первая проба нсфв (бургерпанчи ау)

Сумерки померкли. Осень потихоньку уходила, уступая место зиме, что приберет все яркие красочные листья под покрывалом снега. На самом деле, никакое из времен года не приходит и не уходит. Наверное, всегда остается лето... Просто его затмевает холодный напор осени и зимы. Оно всегда так происходит, особенно когда ты не хочешь расставаться с этим теплом. Но Эндрю - тучной грустный мужчина средних лет, тихо проживающий свою жизнь, ставящий пару будильников на каждый прием таблеток, пересматривающий альбом с рапечатаными фотографиями рыб: иглобрюхие, большие сомы, рыба-камень, рыба-хирург с глупым лицом, и прочие рыбки; Он искренне любил эту холодную пору. Ему нравился мягкий чистый снег, нравились нависающие сосульки. Но по какой-то причине, осень, предшествующая зиме, очень негативно влияла на его настроение. Наверное, ему было грустно из-за того что снег есть, но его очень мало. Но Генри, его заботливому бойфренду, нравилось когда осень переходила в зиму, так как он знал о том что Эндрю любит зиму, а если зима скоро - Энди счастлив. А вообще, Хэнку больше всего нравилась весна, тогда расцветали все растения. Эндрю часто думал о том как это странно - называть такого человека как Генри своим "бойфрендом". Тот ведь был не просто... Любовником. Он представлялся для него ангелом-хранителем. Эндрю не любил думать об этом. Всегда во время этих раздумий он приходил к мысли, что не заслуживает этого. Они подъехали к дому. - Как тебе на новой работе? - Генри улыбнулся, глуша двигатель. Он повернул свою голову к Эндрю, который всю поездку сидел понурый. - Ты спрашиваешь это уже третий день. - Энди поднял глаза, посмотрев на Хэнка. Тот неловко улыбнулся думая что сказать, но Эндрю был быстрее. Он протянул свою руку Генри и неловко поводил зрачками по сторонам. Тот взял еë в свою. - Но спасибо что спрашиваешь. - Хэнк расплылся в улыбке. - Я сегодня много волновался, много курил. Я просто хотел домой, и выполнял работу через силу. За то я выпил все таблетки и ничего не забыл. - Генри сильнее сжал руку Эндрю, и улыбнулся еще шире, сказав "молодец, Энди." радостным голосом. - Я сейчас... Мне хорошо, потому что мы приехали домой. - Я рад, Энди. - Хэнк вытащил ключи из замка зажигания, и открыл дверь. Эндрю сделал тоже самое, желая поскорее оказаться дома. Генри шел быстрее, а Энди медленнее. Его движения всегда были заторможенными. Зайдя на веранду, и дойдя до двери, Генри улыбнулся Эндрю, открывая дверь. Хэнк всегда любил открывать Энди дверь, когда те заходили домой. Почему-то ему нравилось видеть как этот милый неуклюжий мужчина неловко проходит, смотря на него в ожидании одобрения. А Генри очень одобряет. Он обожает ухаживать за Эндрю, потому что тот подарил ему смысл жизни. Как и всегда, Энди прошел в дверь, открытую Генри, а тот за ним. С каждым разом, когда он проходил в дверь, открытую его любовником, он всë больше привыкал к этому милому жесту. Как только они зашли в дом, сразу начали тереть обувь о коврик. Хэнк был в обычных черных шнурованных сапогах, а Эндрю в аккуратных темно коричневых туфлях для своего офиса. Он официально работает там уже три дня, до этого неделю пробыл стажером (не полную рабочую неделю, а порвал неделю на первую, и вторую после выходных, посетив на них своего психолога), и показал себя как очень хорошего и амбициозного работника. Конечно никто из глав J&N не знает о том, с каким трудом это ему далось. В первый день - паническая атака и нервный срыв. Во второй день он разрыдался на пороге дома. В третий уже в туалете офиса... И так до сегодняшнего дня. Сегодня он не плакал и не собирался, но очень тревожился на работе и хотел домой. Но сегодня суббота, а значит он может отдохнуть. Ему нравился сам факт того что он работает, ведь он может гордиться этим... Он может оправдать ожидания Хэнка, который разбивался в лепешку, лишь бы тот смог снова работать. - Хочешь кушать? - Генри аккуратно снял теплую куртку с мехом с Эндрю, которую сам же и подарил ему, а потом аккуратно повесил на крючок. - Я приготовил куриные ножки в духовке, а на гарнир сделал толченую картошку. Ты же любишь картошечку, да? - Хэнк зарылся носом в волосах Эндрю, пока тот повернулся чтобы достать из кармана куртки сигареты.