Противоположности

Огонь и вода. Эмоциональный взрыв и сдержанное умиротворение. Яркая, горячая буря и тихая, спокойная гладь. Две противоположные сущности, укрощающие друг друга. Чонгук и Тэхен всегда были такими. Они усмиряли и дополняли друг друга. Чонгук — маг огня, эмоциональный и слишком активный, вечно влипающий в какие-то неприятности. Тэхен — маг воды, спокойный, рассудительный и уже привычно сдерживающий свою огненную половинку от приключений, которые так и липнут к его горячей заднице. Огонь — это чистая энергия, движение и жизнь в самом агрессивном ее проявлении. Огонь не терпит сдержанности. Если он перестает двигаться и пожирать, он гаснет. Именно поэтому Чонгук активный, вспыльчивый и нетерпеливый. Ему нужно постоянно что-то делать, куда-то бежать, что-то менять. Его несдержанность — это не просто каприз, это природа: огонь не может долго сдерживать себя, он всегда рвется наружу. Вода — это глубина, принятие и бесконечная адаптация. Вода всегда ищет путь наименьшего сопротивления, но при этом она неудержима. Она может быть абсолютно спокойной и гладкой, как зеркало, но если ее разозлить, она превращается в цунами, сметающее все на пути. Тэхен стрессоустойчив, потому что вода может принять любую форму, выдержать любое давление, а потом снова вернуться в прежнее состояние. Еще учась в академии управления стихиями, Чонгук без памяти влюбился в Тэхена, которого пришлось добиваться почти год, но в итоге тот сдался, надеясь, что Чон не спалит что-то еще, кроме уже сгоревшего ковра в его комнате. Чонгук тогда слишком расчувствовался и, не сумев контролировать свое пламя, слегка подправил узор, после чего Тэхен решил, что все же стоит согласиться на слишком настойчивое приглашение на свидание. И вот уже три года они живут вместе в большом особняке у озера, который Чонгук купил для своего тигренка. Тигренком Тэхен был в самом прямом смысле. Способность к перевоплощению у него открылась немного раньше, чем у Чонгука, и когда он уже знал, что его вторая ипостась — это тигр, Чон еще ходил с большой тайной как для себя, так и для окружающих. На самом деле тайна, как оказалось, была очень маленькой, так как при первом перевоплощении он превратился в маленького милого зайчика. Тэхен тогда долго умилялся и, стараясь скрыть смех, гладил его меж пушистых ушек. Первое время Чонгук был сильно огорчен своей заячьей сущностью и даже едва не впал в депрессивное состояние. Ну как же так: он такой сильный маг, обладатель мощнейшей стихии и белый пушистый зайчик? Разумеется, для него это был удар по самолюбию, гордости и достоинству. Он часто завидовал Тэхену, видя, как тот гордо шествует в образе огромного грозного тигра, в то время как сам он скачет рядом нелепым меховым комком, которого одной лапой прихлопнуть можно. Не быстро, но все же он смирился с пушистым хвостиком и даже научился пользоваться своим положением. В общем и целом они, как обладатели противоположных стихий, сущностей и характеров, имели одну общую и самую главную схожесть — неутихающую любовь друг к другу. — Чон Чонгук, меховая твоя задница! — раздается громкий бас из кухни. — Ты что там опять спалил? Тэхен, готовящий ужин, легко пританцовывая, суетится на кухне и, едва уловив запах гари, уже понимает, что источник вовсе не его салат, который с плитой ну совсем никак не контактировал. Со второго этажа доносится грохот и неразборчивое бормотание, похожее на сочный мат. — Не заставляй меня подниматься! Если я снова увижу следы копоти на моем любимом диване, то клянусь своим шикарным хвостом, надеру тебе уши! Зловещая тишина, наступившая слишком резко, навевает только подозрения. С тяжелым выдохом Тэхен поднимается по лестнице, прислушиваясь к тихому скрежету. Кажется, пушистик что-то натворил и сейчас уносит свои короткие лапки с места преступления. Войдя в комнату, парень замирает, уже даже не удивляясь увиденному. В углу стоит сгоревший пуфик, который своей маленькой тушкой пытается закрыть белый пушистик. Чонгуку было поручено вымыть пол, но он слегка перестарался. Закончив с влажной уборкой, он решил по-быстрому все просушить и увлекся. Заметил пламя лишь когда несчастный пуфик уже вовсю полыхал. Едва успев потушить свой «уголок неудачника», он быстренько перевоплотился в зайца, надеясь на снисхождение Тэхена. Чонгук часто пользовался своей милой мордашкой и пушистой жопкой, от которых Тэхен не переставал умиляться. Но кажется, не в этом случае. Стоя со скрещенными на груди руками, Ким глубоко вдыхает и укоризненно качает головой. Взгляд его едва ли не испепеляет похлеще огненных выкрутасов Чона. Первый шаг уже несет в себе угрозу для шкурки вертлявого зайца, который еще больше округляет