Spring for three

В феврале снег уже не казался сказочным, постепенно превращаясь в серую кашицу под ботинками спешащих студентов, а все еще по-зимнему холодный ветер заставлял прятать носы в колючие шарфы. Но 14 февраля все менялось. Воздух вокруг наполнялся приторным ароматом шоколада, смешиваясь с словно весенним запахом цветов, шуршанием подарочной бумаги и тем особенным волнением, которое бывает только в юности. Для кого-то этот день был лишь поводом для шуток, для кого-то — самым настоящим испытанием, для кого-то этот день навсегда менял привычный ритм жизни. Ведь иногда любви бывает настолько много, что она, словно весеннее солнце, ищет новые пути, чтобы согреть как можно больше одиноких сердец.

***

Ли Феликс тяжело дышал, прислонившись спиной к зеркальной поверхности танцевального зала. Тренировка закончилась полчаса назад, но блондину некуда было торопиться. Идея провести весь день в четырех стенах комнаты в общаге в день всех влюбленных совсем не привлекала. Он перевел взгляд на окно. На улице стояла солнечная, совсем несвойственная февралю погода. Обманчиво теплые лучи играли на светлых волосах Феликса, которые уже успели отрасти почти до самых плеч. Теперь он был вынужден собирать их в небольшой хвостик на затылке во время танцевальной практики. Он вытирал мокрую шею, к которой противно прилипали блондинистые прядки, когда увидел на скамье рядом со своей сумкой жестяную банку, которую ранее не замечал. Это была баночка его любимой вишневой колы, а рядом лежала небольшая красная открытка. Валентинка. Феликс не смог сдержать улыбки, читая надпись на ней. На его щеках заплясали веснушки.

«Ликси-хён, спасибо, что часто задерживался после пар и тренировался со мной, когда у меня что-то не получалось. Если ты не занят сегодня вечером, то я буду ждать тебя в 19:00 там, куда ты давно хотел сходить.

От: Кошачьи глазки»

— Кошачьи глазки, — прошептал Феликс, но его низкий голос эхом отозвался в пустом зале. Он прикусил нижнюю губу, пытаясь сдержать ликующий возглас. Он знал этого кота слишком хорошо. Мягкие движения, тихий смех и взгляд, который заставлял Феликса временами путать движения хореографий.

***

На другом конце кампуса в тишине университетской библиотеки Бан Чан пытался сосредоточиться на учебнике по высшей математике. Оказалось, что это сделать не так просто, когда вокруг перешептываются влюбленные парочки. Чану хотелось тут же всех разогнать, ведь библиотека — не место для свиданий, люди должны приходить сюда учиться.  Он захотел немного отвлечься и пошел на пару минут прогуляться вдоль стеллажей, удачно найдя редкий справочник, Чан решил вернуться к изучению формул. Подходя к своему столу, он обнаружил бутылку бананового молока. Чан замер. Банановое молоко было его маленьким пристрастием, о котором знал далеко не каждый. На бутылке он заметил небольшого размера розовый стикер в виде сердечка:

«Сонбэ, сегодня 14 февраля, давай вместо занятий математикой в библиотеке встретимся там, где мы первый раз столкнулись вне стен университета.

От: Карамелька»

Чан слегка взъерошил свои короткие осветленные волосы, поправил очки, а затем огляделся по сторонам. Библиотека была полна людей, но он не заметил того, кто успел оставить этот сюрприз.  В груди разлилось приятно тепло. Карамелька — так он ласково называл одного студента с младших курсов, которого всегда находил милым и хрупким, но при этом тот обладал удивительной стойкостью.  А еще он обожал все карамельное.