- Спасибо, но я не хочу есть. - Эндрю обернулся, зажимая сигареты в двух руках как мышка. - Я уже поел на работе. - Ну, с того момента как ты поел наверняка прошло уже куча времени. - Генри положил свои ладони на его плечи, осторожно и совсем редко поглаживая. - Совсем чуть-чуть, немного картошечки. - Он заметил, как Энди нахмурился и уставился в пол, а одну из рук приложил ко рту, покусывая пальцы. - Ну или съешь хотя бы фруктик один, малыш. - Энди улыбнулся краешком губ, но Хэнк этого не увидел. Он всегда очень смущался и краснел, когда тот называл его "малыш". - Я просто хочу немного... - Эндрю взглянул на Генри. Ему хотелось крепких и долгих объятий. Хэнк всегда был рядом с ним, но всегда Энди боялся что тот оставит его. Когда Генри находился с ним рядом физически, Эндрю начинал верить что всë хорошо. - Я хочу сходить в душ. - Генри удивился. Обычно всегда приходилось мыть голову Энди, или долго уговаривать его, чтобы тот помылся, а тут он сам соизволил. - Ого... Молодец. А точно в душ? Я купил бомбочки для ванны, и... - Извини, мне просто нужно в ванную. - Что-то случилось? У тебя начались... - Нет! - Эндрю резко прервал его. Он ненавидел это слово на букву "м". Эти гребанные "месячные". Он не хотел быть в этом теле. Никогда не хотел. Он не должен тут находиться. Он мужчина. - Просто хочу помыться. - Хорошо, но... - Генри помогал Энди снять галстук, ведь тому самому часто было тяжело раздеться. - Открой дверь. Я волнуюсь. - Эндрю медленно кивнул. И это он ненавидел.Он ненавидел когда Генри так беспокоился за него... И дело не в Генри, дело в нëм. Эндрю не хотел быть таким проблемным. Не хотел чтобы у Хэнка был повод беспокоиться (о том что тот вскроет вены в ванной) о том что тот может сделать что-то с собой. Но может быть, если он еще раз оставит дверь в ванную открытой, еще раз даст Генри обсмотреть всë его тело на предмет порезов, если позволит тому вести себя с ним, как будто он какой-то инвалид... Может тогда он не даст повод Хэнку так думать. - Энди... - Генри потянулся рукой к Эндрю, который шел в сторону ванной. Он никогда не брал с собой никакие вещи, обычно всегда выходил с полотенцем на бедрах, всë грязное выбрасывал в корзину для грязного белья, а всë что чистое просто... Просто оставлял, надеясь что Генри это уберет. И он уберет, только вот, видя как Хэнк несëт чистую одежду в шкаф и аккуратно складывает еë, Эндрю чувствовал себя обузой. - Я хотел сказать... Если тебе плохо, то мы можем поговорить... Посмотреть рыбок... - Эндрю просто отвернулся и ушëл в ванную, а Генри так и остался стоять там в коридоре. Энди не любил ванную и большое зеркало в ней. Ванная у Генри была намного приятнее глазу, чем ванная дома у Эндрю. Там не было этого желтого противного света, не было этой гнили между кафелем... Всë было приятно, комфортно. Белый свет; окно с толстым стеклом, через которое ничего не видно снаружи, но солнечный свет проходил через него; красивая раковина, на которой были мило расставленны зубные щетки и пасты. Только... Это ебанное огромное зеркало. Видеть эти шрамы под грудью, толстое огромное пузо, толстоватые руки... Вагина. Недолго посмотрев в зеркало Эндрю отвернулся, а на его лице появилась гримаса отвращения. Пора мыться. А мыться он не любил. Ему нравилось быть чистым, но поход в ванную требовал слишком много сил. Эндрю часто думал о том чтобы Генри был с ним в ванной и делал всë за него, но... Хэнк очень красивый, он... "Ему не стоит видеть меня" - так думал Энди. Пока Эндрю ели как принимал душ за открытой дверью, Генри долго сидел на диване в гостиной. Он думал. Думал о Энди. О своëм любимом человеке, о своëм смысле жизни, о своем неуклюжем и милом мальчике. "Я опять пропустил что-то." - вот что было у него в мыслях. Пропустил тот момент, когда Эндрю сильнее всего нужна была помощь. И всë таки, спустя десять долгих минут, Эндрю помылся. Генри часто подходил и спрашивал "малыш, всë хорошо?", на что получал ответ "да, я в порядке". Но Генри никогда не был доволен этим простым