Нарушение протокола

Сэмюэль Джеймс Уитвики. Правая рука Лиланда Бишопа и мозг организации М.Е.Х. Структурированное мышление, отсутствие эмоций, точное и беспрекословное выполнение приказов делает из него идеального солдата. Любая задача так или иначе будет разложена на подзадачи. Никакой паники, ведь стресс — просто “шум”, который нужно отсечь ради лучшей реализации планов. Для организации всё это является ценным, такие люди им нужны. Несмотря на незаменимость у него есть пара слабостей. Номер один: отсутствие лидерских качеств и в целом умения коммуницировать с людьми. Он не умеет работать в команде, особенно, когда нужно руководить кем-либо, независимо от численности группы. Он — функция, а не лидер, вот что он точно усвоил за несколько лет в армии и работая на М.Е.Х. Номер два: техника. Любые передовые технологии манят его, как мотылька к огню. Его собственные знания позволяют улучшать и дополнять уже существующие механизмы, но ему всегда не хватало чего-то более совершенного. Живой металл, вот что ему нужно. Операция с Диноядом провалилась с треском, но ему стало плевать на план в ту же секунду, как перед его глазами появились трансформеры. Он изучал всё, что было записано в тот день и искал любую информацию, связанную с пришельцами. Да, он сразу определился, что это не было создано людьми, иначе он уже об этом знал. Сегодня, впервые за несколько лет, в парне что-то надломилось, а преданность пошатнулась. План по захвату одного из ботов и дальнейшее его изучение казался ему противным. Словно лабораторная крыса Брейкдаун лежал прикованный к платформе, пока коллеги Сэма отключали рецепторы боли. Странное ощущение. Не-то чтобы М.Е.Х. благородны, они делали многое ради своих интересов, но это… Другое. Отличается от обыденности и прочего. Слишком просто, слишком скучно. Строение, структура, функции. Всё это должно быть получено. Это цель, это приказ. Тогда почему ему так мерзко? Парень никогда не сомневался в своей преданности, он делал всё на благо М.Е.Х., даже если это шло в разрез с законами и моральными принципами. Но его одержимость технологиями начала замещать чувство долга. Это не просто живое существо, это идеал. Не конкретно этот трансформер, всё же, были экземпляры и поинтереснее. Например, тот красно-синий тягач. Уитвики всегда питал особую любовь к таким машинам, а синий и красный его любимые цвета, ведь сочетание противоположного его всегда манило. Система оповещений отвлекла его от мыслей и наблюдением за работой коллеги и аппаратуры. Он повернулся к мониторам вслед за командиром, стоя за его правым плечом. Он рядом с командиром, не загораживает видимость камеры, направленной на Брейкдауна, и внимательно слушает, наблюдая за происходящим. – Так-так, Оптимус Прайм. Как же мне приятно снова тебя видеть, – мужчина слегка усмехнулся, смотря на пришельцев. – Он настроил оптику на двустороннюю передачу, – пояснил Рэтчет. – А ты должно быть Сайлас, – лидер автоботов сделал небольшой шаг вперед, повернув корпус правее. – Собственной персоной. Я удивлён, наш пленник не является одним из вас. И признаться, я ожидал Мегатрона. Джейсм слегка усмехнулся под маской. По всей имеющийся у них информации, десептиконы не те, кто спасают своих, особенно слабых. Это ожидание главнокомандующего слишком странное и нелогичное, а вдобавок и самонадеянное. Организация едва ли отличалась от воинственно настроенной фракции пришельцев: слабые звенья должны быть удалены, устранены и стёрты. Что же удивительного в отсутствии поддержки своему воину со стороны такого лидера, как Мегатрон? Но то, что Оптимус пошёл со своей командой, вернее её большей частью, спасать врага, весьма благородно и самоотверженно, но любопытно. – В таких обстоятельствах автоботы и десептиконы объединяются против общего врага, – ответил Прайм, сжав манипулятор в кулак, показывая собранность и уверенность в своих словах, ведь это правда. – Механойды