65 градусов

— Ну крошка. — Нет. — Ну детка. — Нет. — Ну малышка! Со стороны ста шестидесятисантиметрового ЕНТП называть так свою сто восьмидесятисантиметровую девушку — странно. Но он идет на это каждый раз, когда о чем-то умоляет, потому что знает — это растапливает ее сердце. Никто никогда не называл эту каланчу малышкой, кроме него. ИНФП прекрасно понимает, что это грязный прием и из раза в раз говорит себе не вестись на него. Но не может. В душе она и правда его крошка и малышка. Но сегодня она один на один со своим самообладанием. Посредница поворачивается к ЕНТП и еще раз отвечает: "я не буду этого делать". — ИНФП, пожалуйста. Хочешь, я на колени встану? Ничто и никто не мог бы заставить Полемиста принять такую позу. Он идет на отчаянные меры. Первым делом в ход пошла его мастерская аргументация, он даже презентацию в ПаверПоинте приготовил. Ни то, ни другое ИНФП не впечатлили. Аналитик подарил ей букет цветов и коробку своих любимых грильяжных конфет — тоже эффект нулевой, почему-то. Попробовал сочинить стихотворение. Сердце Дипломатки оттаяло. Но недостаточно, чтобы согласиться на Полемистскую авантюру. Не помогли ни массаж, ни чай в постель, ни помывка посуды два вечера подряд. ИНФП наотрез отказывалась капать на него воском в постели. Девушка оборачивается — ЕНТП уже стоит на одном колене и готов опуститься на второе. Руки сложил в молебном жесте, сделал грустные глаза, как будто ему отказывали в чем-то базовом типа еды или туалета. ИНФП вздыхает и присаживается с ним рядом. — Я уже все сказала, ЕНТП. — Но ты так... так... — Полемист знает, если скажет что-то оскорбительное — пиши пропало. — категорична! Я привел двадцать один аргумент в пользу воксплея, я нашел статистику, я проанализировал маркет свечей, я- я- — Я не хочу делать тебе больно. — в миллионный раз повторяет Дипломатка. Сердце ЕНТП совершает разочарованный кульбит. Как ему спорить с такой штукой, как принципы? Как ему оттачивать свое мастерство полемики, когда его девушка — упертая, как осел. Самый красивый осел в его жизни. — Ты сделаешь мне приятно, — так же, в миллионный раз, уверяет ее ЕНТП. — Не думай об этом так однобоко, малышка, воксплей это про дофамины, про доверие, про- — Горячий воск на твоей коже. — сухо перебивает его Посредница. ЕНТП прикусывает губу и прикрывает глаза. Как ему до нее достучаться? Полемист не привык опускать руки, но и биться головой об ничего не слышащую стенку он тоже уже устал — вся голова в шишках. — Ты действительно не хочешь меня... порадовать? — глаза ЕНТП тускнеют по щелчку, и эту перемену в настроении ИНФП улавливает моментально. — Нет. То есть... Мне бы хотелось радовать тебя не так. Существует так много других способов- — Которые нравятся тебе, — ЕНТП кивает. — Ага. ИНФП смотрит на него виновато. Осторожно берет за руки. — ЕНТП... все, что угодно, кроме воска. — Хорошо. — быстро соглашается ЕНТП. — Подушишь меня? Глаза девушки испуганно округляются. — Вот видишь. Твое "все, что угодно" — это совсем не "все". — ЕНТП готов отпустить ее руки, но вместо этого только сильнее их сжимает. — Ты - Посредник. Ты все пропускаешь через призму чувств. Хоть раз, хотя бы один маленький разик попробуй посмотреть на это через любопытство. Через интерес. — Мне не может быть интересна твоя боль. — когда ИНФП понимает, как неправильно это прозвучало, она хмурится и закрывает глаза. — Я не то хотела сказать. Полемист одной рукой заправляет прядь ее светло-зеленых волос за ухо. Той же рукой ведет по линии ее челюсти и к подбородку, поднимает руку вверх и заставляет девушку посмотреть на себя. — Не парься. — вздыхает он. — Я все понял. ЕНТП отпускает ее руки и поднимается на ноги. ИНФП так и остается сидеть на полу, смотрит на него снизу вверх, что крайне не привычно. — Ты... понял? — Мгм. — он делает