ответом. Он очень боялся. Ему не хотелось думать об этом, но невольно в голову приходила мысль о том, что когда Эндрю так молчит и замыкается в себе, он планирует (не просто планирует, а отчитывает недолгие дни, до того как сделает это с собой) что-то... Нехорошее. - Генри, я... - Энди заметил в каких раздумьях находился Генри. Он сразу понял о чем тот думает. И Хэнк знал это, поэтому быстро натянул улыбку на своë лицо, чтобы Эндрю не брал пример с него и не хмурился ещë сильнее. - Я помылся. Можешь сложить эти вещи, пожалуйста? Я сегодня взял их с собой, а не оставил там. - Генри подошëл к Энди, расставив руки, чтобы заключить того в безответные объятья. Но безответными они были из-за чистой одежды в ручках Энди, а не из-за того что тот не любил Хэнка. Да и если бы не было этой одежды... Раньше Эндрю часто не отвечал взаимностью на любые попытки Генри. "Попытки чего?" - Спросите вы. Попытки вселить надежду в завтрашний день: Эндрю всегда отвечал отрицательным взмахом головы на слова типа "завтра ты можешь попытаться ещë раз"; "некоторые ошибки это не конец света"; "ты молодец что пытаешься, я верю в тебя". Или, например, попытки физически приободрить его: обнять; потрепать волосы; подержаться за руки, когда страшно; уснуть в объятьях, и если Эндрю проснется от кошмаров, Генри будет рядом... Обнимет, поцелует, успокоит. Или, скажем, попытки поддержать буквально и дать решение проблемы: походы к психиатрам и психологам; лечение в психиатрической больнице; занятие физической активностью. Генри получал отказ на всë. Но со временем, Эндрю... Начал часто плакать, слишком часто, чаще чем это было (а было это к слову, ну, скажем, раза два на дню точно, если не больше), и резать себя, тоже чаще чем было. Тогда Хэнку пришлось заставить Эндрю делать всë это, потому что... Генри очень любил этого мужчину. Он мог часами говорить о том, какой тот молодец, лишь потому что тот почистил зубы сам, или кушал с утра. Кстати говоря, на признание Генри в любви Эндрю тоже не ответил ни положительно, ни отрицательно. Он просто... Просто плакал в его объятьях и давал целовать себя. Только позже, через месяц, Генри впервые услышал "я люблю тебя" от Энди. Но Хэнк любил его и готов был отдать всë, даже если бы Эндрю его не любил. - Молодец, маленький. - Генри, уже переодевшийся в домашнюю одежду, заключил Эндрю в свои объятья. - Сейчас сложу, а ты пока... - Хэнк обернулся, глянув на шкаф. - Пока что переодевайся. - Конечно... - Эндрю любил его, но иногда... Когда тот заставлял его снимать одежду перед ним... Осматривал руки, ноги... Сейчас он так не делает. Его сломали слëзы Энди. Тогда Генри наверное почувствовал себя мудаком, но как считал сам Эндрю, тот всë делал правильно. Энди искренне верил что помощь больным должна быть такой как в психбольницах. Грубой, неуважительной... Но Генри, ох, его нежный Генри, он делал всë, чтобы Эндрю не попал туда. И зря. Ведь там он не сможет спрыгнуть с окна или вскрыть себе вены. А Энди делал это часто, очень часто. Эндрю всегда знал, что если он захочет, то сможет спокойно угрожать Хэнку самоубийством. Пока что не приходилось. Наоборот, от такого как Генри это желание надо в любое время держать в тайне. Как, например, сейчас. Одежда, которую Хэнк старательно и с любовью складывал в шкаф, была вся помята. Завтра, проснувшись рано утром, Генри с улыбкой погладит еë. И послезавтра, и послепослезавтра, до тех пор пока ему не надоест каждый день гладить вещи для этой оборзевшей ленивой свиньи. Так Эндрю себя называл. "Спасибо что терпишь меня... Или, спасибо что... " - Крутилось в мыслях у Энди - Эндрю.. - Генри обернулся, но понял что Энди еще не переоделся. - Ой-ой! Извини! Я хотел спросить... - Эндрю промычал в ответ. - Ты слишком устал или ты что-то от меня скрываешь? Энди обернулся. Конечно скрывает. Ещë несколько дней назад он написал предсмертную записку с текстом "Хэнк, я знаю, что я обуза для тебя и для всех остальных, миру будет только лучше, если меня не станет. Генри, не вини себя, ты прекрасный человек и достоин кого-то получше, нежели такого паразита как я.", но тогда он не сделал это. И на следующий день