Урок уважения от Айси

В замке Ледяных Скал царила особая тишина. Она была не просто отсутствием звука, а ощущением застывшего, концентрированного холода, пронизывающего даже самые толстые стены. Блум, некогда привыкшая к жаркому хаосу Домино и шумной жизни в Алфее, находила в этой тишине странное, острое удовлетворение. Она была здесь по своей воле, и это, пожалуй, было самым странным из всего, что с ней происходило после окончания великой войны. После того как Великое Зло было повержено, а старые обиды стерты подписанными мирными договорами, грань между «светом» и «тьмой» стала до неприличия размытой. И Блум, привыкшая к вечной борьбе, в этой новой тишине начала откровенно скучать. Скука же вела к экспериментам. А эксперименты привели её в замок Айси. Айси, сохранив свою ледяную выправку и властный нрав, обнаружила, что огонь Дракона чертовски хорошо согревает долгими вечерами. Их притяжение было нелогичным, разрушительным и абсолютно захватывающим. Но у Блум, кажется, снесло крышу от вседозволенности. Она перепутала новую свободу с полным отсутствием правил, и Айси не могла этого терпеть. *** Блум сидела на широком подоконнике в одном из кабинетов Айси. Ноги в грязных, тяжелых ботинках она закинула прямо на белоснежный резной стол, покрытый тонким слоем инея. Она демонстративно надула огромный, ярко-розовый пузырь жвачки, который лопнул с громким, липким хлопком. — Блум, я просила тебя подготовить отчёт по энергетическому балансу магических измерений к сегодняшнему вечеру, — голос Айси был низким, спокойным, но в его глубине Блум различала стальные нотки. Ведьма стояла у камина, не поворачиваясь, её силуэт вырисовывался на фоне ледяного пламени. — Ой, да ладно тебе, Ледышка, — Блум лениво потянулась, задрав край своей футболки и обнажая полоску загорелой кожи. — Кому нужны эти нудные бумажки? Вся эта бюрократия после спасения вселенной просто смешна. Займись чем-нибудь поинтереснее. Айси медленно повернулась. Её глаза, похожие на два острых осколка льда, сузились. Властные линии её тела, обычно такие четкие и прямые, казались сейчас напряженными до предела. — Ты опоздала на сегодняшнюю тренировку по контролю над стихиями. Ты не сделала то, о чем я просила ещё вчера. И ты продолжаешь щелкать этой отвратительной субстанцией у меня над ухом, — каждый звук в её голосе был холодным и отточенным, как лезвие. — Ты путаешь свободу с полнейшей распущенностью. — А ты путаешь меня со своей подчиненной или, не знаю, с одной из Трикс, которую можно построить, — Блум спрыгнула с подоконника, подбираясь вплотную к Айси. Она дерзко ткнула пальцем в расшитый инеем корсет ведьмы. — Ты мне не мамочка и не директриса. Я делаю то, что хочу. И если мне захочется… Договорить она не успела. Движение Айси было молниеносным, почти невидимым. Ледяная рука перехватила запястье Блум, сжимая его до острой боли. — Ты права, Блум. Я не директриса, — произнесла Айси, её голос стал тише, опаснее. — Директриса бы просто оставила тебя после уроков. А я… я научу тебя уважать мои правила. Так, чтобы ты запомнила это каждой клеточкой своего тела. *** Магия Айси хлынула ледяным потоком. Она была быстрой, точной, не оставляющей шансов на сопротивление. Прежде чем Блум успела призвать Огонь Дракона, её руки оказались скованы за спиной магическими наручниками из темного, мерцающего льда. Они не просто держали — они словно высасывали искру магии, оставляя фею беззащитной и пустой. — Айси! Пусти! Это уже не смешно! — Блум дернулась, но ведьма легко, почти небрежно, толкнула её к массивному, старому кожаному креслу. Оно было жестким и холодным, обитым плотной кожей. Блум оказалась перекинута через жесткое