Разговоры о б экономике в деревне, поблизости отдельно взятого поместья

Довольно крупная деревня, в одну сторону от неё находятся заброшенный луг, до него около километра, но добираться неудобно, поэтому луг никто не косит. С другой стороны, недалеко находится родовое поместье графа Аверина Вазилиса Аркадьевича. Собрались несколько жителей. Неопрятный мужичек с всклокоченной бородой привычно затянул: - Вот, поверьте моему опыту, всё это добром не кончится… - Что на этот раз, Митрич? – несколько мужиков повернулось к говорящему. А Митрич убедившись, что привлек всеобщее внимание, продолжил более уверенным голосом: - Всё это, вот как Вазилис Аркадьевич помирился со своим братом, всё пошло на перекосяк. – несколько мужиков переглянулось, один даже спрятал откровенную усмешку, сделав вид что закашлялся. Они-то как раз считали, что после того, как братья Аверины помирились, дела стали налаживаться. - Хотя бы, что этот колдун, прямо над нашими головами бой устроил. Заклинания так и сверкали, а если бы деревню сожгли? Вот я помню, батюшка Вазилиса Аркадьевича, Аркадий Филиппович, никогда такого не делал. Я, конечно, мальцом тогда был, но всё помню. Никогда над головами заклятия не сверкали… - Это потому, что у Аркадия Филипповича его боевое оружие так и не проявилось. Он же ученный был, книги умные писал. Я как-то в городе, в книжном магазине видел, целая полка его книг. А Гермес Аркадьевич боевой колдун. Про него постоянно в газетах пишут. У меня родственница в поместье работает, - говоривший гордо осмотрел собравшихся, - так, она рассказывала, тогда в поместье важная госпожа приезжала, инкогнито. Наверняка, для неё, показательный бой устроили. - Это Шурка что ли, Степаныч? – Митрич выглядел недовольным. – что она видеть могла, она ведь кухарка, от плиты не отходит. - Многое, Митрич, многое, она к плите не привязана. И сама эту важную госпожу видела. Им потом дворецкий сказал, что бы сильно не болтали. Но совсем говорить не запретил. Вот. И потом Вазилис Аркадьевич со всей семьей в столицу ездил, на коронацию нашей Императрицы, - Степаныч улыбнулся с таким видом, тайну знаю, но вам не скажу. - И кортеж Императрицы все видели, тогда ещё большой прием в поместье был.И до этого несколько приемов было, мы с братом тогда срочно кабана добывали. – это уже подержал Степаныча парень. - Правильно, Илья – Степаныч выглядел довольным. - Нам то с того, что, с этих приемов? - А вот, Митрич выглядел очень недовольным, потому что его не кто не поддержал. – это в поместье празднуют, мы то тут причем? - Митрич, ты что дурак? А где они как думаешь картошку, морковку, капусту покупали? Мясо всевозможное, того же кабана? Из города везли? Нет, у нас и покупали… если ты нечего не продал, потому что «болел» - мужики улыбнулись, знают они чем «болеет» Митрич, - так не ворчи. Сам виноват. - Всё равно, заклинания над головами сверкали? Сверкали, это факт, повезло, что нечего не сожгли…- Митрич упорно стоял на своем. - Митрич, тебе же сказали: «Показательный бой» да там такие колдуны были, они такой щит держали, что тебе и не снилось. Сам подумай. Гермес Аркадьевич такого страшного демона во время коронации победил, жуть. Что ему щит над лугом подержать. – мужики помолчали, коронацию смотрели все, и газеты тоже читали все… - Степаныч, а тебе твоя родственница не говорила, что там такое в поместье строят? Машины только туда обратно и гоняют. И всё плиты каменные? – голос Митрича стал заинтересованный, но ехидство всё равно проскальзывало. - Склеп, Митрич, в поместье строят склеп. Вазилис Аркадьевич решил перенести и расширить старый, потому что места там почти не осталось. Сейчас строят, настоящий мавзолей. – это сказал Максим. Все знали, что его дочери работают в поместье, но он никогда про это не рассказывал. Откуда им было знать, что его дочерей уже один раз выгнали с работы за «длинный язык» и его жене пришлось просить, чтобы их взяли обратно. Дома с девицами была провидена «воспитательная беседа», а если по-простому, жена оттаскала дур за косы, с объяснением сколько они получают за несложную работу в поместье и сколько получат, если будут выращивать морковь, капусту… девушки прониклись. - Это какого размера будет этот склеп, трехэтажный что ли? – а теперь Митрич уже откровенно ехидничал. Максим и Степаныч переглянулись, с людьми, работающими в поместье, была проведена разъяснительная беседа, причем самим Вазилисом Аркадьевичем. В которой говорилось, что всё связанное со стройкой в поместье, это секретно, разглашению не подлежит. «За разговоры» последует немедленное увольнение, «За молчание» подняли зарплату. И сказали на какие темы можно свободно разговаривать. - В поместье строят склеп. – твердо сказал Максим. - Вот поверьте моему опыту, добром это не кончится. – опять заныл Митрич, - и дорогу к поместью новую сделали, да так быстро. Помните в поместье Дубкова тоже так начиналось, о потом помещик стал землю скупать, арендаторов сгонять, дачи строить и городским продавать. Вот увидите, здесь всё так же будет. - Митрич, прекрати паниковать. Зачем Вазилису Аркадьевичу с этим связываться? Он и так установил самую низкую аренду в округе. У него прибыльный автозавод, сейчас получил большой государственный заказ. У меня там сыновья работают, они рассказывали. А Дубков и появился неоткуда, где только деньги взял на поместье, и умер плохой смертью. А семья Авериных здесь давно живет, если ничего не путаю, то со времён Петра Первого. Или позже? Не помню... Но всё равно давно… Зачем им всё портить? – это сказал Макарыч, до этого он в разговор не вступал, только слушал. - Всё равно, добром это не кончится – пессимизм Митрича не знал границ. – вот посмотрите, раньше в поместье заказывали у мясника с дюжину кур на неделю, поросёнка на месяц, сыры, колбасы всякие. Сколько там нужно на семью из шести человек и слуг? А сейчас в поместье живность машинами везут. И всё живьем… Точно вам говорю, что-то там затевается, как бы второй Прорыв не случился, ведь чудом живы тогда остались. - Митрич, ты в дела господ, а особенно колдунов не лезь. Не наше это дело. А что закупки увеличили, так это для нас и хорошо. У меня сват в аренду дополнительный участок взял, заканчивает большой курятник строить. Уже с Вазилисом Аркадьевичем договор заключил. Как птицу подрастит, у него брать будут. – опять проворчал Степаныч. – а что живьем берут, так мороки меньше. - А я завтра договорился на прием к Вазилису Аркадьевичу, узнаю, можно будет тот луг косить, хоть и неудобно добираться, зато рядом. Мы с братом планируем кроликов разводить, тоже сказали покупать будут. – голос раздался со стороны, Митрич не успел увидеть кто говорил. - Я, я тоже хотел насчет луга поговорить с Вазилисом Аркадьевичем. Только на прием записался позднее. Коз буду разводить, их конечно дольше растить, чем кроликов, но я слышал тоже нужны будут. – голоса раздавались со всех сторон. - Ладно, пойдем вместе, луг большой, должно хватить, заодно поможешь подъезд организовать… Митрич улыбнулся в бороду и тихо отошел в сторону. В толпе раздавались голоса, у кого-то тоже были планы на никому ранее ненужный луг. К нему, Митричу, человеку любящему выпить, поныть о тяжелой жизни, но крайне редко рассказывающему конкретную информацию о себе, недавно подошли два человека в черном. По край ней мере он надеялся, что это люди и предложили, за приятную сумму, несколько раз в месяц устраивать вот такие «митинги», ему даже отчет писать не нужно. Просто собрать толпу и поругать обитателей поместья, поинтересоваться и что это они там делают. День указывали наниматели. Невдалеке, на дереве сидела птица, обычная сорока, только на лапе у неё было кольцо. Див старательно запоминал всё реплики и интонации. Поблизости от такого важного объекта, как «Коридор в Пустошь» никак нельзя допустить недовольство местного населения. Сейчас люди поговорят, разойдутся и див полетит писать отчет. В этой деревне всё хорошо.