***

В комнате общежития, которую делили между собой третьекурсник Ли Феликс с хореографического и четверокурсник Бан Чан с инженерных наук, царил хаос. Феликс буквально вытряхнул все содержимое шкафа на кровать в попытке подобрать подходящий образ. — Чан-хён, как думаешь, этот свитер не очень яркий? Или лучше рубашку? — Феликс приложил к себе нежно-голубой свитер, который подчеркивал его светлые волосы. Его сосед, стоя на своей половине комнаты перед зеркалом и тщательно укладывая прядки волос воском, что было ему несвойственно, лишь усмехнулся на вопрос друга о выборе одежды. — Ты выглядишь отлично во всем, Ликс. Но судя по тому, как ты суетишься, это какое-то важное мероприятие? — Чан продолжал возиться со своими волосами перед зеркалом, чтобы его прическа выглядела идеально. — Меня позвали на свидание! — Феликс буквально светился изнутри. — Представляешь, тот первокурсник, Кошачьи глазки, с которым я часто задерживался в зале, помогая с движениями, решился!  Чан замер с поднятой расческой. — О, так это тот парень? Поздравляю! — искренне произнес четверокурсник. Феликс подошел к Чану и подозрительно прищурился, разглядывая его идеальную укладку, в которой не торчало ни одного лишнего волоска без разрешения Чана, и любимый черный бомбер поверх простой, но очень подходящей под образ, черной футболки без принтов. — Погоди… Хён, а ты куда это намылился? Ты же собирался сегодня зубрить свои функции до самой ночи. Неужели ты тоже…   Старший довольно кивнул, не в силах скрыть гордую улыбку. — Карамелька оставил записку. Если честно, я не ожидал, что он сделает первый шаг. Он такой тихий, скромный… вечно краснеет, когда я объясняю ему интегралы, — все еще не веря в происходящее, произнес Чан.  Парни рассмеялись, хлопая друг друга по плечам. Они были искренне рады друг за друга, они оба знали, как долго их сердца томились в ожидании и неопределенности. — Удачного вечера, Чан-хён! — крикнул Феликс вслед, когда Чан уже был у двери и проверял, что ничего не забыл взять. — И тебе, Ликс! Хорошего свидания!

***

На город опустились сумерки, мягко окутывая улицы в сиреневые оттенки. Феликс спешил к назначенному месту встречи — огромной городской оранжерее, о посещении которой он мечтал с самого ее открытия. Это было идеальное место для свидания: тропический рай посреди прохладного февраля. Подходя к стеклянным дверям, которые вели внутрь, Ли заметил знакомую фигуру. Широкие плечи, светлый затылок… — Чан-хён? — окликнул Феликс предположительно своего соседа по комнате. Парень обернулся. Это действительно оказался Чан. На его лице появилось искреннее недоумение, когда он увидел своего соседа по комнате. — Ликс? Ты что тут делаешь? — Я… у меня тут свидание. — И у меня здесь, — Чан нахмурился, а затем его взгляд упал на руки друга, которые держали точно такой же подарочный пакет, что был и у него.  Это были подарочные пакеты из дорогой кондитерской, где делали шоколад ручной работы с необычными вкусами. — Набор белого шоколада?! — в один голос воскликнули блондины. — Это любимый шоколад Кошачьих глазок, — растерянно произнес Феликс. — Но мой Карамелька тоже обожает белый шоколад этой марки, — Чан почесал затылок, пытаясь понять, что происходит. — Неужели у нас свидание в одном месте и мы купили одинаковые подарки? Бывают же совпаде- Не успел Чан закончить свою мысль, как оба парня заметили знакомый силуэт, стоявший поодаль, в глубине холла оранжереи.  Там, у фонтана, стоял Ли Минхо. На нем была кожаная куртка на несколько размеров больше, а из-под нее выглядывал белый пушистый кардиган, что так хорошо гармонировал с его светлыми, уложенными легкими волнами волосами. — Минхо! — хором позвали Чан и Феликс, делая шаг вперед. Каждый был уверен, что пришел на свидание именно к нему. — Так мой Карамелька… — начал Чан, смотря на Ликса. — … это мой Кошачьи глазки, — закончил Феликс, чувствуя, как внутри все распадалось на атомы.  Минхо вздрогнул, услышав знакомые голоса. Он резко обернулся, и его взгляд, обычно холодный и отстраненный, сейчас был полон страха и надежды одновременно. Увидев их двоих с растерянными лицами, Минхо судорожно вздохнул. — Вы пришли, — едва слышно, почти одними губами, прошептал он. Чан сделал шаг вперед, его голос звучал требовательно и резко: — Минхо-я, объясни. С кем у тебя свидание? Ты пригласил Ликса. Но ты также позвал и меня. Ты решил поиздеваться сразу над нами двумя? Минхо виновато опустил голову. Весь его боевой настрой и привычная уверенность испарились. Он неосознанно начал теребить край своей кофты, переминаясь с ноги на ногу и не решаясь взглянуть в глаза кому-либо из парней. — Нет… нет, это никакая не шутка, — его голос дрожал. — