лишь мы вдвоем

Вадим был влюблен. Влюблен до беспамятства, до дрожи в коленях, до того, как мир сужался до одной точки – Алтана. Влюблен в его темные, как ночь, длинные волосы, которые он так любил распускать только при нем, позволяя им струиться по плечам. В его алые глаза, в которых, казалось, отражались все тайны вселенной, и которые могли заставить сердце Вадима биться в бешеном ритме. В золотую татуировку на его ноге, изящный узор, который Вадим мог рассматривать часами, чувствуя, как по коже пробегают мурашки. Но больше всего Вадим был влюблен во всего Алтана – в его улыбку, в его смех, в его тихий голос, в его силу и нежность, которые Дагбаев показывал только ему одному. Сегодняшний день не предвещал ничего особенного. Очередное задание, очередная порция адреналина, и возвращение домой, к своему золоту. Вадим, уставший, но довольный, открыл дверь своей спальни, ожидая увидеть привычную картину – Алтан, возможно, читающий или просто отдыхающий. Но Алтан стоял посреди комнаты, словно принц сошедший со страниц какого-нибудь модного журнала. Его тело было обтянуто шёлковым халатом, который подчеркивал каждую линию, каждый изгиб его стройной фигуры. Темные волосы были распущены, водопадом спадали по самые плечи, а алые глаза горели в полумраке спальни, направленные прямо на Вадима. На его ноге, чуть прикрытая тканью халата, виднелась золотая татуировка, словно обещание чего-то большего. Вадим почувствовал, как кровь приливает к лицу. И ему это нравилось. Нравилось до головокружения. Алтан сделал шаг навстречу, и Вадим не мог отвести от него взгляда. Когда Алтан оказался совсем близко, он мягко, но уверенно притянул Вадима к себе для поцелуя. Поцелуй был жарким, требовательным, словно Алтан хотел наверстать все то время, что они провели в разлуке. Вадим ответил с той же страстью, чувствуя, как его собственное тело откликается на каждое прикосновение. Руки Алтана скользнули по его куртке, стягивая ее с плеч, обнажая грудь обтянутую красной майкой. Затем его пальцы, горячие и уверенные, начали свое путешествие. Они скользили по шее Вадима, опускаясь ниже, к груди, где билось его сердце, словно пытаясь унять его бешеный ритм. Вадим чувствовал, как его собственное тело отзывается на каждое прикосновение, как напрягаются мышцы. Алтан, словно чувствуя его реакцию, сжал его блондинистые волосы, притягивая его ближе, углубляя поцелуй. Вадим, в свою очередь, не мог устоять перед соблазном. Руки Дракона нашли стройные бедра Алтана, сжимая их, чувствуя под пальцами мягкость халата и гладкость кожи. В этот момент существовали только они двое, их страсть, их желания, их мир, где Алтан был его золотом, а Вадим – его верным рыцарем, готовым на все ради него. В воздухе витал аромат дорогого геля для душа Алтана, смешиваясь с запахом кожи и легкой пыли, принесенной Вадимом с улицы. Каждый вдох наполнял легкие Вадима пьянящей смесью, которая только усиливала его желание съесть своё золотко. Он чувствовал, как его собственное тело отзывается на каждое движение Дагбаева, как напрягаются мышцы под его прикосновениями. Алтан отстранился на мгновение, его алые глаза изучали лицо Вадима, в них читалось удовлетворение и предвкушение. Улыбка тронула его губы, и Вадим почувствовал, как его сердце замирает от этой мимолетной, но такой значимой для него эмоции. - Ты устал? – прошептал Дагбаев, его голос был низким и бархатным, словно самая лучшая мелодия для Вадима. Вадик лишь покачал головой, не в силах произнести ни слова. Его горло пересохло, а мысли путались в сладком тумане бесконечной любви. Он хотел только одного – быть ближе, почувствовать Алтана всем своим существом. Алтан, словно прочитав его мысли, снова притянул его к себе. Его руки скользнули под белую майку, испачканную в крови, касаясь горячей кожи наемника. Вадик ощутил, как пальцы Дагбаева исследуют каждый сантиметр его тела, оставляя за собой след из дрожи и желания. Он чувствовал, как его собственное тело откликается на каждое прикосновение, как напрягаются мышцы под его ладонями. Губы Алтана коснулись шеи Вадима, оставляя легкие, дразнящие поцелуи. Вадим выдохнул, его пальцы сильнее сжали стройные бедра Алтана. Он чувствовал, как его собственное тело отзывается на каждое прикосновение, как напрягаются мышцы. - Я люблю тебя, Вадим, – прошептал Алтан, его голос был полон нежности, - И всегда буду. Эти слова стали для Вадима самой сладкой музыкой. Он прижалАлтана еще сильнее, чувствуя, как их тела сливаются в единое целое. В этот момент существовали только они двое, их страсть, их желания, их мир. Наемник чувствовал, как пульс учащается, а дыхание становится прерывистым. Каждое прикосновение Дагбаева было словно искра, разжигающая пламя внутри. Он не хотел думать о времени, о внешнем мире — сейчас существовал только этот момент, наполненный теплом и взаимным желанием. Алтан медленно провел ладонью по спине Вадима, ощущая напряжение и одновременно расслабление в его теле. Его пальцы нежно скользнули вверх, обнимая шею, притягивая ближе. Вадим ответил, обвив руками талию Алтана, словно боясь отпустить, боясь потерять эту близость. Руки Алтана скользнули ниже, обнимая плечи, и Вадим почувствовал, как его тело откликается на каждое движение, на каждое прикосновение. Их тела двигались в унисон, словно танец, в котором не было ни начала, ни конца — только бесконечное единство. Вадим почувствовал, как тепло разливается по всему телу, как каждая клетка наполняется светом и любовью. Он посмотрел в глаза Алтана, и в этом взгляде было все — обещание, доверие, страсть и нежность. Они были вместе, и этого было достаточно. Алтан улыбнулся, его губы коснулись губ Вадика нежным поцелуем. - Ты — мое все, — прошептал он, и эти слова были для Вадима самым дорогим подарком на свете, - Я люблю тебя, больше всего на свете, Вадик. - И я тебя, золотко, - шепчет в самые губы Дракон целуя Дагбаева. В этот момент время остановилось, и мир сузился до их двоих, до их любви, до их вечности.