не сделал. И на день после того не сделал. И сегодня... Но завтра. Завтра он сделает это. Но сегодня... Нужна маскировка. - Я просто... - Эндрю не мог сказать "я просто устал". Генри хорошо чувствует эту ложь. - Слушай, хэнк... - Энди развернулся, и начал подходить к тому с одним полотенцем на поясе. - Я очень люблю тебя. - Подошëв вплотную к Генри, тот погладил его по большой крепкой груди. - Я тебя тоже. Так ты... - Не успел Генри сказать что-то (что-то, что вероятно вывело бы Эндрю на чистую воду), как его перебили. - Я нравлюсь тебе таким? - Эндрю неловко отвернулся и начал сверлить взглядом пол, нежелая принимать ответ в лицо, каким бы тот не был. - Таким, это каким? - Генри ухмыльнулся, и легонечко ущипнул Эндрю за щëку. - Милым, добрым, трудолюбивым и сильным? Пожалуй, очень нравишься. - Хэнк ухмыльнулся сильнее, стараясь скрыть страх, который всë сильнее подступал к горлу. - Таким... - Эндрю осмотрел своë тело. - С шрамами... На руках, на ногах, под грудями и с... Я не знаю как сказать... - Энди неловко посмотрел на Генри, но сразу как ощутил слëзы, накатывающиеся на глаза, решил опустить взгляд. Он не хотел чтобы это опять превратилось в часовой разбор полетов... Проблема конечно не в Генри. Может, кто-то и был достоин такого отношения, но точно не Энди. - Ты не считаешь меня женщиной? Ты... - Я не считаю тебя женщиной, Эндрю, и ты мне очень нравишься! - Выкрикнул Генри, взяв обе руки Эндрю в свои, нагибаясь, так и норовя посмотреть в это жалкое и мерзкое лицо, которое было в шаге от того чтобы на нëм отобразилась гримаса истерики. - Ты меня перебил. - Эндрю очень не любил когда его перебивали. - Я хотел спросить... - Он собирался с мыслями. - Ты хочешь меня? Ты желаешь меня в сексуальном плане? Ты бы хотел меня трахнуть или... - Кажется, что именно в этот момент Эндрю не смог выдержать. Начал грубо выражаться и... Показал чего боится. - Или что-нибудь такое, я не знаю... - И всë таки, как бы Эндрю не был грустен или зол, он не заплакал. - Я... - Генри застыл. Энди всегда прямолинейный, но у них никогда не было разговоров о таком. Они встречаются вот уже почти три месяца, но... - Ты мне очень нравишься, и я думаю, что ты сексуальный, но... - Хэнк грустно посмотрел на пол. Для него Эндрю всегда был таким беззащитным, а мысль о том чтобы трахнуть его... - Я не могу представить секс с таким человеком как ты, и дело не в... - Хэнк пытался придумать что-то что звучало бы лучше всего, но Эндрю уже поднял глаза, полные слëз. - Я знаю, милый... Знаю. - Энди присел на край кровати, уже не стесняясь своих слëз. - Последний раз когда я занимался сексом... Он считал меня девушкой. Он принял меня, но сказал что "больше не любит и не хочет меня так как раньше". - Эндрю грустно всхлипнул пытаясь не плакать. - Но я не считаю тебя девушкой, я очень люблю тебя, Эндрю. Просто... - Просто мысль о том, чтобы защитить его, расходиться с мыслью о том, чтобы отыметь его. - Я не хочу... - Эндрю посмотрел на него красными и мокрыми глазами. - Мне будет очень стыдно перед тобой. Ты проходишь очень тяжелый период в жизни, а я... Я должен тебе помогать... - Ты бы здорово помог, если бы я знал, что желаем. - Энди знал, что это ему не поможет, но... Что-то в глубине души всë таки хотело знать это. - Я хочу тебя, Эндрю, но... - Генри понял, как он звучит. - Да, я хочу тебя, Эндрю, но мне кажется, что заниматься сексом в такое время это немного странно. - Наконец он сформулировал эту мысль. - А мне кажется, что нет. - Эндрю неуклюже встал. Он уже не плакал, но глаза всë еще оставались красными. - В плане... Я бы сейчас... - Он засмущался. - Извини, я так давно не... - Ты хочешь сейчас... - Гость улыбнулся. Нет, это была не похотливая ухмылка. Это была добрая улыбка, полная радости. "Наконец эти чертовы таблетки начали работать!" - Ты хочешь сейчас заняться сексом? - Эндрю слабо кивнул. - Я не... Если ты сам этого хочешь, то я не против. - Хэнк подошёл ближе и присел на кровать к Эндрю. Энди положил свою ладонь на толстую и крепкую шею Генри. Тот дернулся и его щеки немного покраснели. - Давай, сначала... В душ. Сходим в душ. - Знаешь, я никогда