История плавит лёд

«Спортсмена из университета не выгонят», — решил Антон, записываясь в студенческую команду по хоккею. Не учёл он одного: это работает только в Америке. И некоторым преподам пофигу, что ты на льду ахиллы рвешь не только ради себя, но и ради вуза. Попову, например… — Шаст! — донёсся крик с трибуны. Матвиеныч. Прибежал запыхавшийся, в расстёгнутой куртке, видимо, из общаги, что в соседнем здании. — Чего? — крикнул парень в ответ, выпрямляясь. Шайба осталась на льду, не дождавшись удара. — Тебя Попов вызывает. Антон втянул воздух сквозь сжатые зубы. Вот что на этот раз? Он что-то не сдал? Нахамил неделю назад, и это злопамятная тварь решила вспомнить об этом именно сейчас? Хотя, он на парах появлялся раз в никогда, что там вспоминать… — Что он делает в универе в 9 вечера? — А я почём знаю? Поз сказал передать, я передал. Вдох-выдох. Разворот корпуса и удар. Шайба со звонком отскакивает от штанги. Сглазил, падла. — Позвонить слабо было? — Угараешь? Ну да. Телефон либо в раздевалке, либо на лавке, но сто процентов на беззвучном. И точно. Пять пропущенных от Позова — завтра жди скандал из серии «я — староста, я получаю по башке за вас за всех», в два раза больше — от Серёжи. Антон потёр переносицу. Переодеваться совершенно не хотелось. Как и уходить со льда раньше времени — слишком долго он добивался этих сорока минут после тренировки без присмотра тренера. — Шайбы соберёшь? — Раздевалку закрою, ключ сдам. — кивнул Матвиенко. Лучший защитник. И лучший друг. Никогда не кинет. Переодеваться он действительно не стал — еле-как натянул пуховик поверх защиты. Коньки всё-таки снял, хотя завалиться на кафедру прямо в них соблазн имелся. Он и так был выше Попова на голову, а в коньках бы вообще подпирал потолок. Баскетболист фигов. На улице было свежо, но не морозно. В свете фонарей медленно падал снег. В такие дни Шастун думал, что лучше бы тренировка шла на улице. Но в коробках лёд был хреновый, да и переодеваться неудобно. В детстве он так не придирался — бежал сломя голову на любую замёрзшую лужу. Его Величество Капитан. Тьфу. Куда привели его амбиции и это капитанство думать не хотелось. Конечно, он хотел, чтобы всё, как в сказке — после ДЮСШа сразу в МХЛ, КХЛ, а там и на Кубок Стэнли можно замахнуться, чё нет? Но у жизни были совершенно другие планы. Отец свалил, жил он с матерью и бабушкой, и бремя единственного мужчины в семье перечеркнуло планы на переезд в город побольше, где есть молодёжная команда. Было больно. Но он же не совсем эгоист, чтобы бросать свою семью? Или её остатки. Перед входом на территорию кампуса пришлось снова натянуть маску самоуверенного придурка. Не хватало ещё, чтобы кто-то увидел, что Шастуна хоть что-то беспокоит в этой жизни. Внешняя непробиваемость позволяла преподавателям разом считывать его безнадёжность, как студента, ставить тройку автоматом и отпускать с миром. Со всеми работало. Кроме этого очкастого пидора. — Так бежал ко мне, что форму снять забыл? Началось. Причём с порога. — Так сильно меня ждали, что доску до дыр истёрли? Ну не мог он не огрызаться на этого препода. Всегда с иголочки, в пиджаке, при галстучке, выглядит идеально, даже если до этого десять пар отведёт. Тот лишь усмехнулся. Будто бы получал какое-то мазохистское удовольствие вызывать его лично, единственного от всей команды, и отчитывать в конце рабочего дня. С той же дъявольской улыбочкой он вытащил из папки лист бумаги и протащил его пальцами по лакированному столу ближе к Антону. Приказ о его отчислении.