колено ведьмы. Положение было максимально унизительным: голова внизу, почти касаясь пола, ноги едва доставали до ковра, а спина и ягодицы — в полном распоряжении Айси. Юбка задралась, обнажая белье и нежную кожу. — У тебя слишком много лишней энергии, — прошептала Айси, и Блум почувствовала, как холодные пальцы ведьмы легли на её поясницу, а затем скользнули чуть ниже, обнажая ещё больше. — Мы направим её в нужное русло. Айси призвала магический стек — тонкий, полупрозрачный прут, который слабо светился синим светом. В его мерцании угадывалась сила, способная причинить невыносимую боль. Свист. Хлесткий удар. Блум вскрикнула, не в силах сдержаться. Ощущение было таким, будто по коже провели раскаленной проволокой, которая тут же обернулась ледяным ожогом. На нежной, бледной коже моментально проступила первая ярко-розовая полоса. — Это за твое опоздание на сегодняшнюю тренировку, — холодный голос Айси звучал методично, без единой эмоции. Удар. Еще один. Ритмично, без пауз. — А это за твое неумение держать язык за зубами и за грубость. Блум извивалась, её пальцы судорожно сжимались в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Она пыталась протестовать, но из горла вырывались лишь сдавленные всхлипы и короткие, резкие стоны. Каждый новый удар стека ложился рядом с предыдущим, превращая её ягодицы в пылающее полотно. Шок от боли смешивался со странным, новым чувством подчинения. Весь её гонор, вся эта напускная дерзость вылетали из неё с каждым хлопком. Огонь внутри неё, её гордый Огонь Дракона, словно скукоживался, уступая место холодной, пронзительной боли. — Хватит… пожалуйста… Айси, пожалуйста… — простонала Блум, когда Айси сделала короткую паузу, чтобы расправить складки её одежды, открывая новые участки кожи для ударов. — «Пожалуйста» — это хорошее начало, — Айси нанесла завершающую серию ударов, более тяжелых и веских, чем предыдущие. — Но я хочу услышать полное признание. Кто здесь устанавливает правила, Блум? — Ты… Ты устанавливаешь, — выдавила Блум сквозь всхлипы, её голос дрожал от унижения и боли. — Прости… Госпожа, прости меня. Я была не права. *** Ледяные оковы рассыпались мелкой крошкой, растворяясь в воздухе. Блум не вскочила, не бросилась бежать. Она обессиленно сползла на ковер, прижимаясь лицом к подолу длинного платья Айси. Её низ живота и бедра горели так, будто она сама подожгла себя своим огнем, но в голове наконец-то стало ясно и чисто. Оглушающая тишина. Айси медленно опустила руку на затылок феи, запуская пальцы в растрепанные рыжие волосы. Это было почти ласково, но в этой ласке чувствовалась стальная хватка, обещание дальнейшего контроля. — Вот теперь я вижу свою Блум, — негромко произнесла ведьма. — Посмотри на меня. Блум подняла заплаканное лицо. В её глазах больше не было вызова — только безграничная преданность и капля страха, который делал их отношения такими острыми. — Выплюни это, — приказала Айси, указывая на прилипшую к подбородку жвачку. Блум послушно избавилась от злосчастной резинки, вытерев губы тыльной стороной ладони. Айси наклонилась и запечатлела на её губах долгий, властный поцелуй, пахнущий мятой и снегом. Блум ответила, чувствуя, как этот поцелуй припечатывает урок к её душе. — Если завтра я не увижу отчет на моем столе к девяти утра, а твои манеры не станут безупречными… — Айси сделала многозначительную паузу, поглаживая ещё горящую, чувствительную кожу Блум. — Тебе будет очень больно сидеть. Мы поняли друг друга? — Да, Айси. Я всё поняла, — прошептала фея, блаженно закрывая глаза. Хаос внутри неё наконец-то был укрощен. Лед Айси сковал огонь Блум, но в этом холоде теперь была странная, притягательная нежность.