вам вовсе не враги. Как видите, – Бишоп демонстративно махнул рукой на бота за спиной. – Наш гость предоставляет нам новую информацию относительно вашей биомеханики. – он повернулся обратно к камере. – Правда, Брейкдаун не так хорошо видит, как раньше. – Мы вас не боимся! – возразил медик с каплей раздражения в голосе. – Ох, а зря, – мужчина глянул в сторону, проверяя время. – И кстати, я вам настоятельно не рекомендую стоять на этой позиции, – он улыбнулся шире. Тем временем Сэм поднял руку, чего не видел Лиланд, и начал отсчитывать ею секунды на языке жестов. Четырнадцать, тринадцать, двенадцать… Он молча, незаметно для остальных увлечённых работой механойдов, дал понять трансформерам, что нужно бежать. Это не обязательно, но по слегка изменившемуся взгляду Оптимуса, уже направленного на парня и его руку, стало ясно, что он что-то для себя понял. Десять, девять, восемь… Оптика лидера автоботов метнулась вперёд и слегка расширилась. Семь, шесть, пять… – Это ловушка. Все трансформеры тут же выпрямились и отошли на шаг назад. Характерный писк при отсчёте слегка нервировал. – А он весьма предусмотрительный. – Уходим, немедленно! Связь прервалась, а Уитвики убрал руки за спину, словно ничего не произошло. Отвернувшись от экрана его взгляд упал на сверло. Противоречивые мысли поглотили разум, а холодный расчёт ушёл на второй план. Он только что косвенно помог врагу. Он предал М.Е.Х. Это мелочь, они и так скорее всего сбежали и не пострадали, но разум не принимал оправданий. Даже такая мелочь недопустима. Значит ли это, что он нарушил свою верность? Да. Повторит ли он свою ошибку ещё раз? Возможно. Ошибка ли это или стратегическое решение? Он затруднялся ответить. Он слишком много знал, чтобы просто встать и уйти, но он так же знал достаточно, чтобы его спонтанный побег из рядов механойдов стал незаметным для остальных. Режущий уши звук продолжался, он не мешал сосредоточиться, но раздражал фактом, кто, а не что, сейчас лежит и неминуемо умрёт через несколько часов. Сначала изучат от внешнего корпуса до последнего болта, параллельно разбирая на мелкие куски, а затем превратят в управляемого солдата. Таков план. И Джеймс изначально не поддержал его. Справедливости ради, его и не спрашивали. – Наслаждаешься видом? – Бишоп говорит самодовольно, убрав руки за спину и смотря на бота сверху вниз, как тот, у кого больше всего власти. Его голос вернул солдата в реальность, заставив сфокусироваться на пришельце. – По иронии твои спасатели разобраны на кусочки, почти как ты сам. Забавно. Он реально верит, что мощности той бомбы хватило, чтобы нейтрализовать всех четверых трансформеров. Ну, если бы бомбу настраивал Сэм, может и хватило, но это делал не он. Но суть не в том, что он может, а в том, что он бы не сделал этого. Если бы он настраивал бомбу… Что ж, в таком случае, это было бы первое его предательство. Прямой нож в спину Сайласа. Механоидам просто повезло, что Уитвики ничего не сделал ещё тогда. А сейчас, пострадавших может быть около двух, не более. – Десептиконы так легко не сдаются! – отозвался Брейкдаун, зло смотря единственным глазом на Лиланда. – А кто сказал, что это десептиконы? – усмешка едкая, почти издевательская, он как никто понимал, какое это унижение, когда тебя спасают враги. – Это бессмысленно. Автоботы не станут меня спасать. Удар по металлу заставил всех глянуть в глубь тоннеля. Скрежет прервался, командир нахмурился, а удары продолжались. Парень отвернулся от бота к мониторам, а нажав пару кнопок на экране появилось видеоизображение с камер около закрытого выхода, через который они и доставили пришельца сюда. Солдаты бежали в сторону ворот без тени страха, держа в руках оружие. Они уверены, что сильнее того, что помяло железные двери. Глупцы. Очередной удар и обе двери вылетели, выводя из строя нескольких механоидов. Это один из автоботов, тот самый, который дрался с Брейкдауном