шаг в сторону и отходит к окну. — Не делать больно друг другу - это основа всех здоровых отношений. И мне жаль, что я пытался сбить тебя с этого правильного пути. Я был эгоистом. Прости. Сердце Посредницы ёкает — Полемист редко признавал вину и извинялся. — Правда? — Правда. Я подумал, это могло бы быть новым опытом для нас. Тем, где я мог бы доверить тебе себя, свое тело. Как не доверил бы никому. Но если тебе и думать об этом противно, забудь. Повисает тишина. Слышно только, как внутри Посредницы борются ее эмпатия и ее принципы. ИНФП сверлит взглядом спину Полемиста, пока тот разглядывает из окна проходящих по улице людей. — ЕНТП. — М? — Ты это специально? Когда он оборачивается, ИНФП рукой обводит себя, его и пространство между ними. — Что? — недоумевает он. — Давишь на жалость. Аналитик закладывает руки за спину, опускает лицо к ключицам и... фыркает. — Раскусила. — ЕНТП! — повышает голос Посредница и подрывается с места. Парень в оборонительном жесте выставляет обе руки вперед, но девушке не составляет особого труда резким движением опустить их по его швам. Полемист смеется и в замок сцепляет свои руки на Посреднической пояснице. Задирает голову, чтобы получше рассмотреть фейерверк из злобы, обиды и негодования, сверкающий в зеленых глазах его девушки. — Про доверие я говорил абсолютно серьезно. В наших отношениях веду я. Контролирую я. Мне хочется... — Полемист облизывает губы, когда подбирает нужные слова. — Хотя бы раз побыть под тобой. Мне хочется быть не тем, кто держит свечу, а тем, на кого ею капают. Потому что ты — единственная, кто не использует мою уязвимость... против меня. ИНФП медленно моргает, переваривая информацию. Он прав — она ни за что бы... она никогда бы... ей бы даже в голову не пришло! — Так вот, что это значит для тебя... — неуверенно мямлит Дипломатка. — Ты... правда так думаешь? ЕНТП спокойно кивает. — Про откровенное я не вру. Никогда. — признается он тихо. Они смотрят друг другу в глаза, ЕНТП замком из своих ладоней водит ИНФП по спине, а она нерешительно кладет свои руки ему на плечи. — Все в порядке. — шепчет парень. — Я обязательно найду такой аргумент, который не оставит тебя равнодушной. Он встает на носки и легко чмокает ИНФП в губы, размыкает пальцы и уже готов уйти, пока Посредница его не останавливает. — Я... боюсь, ты его уже нашел. Аналитик склоняет голову на бок и считывает эмоции с лица Посредницы. Она... она услышала его? Та с трудом собирается сказать то, о чем думает. — Может... — она делает глубокий вдох. — Я... попробую. — Попробуешь? — громким шепотом спрашивает ЕНТП. — Да. Да. Я попробую. Но только ради тебя. — Ага, было бы странно делать это ради кого-то друго- Он получает тычок ногтем под ребра и прикусывает язык. — Прости, — сипит он и потирает то место, куда пришелся удар. Он решает не уточнять, насколько серьезны ее намерения, чтобы не заставить ИНФП внезапно передумать. Полемист вновь встает на цыпочки и одаривает девушку кучей мелких поцелуев в губы и щеки. — Спасибо, спасибо, спасибо. Когда мы сделаем это? Сегодня? Завтра? — Давай завтра. Нам нужно время подготовиться. — Согласен! Завтра, в одиннадцать. Я куплю лучшие свечи! Я вообще могу все устроить! — Разве ты не говорил о том, что устал вести в наших отношениях? — с улыбкой спрашивает ИНФП. — Оставь остальное мне. — ЕНТП с готовностью кивает. — Но у меня есть одно условие. — Я весь внимание. — Если ты будешь смеяться- ЕНТП показывает жестами, что он собирается молчать, как рыба. И в случае нарушений готов стать ухой или котлетами. — Я не буду делать того, что ты не хочешь, малышка. ИНФП вздыхает, но улыбается. ЕНТП замечает, как розовеют ее щеки и как скромность отражается в ее глазах матовым блеском. Вышка-малышка. Он уламывал ее две недели. И завтра увидит ее во всей красе.