свои невинные глазки, надеясь этим маневром надавить на жалость. Только вот тигр уже наступает с явным намерением придушить свою жертву. Панически затопав задней лапкой, Чонгук срывается с места, маневрируя меж ножек стула и шкрябнув коготками по полу, прошмыгивает под кровать, скрываясь из виду. Наблюдая за исчезнувшей меховой жопкой, Тэхен проходит к кровати и присаживается на край. — Ну, и чего заныкался, безобразник? — беззлобно спрашивает он. — Вылезай давай, если не хочешь, чтобы я тебя в пузыре доставал. Будешь потом как мокрая варежка, — тихонько посмеивается, представляя. Из-под кровати доносится недовольное фырчание и тихое вошканье. — Не нравится, что варежкой тебя называю? Мне вот тоже не нравится, когда ты сжигаешь что-нибудь. Я люблю этот дом, люблю мебель, — он выдыхает, сдаваясь. — Но тебя я люблю больше. Вылезай, не злюсь я. Спустя пару секунд из-под кровати показывается маленький нос, за ним несмело выползает вся тушка. Тэхен принимается чесать пузико запрыгнувшему на кровать ушастику и зависает на обгоревшем пуфике, уныло взирающем в ответ. Не успевает понять, как под пальцами вместо мягкой шерстки оказывается теплый, рельефный торс. — Прости, — доносится несмелое от Чонгука. — Я немного отвлекся, — и вид такой, весь жалостливый и расстроенный. — В этом и проблема, ты слишком часто отвлекаешься. Твоя гиперактивность и отсутствие внимания меня в могилу сведут, — обреченно тянет Тэхен, принимая в свои объятия льнущего к его боку Чонгука. — Не преувеличивай, никто же не пострадал. Чонгук прижимается к любимому телу, млея и наслаждаясь лаской, которую вообще не ожидал получить за свой косяк. — Если бы еще и кто-то пострадал, то уж точно гореть твоей заднице под моей ладонью. — Думаю, обойдемся без жертв. Но я не против, чтобы моя задница горела под твоей ладонью, — игриво дергает бровями, прижимаясь плотнее. — Не дождешься, — укоризненное в ответ. — Наказание не должно приносить удовольствие. Так что вперед, на поиски сокровищ, — ухмыльнувшись, Тэхен спихивает парня с кровати, звонко шлепая того по заднице. — Через час здесь должен быть новый пуфик. — Ну, Тэ, — жалобно тянет Чонгук, строя болезненную гримасу. Вот так всегда: накосячит и жалуется на созданные самим собой проблемы. Какое же горе луковое этот зайчик.

***

Не так давно Тэхен открыл свою картинную галерею, выставляя собственные произведения на оценку желающим. Он с детства любил рисовать, и любимое хобби со временем перетекло в работу мечты. Большое количество готовых картин, скопившихся дома, заставило задуматься об расширении. Только сам Тэхен предполагал освободить еще одну комнату для работы, в то время как Чонгук придумал вариант получше. Он предложил парню открыть собственную галерею, к чему Тэхен отнесся очень скептически. Он не считал свое увлечение достойным увидеть свет. Но Чонгук убедил попробовать, помог найти и купить подходящее здание, даже с переездом и обстановкой помогал и просто поддерживал на всем пути к открытию. И вот в итоге Тэхен — владелец весьма популярной картинной галереи, в которой выставляются в основном только его собственные работы. После тяжелого рабочего дня Ким плетется домой с пакетом в руках. Уже представляя, как съест шоколадное пирожное, недавно купленное и трепетно оставленное в холодильнике, он идет в душ, чтобы хоть немного скинуть накопившееся в теле напряжение. Теплые струи воды, ароматный гель и немного любимого лосьона для тела успешно делают свое дело, и Тэхен, ложась на кровать, погружается в сон, из которого уже спустя пол часа вырывает мысль об ожидающем его пирожном. Кажется, даже во сне ему снился вкус шоколада на языке, от чего он едва не вприпрыжку спускается на кухню прямиком к холодильнику. Открыв дверцу, с широкой улыбкой на губах и приятным предвкушением, он бегает глазами по полкам, не находя свою любимую сладость. Лицо мгновенно хмурится, и, прислушиваясь к приглушенной музыке, он идет на звук, ощущая разрастающуюся внутри агрессию, которую просто необходимо выплеснуть на виновника пропажи. Аккуратно приоткрыв дверь в спорт зал, Тэхен видит следующее: Чонгук, стоя к нему спиной, поднимает две гантели, в комнате играет музыка, и парень не замечает появления Кима, продолжая выполнять упражнение. На минуту залипнув на подтянутое тело, Тэхен медленно подходит почти вплотную. Чонгук последнее время очень активно занялся своим телом, и сейчас смотря на бугрящиеся мышцы, Тэхен понимает, что эффект определенно есть. Разглядывая притягательные движения, Тэхен даже забывает цель его посещения данного мероприятия. То, как мышцы движутся под кожей и напрягаются, в одно мгновение гипнотизирует парня, который прижимается к