Чужой свет, своя тьма.

Бой закончился так же внезапно, как и начался. Неджи стоял, тяжело дыша, опираясь рукой о ствол дерева. Бьякуган все еще был активен, сканируя пространство в поисках новых угроз. Саске замер в паре метров, Чидори все еще потрескивало в его руке, разгоняя тьму бледно-голубым светом. — Чисто, — выдохнул Неджи. — Больше никого. Саске кивнул, рассеивая технику. Оглядел поляну, усыпанную телами в черных балахонах. — Их было... двенадцать? — уточнил он. — Тринадцать. Я насчитал тринадцать. — Неплохо для двоих. — Неплохо, — согласился Неджи, но в его голосе не было удовлетворения. Он подошел к ближайшему телу. Черный балахон с глубоким капюшоном, скрывающим лицо. Неджи наклонился, чтобы снять его, понять, кто они, откуда... И замер. Тело таяло. Прямо под его пальцами оно превращалось в пепел, в черную пыль, которую тут же подхватывал ветер. — Что за... — Неджи отдернул руку, но было поздно. Тело исчезло. Полностью. Без следа. — Саске! — крикнул он, оборачиваясь. Саске уже стоял над другим телом. Точнее, над тем местом, где оно только что было. Та же картина — черный пепел, разлетающийся в ночи. — Они исчезают, — процедил Саске сквозь зубы. Они метались по поляне, пытаясь успеть, пытаясь сохранить хоть одно тело, хоть одну улику. Но пепел утекал сквозь пальцы, ветер уносил его в разные стороны, и через минуту от тринадцати тел не осталось ничего. Никаких следов. Никаких доказательств. Только выжженная земля там, где они упали. Неджи стоял в центре поляны и смотрел на свои руки. На них снова была невидимая грязь. Снова пепел, который нельзя отмыть. — Это не люди, — сказал он тихо. — Точнее, не совсем люди. Саске подошел ближе. Его лицо было мрачнее тучи. — Что ты видел Бьякуганом? Неджи закрыл глаза, вспоминая. — Их чакра... она была неправильной. Искаженной. Как будто... как будто кто-то влил в них тьму. Много тьмы. И когда они умирали, эта тьма просто... испарялась. Забирала тела с собой. — Ритуал, — Саске сжал кулаки. — Кто-то контролирует их на расстоянии. Убивает вместе с телами, чтобы мы ничего не узнали. — Кто способен на такое? Саске молчал. Он думал о Орочимару. О Кабуто. О тех силах, что стояли за ними, но те враги были повержены. Или нет? — Нам нужно предупредить Коноху, — сказал он наконец. — Если эти твари придут в таком количестве... если они будут исчезать после смерти... мы не сможем их изучать. Не сможем понять, с чем имеем дело. Неджи кивнул. Достал свиток, начал писать донесение. Руки слегка дрожали — от адреналина, от напряжения, от того, что тьма снова коснулась его. — Ты как? — спросил Саске неожиданно. Неджи поднял глаза. — В смысле? — Ты дрожишь. Я вижу. — Адреналин. — Нет, — Саске покачал головой. — Я знаю этот взгляд. Ты видел что-то, что задело тебя лично. Неджи сжал свиток. — Я много чего видел, Саске. В Анбу. Там, где служил. Там, где... — он запнулся. — Где мои руки тоже были в грязи. Саске молчал. Ждал. — Была миссия, — вдруг сказал Неджи. Голос его стал тихим, почти безжизненным. — Страна Бамбука. Ячейка лазутчиков. По крайней мере, так сказали в штабе. Мы ворвались ночью. А там... там были дети. Обычная семья. Торговцы. И дети. Он замолчал. Сглотнул. — Я не убивал их. Руками нет. Но я был там. Я пробил стены своим Бьякуганом. Я создал условия. А мои люди... они просто выполняли приказ. Саске слушал. В его глазах не было осуждения. Только понимание. — И теперь, — продолжил Неджи, глядя на пепел, разлетающийся по ветру, — теперь я снова вижу смерть. Снова чувствую этот запах. И не знаю, смогу ли отмыться в этот раз. Тишина повисла между ними. Ночь, ветер, далекий крик ночной птицы. А потом Саске сказал то, чего Неджи никак не ожидал: — Ты не виноват в той миссии. Ты выполнял приказ. А дети... — он замолчал, подбирая слова. — Я тоже убивал. Невинных. Тех, кто не заслуживал. И я живу с этим. Каждый день. Он посмотрел на Неджи. Прямо в белые глаза. — Но знаешь, что сказал мне один идиот в оранжевом? Что прошлое не определяет будущее. Что мы можем измениться. Если захотим. И если есть ради кого. — Хината, — выдохнул Неджи. — Хината. И Наруто. И все те, кто ждет нас дома. Ради них мы должны выжить. И должны вернуться. Чистыми или грязными — неважно. Главное — вернуться. Неджи смотрел на него долго. А потом кивнул. — Ты прав. — Я знаю, — Саске усмехнулся. — Не привыкай. Они оба выдохнули. Напряжение спало, сменившись усталостью. — Нужно отправить сообщение, — сказал Неджи, поднимая свиток. — И готовиться к следующей волне. Они придут снова. — Мы будем готовы. Неджи активировал технику связи, отправляя донесение в Коноху. А потом они с Саске заняли позиции, вглядываясь в темноту. Где-то там, в глубине леса, таилась новая тьма. Но здесь, на этой поляне, двое бывших врагов стояли плечом к плечу. Белые глаза и черные. Оба видевшие слишком много смерти. Оба нашедшие свет. И оба готовые защищать его до конца. ———— В Конохе Хината не спала. Сидела на веранде, сжимая в руках письмо. Смотрела на звезды и ждала. — Вернись, нии-сан, — шептала она. — Пожалуйста, вернись. Где-то в другой части деревни Наруто ворочался во сне, бормоча имя Саске. А на границе двое шиноби ждали рассвета. И тьмы, что придет с ним.