ранее, Балкхэд кажется. – Марко! – крикнул тот, атакуя людей. – Нет! – ответил кто-то из группы, в попытке убежать, как и остальные. – Надо было сказать Поло! Крики и выстрелы продолжались не долго, уже через минуту солдаты, которые ещё могли, убежали прочь, бросая оружие. – Нет худа без добра, – этими словами Бишоп начал уходить прочь, а за ним и солдаты. Уитвики воспринял это как момент для действия. Лёгкое движение руки и его флеша уже в системе и загружает данные. Его отсутствия даже не заметили, оно и к лучшему. Несколько секунд и всё, что имело ценность находилось в руках парня. М.Е.Х. слишком ценит эти данные, они не станут менять планы или удалять уже имеющуюся информацию только потому, что кто-то другой попытается ею воспользоваться. Приближающиеся шаги заставили его поспешно спрыгнуть вниз и спрятаться за одной из машин. Автобот приближался, осматриваясь и всё ещё готовый к борьбе. Он остановился перед врагом и его пушка трансформировалась в кисть. – Сегодня тебе неслыханно повезло, – и Балкхэд начал снимать оковы с рук десептикона, которые уже зажмурился, ожидая худшего. Его единственный глаза раскрылся в шоке и недоверии. – Что… Что ты делаешь? – Я спасаю тебя, – автобот протянул ему руку. – Да, мне самому в это не верится. Поколебавшись, Брейкдаун принял руку помощи и поднялся на ноги. – Сможешь идти? – Да, думаю да. Раздался сигнал тревоги, а на стене замигала красная лампочка. – А бежать? – Зачем бежать, если можно драться? – Только держи эту штуку подальше от меня, ладно? Оба бота побежали прочь из этого места, а Джеймс в свою очередь поспешил за ними. У него уже нет пути назад. Он подписал себе приговор. Очередные выстрелы ничуть не смутили. Солдаты своего не тронут, они ещё не получили приказ убить и его. Так что, подобрав пушку по пути, он побежал дальше к выходу. У него информация, много информации. Он будет полезен автоботам, в этом нет сомнений. Даже если флешка не переживёт этот побег, он всё ещё помнит и знает то, из-за чего его будут искать, из-за чего М.Е.Х. будет его искать и вновь прятаться, подбирая новые базы. Уже на улице бывший механоид увидел множество машин и вертолётов, атаковавших трансформеров. Он не собирался стрелять, так что бросил пушку и побежал прочь. В один момент его накрыла тень, он не успел увернуться и тут же его накрыло крышей от машины. Удар пришёлся на спину и голову, повредив левое плечо острым металлом. Вспышка и наступила тьма, мысли пропали, как и все чувства. Но тьма пропала так же быстро, как и наступила. Парень услышал голос через звон в ушах. – Я уважаю и то, что ты решил спасти жизнь своему противнику, – это Оптимус, никаких сомнений. – Ты действительно переступил через себя. – Вы это видели? – радостный голос Балкхэда. – Я поколотил Брейкдауна, а потом использовал его же молоток. Я победил! На дрожащих руках Уитвики приподнялся, пытаясь не упасть обратно лицом в землю. – Я уверена, Мико будет гордиться, – слегка улыбнулась Арси. Звук падения чего-то железного привлёк внимание трансформеров, заставив их повернуться в сторону тоннеля. Человек кое-как шёл в их сторону, шум крови и звона в ушах не прекращался и мешал ориентироваться. Перед глазами плыло, тело ватное, а рука горела. – Механоид, – автоботка нахмурилась. – Они оставили своего раненного солдата, не удивительно, – отозвался медик, начал сканировать Уитвики. – Оставим его здесь? – предложил Балкхэд. – Нет, – тут ответил Оптимус, выходя вперёд. – Рэтчет, насколько всё плохо? – Достаточно. Его состояние граничит с отключением. Если оставить его здесь, он погибнет в ближайшее время. Джеймс остановился, пошатнувшись, будто сейчас упадёт, но Прайм среагировал быстрее и подхватил парня, опустившись на одно колено и немного приподняв солдата, осматривая его самостоятельно. В ответ Сэм лишь попытался снять маску, что у него вышло и, получив больше доступа к кислороду, он тут же отключился.

