What the Night Takes (And How To Get It Back)

Майк внимательно наблюдал. Не то чтобы он следил за Уиллом. Просто… наблюдал. С той ночи, когда Уилл вернулся домой и расплакался у него на руках, он стал другим. Все выходные он просидел в своей спальне. Дверь была закрыта и заперта почти до самого вечера. Майк старался занять себя чем-нибудь. Наверное, Уиллу просто нужно было время, чтобы эмоционально прийти в себя после того случая. В этом не было ничего необычного. А вот что было необычно — так это то, что Уилл сказал Майку не спать у него на полу. — Если хочешь затащить меня в свою кровать, Байерс, тебе хотя бы придётся сначала купить мне выпить, — поддразнил он, игриво скрестив руки на груди и ухмыляясь. Но его улыбка погасла, когда Уилл, после целой минуты тишины, никак не отреагировал. — Я шучу, — добавил он и снова подождал хоть какой-нибудь реакции от лучшего друга. — Просто… оставайся сегодня в своей комнате. Ничего страшного, — лицо Уилла оставалось совершенно безэмоциональным. Таким оно было уже несколько дней. Если честно, Майк даже не помнил, когда в последний раз видел, чтобы Уилл по-настоящему улыбался. — Да. Ладно. Конечно, — Майк ещё секунду смотрел на него, и выражение его лица окончательно потухло. Потом он направился (почти нарочито топая) в комнату Уилла, чтобы забрать свою кучу одеял и подушек. Он демонстративно перенёс их обратно к себе и, в свою очередь, тоже заперся в своей комнате. Он не мог понять, почему его это так сильно задело. Уилл взрослый, он имел полное право выгнать Майка из своей комнаты. Да и вообще, Майку вовсе не обязательно было спать у него на полу. Если Уилл не хотел, чтобы он был рядом, значит, это даже хорошо. Значит, он спит достаточно спокойно и не нуждается в поддержке. И кошмаров у него уже давно не было. Прошла ещё целая неделя. Парни почти не разговаривали друг с другом. Майк ходил на занятия как обычно. Уилла он на его занятиях не видел. Вообще он почти не видел, чтобы Уилл что-то делал. Иногда Майк замечал, как тот выходит из ванной, едва поднимая на него глаза и тихо бормоча «привет». Чаще всего он видел его на кухне — когда тот наливал себе уже, наверное, десятую чашку кофе. — Всё, мы идём куда-нибудь. Ты не можешь вечно сидеть в этой квартире, с ума сойдёшь. Я с ума сойду! — выпалил Майк однажды, когда им случайно довелось оказаться в гостиной одновременно. Уилл поднял глаза от комикса, который без особого интереса листал на диване. Он сел туда, пока Майка не было дома, и хотел уйти к себе, когда тот вернулся, но не хотел обидеть лучшего друга. — Я никуда не пойду. А ты иди. Повеселись, — его голос звучал монотонно, и Майка словно ужалило ядом. Он отогнал эту мысль — это было бесполезно — и громко, театрально вздохнул, подходя босиком к дивану. — Ты уже неделю никуда не выходил, Уилл. Я серьёзно переживаю, что ты срастёшься с этим диваном, если продолжишь так сидеть, — Майк поставил руки на бёдра, как строгая мама. — Я в порядке. Что, теперь ты меня контролируешь? — Уилл поморщился, глядя на него. В этот раз яд в голосе был намеренным, подумал Майк. — Я переживаю за тебя. Ты неделю не ходишь на занятия. Люди спрашивают меня о тебе. Причём люди, которых я вообще никогда не видел. Подходят ко мне во дворе кампуса и говорят: «Эй, ты же сосед Уилла Байерса по комнате. Давно его не видел. Передай ему, что Брэдли передаёт привет». Кто такой этот Брэдли? Почему он знает, что я твой сосед? И почему он спрашивает меня о тебе? По мере того как он говорил, его голос