mention him

как-то так выходит, что мартина в этих стенах знают абсолютно все. его имя можно услышать везде: на входе в спортивный зал, где баскетбольная команда носится уже третий час в преддверии скорого матча; в коридоре, где группа старшеклассниц возле шкафчика номер восемьдесят один оставляет записки-признания на маленьких листочках, слегка волнистых по краям от прикосновений вспотевших пальцев; на большой перемене в столовой, где парни из параллели восхищённо перешёптываются о том, какой мартин крутой, и как они могли бы быть такими же, добавь им только десяток сантиметров роста; в актовом зале, где мартину снова вручают пачку грамот за олимпиады, успехи в спорте и вообще за его существование. ещё его имя слышно возле мужских уборных: там одноклассник мартина сплёвывает в раковину, утирает губы тыльной стороной ладони и бормочет ядовитое «привилегированный». и ещё один раз джухун слышит его имя на заднем дворе, когда несёт коробку с канцелярией в подсобное помещение. голос ему кажется знакомым, и он не ошибается. — чё все так перед ним трепещут? — снова тот одноклассник, которого джухун видел в ванной буквально вчера, — в нём нет нихуя особенного. в баскет гоняет из-за роста, а все тесты скатывает и ему завышают оценки, я уверен. наверняка его отец — какая-то важная шишка, вот все и выделываются перед его сыночком. джухун о родителях мартина ничего не знает, зато одноклассника знает хорошо. это хуан, который сидит на парте перед ним, постоянно раздражающе громко жуёт жвачку, лыбится мартину в лицо и отчаянно хочет быть лучшим в баскетбольной команде. и в этом он глуп, думает джухун. выше головы мартина прыгнуть невозможно. — я тебе отвечаю, у него куча скелетов в шкафу, — доносится до ушей джухуна ещё один голос. второй одноклассник, имени которого он, честно, совсем не помнит. джухуну по большей части всё равно на людей вокруг него, — такие, как он, всегда либо кем-то манипулируют, либо скрывают что-то. не может быть, что он хорош во всём, красив лицом и сам по себе норм чувак. подсобка закрыта, и джухун ставит коробку у двери, засматриваясь на железный замок. его видно, и между ним и его одноклассниками всего-то несколько метров, но на его появление никто и ухом не ведёт. конечно, ведь джухун всего-то отличник-тихоня, который ни с кем не разговаривает и никому не улыбается. как-то так выходит, что, хотя он учится так же прилежно, выигрывает олимпиады в таком же количестве и даже иногда появляется на баскетбольной площадке, его в этих стенах не знает абсолютно никто. они с мартином парадоксально разные. но, может, поэтому и сдружились в начале учебного года, когда их определили в один класс. — в чём он хорош-то? — хуан поджигает сигарету и затягивается, — в том, как мастерски скрывает свою гниль за напускной добротой и скалится во все зубы? их бы выбить ему. его собеседник на это отвечает не сразу. и джухун дослушивать это всё не хочет — ему ещё убираться в классе, а потом бежать на подработку в семейной кофейне, да и вообще свободного времени у него не то, чтобы очень много. он уходит бесшумно, будто его и не было, и всё равно слышит где-то за спиной: — почему бы и нет? джухун встречает мартина на третьем этаже: он сидит на подоконнике, еле как подобрав под себя длиннющие ноги, и что-то слушает через проводные наушники. в его больших ладонях прячется старенький плеер, и на нём вместо школьной формы крутые винтажные штаны, потрёпанные конверсы и длинная тёмная футболка — мерч какой-то рок-группы, о которой джухун едва ли слышал до этого. у мартина в светлых волосах прыгает солнечный свет; он стучит подушечками пальцев по коленке в такт песне и замечает джухуна не сразу. но как замечает — достаёт один наушник из уха и по-доброму улыбается. разглядеть что-то фальшивое в этой улыбке джухуну не удавалось никогда, хотя со зрением у него, вроде, всё в порядке. — тебе влетит, если тебя увидят без формы, — предупреждает джухун с коротким смешком и цепляется за дверь в класс, чтобы её открыть. мартин беспечно пожимает плечами и вдруг осекается. — я забыл тебе сказать, — он роняет из уха и второй наушник, весь пристыженно хохлится и опускает взгляд вниз, — игра будет завтра, они перенесли её на день раньше. джухун улыбается, хотя его глаза сияют едва уловимой тоской. он очень хотел прийти на матч и несколько дней уговаривал родителей в попытках выбить себе выходной именно в этот день. — может, зайдёшь в кофейню после игры тогда? я допоздна. мартин быстро-быстро кивает и смотрит на него с таким неподдельным счастьем, что сердце пропускает удар. из всех людей джухуну на мартина