***

Медленно, но верно, Уитвики приходил в себя. Он лежал на койке, рядом что-то противно пищало, а ощущения представляли собой смесь из усталости и тяжести. Он слегка приоткрыл глаза, но тут же закрыл их, пряча от света. Не яркого, но неприятного после долгой темноты. Интересно, насколько долгой? Сколько он был без сознания. Боли не было, но в районе локтя левой руки что-то есть. Капельница? Да, она. Ещё одна попытка осмотреться увенчалась успехом. Первое, что смутило, так это высокий потолок. Это не больница. Стены будто каменные, буквально. Он приподнялся, помогая себе правой рукой, и сел. Глаза тут же открылись шире. Большое пространство, бело-оранжевый трансформер, оборудование не земного происхождения. Он на базе автоботов. Вот это открытие. Одновременно интригующее и жуткое. А раз он под капельницей, на голове, плече и груди бинты, то о его присутствии здесь знают и военные. Плохо ли это? По большей части. Смертельно? Нет. Хотел ли он этого? Не-то чтобы, но он и не против. Звук тяжелых шагов вернул солдата в реальность, и он глянул вперёд, оторвав взгляд от одеяла. Перед ним стоял Оптимус Прайм. Стоило ли ему бояться? Судя по спокойному взгляду, который не выглядел холодным, вряд ли. Но несмотря на спокойствие трансформера человек выпрямился, будто по команде. – Не спеши подниматься, – голос лидера заставил сердце Джеймса пропустить удар, что отобразилось на регистраторе, стоящем рядом с кроватью. – Твоим телу и разуму нужен отдых. Здесь ты в безопасности. – Я… – парень слегка закашлялся, в горле пересохло. – Кхм… Сэм Уитвики, – представился он, сам не зная зачем. – И я в порядке. – Сэмюэль, – обратился к нему Прайм более официально. – Военный врач просил проследить, чтобы ты не перенапрягался. Хочешь ты того или нет, но тебе нужно восстановиться, следуя назначению. – Мфх, – солдат слегка скривился и бросил взгляд в сторону, где он заметил стул со своей формой, потрёпанной, но относительно целой. – Они забрали флешку? – Хм, я не слышал об этом, – честно признался автобот. Джеймс протянул руку и достал куртку, открыв карман он выуживает накопитель и слегка подбрасывает его в руке. – Я не уверен, насколько много смог унести, но этого достаточно, чтобы мои слова не являлись пустым звуком и имели вес, – куртка вернулась на спинку стула, а флешка отправилась на сложенные там же штаны. – Надеюсь, здесь есть то, что пригодится вам. Но также я сам знаю достаточно, чтобы принести немало пользы. – Тебе не стоит переживать об этом сейчас, но я должен поблагодарить тебя за содействие. – Ам... – он замялся. – Пожалуйста? Оптимус кивнул и ушёл к Рэчету, который всё ещё стоял у мониторов. Это так странно, когда тебя благодарят за что-либо. Он шесть лет провёл в организации М.Е.Х. и за это время успел отвыкнуть от благодарности и заботы. Странное давление появилось в районе гортани, как будто его душат, а после оно медленно опустилось вниз, разливаясь теплом в сердце. Что с ним происходит? Неужели он всё ещё может вернуться? Нет-нет, бред какой-то. Безвозвратно утерян, сломан, вот что он знал о себе, это говорили вышестоящие, до повышения самого Джеймса, и сам Сайлас. Ему нужен отдых. Действительно, привести мысли в порядок — лучшее решение из возможных сейчас. Глубоко вдохнув и выдохнув бывший механоид лёг обратно и закрыл глаза. Мысли покидали с трудом, но всё же, в течение наверно двадцати минут солдат смог уснуть. Пульс пришёл в норму, дыхание выровнялось, а серьёзное выражение лица смягчилось. Он придёт в себя немного позже, будет более уверенным, зная где он и кто с ним, и собранным, готовым выложить всё, что он знает, раскладывая по полочкам любые непонятные моменты или что-то неоднозначное. Но это потом, когда он успокоится, когда возьмёт себя в руки и вновь сможет быть функцией, а не тем, кем он являлся раньше.