становился всё громче, а на лице появилось раздражённое выражение. В основном из-за того, что его лучший друг так заметно исчез из собственной жизни, что люди начали спрашивать об этом. И отчасти — из-за той второй, тайной причины, которую он сам не мог даже назвать. Уилл какое-то время смотрел на Майка. Ну, не совсем «смотрел» — это бы означало зрительный контакт. Его взгляд метался по комнате, задерживаясь на глазах Майка всего на долю секунды. — Брэд из «Still-Life». Он знает, что ты мой сосед, потому что вы уже встречались. И он спрашивает обо мне, потому что… — Уилл резко оборвал себя. Он раздражённо вскочил с дивана, захлопнув комикс, даже не отметив страницу. — Я не обязан тебе ничего объяснять, ты мне не мать. Делай что хочешь, я иду к себе. Майк собирался просто смотреть, как он уходит. Сидеть с каменным лицом и позволить двери захлопнуться перед ним. Но когда Уилл проходил мимо, его рука сама метнулась вперёд и схватила его за запястье. — Эй— Уилл вздрогнул так сильно, что Майку он показался персонажем из «Looney Tunes». Майк тут же отдёрнул руку, а в его глазах выступили слёзы — сердце словно рухнуло вниз с глухим ударом. Его лучший друг никогда раньше так не реагировал на его прикосновения. Лицо Уилла побледнело, и слёзы покатились по щекам прежде, чем он успел их остановить. — Я-я так виноват, Майк… — их взгляды встретились впервые за несколько дней. Уилл увидел, как Майк отреагировал на то, что он отшатнулся от его прикосновения — чего он никогда бы не сделал намеренно. — Боже, прости, прости, я… Слова застряли в горле, и он обвил руками шею Майка, всхлипывая ему в плечо. Майк был так растерян, что комната будто поплыла у него под ногами… Инстинктивно он крепко обнял лучшего друга за талию, прижимая к себе и зажмурившись. Уилл явно страдал по какой-то причине. И Майк хотел помочь. Но он не знал как… Он лихорадочно перебирал в голове всё, что мог сделать такого, чтобы довести Уилла до такого состояния. Что могло случиться с ним или рядом с ним. Мысли резко вернулись к той ночи — рыдания, судорожные вдохи, отчаяние… — Это… это из-за поцелуя?.. — пробормотал Майк ему в шею после нескольких минут тихих слёз. Он подумал, что, может быть, Уилл так подавлен всю неделю, потому что его первый поцелуй закончился такой болезненной реакцией. После короткой паузы Уилл кивнул. Подтверждение. С этим Майк мог работать. С плохим первым поцелуем ведь можно что-то сделать, правда? — А если… — ему нужно было правильно сформулировать. — А если ты поцелуешь меня? Уилл застыл в его объятиях, пытаясь осмыслить услышанное. Он немного ослабил руки, и Майк сделал то же самое. — Что? — выдохнул Уилл растерянно. — А если ты поцелуешь меня? — повторил Майк, именно то, что Уилл и подумал. И у Уилла словно «закоротило» мозг. — Зачем? — он не хотел, чтобы это прозвучало так резко. По лицу Майка мелькнула тень — может, разочарование. — Ну… может, у тебя была такая реакция потому, что тот парень поцеловал тебя. Ты не контролировал ситуацию, — Майк сделал паузу, выстраивая мысль. — Может, если целовать будешь ты, это не будет тебя пугать. Майк надеялся, что говорит понятно. Что Уилл понимает, что он имеет в виду. А что он вообще имел в виду? Он только что попросил лучшего друга поцеловать его. В наступившей тишине можно было услышать, как падает булавка. Майк буквально видел, как Уилл обрабатывает его предложение. Это было странно. Ему не следовало предлагать. Уилл не хотел его целовать. Они же лучшие друзья, а Майк не… Уилл