не занимался сексом трезвым. Это мой первый раз. - Эндрю таращился на круглые груди Генри, пока тот поливал его из душа. - Мы всегда принимали таблетки для эпилептиков. - Какой ужас - Хэнк аккуратно прижал к себе Энди, оставляя горячую струю литься по его спине. Эндрю же, оказавшись напротив внушительной грудной клетки Генри, покрылся румянцем, но сразу прижался к ней. Капельки воды, расположившиеся аккурат на грудных волосах Хэнка, обмочили и волосы Эндрю, которые ещë тогда были длинными. Тогда он не планировал подстригаться. Он планировал заняться сексом в субботу, проснуться в понедельник, пойти на работу, выкурить сигарету, и вскрыться в туалетной кабинке офиса. - Как я тебя люблю. - Размышления об алой густой крови прервал низкий мужской голос сверху. - Люблю. Эндрю не ответил, а просто обнял в ответ и сильнее вжался в грудь мужчины. - У меня есть только старые презервативы. - Генри аккуратно застëгивал халат Эндрю, и опять потянулся носом к его макушке. Он пах мëдом (Конечно, тогда когда мылся.) - Извини. - У меня есть. - Энди увидел Удивленное лицо Хэнка в зеркале. "Всë таки, не зря он сюда поставил такое зеркало. Он-то красивый. Очень." - Я недавно покупал, так как... Просто хотел заняться с тобой сексом, но... Мне было очень неловко. (У него больше не будет возможности, если не сегодня.) - Оу... - Генри посмотрел сквозь стену, представляя себе... О боже, эти короткие легинсовые шортики, которые Эндрю постоянно надевал перед сном. Генри не был извращенцем, но иногда, когда уже заснувший Энди стягивал с себя одеяло и оставлял Хэнку лишь вид сзади, тот мог видеть, как свет от прикроватной лампочки светит на Эндрю. Он видел, как эта плотная облегающая ткань, бывает "съедена" меж толстыми аппетитными половыми губами. Тогда, Генри, старающийся игнорировать любые такие позывы, всегда закапывал эти мысли в себе.. Но сегодня, он их выкопает. Свет в комнате был теплым и приглушенным. Эндрю, сидевший на кровати, теребивший пленку на пачке презервативов, ждал Генри, который должен был скоро вернуться. И вот! Он вернулся, держа в руках три свечки! Эндрю зажмурился. Ему не нравились резкие запахи. Сразу поняв это, Хэнк поспешил возразить. - Они все без запаха! Обычные свечи! Просто для атмосферы! - Выкрикивал Генри, пока красиво и безопасно расставлял каждую из свечей- Атмосферы? - Ну... Я знаю что так делаю для спокойной домашней атмосферы. - Он поставил последнюю свечу и зажег еë. - А... - Эндрю было страшно. Ему просто... Хотелось сбежать. Ему нравилось что сейчас Генри хочет его, но... Он был уверен что это всë ложь и какая-то игра. - А ты.. Ам... Наконец Генри подошëл к нему и присел на кровать на коленях. - Что, малыш? - Как только Хэнк присел на кровать, он начал аккуратно поглаживать волосы Энди. Но спустя несколько мгновений, он поцеловал того в щеку, и тогда Эндрю сделал тоже самое. - У тебя было много прелюдий? - хихикнул Генри. - Не знаю. Не было. - Не было... - Хэнк грустно помотал головой. Ну, постараюсь чтобы твой первый трезвый половой акт был самым лучшим. - Генри медленно подтолкнул Эндрю в грудь, чтобы тот ложился на кровать. Он отложил презервативы на тумбочку и удобно устроился на подушке, тогда Генри и навис над ним. Он начал облизывать зону, где у Эндрю "прятались" ключицу, игриво прошелся языком по кадыку, залез в рот, вынуждая Эндрю тоже работать языком. Энди обнял того за спину, опуская ниже к себе. Генри понравился такой жест. Он отстранился от губ Эндрю и приступил к ушкам. Тут Генри и услышал протяжный стон Эндрю. Это мокрое и щекотливое касание по периметру уха, почему-то заставило какие-то нервы в ушной раковине и в набухшем клиторе проснуться. Генри продолжал вылизывать ухо Эндрю, пока тот пытался сказать что-то несвязное сквозь стоны. Толстый член Хэнка всë больше наливался кровью с каждым нежным и громким стоном Эндрю. Его дружок не мог терпеть, ему скорее хотелось оказаться в этом узком милом мужчине. Но еще рано. Они еще не распробовали друг-друга. Наконец, Генри надоело мучить левое ухо Эндрю, и тот отстранился, но... Перешëл к груди. К этим манящим толстым розовым соскам. До операции грудь Энди