Она.
15 февраля 2026 г., 23:31
Все началось резко.
13-го она написала, что любит меня. Пожелала спокойной ночи. Я ответила тем же. Без лишних слов.
14-го мы смеялись. Обсуждали глупости. Мир сузился до экрана. Потом разговор закончился. Ничего необычного.
Через два часа — минус температура.
Она сказала, что хочет кому-то написать, но боится надоедать своим нытьём. Потом: «с каждым днем мне все хуже и хуже».
И почти сразу: «хотя нет, всё хорошо. я просто себе всё придумала».
Люди всегда «придумывают», когда не хотят объяснять.
Я предложила помощь. Спокойно. Без истерик.
Сказала, что если захочет — может прийти ко мне.
Она спросила, чем я смогу помочь.
Я ответила: попробую хотя бы поднять настроение.
Она сказала не вмешиваться.
Я сказала, что не буду.
Она: «вот и хорошо. я не просила».
И дальше — холодные ответы.
«Ясно».
«Че».
«Пока».
«Пон».
Ответы с точками.
Короткие. Обрезанные. Как будто каждое слово — лишнее.
«Ничего нового».
«Все как обычно. хуево».
Я пыталась зацепиться за разговор. Она обрывала. Меняла тему. Ставила точку. Всегда точку.
Это больно. Неприлично больно.
Я шесть часов ревела. Беззвучно. Чтобы никто не услышал.
Она — мой самый дорогой человек.
Если она исчезнет — во мне тоже что-то выключится.
Нет, я не влюблена. Просто она стала частью конструкции. А когда выдёргивают деталь, всё начинает шататься.
Разница в два часа. И всё перевернулось.
Я не понимаю, что произошло.
Я не могу помочь, если меня отталкивают.
Мне больно смотреть, как она отдаляется.
Я не смогу долго делать вид, что мне нормально.
Хорошо, что мы в разных странах. Если бы она была рядом — я бы сломалась при ней. А я не люблю ломаться на виду.
Обычно я ничего не показываю. Проще не чувствовать.
Но сейчас почему-то чувствую всё. И это раздражает.
Вину.
Страх.
Грусть.
У меня и так всё нестабильно. Дела. Родители. Люди.
По сути, осталось два человека — она и лучшая подруга.
К подруге я не пойду. У неё только начало всё выравниваться. Я не хочу быть лишним грузом.
У меня выгорание. Апатия.
Я привыкла изображать эмоции, чтобы не казаться странной.
Но сейчас это не маска. Это тяжёлый металл на рёбрах.
Я пишу это сюда не за жалостью.
Просто чтобы не разорваться изнутри.
Если кто-то прочитает — ладно.
Если нет — тоже.