Часть 1
5 марта 2026 г., 14:32
Поздний вечер. Штаб опустел, только в коридоре изредка щёлкал выключатель и гулко отдавались шаги дежурного.
Матвей Сологуб стоял у двери кабинета секретницы и смотрел на табличку с фамилией — "Ежова И.А."
Каждый раз он говорил себе одно и то же: в последний раз.
И каждый раз открывал эту дверь.
В кабинете пахло бумагой, духами и чем-то опасным, почти запретным. Ирина сидела за столом, перебирая документы. Когда он вошёл, она подняла глаза — спокойные, знающие.
— Опять проверка отчётов? — усмехнулась она.
Матвей не ответил. Он подошёл ближе, и всё произошло само — быстро, как выстрел. Он наклонился, поцеловал её. Ирина ответила, мягко, уверенно, словно заранее знала, что он придёт.
Но через мгновение она отстранилась.
— Матвей… — тихо произнесла она.
Он уже тяжело дышал, в голове шумело. "Это последний раз. Честно. Завтра всё закончится."
Перед глазами мелькнуло лицо Даши — доверчивое, открытое. И от этого стало ещё труднее.
Ирина встала. Медленно, без спешки. Сняла китель, аккуратно положила на спинку стула. Потом расстегнула рубашку — неторопливо, будто проверяя, выдержит ли он.
Матвей смотрел. Внутри всё сжималось.
Искушение.
Не просто женщина. Не просто страсть. Это была проверка — его слабость, его трусость, его эгоизм.
— Каждый раз одно и то же, — сказала Ирина, закончив и усевшись на край стола. — Ты говоришь, что больше не придёшь.
Он молчал.
Она подняла подбородок и тихо, почти шёпотом добавила:
— Иди ко мне, Сологуб.
Эти слова прозвучали как приказ. А он всегда подчинялся приказам.
Матвей сделал шаг. Потом ещё один.
Внутри боролись долг и желание, совесть и привычка. Он знал, что это неправильно. Знал, что изменяет. Знал, что предаёт Дашу — не один раз, не случайно, а осознанно.
И всё равно шёл.
Он остановился вплотную. Ирина обвила его руками за шею. Их лбы соприкоснулись.
— Ты ведь можешь не приходить, — тихо сказала она.
— Могу, — хрипло ответил он.
Но не уходил.
За окном воинская часть жила своей строгой, правильной жизнью. Приказы, построения, устав. Там всё было чётко и понятно.
А здесь — только искушение.
И каждый раз он выбирал его.
