешают на одежду или в доме, чтобы люди не могли проклясть тебя и твою благополучную жизнь?       — Первый раз об этом слышу, а ведь я был вудуистом при жизни, Винсент.       — Не моя вина, что ты некультурен.       — Прошу прощения? — Вокс рассмеялся и поцеловал его в плечо, принявшись объяснять:       — Моя мать заставляла нас носить такой каждый день, чтобы люди не завидовали нашей красоте и успеху и не прокляли нас. Не знаю, я раньше в это верил. Заставлял Криса и Дарлин тоже их носить. Это милый жест — защищать тех, кого любишь. И он синий. Мне нравится синий.       — Но само кольцо золотое...       — Золото мне тоже нравится... оно действительно выделяется, правда?       — Возможно... — Аластор долго смотрел на кольцо, пытаясь представить его на пальце Вокса.       — Вот они, мистер Аластор, — подошёл грешник с кольцами. Вокс отпустил Аластора и взял коробочки. — Спасибо.       Он протянул ему карточку Люцифера. Когда сделка была завершена, Аластор сам забрал карточку. Он собирался использовать её для кое-чего другого совсем скоро.

***

      — Ты можешь успокоиться?       — Ни хрена я не могу! Пам, он реально рассматривал помолвочные кольца! Он спросил, какое мне нравится! Очевиднее быть просто не могло! — взвизгнул Вокс. — Он хочет свадьбу. Я имею в виду, он предложил мне съехаться, но брак? Я же говорил ему, он знает, что я больше никогда этого не захочу!       — Тебе стоит просто поговорить с ним.       — Но я не хочу ранить его чувства! Он выбирал кольца! — Он рухнул на диван и застонал. — Я говорил ему, я ясно объяснил, почему из меня не выйдет хорошего мужа. Никто не выдержит мой ритм, и я не могу никого заставлять быть моим супругом. Почему он думает, что сможет это изменить? Он будет несчастен!       — Винсент... Дорогой... — Памела взяла его за руки. — Во-первых, так как я единственный человек, на которым ты когда-либо был женат, я могу с уверенностью сказать: ты прекрасный муж.       — Пам... Я изменял тебе с кучей людей, меня никогда не было дома, а когда я был — я работал в кабинете!       — Ты не был обязан мне верностью, Винсент. Наш брак не был таким, я с этим смирилась. На самом деле, то, что ты не чувствовал себя в ловушке и искал любовь и тепло, которые я не могла тебе дать, у кого-то другого, было облегчением. Это уняло мою вину. И посмотри на себя: ты порвал с Валентино, потому что не хотел изменять Аластору. Ведь так?       — Ну... Да, но...       — И этот ритм... Нет ни одного человека, который мог бы за тобой поспеть, кроме Аластора. Вы двое — единственные равные друг другу. Он не будет несчастен рядом с тобой, он будет процветать.       — Пам...       — Думаешь, ещё слишком рано? Вы встречаетесь уже больше года...       — Нет, дело не в этом. Я любил его семь десятилетий, это не кажется поспешным. Скорее наоборот — запоздалым, но... я не хочу рушить его жизнь. Вал едва терпел жизнь со мной, ты...       — Не говори за меня. Мне нравилось делить жизнь с тобой, Винсент Уиттман, и я уверена, что Валентино это тоже нравилось, — быстро сказала Памела и наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку. — Если ты спросишь Аластора, ему это тоже понравится.       — Думаешь, мне стоит просто купить кольцо?       — Может, подожди свадьбы девочек и попытайся понять, действительно ли Аластор этого хочет или это было просто восхищение ювелирной работой.       — Да... Да, я так и сделаю... Осталось две недели, не так уж трудно будет разобраться.       — Отлично... И что ты сегодня узнал?       Вокс нахмурился:       — Что я узнал?       — Что ты прекрасный муж, Винсент.       — Ты предвзята, — фыркнул Вокс.       — Я абсолютно объективна! — настояла Памела и слегка подтолкнула его, прежде чем положить голову ему на колени. — Видишь? Идеально.       Вокс улыбнулся и начал гладить её по ушам и волосам, пока она мурлыкала.       — Мне так повезло с тобой, дорогая.       — Я почти уверена, что это мне повезло.       — Ладно, тебе, — быстро согласился Вокс, и Памела шутливо ударила его по колену, когда он рассмеялся.       — Эй, Пам...       — Хм?       — У меня есть твоё благословение? Я имею в виду... Технически мы всё ещё женаты, ведь так? Могу я жениться на Аласторе?       — Мы женаты? Я думала, после смерти мы развелись... Хм... Ну... В любом случае, конечно, у тебя есть моё благословение. Женись на этом мужчине.