была значительно больше, но даже сейчас когда тот бежал, было заметно как они трясутся. Его толстые груди. Генри начал нежно посасывать вставшие соски, в надежде услышать ещë какие-нибудь звуки, стимулирующие эрекцию. С губ Эндрю сорвался громкий "Мхаа!!", и тот выгнулся, сжав коленки, тем самым нехило прижав таз Генри, но тому было плевать, он продолжал жадно водить языком по окружности набухшего левого соска Эндрю. Потом перешëл к правому, и опять высасывал все возможные возбуждающие звуки из Энди. Но вот, дело дошло до главного... Надо было снять эти шортики, которые Эндрю абсолютно всегда надевал поверх трусиков. Они опять выделяли пухлые сочные сладкие губы. - Так бы и съел тебя... - Что? Генри лëг торсом на кровать и его голова была прямо между толстых мясистых бëдер Эндрю, которые немножечко зажимали его с двух сторон как пресс. Только вот, они были ужасно мягкими. Генри вдохнул воздух ртом, опустил голову ниже и облизал эти толстые половые губы прямо через чëрные шортики. Они и так были здорово намокшими, а сейчас... Слюна стекла с языка Генри, когда тот наконец убрал свой рот от гениталий и упала прямо на место, облегающее клитор. Эндрю застонал. - Что ты... - Энди был весь красный, он очень смущался. Никогда никто так не делал с ним... Он понял, что хочет чтобы это закончилось. Ему стало страшно... Эндрю очень боялся того, что не удовлетворит Генри. Тот был таким хорошим партнером, оказалось что он еще так нежен и хорош в постели. А Эндрю... Как тот сам считал, он был полной противоположностью Хэнка. - Генри... - Да? - Тот поднял запотевшее румяно лицо. Он явно желал продолжать. Эндрю будет винить себя до конца жизни, если сейчас всë прервет. - Ничего... Просто... - Тот неловко выдохнул. Кажется, ещë секунда этого взгляда от Генри, и он заплачет. Хэнк не из тех кто заставил бы его продолжать или винил бы, но... Он такой добрый, такой красивый, хороший. "Если я откажу ему сейчас, я не сделаю для него вообще ничего хорошего. Так я хотя бы заплачу за его хорошее отношение ко мне. Наверняка он бросит меня, если сейчас я откажусь... " - крутилось в мыслях у Энди. - Пожалуйста... - Как же было неловко это говорить. "Это особенно стыдно, когда ты такой жирный урод, а он выглядит как аполлон... " - Вставь поскорее. - Энди отвернулся в сторону, сразу после того как сказал это. Чем быстрее Генри кончит, тем быстрее это закончится, тем быстрее Энди заплатит. - Ох, я... - Хэнк нервно усмехнулся. Он почувствовал что-то такое необычное в гениталиях, когда услышал и представил это. Когда подумал о том, как входит в узкую и мокрую киску Эндрю, когда представил его сладкие стоны, как тот обнимает его за шею и громко дышит на ухо. - Не то чтобы я не хочу, но ты ведь не готов. - Пока Генри говорил это, он проходился указательным и средним пальцем по пухлым половым губам Эндрю, что были спрятаны под этими шортиками и трусами. - Я готов. - Эндрю сдерживал слëзы, которые уже заполнили глазницы. - Малыш, я понимаю что ты хочешь, но... Я волнуюсь за тебя. - Тогда Генри начал снимать его шортики вместе с трусиками, открывая всë. Эндрю захотелось рыдать. Эта вагина, эти шрамы под грудями. Наверняка, Генри бы больше любил его, будь тот "нормальным". Или, вернее "нормальной". После того как Хэнк аккуратно снял их и положил на край кровати, он опять залез в "пресс" между бедрами Эндрю. - Ты красивый. В этом месте. Вплане... - Генри опять неловко хихикнул. - Прости. - аккуратно пальцами он приоткрыл одну из верних губ, открывая для себя внутренние."