Скитания малефикара

      - Двадцать серебряков?! - разорялся купец. - Двадцать серебряков?! Сраные двадцать серебряков за одну сраную повозку?! С каких пор у нас городская стража записалась в разбойники с большой дороги?!       Капрал Лирой устало скривил рожу, от чего его густые усы встопорщились, и смерил скандалиста неприязненным взглядом. Подобные речи он слышал весь последний месяц по двадцать раз на дню, но этот тип, словно заполняющий своим голосом крохотную каморку стражников, ярился особенно охотно. Не верзила но и не коротышка, обычного сложения, тщательно побритый на орлейский манер и с коротко остриженными черными волосами. Одет небогато но не оборванец. Не юнец, но и зрелым мужчиной назвать сложно, наверняка унаследовал отцовское дело.       Перед глазами стражника встала очень притягательная картина, в которой он достает меч и одним ударом разваливает этого хлыща пополам, вместе с повозкой и двумя запряженными мулами, а потом эрл Кенделлс лично жалует ему рыцарство за избавление Денерима от надоедливого ублюдка. Подобные видения беспокоили капрала Лироя частенько, от чего он считал себя человеком нервным и регулярно успокаивал расшалившиеся нервы пивом.       - Указ короля Кайлана, - безразлично протянул он. - О повышении торговых пошлин и налогов в связи с войной против Порождений Тьмы. Если что-то не нравится, можешь попросить аудиенции и высказать все их величеству лично. После того, как заплатишь пошлину.       - У меня там груз орлесианского сукна, - зашел купец с другого фланга. - Рискнешь потом сам объяснять юной эрлессе Брайланд, почему поставки задержались и а цена выросла?       - Насрать, - отрезал капрал Лирой.       Ему действительно было насрать. Хоть эрлесса, хоть королева, хоть лично Андрасте. Солнце только-только поднялось, и чтобы дожить до окончания караула никого не зарубив, капрал Лирой не должен был растрачивать силы на споры с жадными идиотами, которые за медяк удавятся.       - Обосри вас Создатель, - прошипел купец, достал из-за пазухи кошелек и отсчитал положенную сумму.       Капрал Лирой ссыпал монеты в ларец и положил на планшетку бланк квитанции.       - Имя.       - Феликс Сулара, купец.       - Сам вижу, что не преподобная мать. Так... у нас тут повозка о четырех колесах с тентом, одна штука. Запряжена двумя головами скота. Двадцать крон въездной пошлины уплачены... так, подожди... ага, и печать сюда, - он протянул купцу заполненный документ. - Добро пожаловать в Денерим, и тыры-пыры, и пошел вон, не загораживай дорогу.       - Ага, - кисло отозвался купец, спрятал квитанцию и вышел вон из каморки.       Капрал проводил его взглядом, после чего вернулся к размышлениям о том, почему вон то облако похоже на собаку, и есть ли в этом проявление воли Создателя. На этом жизнеутверждающем моменте его роль в нашей истории заканчивается, поэтому пожелаем ему удачи и пойдем дальше.       Между тем, повозка неторопливо катилась по денеримским улочкам по направлению к рынкам. Купец сидел расслабленно и почти не касался вожжей, мулы видели дорогу и сами шли куда надо. Абсолютно ничего подозрительного.       Этому искусству Феликс обучался годами, и пожалуй, оно выручало его чаще, чем любые другие. Быть на на виду но невидимым, видеть все оставаясь безмятежным и играть роль но не заигрываться.       Повозке выехала на рыночную площадь и купец позволил себе довольно улыбнуться. Рынок Денерима был сердцем торговли всего королевства, именно здесь ежеминутно свершалось священнодействие заключения сделок, передачи товаров и оплаты. Золото переходило из рук в руки, оседало в сундуках и кошельках, его тратили и зарабатывали, теряли и крали. Если закрыть глаза, то можно было ощутить, как деньги, подобно крови, оживляют все вокруг, заставляют людей двигаться и действовать. Восхитительно, без сарказма.       Сейчас Феликс намеревался окунуться в водоворот торговли как полноценный участник. В уме он пересчитал загруженные в повозку товары, список покупателей и приблизительные цены.       Первая остановка - магазин мастера Вейда, где пришлось долго торговаться с приказчиком за сто фунтов орзаммарского веридия в слитках. Хотя запрошенную цену и пришлось немного сбавить, Феликс все равно считал сделку удачной. На своем пути с запада он буквально в последний момент успел заскочить в Орзаммар, прежде чем Совет деширов принял решение закрыть город для наземников. Добавим сюда объявленную королем Кайланом войну с необходимостью вооружать ополчение, и получим святое право затребовать двойную цену.       