Полный мусор

      Прошёл месяц с тех пор, как в штабе наступило относительное спокойствие. Амо, несмотря на все сложности, вписалась в наш коллектив. Не без проблем, не до конца, но вписалась. Того, кто её похитил, мы так и не нашли, а попытки вспомнить хоть что-то заканчиваются для неё головной болью.       С тех пор как я окончательно встал на ноги, стараюсь пересекаться с ней реже. Однако специально делать это мне почти не приходится – после провала в бою внутри мусорной твари я редко появляюсь у всех на виду. Бегу за новыми поручениями сразу же, как только какая-нибудь работëнка начинает маячить на горизонте. Амо же всегда остаётся под наблюдением, особенно после решения взять её в команду фронта. Мне она не нравится. Не знаю насколько мы могли бы сработаться, не будь она так агрессивна по отношению к Энжину.       Только я начал думать о том, как неблагодарно она отзывается о нëм и что мой наставник буквально лучший мужчина на свете, меня прервали.       – Что с лицом? – спросил Энжин, который, оказывается, затормозил. Картинка за окном застыла, а в салоне повисла тишина. Сколько мы так стоим? – Эй. Эй?       Я перевёл на него взгляд, который, наверное, мог показаться недостаточно убедительным, чтобы охарактеризовать полную невозмутимость. Я не успел ничего придумать и растерялся, особенно ощутив на плече его руку. Аха... Да. Он давно заметил, что я выкладываюсь на полную, и... Переживает. О-ха-ха, мы даже ели вместе, когда я пропускал общий ужин.       Когда непроизвольная ехидная улыбка поползла вверх, я в панике попытался стереть еë, отчего только усугубил - не знаю что у меня получилось, но брови Энжина сошлись к переносице, а во взгляде мелькнуло что-то между удивлением и подозрением.       – Слушай, мы вроде это уже обсуждали, – он бросил фразу пренебрежительно, и для верности вдобавок тряхнул меня, чтобы привести в норму, – перестань. Мы все тогда выложились на полную, никто не думает, что ты облажался.       Дальше он легко похлопал меня по плечу и устало облокотился на сидение, уставившись куда-то далеко через лобовое стекло.       – Ты не должен никому ничего доказывать, особенно таким спо-       – Я просто не хочу подставлять вас, – я осторожно, но достаточно уверенно перебил, чтобы не слушать одни и те же рассуждения снова, – то, что я делаю - не из-за чувства вины. Я хочу стать сильнее, а для этого нужно больше практики. Вот и всё. Я не зациклен на том, что было. Ты знаешь, я ведь всегда был не против поработать.       Да, я соврал, приправив ложь самой искренней улыбкой на которую только был способен. Но иначе получил бы новую порцию поддержки, которую не заслуживаю. Что бы Энжин не говорил, я оцениваю себя трезво и непредвзято, а потому слушать оправдания и похвалу, с чувством, что сам навязываюсь и нуждаюсь в этом, не хочу.       Энжин покосился на меня очень недоверчиво.       – Допустим. То есть, всё в порядке?       – В полном, – я кивнул для большей убедительности.       Он помолчал буквально секунд десять, а потом терпение лопнуло с таким хлопком, что меня задело сильнее, чем должно было.       – Кому ты тут затираешь!?       Я успел только прикрыться руками - внезапно задранная газета, мирно доживающая свой век где-то за сидением, обрушилась мне на голову.       – Не надо строить из себя святого! У тебя всё на лице написано, засранец!       До сего момента я не мог предположить, что какой-то бумажный огрызок может так больно бить. Я вылетел из машины потому что попытки воззвать к разуму остались тщетными. И в последний момент получил вполне болезненный шлепок по заду.       Я отпрыгнул, наверное, метра на два. Схватился за пострадавшее место и ошарашенно посмотрел назад. Энжин уже открывал дверь, чтобы выйти. Во избежание дальнейших наказаний я на всякий случай отошёл ещё дальше и с некоторой надеждой взглянул на Айбо, что осталась в машине.       – Стоять, – беззлобно, но всё равно устрашающе сказал он.       Я отрицательно помотал головой, а потом поднял руки в жесте, требующем примирения.       – Но я говорю правду! – вылетело само собой. Я сделал ещё один шаг назад. Хорошо, что мы одни, и этого позора никто не видит!       – Ты сейчас ещё дальше отойдёшь, и я восприму это как приглашение побегать. Хочешь побегать?       Я замер. Хотя, смелюсь заметить, было в этой фразе что-то притягивающее внимание.       Он преодолел разделяющее нас расстояние в три шага.       – Знаешь, в чём твоя проблема? — спросил он, когда оказался достаточно близко.       Я неловко отвёл взгляд в сторону.       – В том, что ты слишком много думаешь, — он вздохнул и потянулся к карману. Я дёрнулся, но это была просто пачка сигарет. — Оценки сам себе ставишь, вину размусоливаешь. Уже какой раз. Ты не забыл, что этим я должен заниматься?       