***

Оптимус мельком глянул в сторону Сэма, проверяя его, но не концентрируясь. К этому времени на базе присутствовали все автоботы, а также и люди. Тишина неприятно давила. – Он наконец пришёл в себя? – спросил агент Фоулер, качнув головой в сторону парня. – Да, – кивнул медик, оторвавшись от мониторов. – Не особо эмоционален, но жизненные показатели в пределах нормы. – Ясно, – мужчина вдохнул и выдохнул. – Информации не много и вся она шестилетней давности, но кое-что удалось найти: родился в Транквилити, штат Невада, любящие родители, единственный ребёнок в семье. Проблемы в школе со сверстниками, окончание с отличием, колледж, ничего сверхъестественного. Дальше пошёл в армию и здесь уже начинаются вопросы. Часть информации стерта безвозвратно, его история переписана с нуля. – Думайте, это сделали М.Е.Х.? – спрашивает Рафаэль. – Но зачем он им вообще? – поддержал разговор Джек. – Не имею догадок, – пожал плечами Уильям. – По слухам, Уитвики был спец в электронике и технике любого рода. Его хотели перевести в другое подразделение, но не успели, по документам он погиб при исполнении, награждён посмертно за отвагу. Шорох одеяла и отключение датчиков регистратора привлекли внимание, заставив всех посмотреть в сторону Уитвики. Он спокойно поднялся и подошёл ближе ко всем, перемещая за собой стойку для капельниц. Взгляд собранный и холодный. – Как видите, не погиб, – произнес он, и его голос, хоть и был немного хриплым, звучал удивительно ровно и без эмоционально. – Перепрофилирован, если быть точным. Фоулер удивлённо поднял бровь. – Что ты хочешь этим сказать? – Моя история не была переписана, – солдат слегка жестикулировал здоровой рукой, игнорируя лёгкую боль в левом плече при движении. – Она была создана. М.Е.Х. не стирает прошлое, они его замещают. Я был идеальным кандидатом. Отсутствие близких эмоциональных связей, высокая обучаемость, специфические навыки в области кибернетики и анализа данных. Моя “смерть” являлась необходимостью для большей эффективности и отсутствию вопросов окружающих. – Значит, ты был их агентом? – спросила Арси, её голос был напряженным. – Инструментом, – поправил тот, глядя прямо на неё. – Как и многие другие. Только я был более... эффективен. – И ты просто так рассказываешь нам это? – недоверчиво спросила Мико. – С чего такая щедрость? – У меня нет причин скрывать правду, – ответил Сэм, его взгляд задержался на Оптимусе. – И чего же ты хочешь? Стать нашим информатором? – уточнил Рэтчет, скрестив манипуляторы. – Мои знания о М.Е.Х. гораздо глубже, чем просто данные. Я знаю их структуру, их методы, их слабости. Я могу быть полезен. – Ты был частью организации, которая охотилась на нас, – напомнил Балкхэд, его голос был низким, а на его слова Би тоже что-то недовольно сказал. – Так и есть, но я должен отметить, что никто из вас не пострадал, как и я не принимал прямого участия в охоте и изучении, – Джеймс неловко пошевелил левой рукой, пытаясь найти удобное и неболезненное положение. – Могу я узнать, нашли ли хирурги что-либо, когда зашивали меня? – он посмотрел на агента. – Да. Они нашли чип, вышедший из строя. – Вероятно из-за удара, – спокойно подметил он, слегка постукивая пальцами по стойке. – Так или иначе, – взгляд вернулся к лидеру автоботов. – Я не прошу принять меня в ваши ряды, я лишь прошу возможность передать вам то, что у меня есть. Я совершил ошибку, согласившись работать с М.Е.Х. и мне искренне жаль, что я имею к ним отношение. Их цели действительно были интересны мне, но я не хочу вредить вам. Это неправильно и может привести к катастрофе. Поверьте, так и будет, если они получат ваши технологии. К сожалению, у них уже есть их понимание. Оптимус, который до этого молча наблюдал за Сэмом, сделал шаг вперед. Его оптика мягко светилась, изучая человека. – Твой выбор смел, Сэмюэль, особенно учитывая, что из себя представляет организация М.Е.Х. Твои знания, безусловно, ценны, но ещё ценнее твой потенциал. Сэм склонил голову, ожидая продолжения. Он не понимал, к чему клонит трансформер, или отказывался верить своей догадке. – Мы не ищем инструментов, – продолжил Оптимус, его голос был глубоким и резонирующим. – Мы ищем союзников. – Я… – бывший механоид откровенно растерялся, а глаза бегали по лицевой пластине Прайма. – Не совсем понимаю, к чему ты клонишь. – Я предлагаю тебе стать частью команды, – все остальные удивлённо смотрели то на Уитвики, то на лидера, но молчали, хотя им явно хотелось возразить. – Ты меня не знаешь. – Как и ты не знаешь нас, но ты хочешь помочь, не смотря на незнание. – Резонно… Солдат опустил взгляд в пол, обдумывая происходящее. Он уже знал, что согласиться, но видимость неуверенности добавляет ему очков доверия. – Я согласен, – он посмотрел прямо в оптику Оптимуса, без страха и сомнений. – Тогда добро пожаловать в команду, Сэм, – он слегка улыбнулся парню. Новая глава в жизни началась с положительных нот.