Груз орлейских тканей разошелся не так охотно. У Феликса были договоренности с местными лавками, но опять же в дело вмешалась война. Хотя в Денериме еще не успели ее хоть как-то ощутить, из-за повышения налогов полезли вверх цены, а в ответ упал спрос. В другой раз Феликс предпочел бы придержать товар, но именно сегодня он торопился сбыть все с рук, и цену пришлось уступить.       С еще одним орлейским грузом, комплектом из большого обеденного стола и четырех стульев, проблем не возникло, на этот заказ уже был покупатель. Оставалось только очень осторожно протащить стол через узкую входную дверь.       Последним пунктом в маршруте Феликса были "Диковинки Тедаса". Этот магазин он не любил по той простой причине, что заведовал им усмиренный полутруп, и выбить из него хотя бы пару серебряков сверху было подвигом достойным героев древности. А закупочные цены здесь были так себе, потому что торговали в "Диковинках" в основном поделками Кинлоха, и конкурентов из Белого Шпиля не жаловали. Феликс согласился на этот контракт лишь потому, что было по пути, а сам груз - балдахин для кровати, снабженный чарами обогрева - позволял рассчитывать на хоть какую-то прибыль. Ферелденские маги хорошо разбирались в зачаровании металла и еще лучше дерева, но о ткань, образно говоря, ломали зубы.       - Шесть соверенов, - ровным голосом сообщил усмиренный-приказчик, ознакомившись с накладной.       - Десять.       - Я не могу заплатить больше за данный товар.       - Нет ты можешь, просто в тебе говорит жадность.       - Жадность мне чужда, как и любые другие чувства.       - Тогда ты заплатишь мне за этот зачарованный балдахин десять соверенов, потому что зима по всем приметам будет холодной, и уже через два месяца ты продашь его за пятнадцать.       - Мне ничего об этом не сообщали. Я закупаю товар и продаю его по разумным ценам.       - Шесть соверенов - это не разумная цена, это грабеж! Я не могу работать себе в убыток! Ты рискуешь потерять одного из немногих поставщиков за пределами Круга, и лишить Круг дохода, который приносит торговля моими товарами.       Несколько секунд ходячий труп переваривал вложенную в его голову мысль.       - Я могу предложить только семь соверенов и тридцать серебряных крон сверху, - усмиренный, казалось, вздохнул. - К сожалению, в моей кассе нет большей суммы.       - Ничего страшного, мы можем провести взаимозачет. Допустим, вот это кольцо, - Феликс ткнул пальцем в застекленную витрину.       - Пять соверенов, - сказал усмиренный, проследив за направлением.       - Тогда поступим так. С меня - этот балдахин. С тебя - четыре соверена и кольцо.       - Четыре соверена создадут неприемлемый риск убытков в случае, если долгосрочный прогноз погоды окажется ошибочным. Я готов предложить три соверена и кольцо.       - Задница Андрасте! - всплеснул руками купец. - Вот объясни мне по-человечески, как с этой штукой у тебя на лбу ты ухитряешься быть таким прижимистым?       - Я лишен чувств и снов, это верно. Но я не разучился считать.       Феликс глубоко вдохнул, гася в себе желание вмазать этой убогой пародии на человека по зубам.       - Ладно, три так три, по рукам. Ох, разорюсь я такими темпами...       Наверное, всякий кто хотя бы понаслышке знаком с порядками в Кругах, очень удивится, что в обычной (ладно, не совсем обычной) лавке продаются волшебные кольца, зачарованные мантии и магические посохи. Истина, как водится, скрывалась на самом видном месте под кучей всякого мусора.       Предназначались подобные товары во-первых для тех чародеев, что долгое время проводили вне Кругов. Таких было не очень много, но встречались, а если магу дозволялось долгое время проводить во внешнем мире, то и деньги у него водились. Во-вторых, зачарованные вещи высоко ценились не только среди знати, но даже любой мало-мальски состоятельный мещанин считал хорошим тоном иметь какую-то волшебную безделушку, как правило кольцо или кулон (это обходилось дешевле всего, и одновременно позволяло хвастаться перед окружающими). В-третьих, за подобными вещами порой захаживали маги-отступники, к вящей радости либертарианских братств.       