Если я сейчас заплачу, то не оставлю после себя ничего хорошего, если я сейчас заплачу, то... " Генри медленно поводил средним пальцем у входа во влагалище. - Ты хочешь чтобы я вошел пальцами? - Генри посмотрел прямо на лицо Эндрю. Может, Энди помогли высшие силы, но Хэнк - очень чуткий на слëзы Эндрю человек, не заметил какие же глаза были у Эндрю. Полные слëз. - Да, хочу... - Энди было всë равно. Взгляд Генри метался между "личиком" Эндрю (как тот его называл), и своими пальцами. Наконец, он просунул внутрь свой средний палец. Энди громко вздохнул, но не более. Он знал, что когда в него войдëт член Генри, ему уже действительно придется быть погромче. Эндрю вообще ничего не чувствовал, кроме страха. Он знал, что если сейчас не удовлетворит Хэнка, то это конец. - Ты как? Мне вставлять второй или сразу третий? - Генри аккуратно проходился пальцем внутри влажного пространства. Он чувствовал как тëплое влагалище Эндрю обволакивает его палец. Энди аккуратно показал три пальца. "Если я сейчас заговорю, он всë поймет. Пожалуйста, дотерпи, ты, жирная тупая мразь." - Ох, я... - Генри аккуратно всунул указательный палец внутрь Эндрю, на что тот лишь свел брови. - Давай пока что два, все таки ты так давно не... - Энди тяжело вздохнул. - Что-то не так, малыш? - Генри сразу приподнялся, но оставил свои пальцы внутри. - всë нормально. - Эндрю посмотрел в глаза Генри. Хэнк приподнялся, поцеловал того в лоб и отодвинулся назад, продолжая стимуляцию. И всë таки, как бы сейчас "официально" всë не происходило, Генри очень хотел... - Эндрю? - Тот ответил тихим мычанием. - Ты хочешь чтобы я тебе отлизал? - Энди морщиться. "Я не женщина, я мужчина." - Всë хорошо, если ты не хочешь, то... - Делай это. - Что? - Просто... Делай то, что... - С губ Эндрю сорвался громкий всхлип, и струйки слез моментально полились из глаз. - Малыш... - Генри очень быстро перебрался поближе к Эндрю и сразу погладил его по голове. - Малыш, что такое? - второй рукой он гладил его по плечу. - Извини! - Громко выкрикнул Эндрю сквозь слëзы, которые так долго старался скрывать. - Извини, пожалуйста! Я не хотел все портить! - Эндрю зажался в угол и накрыл свою голову руками, четко выставив локти. Он громко плакал. - Что случилось? Что ты испортил, малыш? - Генри продолжал гладить по плечу, только вот теперь Эндрю вздрагивал каждые две секунды. - Я рядом. Маленький... - Эндрю начал царапать свои икры и бедра ногтями. - Малыш! - Генри несильно перехватил руки Эндрю. Теперь он мог увидеть его лицо. Как же... Как же ему было жалко своего бедного мальчика. - Прости, я не хо-хотел! - Истерически повторял Эндрю, сквозь панические заикивания. - Ка-ак я м-могу за-загладить вин-ну? - Паника охватила всë тело. Ему было стыдно заикаться и плакать. Так хотелось сбежать. "Он достоин большего" - думал Энди про себя. - Малыш... - Генри открыл свои руки для объятий, и Эндрю, из глотки которого исходили звуки этих истеричных заиканий, медленно, но верно подполз к Хэнку. Тот сразу крепко стиснул его и прижал к груди. Сквозь свои всхлепы, Эндрю всë таки слышал сердцебиение Генри. Хэнк ласково гладил своей большой ладонью Эндрю по затылку. Наконец, когда все всхлипы затихли, и закончились колыбельные Генри по типу "Маленький, ты такой хороший, ну не плачь, я рядом", Эндрю смог отлипнуть от Хэнка. Тот посмотрел на него встревоженным взглядом, ожидая объяснений. - Прости... - Ели слышным шепотом сказал Эндрю и уставился на свои ладони. Он боялся. - За что простить, малыш? Что случилось? - Генри начал очень легонько гладить волосы Эндрю. - За то что... - Энди снова захотел плакать. "Я не могу быть настолько ужасным" - подумал он. И в эту же секунду он потянул на себя плед, с вышитыми на нем рыбами. Тогда, он слег на кровать, свернувшись в позу эмбриона. - Прости за то что я сегодня... Жив. - Что? - Генри сжал плечо Эндрю, пытаясь уверить себя, в том что он всë неправильно расслышал. - Я просто... - Энди закрыл своë лицо ладошками. Позорище. - Извини что я всегда всë порчу... - Сказал он ели слышно сквозь постоянные всхлипы и акустическую маскировку рук. - Я просто... - Малыш, что ты такое говоришь? Ты же очень.. - Генри лëг рядом. Он боялся обнять его, но ему было грустно оставлять его одного, трясущегося и рыдающего в панике. - Малыш... Я очень люблю тебя. - Это того не стоит. - Эндрю опустил веки. Хотелось заснуть и не просыпаться. Но больше сна, ему нужно было хорошее острое лезвие. В такие дни ему нравилось видеть набухшие оранжевые кругляшки жира в крови. Нет, он абсолютно не любил кровь и такое, но... Это ведь его плоть. Его мерзкая плоть. Плоть бляди. Твари. - Ты простишь меня, если я... - Генри уткнулся носом в шею Эндрю и легонько приобнял, натягивая на себя тот же плед. - Простишь