Ради тебя

      День святого Валентина, также называемый праздником всех влюбленных, отмечается ежегодно четырнадцатого февраля. Каждый год, город украшают сердечками, на каждом шагу продаются валентинки, а цены на цветы и плюшевых мишек возрастают вдвое. И так каждый божий год — никакой новизны, никакой оригинальности.       Безусловно, сам по себе праздник очень милый, романтичный. Однако как же завидно и тошно наблюдать за коллегами каждый год, которым то и дела мужья приносят цветы, а если нет, то во время перерыва то и слышно: «Ой, а мне мой подарил золотые сережки. С бриллиантами!» Ага, как там говорится? — Лучшие друзья девушек это бриллианты? Да ну. На это хвастовство Ванесса всегда закатывала глаза — какое же ей дело? Она то явно не из таких и плевать она хотела на всю эту ересь, что другие зовут столь сопливым и розовым словом, как «романтика».       Но этот день влюбленных, обещал быть особенным, как минимум, потому что теперь сердце мисс Уитман было вовсю было поглощено одной прекрамной дамой! По крайней мере так думала она, пока все фантазии не были разбиты в пух и прах о житейскую реальность.       Аластра была далека от всей это «романтики» — порой казалось, что слишком далека. Интимные свидания практически не вызывали порхания бабочек в животе; ни признания, ни подарки, ни ужин при свечах — Господи! Ванесса с боем добилась от неё хоть какой-то реакции, пока её тело было обтянуто в кружевом пеньюаре. Спасибо на том, что это не были просто поднятая бровь и столь пресловутые слова, как: «Оденься, холодно ведь.» Серьезно, она бы ещё предложила на кокетливую просьбу согреть её шерстяные носки (хотя в тайне Ванесса была уверена, что та бы так и ответила.). И все, пускай и небольшие, но надежды, что этот день будет особенный разрушились одной фразой:       «Я скорее всего сегодня до поздна. Весь день буду вещать письма от мужчин, которые боятся признаться в чувствах девушкам лицом к лицу, но вот когда дело касается писем, так сразу!»       Именно поэтому, мисс Уитман опять стоит недовольная с коллегами, слушая о том, кому что подарили на этот праздник, что " ой сегодня идём в ресторан, а после проведем время вместе, только я и моя любовь»       Бла-бла-бла. Один сплошной Отстой.       Наверное, именно поэтому Ванесса сегодня явно не спешила домой. Любимая всё равно ещё на своем проклятом радио — так пусть будут же прокляты её продюссеры, за то что придумали эту тупую идею с письмами. Хотя, с решением пройтись вместо того, чтобы вызвать такси, девушка, явно, в итоге пожалела. В груди становилось ещё обиднее, наблюдая как парочки ходят за ручки, мило проводят время вместе, сквозь улыбки источая самую светлую нежность. А если парень и шел один, то обязательно с приличным букетом цветов или с небольшим пакетиком с гостинцами. Ах, от этой клише на день всех влюбленных аж тошнит вдвойне!             Ванесса тоже так хочет .        Вообще, что за не справедливость? Да, она очень любит Аластру — готова чуть ли не жизнь отдать за неё. Но при этом, никакого ответа от неё. Вроде в отношениях, а вроде и… бля-я-ять. Да чёрт! Ванесса просто хочет на свидание с любимой девушкой, и завершить этот сранный день страстным сексом! Наверное, хорошо, что годы работы на телевидении дают о себе знать. Несмотря на внутренний бунт, снаружи она была спокойна, как штиль. Дошла до дома, но уже быстрее, ведь чем больше было парочек, тем сложнее было держать свои эмоции. Поднялась на нужный этаж и… дверь открыта? Какого…?              Осторожно заходя в помещение, та обратила внимание на деталь, которую явно не ожидала увидеть: обувь Аластры… она дома?.. Неужели она настолько не спешила, что пришла позже своей пассии, которая должна была и без того опоздать? Да быть такого не может! Уитман даже перепроверила время — рабочие часы Аластры ещё даже не закончилось…       Но ситуация оказалась куда проще — заглянув на кухню, Ванесса увидела то, чего явно не ожидала: в своей, так сказать естественно среде обитания, в слегка приглушённом свете стояла Аластра, заканчивала накрывать на стол, тихо слушая свой излюбленный джаз, хотя сейчас он как никогда способствовал устойчивому шлейфу пресловутой «романтики», что витал в воздухе. Но больше Ванессу скорее удивил её внешний вид: с одной стороны, вроде ничего необычного — бордовые прямые брюки, молочная рубашка с закатанными по локти рукавами. Однако изумлённый взгляд телеведущей был прикован к груди: пуговицы были практически наполовину расстёгнуты, из-за чего под блузкой виднелся бордовый кружевной бюстгальтер с черными рюшами, а Ванесса, как никто другой, знала, что кружевное белье её партнерша носила редко — да и подобное видеть ей было явно в первой. Получается, что это всё было для…       — Ты сегодня позже обычного, — начала мисс Бодлер, — странно, опоздать планировала я, а, в итоге, не пунктуальной оказалась ты, — слегка усмехнувшись сказала радиоведущая, подходя ближе к своей возлюбленной, нежно, даже не свойственно ей, положив ладонь на порозовевшую щеку мисс Уитман.       — Да… да… просто в студии задержали… — стала неловко оправдывать свое опоздание телеведущая, — там из-за одной суки, эфир задержали, — стараясь не так открыто смотреть на грудь возлюбленной, проговорила Ванесса, поднимая взгляд на её лицо, — но. ты ведь сама сказала, что поздно придёшь, с чего вдруг.       — Твоих намеков о том, что ты хочешь романтичный вечер на четырнадцатое февраля, только слепой не поймет, — перебила ту Аластра, аккуратно отстраняясь, обходя ту, уходя в другую комнату, а после возвращаясь с букетом алых роз, — конечно, chérie, это не ресторан уровня Мишлен, но… ради тебя я постаралась приблизиться к такому.       Ради неё. Ванесса клянётся сама себе, что она женится на этой девушке, чего бы ей это не стоило. Она готова вытерпеть весь поток недовольства своей возлюбленной, когда телеведущая лезет с нежностями и отвлекает её от готовки, чтобы потом в небольшие праздники, смотреть, пускай на редкую, но нежную натуру Аластры, что, кажется, благоухает невесомым ароматом самого хрупкого цветка.        Когда та осторожно, будто трогая дорогой китайский фарфор, целует губы Ванессы, поглаживая сначала щеки, аккуратно опуская руки на талию, слегка приобнимая и прижимая ближе к себе. В этом поцелуе не было ни страсти, ни огня — были просто две влюбленные друг в друга девушки, будто бы на первых стадиях отношений... целуют друг друга так, словно одно неаккуратное движение, и кожа покроется трещинами — трепетно, с истинной любовью.       Что ж, этот день влюбленных Ванесса запомнит на долго и ,явно, похвастается перед коллегами своим романтичным партнёром, поообещая себе, что в следующем году уже она будет устраивать подобные сюрпризы.       А пока что, с любовью и бабочками в животе, она вспоминала прекрасный вечер, до последнего отказываясь выкидывать букет роз, который был куплен тоже ради неё. Как и откажется удалять фотографию Аластры, в том шикарном наряде который был тоже подобран, ради неё.