кивнул. — Ладно… — Ладно? — Да. Я… понимаю логику, наверное. — Ладно, — Майк кивнул сам себе и потянулся к руке Уилла, но остановился, вспомнив его последнюю реакцию на прикосновение. Уилл ответил ещё одним лёгким кивком — разрешением — и Майк аккуратно, но уверенно взял его за руку. Он повёл его в свою спальню, отпустив руку уже в дверях, когда раздвинул шторы и подошёл к кровати. — Ты что делаешь? — спросил Уилл, обнимая себя руками. — Создаю атмосферу, — слегка усмехнулся Майк, ложась на кровать. — Я подумал, мы сделаем всё наоборот по сравнению с тем разом… Много света, я буду лежать. Я не буду… тебя трогать… Логично. Иногда Уилл забывал, насколько Майк умный. Он продумывал всё до мелочей. Именно поэтому он был таким хорошим мастером подземелий. И, возможно, именно поэтому Уиллу так хотелось быть его лучшим другом… быть его… кем-то большим… Уилл медленно подошёл к кровати, оглядывая комнату. Здесь было куда аккуратнее, чем у него (что, впрочем, неудивительно — он ведь целую неделю буквально «зимовал» в своей комнате). В углу стояла переполненная корзина для белья, на подоконнике лежала стопка романов, а на конце кровати была небрежно накинута вязаный плед. — Не спеши, я просто лежу и вообще не буду двигаться, — игриво сказал Майк. От этого у Уилла на губах появилась крошечная улыбка. Первая за несколько дней. Он осторожно сел на край кровати, глядя на Майка, который лежал с закрытыми глазами и руками вдоль тела. — Это странно, — пробормотал Уилл, чуть поворачиваясь к нему. — Это странно только если ты сам так решишь, — ответил Майк лёгким тоном. Всё не обязательно должно быть серьёзно. Уилл снова слегка улыбнулся и почувствовал, как тяжесть в груди понемногу ослабевает, а туман в голове рассеивается. Он помедлил, затем переместил руку через Майка на другую сторону и упёрся ладонями в матрас по обе стороны от его плеч. Глубоко вдохнул через нос и несколько секунд просто смотрел на его лицо. Уилл никогда бы ему не сказал, но он любил лицо Майка. Лёгкую горбинку на носу, россыпь веснушек на бледных щеках, его слишком выразительные брови, его губы… Он никогда бы не сказал ему, что влюблён в него. — Ладно, может, не так уж долго. Неизвестность меня убивает, — пробормотал Майк. Уилл фыркнул и игриво толкнул его в плечо. — Я уже почти! Не торопи меня! В прошлый раз это было травматично, — слова звучали резко, но голос был мягким. Майк улыбнулся. Уиллу понадобилось ещё три глубоких вдоха, чтобы успокоиться. Всё могло пойти по одному из двух сценариев. Либо у него снова случится паническая атака, словно конец света, либо это будет его первый настоящий поцелуй с лучшим другом (и тайной любовью всей его жизни). Он тянул время сколько мог, но, опасаясь, что Майк передумает, наклонился, остановившись в нескольких сантиметрах от его лица. — Ладно, я приближаюсь. — Уже вот-вот… — рука Майка, которая была ближе к Уиллу, поднялась и мягко легла ему на бедро. Уилл резко вдохнул, глаза распахнулись. — Боже… — тихо выдохнул он. — Прости… — вспомнив, что обещал не прикасаться, Майк убрал руку. Уилл осторожно перехватил его запястье и снова прижал ладонь к своему боку. — Нет, всё нормально… оставь… Он облизнул губы, вдруг осознав, какие они сухие. И насколько пересохло во рту. И что он даже не чистил зубы утром. Но было уже поздно и слишком неловко об этом говорить. Уилл в последний раз посмотрел на ещё нецелованные губы Майка, зажмурился, мысленно помолился кому угодно, кто мог бы его услышать, и мягко прижался губами к его губам…