меня, если я сейчас сделаю это? - Энди болезненно вздохнул. Он перестал плакать, но всхлипы все равно оставались. Это был такой сильный стресс - Прощу ли я? - Как только Генри залез под одеяло, он крепко обнял Эндрю. Ему стало стыдно. "Наверняка Энди некомфортно." - Я бы и не обижался на тебя. - Почему ты так относишься к-ко мне? - Очередной всхлип, Энди повернулся лицом к Генри. Тот увидел его заплаканное грустное лицо. "Мой маленький мальчик." - Как? - Генри аккуратно поцеловал его в лобик, поглаживая одной рукой по голове, давая Эндрю прилечь на неë. - Слишком хо-хорошо. - Эндрю было стыдно. Он никогда не чувствовал себя таким жалким за последние два месяца. - Ох, малыш. Если бы ты знал, как же я люблю тебя... - Хэнк прижал Энди к своей груди. - Но ты не ответил на во-вопрос. - Эндрю вжался в Генри. Ему захотелось снова плакать. - Если честно... Я без понятия. Я просто люблю тебя. Очень люблю. - Он нежно гладил по голове Энди. Перед тем как задать свой вопрос, он чмокнул его в макушку. - Если ты можешь сказать, то... Расскажи пожалуйста, что такого случилось, что ты заплакал? - Я испугался. - Прошептал Эндрю. - Испугался? Чего испугался? - Генри продолжал интенсивно гладить Эндрю по голове, чтобы тот оставался в порядке. - Того что... - Энди вытер слезы, подступающие к глазам. - Я был без сил, и понял что на самом деле я не хочу заниматься сексом... Но тогда... Я испугался, потому что... - Эндрю зарылся глубже под одеяло. - Я хотел... - Всë хорошо, я тебя не осуждаю, малыш. - Генри поцеловал только маленькую часть макушки, которая ещë не находилась под одеялом. - Если честно, я хотел... Умереть. - Именно в этот момент Энди вылез и глубоко посмотрел в глаза Хэнка. - Я имею в виду... Умереть в ближайшие дни. - Генри вздрогнул, но ничего не сказал, а внимательно слушал. Боялся спугнуть. - И сегодня я хотел убить себя на работе. Но не смог. Планировал в понедельник. Мне почему-то... Сегодня стало так страшно от мысли, что я никогда и не нравился тебе. - Хэнк хотел ответить ему "нет, ты мне ужасно нравишься, я по уши в тебя влюблен!", но опять же, нельзя спугнуть его. - Я хотел подтверждения, но... Мне захотелось чтобы это всë закончилось, как я и говорил! Но я думал, что я не сделал для тебя абсолютно ничего хорошего за всë время нашего знакомства! Думал, что если побуду дыркой, то смогу тебе хоть как-то отплатить за твою заботу! - Эндрю опять начал плакать. "Маленький, такой милый, так не ценит себя." - Боже, Энди, ты... - Он очень крепко его обнял. - Тебе никогда не надо платить за это. Я просто люблю тебя. Любовь - она бескорыстная. - Эндрю громко зарыдал в ответ. - Я не достоин этого... - Мой маленький... Ты достоин всего мира.

5 дней спустя.

- Как там на работе? - Генри взял бутылку шампуня в свои руки и выдавил немного светлой перламутровой жидкости себе в руки. - Как всегда. - Эндрю грустно смотрел в пустоту. Он уже не хотел смерти, но... Вчера он ранил себя на работе. Генри заметил это сразу, как тот пришëл домой. Они долго говорили. Но тогда... В тот день он был рад вкусной индейке. Сегодня... - О, хотя!... Генри, мазавший шампунь на мокрую голову Эндрю, вздрогнул. Он почти никогда не слышал такой живой голос от Энди. - Сегодня мне очень понравился один пазл с рыбами, который я увидел в интернете! - Эндрю очень слабо поднял один кончик губ. Пока что он может улыбаться только так. - Ооо, это... - Генри засмущался. Он был так рад. До безумия рад тому, что Эндрю что-то порадовало. - Что за пазл? Я бы купил его тебе. - Вот уж нет... - Эндрю поморщился. Генри сделал наигранно грустное лицо. Завтра он все равно пройдется по магазинам и купит то, что порадует Энди. Поцелует, может, подарит цветы. "Нет, Эндрю будет себя винить. Но когда он перестанет винить себя за это, я обязательно... Куплю ему самые милые игрушки и пазлы с рыбами, самые красивые и большие букеты, самые вкусные лакомства. Мой любимый мальчик." Пока что он решил остановиться на той книге про рыб, которую недавно видел в книжном магазине. И... Небольшие пазлы! Эндрю любит пазлы! И... Вкусную шоколадку! Да, очень вкусную - Люблю тебя. - Тихо сказал Генри.