Я только и смог, что открыть рот. Сначала подумал, что он продолжит отчитывать меня, пока я либо не сознаюсь, либо не поменяю своё мнение. Но он не стал.       – Ты в последнее время слишком задумчивый, – Энжин постучал этой мятой полупустой пачкой мне по лбу, а потом вынул сигарету губами.       – Если тебе нужно выговориться, то не забывай, что это, по сути, моя обязанность. Я не хочу чтобы у тебя были проблемы.       Я поднял взгляд. Не то чтобы эта речь расчувствовала меня или вроде того, но... Это несомненно приятно слышать. А ещё приятнее думать, что Энжин специально взял меня с собой в Канвас-таун, чтобы разобраться с моим плохим настроением. Правда, этот путь уже обратный. Возможно с утра я выглядел более воодушевлённым, поэтому тему он задел так поздно. С утра я был самым счастливым человеком на свете, узнав, что еду с Энжином за краской для машины. Один. С ним. В нём проснулся творец, и заместо того, чтобы оставить дело профессионалам, он сказал, что покрасит эту развалюху сам, когда мы вернёмся.       – Тебе не стоит волноваться, – я немного нервно улыбнулся, – просто я переживаю за... Амо... (?)       Я потер затылок, в панике соображая продолжение отговорки.       – И за Рудо. Им наверняка тяжело приходится. Они в центре внимания. Пусть эти двое и раздражают меня иногда, но-о...       Я посмотрел на Энжина с немой просьбой, наконец, заткнуть меня. Неужели ему самому интересно слушать такой бред?       Но Энжин наоборот лишь сильнее заинтересовался, что можно понять по приподнятым бровям и какой-то странной, предвещающей явно неверные мысли, ухмылкой. И он всё ещё не закурил.       Видимо поняв, что я не собираюсь продолжать, он всё же решил выдвинуть единственное "верное" утверждение. И выбрал самый уничижающий способ.       – Аха! ХА-ХА-ХА-ХА, – он чуть ли не сразу сложился в три погибели и ткнул в меня пальцем. Пока я смотрел на него, словно на сумасшедшего, смех не прекращался. Спустя минуту мне стало не то что неловко, а скорее некомфортно.       – Ам... Я... Кхм, – на всякий случай я осмотрелся по сторонам. И не важно, что всё разворачивалось на многокилометровом пустыре.       – Я всё понял! – весело почти крикнул Энжин, вновь хлопая меня по плечу, только с большим напором. – Как я сразу не догадался! Фух!       Я нахмурился, ожидая его вердикта.       – Ох, Занка! Ха-ха! Я не знал, что ты воспримешь их популярность так близко к сердцу! Ты перетерпи, ещё пару месяцев и вся шумиха уляжется. Снова станешь первым для обсуждений. И не нужно будет так стараться, чтобы получить внимание.       Я, кажется, потерял дар речи от НАСТОЛЬКО БРЕДОВОГО ВЫВОДА.       – Так или иначе, далеко новости о нашем небожителе и той девахе не дошли. Поэтому для простых людей ты по-прежнему главная тема для обсуждений. Пфф...Ха-ха! Ох, прости-прости.       Я внутренне умер в моменте. Если эта нелепость расползётся слухами, я сам закопаю себя под землю. Ладно, я сам виноват, что сморозил чушь, но это же нужно было так её интерпретировать! Я не завидую! Я не требую внимания!       Пока я медленно собирал своё достоинство по кусочкам, где-то вдали раздался приглушённый расстоянием грохот. Энжин успокоился и мы оба посмотрели на горизонт. Дорога была близко к обрыву - невысокому, рваному, как бумажный лист. Мы подошли к краю и вгляделись. Где-то там виднелась новая мусорная куча, образовавшаяся, наверное, совсем недавно после очередного сброса. И что-то большое двигалось в ней.       – Угу... – Энжин приложил пальцы к подбородку и сделал задумчивое лицо, – это, наверное та самая проблема, о которой упоминала Семиу. Что-то я даже подзабыл.       – Чего? – я недоуменно посмотрел туда и обратно.       – Ай, – он с видом мученика вздохнул и скрестил руки. Наклонил голову вбок.       – Новая будущая опасная зона. Там, вероятно, тварь всего одна. Пока. От ближайших деревень далеко, поэтому я как-то не торопился. Делов-то.       Я сразу загорелся идеей отправиться туда сию же секунду.       – Ну-ну, торопыга, – Энжин считал мой порыв в то же мгновение. – Сначала нужно довести дело до конца, – он показал большим пальцем в сторону машины, – привезём барахло на базу и вернёмся. Машину жалко будет, если что-то заденет. А оставлять на открытой местности - идиотизм полнейший.       Честно, у меня как-то пропало желание возвращаться. Я развернулся и подбежал к машине, чтобы взять посох.       – Я могу пойти сейчас. Если там всего одна мусорная тварь, сложностей не возникнет. Я могу справиться один.       Он уставился так, словно у меня внезапно выросла вторая голова. И эта голова только что сморозила глупость.       Я тут же постарался сгладить углы:       – Да я пока доберусь дотуда, ты уже успеешь приехать обратно и помочь мне в случае чего. Или просто забрать меня, если успею разобраться раньше.

...

      – Ну пожалуйста! Я быстро. Туда-обратно. Ты даже соскучиться не успеешь!