почему-то не всё равно от слова совсем. следующий день пролетает почти незаметно, и к вечеру джухун возится возле кофемашины и вздрагивает, когда получает в мессенджере короткое «мы их разнесли!!!!!!». он лаконично поздравляет мартина с победой и морально готовится к его приходу. от школы до кофейни минут десять быстрым шагом. как-то странно всё это — вокруг мартина куча людей. он притягивает к себе всех, как большой магнит, силе которого невозможно противостоять. ему каждый день признаются в чувствах; за железной дверцей шкафчика под номером восемьдесят один всегда лежит куча шоколадок из ближайшего кондитерского, которые мартин не успевает есть; мартина любят все учителя и постоянно ставят в пример. мартина обсуждают в столовой, в школьном дворе, в холле у окна и возле задних парт в их классе: кто-то хочет мартина поцеловать, а кто-то не оставить на нём живого места. имя мартина звучит везде, и нет никого, кто не знает его в лицо. имя мартина звучит везде, и без разницы как — с полным отвращением или с ни капли не наигранным восхищением в голосе. людей тянет к нему, и не важно, что конкретно движет каждым по отдельности: всегда либо непосильная симпатия, либо едкая, потому ещё более невыносимая зависть. важно то, что к мартину хочет приблизиться каждый, кто его знает. и странно всё это потому, что, хотя столько людей отдали бы всё, чтобы заполучить его внимание, мартин только вытирает со лба влагу и заваливается в кофейню, всегда пустую в будничные вечера. и вновь улыбается. и джухун вдруг задумывается об этом всерьёз: он никогда не понимал хуана и всех этих людей, потому что мартин улыбается ему не так, как остальным. обычно мартин и правда ухмыляется во все зубы, да так широко, что от одного взгляда на него сводит скулы, потому что он просто привык сиять всякий раз, когда находится в центре внимания. а когда мартин смотрит на джухуна с подоконника в школьном коридоре, с задней парты, со сцены в актовом зале или, вот, сейчас, его улыбка мягче и скорее прячется где-то в глазах, чем сверкает на губах. мартин спокоен, и его улыбка спокойнее тоже, будто внимание одного только джухуна ему ценнее, чем обращённые на него многочисленные взгляды, которые провожают каждый его шаг. эта улыбка не лучше и не хуже обычной. но он не улыбается так даже тогда, когда весь школьный стадион скандирует его имя. мартин залезает на высокий стул у самой стойки и подпирает голову ладонью. он глядит на джухуна из-под светлой чёлки устало, но так внимательно, будто ищет что-то на его лице. а на лице у джухуна написано далеко не отвращение, не зависть, не трепет и даже не восхищение. джухун им гордится. и не знает, что, как бы странно то ни было, в жизни мартина он такой единственный. — будешь что, чемпион? — спрашивает джухун и тянется за большим стаканчиком заранее, на всякий случай. мартин сканирует своими светло-тёплыми глазами меню, но быстро сдаётся. — просто сделай что-нибудь, я заплачу потом, — он растягивается на стойке и кладёт подбородок на собственные руки. у него всё ещё влажные волосы после школьного душа, и глаза закрываются сами собой. джухун, к счастью, помнит, что мартин любит солёную карамель и что-то прохладное. он отворачивается к кофемашине. — победителям бесплатно, — буднично говорит он поверх шума оборудования и смотрит на мартина через плечо, — хуан тебе грозится выбить зубы. мартин смотрит на него в ответ сонно, но в его взгляде мерцают звёзды даже сейчас. его будто бы все эти слухи, обсуждения и угрозы не тревожат — мартин непоколебимый и в себе уверен, и все догадливые понимают сами, что выше его головы не прыгнуть, сколько ни завидуй. но джухун внутренне ощущает его усталость. — да ну его, — мартин отмахивается, как и всегда, и вдруг переводит тему, — лучше скажи, у тебя выходной остался? за панорамными окнами кофейни собираются густые сумерки, звенит фурин на ветру и спешит куда-то женщина с собакой. внутри жужжит кофемашина и играет музыка — какая-то джазовая подборка. за стеной мать с отцом прибираются на складе и гремят коробками с утренней неразобранной поставки. джухун ставит перед ним карамельный фраппе и кивает. следом за его кивком в глазах мартина зажигается ещё с десяток звёздочек. джухун не знает, почему, но ему хочется набрать этих звёзд полные ладони и никогда не отпускать. мартин втягивает кофе через трубочку и убирает волосы с лица. — сходишь со мной куда-нибудь после школы? а то я от них всех так устал, — он рассеянно постукивает по стакану и думает вслух, — в парк аттракционов хочу. ты любишь аттракционы? и сердце джухуна на радостях спотыкается о его рёбра.