Скептический человек задаст вопрос: как же Церковь допускала, что бы в руки потенциальных малефикаров попадали мощные артефакты? Ведь смыслом существования этой организации (помимо власти ради власти) был контроль над магами. Никаких секретов или двойного дна здесь не было, обычная политика. Право самостоятельно определять список поставляемых товаров Круги вырвали столетия назад в жестокой подковерной грызне во время вторжения кунари, и держались за него крепче, чем мабари за необглоданную кость. Влияния Церкви тогда хватило на то, чтобы регламентировать узнаваемый облик предметов, способных усилить чью-то магию. Посох должен быть посохом, а не тростью или мечом, мантия - мантией, а не камзолом или брюками, чтобы потенциальный отступник не сумел затеряться в толпе. Исключением из правила была бижутерия и ювелирные изделия, но здесь маги делали морду кирпичом, и клялись исподним Андрасте, что вот эти перчатки только согревают в мороз, а резонанс с огненной стихией лишь побочный эффект. Как и вот это кольцо помогает прояснять мысли и противостоять алкоголизму и старческой деменции, укрепление связи с Тенью в таком случае просто необходимо. Церковь на подобную практику смотрела волком, но наложить запрет, не вызвав грандиозный скандал а то и открытое восстание, не могла.       Поэтому когда Феликс получил в руки вожделенное золото и коробочку с кольцом, в двери не ворвались злобные храмовники, а приказчик не кинулся строчить кляузу. Купец спрятал покупку подальше за пазуху и заговорщицки наклонился к усмиренными.       - А теперь перейдем к делу, касающемся нашего общего друга.       Он положил на разделявший их стол листок бумаги с единственной буквой "К". Приказчик, понятное дело, никаких эмоций не проявил. Он лишь молча полез под прилавок, откуда извлек простую деревянную шкатулку со стальной окантовкой, и нажал на неприметный выступ сбоку. Хитроумный механизм издал щелчок, и крышка шкатулки откинулась.       Внутри лежало четыре пузатых склянки из закаленного стекла, плотно набитых бледно-голубым порошком, испускающим слабое свечение. Рафинированный лириум, четыре фунта. Достаточно, чтобы получить десяток смертных приговоров от Церкви или устроить небольшую войну.       - Отлично, - сказал он немного севшим голосом.       Когда он последний раз видел столько лириума за раз? Если не считать природных жил на Глубинных тропах, то пожалуй... никогда. Раньше даже при самой большой удаче ему удавалось раздобыть лишь горсть-другую, и уж точно не такого высокого качества.       - Дай знать нашему общему другу, что я вполне удовлетворен и надеюсь на дальнейшее взаимовыгодное сотрудничество.       Усмиренный кивнул, давая понять, что информация принята к сведению. Феликс убрал шкатулку в сумку, спрятал кошелек так, чтобы бесчисленные денеримские карманники не могли до него дотянуться, и вышел вон.       Итак, товар распродан, лириум получен... остается только сама повозка да два мула, которые тоже денег стоят. Жаль немного, последние несколько лет эта повозка была для него единственным домом, а мулам он даже дал имена в честь двух знакомых храмовников. Но повозка медленная и громоздкая, проедет далеко не везде, а мулы требуют корма, ухода и защиты. Увы, но придется от них избавиться.       Грядет война и буря. Крепко вросшее в землю дерево будет вырвано с корнем и погибнет, но ничем не скованный листок оседлает ветер и вознесется к небесам.       Когда решение было принято, Феликс укрылся под тентом повозки, где быстро сменил одежду, надел на голову широкополую плетеную шляпу и кинул в сапог небольшой камешек. Спустя минуту на землю выскочил совершенно другой человек, с прихрамывающей походкой, слегка сутулящийся и в другой одежде. Смене личины способствовало и то, что "Диковинки Тедаса" словно прятались от остальной рыночной площади в небольшом тупичке, и случайных глаз тут не было.       Со сноровкой, выдающей большой опыт, Феликс сдернул с повозки тент, под которым обнаружился еще один тент, но другого цвета. На этом трансформация завершилась. Купец сел за вожжи и тронул с места.       Когда у тебя есть неходовой товар, то для срочной продажи нужно серьезно скинуть цену. Тогда его у тебя купят хотя бы с целью дальнейшей перепродажи. Однако если найти в толпе покупателя с нужными потребностями, то можно получить нормальную цену, потому что зачастую предложение неходового товара невелико. Однако срочный поиск покупателя требует времени и сил, и не всякий торговец способен заниматься этим сам. И тогда на помощь приходят посредники.       Феликс натянул вожжи, и повозка остановилась у таверны. В отличие от знаменитого "Покусанного дворянина", где собирались сливки общества, эта ориентировалась на публику куда менее притязательную. Название "Блюющая свинья" как-бы намекало на скорую участь тех, кто рискнет переступить порог. Пить Феликс предпочитал в хорошей компании, каковая при его ремесле встречалась редко, а потому зашел в таверну без колебаний.       Память и интуиция его не подвели. Несмотря на то, что до полудня было далеко, у стойки уже сидел рослый, слегка полноватый мужчина с неаккуратно подстриженными светлыми волосами и высматривал вселенскую истину на дне пивной кружки. Феликс подошел прямо к нему и хлопнул по плечу.       - Проныра, мать твою за ногу! - он усмехнулся, когда мужчина от неожиданности дернулся и чуть не свалился со стула. - Давно завел моду начинать с самого утра?       - Обоссы тебя Создатель! Феликс, ты какого архидемона подкрадываешься к людям вот так?! - мужчины стиснул его в объятиях до треска в ребрах. Тот тоже в долгу не остался.       - Дай-дай взгляну, - Феликс прищурился и наклонил голову. - Ну ничего себе ты ряху отрастил. Бизнес прет, да?       - А ты глистов выведи, у тебя такая же будет. Знаю место где продают настойку специальную... после нее прямо клубками выходят. Скажи, что от меня, скидку сделают.       - Может в другой раз, - купец сел за стойку рядом и сделал хозяйке таверны жест, словно опрокидывал стакан. - Так чего пьешь с утра? Горе заливаешь?       - У цирионовых детишек свадьбы сегодня. Вот, догоняюсь до кондиции чтобы не приходить позорно трезвым.       - Что?! - теперь настал черед Феликса вскакивать от неожиданности.       - Что слышал.       - Отвечай мне, кто тот маленький вонючий ублюдок, который посмел наложить свои мерзкие лапы на Шианни?!       - Воу-воу, друг, не надо тут устраивать, мы же в почти приличном месте! И вообще, Шианни девочка умная. Если поставить ее перед выбором, выходить за приличного парня из Гварена, или за человека твоего рода занятий, то итог немного предсказуем.       - Меня не интересует, что верно, а что нет! Гварен значит? - Феликс угрожающе стиснул кружку с пивом и повторил куда более зловеще, - Гварен...       - Утихни уже, ревнивец, блин. Ни за кого Шианни не выходит. Женятся Дарриан и Сорис.       Если бы взглядом можно было убить без магии, Проныра Коулдри сейчас бы закончил свой земной путь.       - По-твоему, это охрененно смешно - играть на моих нервах? Знаешь, у таких вещей бывают последствия.       - Ты давно должен был понять и принять, что вы не пара. Даже если оставить за скобками твое ремесло, достаточно просто посмотреть в зеркало.       - Передо мной живое доказательство обратного.       - И как, хорошую службу оно мне сослужило?       Феликс дернул щекой и основательно приложился к предложенной кружке. Настроение, слегка приподнятое визитом в родной город, ухнуло куда-то ниже пола. Его старейший и лучший друг говорил разумные вещи. Как всегда, увы.       - Все еще может измениться.       - Что, например? Уши себе отрастишь?       Феликс неопределенно пожал плечами.       - Ну ладно, ты ведь разыскал старину Коулдри не затем, чтобы поныть? Выкладывай, чего тянешь.       - Нужно кое-что продать.       - Есть риски? - невинно уточнил Проныра.       - Никаких. Просто тентованая повозка и два мула. Но сделать это надо быстро, потому что в Денериме я ненадолго.       - О как. Лавочку что-ли сворачиваешь? Прогорел на орлейских контрактах?       - С контрактами все замечательно, - Феликс отхлебнул пива и поморщился. Разбавленная ссанина. - Слыхал про войну, которую объявил король?       - А кто ж не слыхал. Но это же далеко на юге, какое нам дело?       - Пока дела нет, но скоро будет, потому что это не война. Это Мор, прямо как четыреста лет назад. Дело серьезное, и продлится все не один год, так я думаю. Соскочить не выйдет ни у кого, безопасных мест не будет нигде.       - Откуда ты это знаешь?       - Не задавай глупых вопросов.       - А... точно. Ладно, будет тебе покупатель на телегу. Двадцать процентов?       - Совесть имей. Десять и ни кроной больше.       - Я свою совесть в карты проиграл, - Коулдри вздохнул. - Десять так десять, исключительно по старой памяти.       - Ой, ну не корчи рожу страдальческую. В мутной воде крупная рыбка водится, а если этот Мор будет таким же, как предыдущий, муть скоро поднимется до небес. Главное, держи наготове лодку, чтобы в случае чего свалить за море.       - Приму совет к сведению, - Проныра грузно вытащил себя из-за стойки. - Ну что, на свадьбу пойдем?       - Чтобы я да пропустил такую попойку? Идем, конечно! Эй, хозяюшка! - Феликс требовательно хлопнул ладонью. - Бочонок эля сюда и окорок побольше! Да нормального густого эля, а не этой мочи!       В конечном счете, тащить провизию пришлось Коулдри, как более крупному и сильному. Повозку отогнал куда-то за крону один из ошивавшихся на площади эльфов-чернорабочих, так что ношу Феликса составил только рюкзак, где хранились его сбережения и самое ценное имущество, да длинный холщовый сверток. Пришлось расстаться с частью запасной одежды и кое-каким мелким скарбом, но тут ничего не поделать, все с собой не утащишь.       Эльфинаж встретил друзей необычной для этого места атмосферой веселья. Начать хотя бы с того, что у самых ворот ошивалась не угрюмая компания, готовая сломать челюсть любому неосторожно забредшему шему, а компания захмелевшая и горланящая похабные песенки. Причем захмелевшая настолько, что на Коулдри и Феликса никто не обратил внимания, пока оба не вышли к центру эльфинажа, где рос венадаль.       Толпа эльфов настороженно притихла когда двое людей приблизились, но узнав прибывших, расслабилась и забурлила как ни в чем не бывало. Коулдри прожил в эльфинаже почти всю жизнь, съехал сравнительно недавно, и солидную часть своего нелегального дохода тратил на помощь многочисленным племяшкам. Феликс тоже здесь был не чужой, и хотя судьба пошвыряла его от Тевинтера до Коркари и от Антивы до Неварры, он раз за разом возвращался. Для того была как минимум одна причина.       - А ну, мелюзга, налетай! - Проныра принялся раздавать крутившимся вокруг детям купленные по дороге леденцы и моментально оказался окружен восторженно галдящей стайкой.       Феликс тем временем водрузил окорок и бочонок на один из столов с угощением и принялся высматривать знакомый огненный блик. Обладательницу самой рыжей прически в эльфинаже он заметил, когда та выскользнула из толпы и поспешила куда-то в сторону. Феликс пошел за ней и нагнал у самых дверей дома Табрисов.       - Даже не поздороваешься? - спросил он, одной рукой обняв девушку за талию и приподняв над землей.       На лице Шианни отразилась непонятная смесь чувств, от испуга до радости, но очень скоро все они уступили одному хмурому-но-не-сердитому выражению.       - А, Феликс. Ты как всегда объявился без предупреждения, вот я тебя и не заметила.       - Но сейчас-то я прямо перед тобой.       - Привет, - эльфийка хихикнула и помахала рукой. - Может, поставишь меня на землю?       - Конечно.       Он выпустил девушку и отшагнул немного назад. Шианни, всегда бойкая и не лезущая в карман за словом, сейчас молчала и в глаза ему смотреть избегала.       - Когда мне Проныра сказал, что сегодня в эльфинаже играют свадьбу, я от испуга чуть не разнес таверну.       - Наверное, на такое зрелище сбежались бы стражники со всего города.       - Ага. Устроили бы пирушку на радостях, а я бы сбежал под шумок.       - Может и сбежал бы... но сколько еще ты сможешь бегать?       - Последние десять лет у меня неплохо получалось. Но если причина только в этом...       Шианни вздохнула.       - Есть вещи, которые от тебя не зависят, они просто есть.       - Тогда в чем дело?       - Знаешь, давай поговорим об этом попозже, ладно? Сейчас надо одного засоню разбудить, пока он собственную свадьбу не проспал.       Шианни вошла внутрь хижины, Феликс последовал за ней следом. Как и следовало ожидать от эльфского жилища, обстановка была бедной. Однако чувствовалось, что для здешних обитателей чувства собственного достоинства не пустой звук, и они всеми силами поддерживали порядок. Пол чисто подметен, выскобленная посуда аккуратно составлена на полке, да даже простенький льняной сарафан на Шианни, и то был без пятнышка грязи. Мысленно Феликс отвесил себе подзатыльник. Надо было придержать один рулон сукна, этот подарок ей бы пришелся куда полезнее заготовленного.       - Просыпайся давай! - Шианни без стеснения затрясла сладко посапывающего кузена за плечо, от чего тот заворочался и приоткрыл один глаз. - Ты вообще помнишь, какой сегодня день?       - Не-а, - буркнул Дарриан тоном человека, пытающегося оттянуть неизбежное.       - Сегодня первый день твоей службы в королевской гвардии, - сказал Феликс, выглядывая из-за спины эльфийки. - Тебе надлежит немедленно получить обмундирование и явиться на смотр, иначе всыплют плетей.       - Сегодня твоя свадьба, балбес!       - Да, точно, - Дарриан сел на топчане и сдавил виски руками. - Привет, Феликс, ты не подскажешь, который час?       - Мальчишник удался на славу, да? - хмыкнул тот. - Если поторопишься, успеешь не опозориться. Вставай давай, сейчас будем лечить подобное подобным.       Пока Дарриан плескал в лицо холодной водой и одевался в парадный костюм, Феликс развязал длинный сверток, который все это время тащил с собой.       - Твой батя бы не одобрил такой подарок, так что лучше вручу сейчас, - он протянул эльфу рукоятями вперед два клинка.       - Ох, ничего себе, - глаза Дарриана расширились. - Это... ты серьезно?       - Да, бери. Купил в Орзаммаре, удачно подвернулись за половину цены. Основа клинков из веридия, но лезвиная часть сильверитовая. В меч впаяна руна, снимающая усталость, а руна в кинжале рассеивает вредоносную магию. Скупердяй-гном, у которого они лежали, сначала заломил цену, но я сказал ему... - чувствительный тычок локтем в бок от Шианни заставил Феликса запнуться. - Только спрячь пока, а то Цирион мне голову открутит.       Эльф все же не удержался и сделал несколько пробных форм с мечом и кинжалом. Несмотря на мелкие огрехи в технике, он словно родился с оружием в руках. Феликсу было жаль, что его другу детства негде применить такой блестящий талант и втайне надеялся, что грядущая война позволит ему раскрыться. Был же у Логейна Мак-Тира во времена анти-орлейского восстания целый отряд эльфов-пластунов, почему бы королю Кайлану не продолжить традицию?       Наконец, мечи отправились под матрас, а друзья - на площадь венадаля. Там уже толпились гости, некоторые уже навеселе, дети слопали все принесенные Коулдри сладости и теперь играли в Нарсиса Одноглазого и Татас-воровку. Дарриан обреченно вздохнул и, стараясь максимально оттянуть знакомство с невестой, взялся принимать поздравления и скромные подарки.       - И чем он недоволен? - подумал вслух Феликс.       - Ну а ты бы сильно радовался, если бы тебе свадьбу устроили родители, не спросив твоего мнения? - ответила Шианни.       - Они давно умерли, так что не знаю. Хотя... я бы не отказался, чтобы кто-нибудь решал все проблемы за меня.       Шианни не сдержалась и фыркнула в кулачок.       - Да ты же и дня такой жизни не выдержишь!       - Не недооценивай меня! Это я с виду суровый и гордый, но стоит почесать мне пузико, как я сразу...       Разговор был прерван самым бесцеремонным образом. В эльфинаже внезапно объявилось еще три человека, и все трое целеустремленно направлялись прямо к праздничной площади. Эльфы, хотя и пылали возмущением, но торопились убраться прочь с дороги. Дураков преграждать путь самому банну Вогану не нашлось.       Дело внезапно запахло хуже, чем денеримская сточная канава, а это показатель. Репутация Вогана говорила сама за себя, и он заявился в эльфинаж в компании своих дружков уж точно не затем, чтобы поздравить молодоженов. Феликс бросил быстрый взгляд на Шианни, прикинул все "за" и "против" и принял неприятное решение. Неприятное потому, что подставлять лишний раз Валендриана ему не хотелось, несмотря на давнюю обиду. Попасть на допрос к храмовникам старик не заслужил.       - Держись подальше, - шепнул он Шианни и пошел через толпу к банну, одновременно нащупывая подушечкой пальца спрятанную в кармане иглу.       Воган уже вовсю разглагольствовал. Эльфы слушали его, и их ярость отзывалась в Тени неистовым бурлением. По лицам Сориса и Дарриана было видно, что они готовы разорвать дебошира на месте, не считаясь с последствиями. Феликс прибавил шагу и успел втиснуться как раз между ними, прежде чем оба жениха навлекли на себя по-настоящему серьезные проблемы.       - Почтенный банн, ну дались вам эти эльфы, - залебезил он приторным голоском. - Неужто себя совсем не бережете?       Феликс ссутулился, чтобы наверняка смотреть на Вогана снизу вверх, и нацепил на лицо самое приторно-подхалимское выражение. Как-бы раболепным движением он коснулся его руки своим пальцем с уже выступившей капелькой крови. Первый готов.       - А ты еще кто? - один из дружков Вогана с силой толкнул его в плечо, тогда как сам банн с отвращением отдернул руку. Не поможет. Это вещь - не то, что можно обтереть об штаны.       - Да просто купец, значицца... ето, товар в местные лавки завозил, - грубостью Феликса было не смутить, он тут же переключился на хама и облапал уже его. - Я что говорю... Оно вам надо? Это ж эльфки грязные! Мандавошек у них полно!       - Ты охренел штоле?! - возмущенно крикнул кто-то из толпы.       Феликс не обратил на крик внимания, оставил еле заметную кровавую метку уже на третьем дворянском выблядке, не переставая в самых черных красках расписывать царящие в эльфинаже антисанитарю и болезни, после чего спрятал руку в карман и сжал кулак. Не было ни вспышек, ни молний, ни треска или гудения, чем порой грешили даже опытные чародеи Кругов. Магия крови, правильная магия крови, приучает прежде всего к бережливости. Нельзя позволять драгоценной жизненной энергии рассеиваться впустую, производя всякие бесполезные эффекты - потому что ты тратишь свою собственную жизнь. А по-настоящему тонкие манипуляции, отличные от грубого контроля разума, требовали еще большей аккуратности. Надавишь слабо, и просто ничего не добьешься, только зря пальцы исколешь. Надавишь чрезмерно - и внушение станет слишком явным, после чего придется уходить от очередной облавы.       Своей цели Феликс добился: полностью завладел вниманием банна Вогана и его прихвостней, и теперь мягко но настойчиво выпроваживал их вон из эльфинажа. Под действием магии они стали восприимчивы, и любое сказанное им слово расценили бы как отличную идею, повторяющую их собственные мысли. Феликсу пришлось бороться с искушением внушить им, что лучший выбор девочек для пирушки - монашки из ближайшей церкви. Как минимум, это было бы очень забавным зрелищем. Однако вламываться в церковь и тащить к себе женщин весьма почтенных лет перебор даже для Вогана. Храмовники бы точно заподозрили неладное и проверили всех троих. Так что, скрепя сердце, Феликс предложил подвыпившим знатюкам попытать счастья на рыночной площади. Если повезет, они сцапают эрлессу Брайланд, и потом ее отец зарубит Вогана на поединке чести.       К тому времени, когда он вернулся к венадалю, напряжение уже рассеялось. Цирион о чем-то разговаривал с Даррианом и Сорисом, видимо, напутствовал. Тройка пьяниц оставила свой пост у входа в эльфинаж и теперь из самых лучших побуждений пыталась напоить жрицу, пришедшую провести церемонию. Жрица пока что держалась, но ее крепостная стена уже явно дала трещину. Шианни громко распоряжалась у накрытых прямо на улице столов, и только Проныра Коулдри выглядел побледневшим и даже напуганным.       - Слушай... - забормотал он, когда увидел вернувшегося друга. - То, что я видел... это ведь было не то, что я подумал?       Феликс с трудом удержался от того, чтобы закатить глаза. Выросший в эльфинаже полукровка, Коулдри все равно каким-то образом ухитрялся оставаться искренне верующим андрастианцем. Из-за этого они как-то раз чуть не подрались в кабаке, когда Феликс пытался доказать ему, что Андрасте была чародейкой-самоучкой. И как искренне верующий андрастианец, Коулдри до смерти боялся магии крови.       - Нет, это не то что ты подумал, - соврал Феликс. - Я просто умею подбирать слова. В моем деле без этого никак.       - Тогда ладно, - с видимым облегчением ответил Проныра, - но больше так не пугай.       Феликс смиренно развел руками.       - Не буду. Когда там уже начнется? У меня пересохло в горле и пусто в животе.       Там же, поздним вечером       Ночь опустилась на Денерим. На почерневшем небе замерцали звезды, смолкли голоса на улицах, только собачий лай разносился над крышами. После целого дня гулянки обитатели эльфинажа разбрелись по домам, а Проныра, живший в другой части города, вызвался дотащить основательно захмелевшую жрицу до храма.       Феликс и Шианни сидели в тени венадаля и молчали. Вино в бутылке кончилось, все накопившиеся за полгода истории тоже. Шианни прижалась к нему слева, и видит Создатель, сейчас Феликс отдал бы все скопленное золото за то, чтобы это мгновение длилось вечно.       - Проныра сказал, ты скоро опять уйдешь, - Шианни первой решилась нарушить молчание.       - Да, к сожалению.       - Почему ты не можешь остаться?       - Потому что приближается Мор.       - Собираешься убежать?       - Нет. Ты правильно сказала, что вечно бегать не получится. Но если стать полезным королю, то и не придется. Кого-то Мор погубит, но кого-то вознесет.       - Разве с ним не должны воевать Серые Стражи? Пару дней назад даже приходил один. Только пробыл недолго, пошептался о чем-то с хагреном и ушел.       - Серых Стражей мало. И я не собираюсь отнимать у них привилегию сражаться с Порождениями Тьмы. Было бы идеально набиться королю в советники. Но даже если не получится, у меня есть и запасные планы.       Шианни вздохнула и крепче сжала его ладонь. Феликс также молча ждал, покачивая пустой бутылкой в руке. На донышке еще чего-то плескалось, но проще вылить. Все равно вино самое дешевое. Дешевое с его, способного не моргнув глазом выложить десяток крон за бутылку, точки зрения. Преступная расточительность для обитателей эльфинажа, даже таких сравнительно зажиточных как Табрисы.       В этот момент Феликс удивился сам себе. Он без колебаний влезал в рискованные авантюры и сделки, забирался в самые отдаленные уголки мира и встречался с такими тварями, от вида которых поседели бы бывалые воины. Но одно простое действие и несколько слов даются тяжелее, чем любая экспедиция. Но больше откладывать было нельзя. Сегодня он и так прошел по самому краю.       - Огонёк...       - М?       - Выходи за меня.       Он вытащил из-за пазухи коробочку с купленным утром кольцом, присел перед Шианни на колено и надел кольцо на ее палец. Даже в темноте было хорошо заметно, что девушка пребывала в шоке. Похоже, даже не дышала.       Понадобилась почти минута, чтобы Шианни вернула себе способность шевелиться. Очень медленно, словно не до конца веря в реальность происходящего, она подняла над собой руку с кольцом. Отполированный лириумом маленький топаз сверкал на фоне ночного неба, словно еще одна звезда. Потом она вдруг обвила его руками за шею и впилась в губы поцелуем. Феликс ответил ей тем же.       - Полагаю, это значит "да", - прошептал он, когда они наконец оторвались друг от друга.       Вместо ответа Шианни уткнулась ему лицом в плечо. Феликсу было непривычно видеть ее такой... хрупкой. Отступивший было страх впился в него с новой силой. Как вообще можно оставлять ее здесь, а самому отправляться на встречу Мору? Не разумнее ли будет следующим же утром вдвоем сесть на корабль и отплыть за море? В Вольной Марке мягче и климат, и нравы, а Мор скорее двинется на запад чем через море... Возможно, Ансбург... нет, лучше Виком. Главное не Киркволл, тамошняя архитектура просто угнетает...       - Я уже и не надеялась.       - Прости, что заставил ждать.       - Не извиняйся. Просто... ты видел, наверное, весь Тедас. Ты не беден. Ты не эльф, в конце концов. Не понимаю, почему ты выбрал меня?       - Потому что другой тебя больше нигде нет. Потому что и за сотню соверенов такую как ты не купишь. И потому что только ты настолько смелая, чтобы я доверил тебе свои тайны.       - Я знаю, что ты отступник. Хагрен уже давно рассказал.       - А я знаю, что ты знаешь, - Феликс снова сел рядом и зачерпнул воздух горстью, в которой заплясал небольшой язычок пламени. Бессмысленное и порицаемое баловство с точки зрения любого мага Круга, и вдобавок опасное. Мало ли, кто выглянет случайно в окно.       Шианни наблюдала за танцующим огнем с тихой улыбкой. Протянув пальцы, она осторожно коснулась оранжевых язычков и удивленно вскинула бровь.       - Греет, но не обжигает.       - Чтобы там ни говорили в церкви, магия - это не только кровавые ритуалы и сделки с демонами. Иногда она бывает и такой. Твое кольцо, кстати, тоже зачарованное.       - А что оно делает?       - Много чего. Пока оно у тебя на пальце, ты не обожжешься и не замерзнешь, не заболеешь, не отравишься. Но главное, я смогу приходить в твои сны, какое бы расстояние нас ни разделяло.       - Маги и такое могут?       - Только самые лучшие.       Вдруг Шианни резко вскочила на ноги и уселась к нему на колени. Феликс прижал ее к себе, наслаждаясь ощущением живого тепла. В этот момент все остальное потеряло любое значение. Даже если бы в эльфинаж вломилась армия храмовников, он бы не обратил на них внимания.       - Тебе ведь не нужно уезжать прямо сейчас?       - Задержаться на пару недель я вполне смогу.       - Тогда не будем терять времени, - глаза Шианни блеснули привычным озорством. - А заодно возместишь пропущенные полгода... и свою будущую отлучку.       - Смотри не запроси пощады первой, - хмыкнул Феликс и встал со скамьи, держа девушку на руках.       Магия скрыла их от посторонних глаз, пока они шли к дому Цириона. Магия же плотным пологом отделила их от остальных обитателей дома, которые не теряли времени даром в первую брачную ночь.       В конце концов, прошлый Мор бушевал двенадцать лет. Что в таком деле каких-то две недели?