желанному телу и сразу же пробегается поцелуями по шее, которая так и манит. Чонгук, ощутив горячие прикосновения к своей коже, замирает и слегка расслабляется. Улыбка сама появляется на губах, парень убирает гантели в сторону, разворачивается и хватает любимое тело, вжимая в себя, чтобы почувствовать желанное тепло. Ощущая горячую кожу под ладонями, Тэхен будто отключается от реальности и, прикрыв глаза, прижимается ближе. Подхватив под бедра, Чонгук сажает его на первую попавшуюся поверхность и впивается в его губы вкусным поцелуем, пробуя свою любимую сладость. Скользнув языком в горячий рот, Тэхен на мгновение касается уголка губ и ощущает вкус шоколада, который возвращает разум. Глаза распахиваются, и парень спрыгивает на пол, резко толкая Чонгука к небольшому диванчику. — Тэ, ты сегодня такой горячий, — возбужденно шепчет Чонгук, упираясь икрами в край дивана. — Такой податливый и такой сладкий, — продолжает, пока Ким приближается, опасно щурясь и оглядывая парня. — Сладкий, говоришь? — в глазах Тэхена мелькают искорки ярости. Он подталкивает Чонгука, чтобы тот встал коленями на диван и уперся локтями в спинку, оттопырив зад. Ничего не подозревая, Чон встает, как указано, и тянет губы в улыбке, слегка выгибая спину. Тэхен, встав рядом, разглядывает довольное лицо и, проведя пальцем по губе, погружает его в рот, пробуя знакомый вкус. — Ты хитрый, шустрый заяц, — уже не сдерживая недовольство в голосе, шипит он. — Когда ты успел схомячить мое пирожное? Схватив Чонгука за шею, парень придавливает его к дивану. — Твое? — заикаясь, уточняет Чонгук. — Тэ, я думал, ты мне его купил. Ты же знаешь, как я люблю сладкое. Я правда не думал, — он лепечет оправдания, но Тэхен не слушает. Стащив с упругих ягодиц спортивные шорты вместе с бельем, Тэхен с размаху прикладывается ладонью к мягкой коже, оставляя на ней красный след. — Ай, ай, ай, — пищит Чонгук, ерзая на диване в надежде вырваться. — Тэ, прости, пожалуйста! — Эта жопа давно напрашивалась на хорошую порку! — рычит Тэхен и снова замахивается для смачного шлепка. — Почему нельзя сначала спросить? Чонгук шипит от ощутимой боли, но старается стерпеть, учитывая то, что он действительно накосячил. Нужно отвечать за свои поступки. Еще несколько точных ударов по округлым половинкам, и, с шумным выдохом, Тэхен прекращает наказание провинившегося сладкоежки. Разглядывая покрасневшие ягодицы, он чувствует, как злость отступает, сменяясь чувством вины за то, что слегка перестарался. Убрав руку с шеи парня, давая ему больше свободы действий, Ким прикладывает ладонь к горячей коже и аккуратно поглаживает. Хочется приласкать этого проказника, хоть и совсем недавно желание придушить было сильнее. Чонгук тянется рукой к приспущенным шортам и жалобно оглядывается на Тэхена, который хватает его руку за запястье, останавливая. Наклоняясь, он прикасается губами к покрасневшему местечку и покрывает кожу нежными поцелуями, извиняясь за несдержанность. Дыхание Чонгука становится тише, и он прислушивается к ощущениям, но все еще ждет, что может прилететь еще один шлепок. Мягкие поцелуи, гуляющие по коже, заставляют не думать об этом, и он даже не знает, что лучше. На самом деле, ему даже понравилась такая агрессивная аура Тэхена. Из него это вырывается нечасто, и Чонгуку в глубине души хочется чаще его бесить, чтобы прочувствовать всю властность и грубость своего любимого хищника. Натянув шорты и скрыв от собственного жадного взгляда притягательную упругую кожу, Тэхен разворачивает к себе Чонгука для поцелуя. — Прости, я переборщил, — тянет Ким, целуя губы и щеки. Огромные глазки Чонгука заставляют чувствовать себя грубым садистом, который поиздевался над маленьким беззащитным зайчонком. Чон знает, как его взгляд действует на Тэхена, и старается этим пользоваться, особенно сейчас, когда еще не до конца уверен, не придушит ли его Тэхен, когда снова вспомнит о съеденном пирожном. — Я сейчас же пойду и куплю тебе целый пакет пирожных, — шепчет Чонгук и ласково притирается к Тэхену, целуя в ответ. — Конечно, купишь, — хитро щурится Ким, и, сделав шаг назад, поднимает сжатую в кулак ладонь к лицу Чонгука. Тот секунду смотрит непонимающе, а затем в глазах мелькает осознание и испуг. Едва он собирается ускользнуть, как в лицо прилетает струя воды, превращая его волосы и одежду в мокрое, холодное нечто. Чонгук пищит и пытается укрыться, но уже все лицо, плечи и грудь полностью мокрые. Довольно посмеиваясь, Тэхен идет к выходу, слушая, как мокрый «заяц» недовольно фыркает и матерится себе под нос. Ничего, будет знать, как пакостить. Иногда приходится принимать меры, чтобы этот пушистик запоминал свои косяки воизбежание их повторения.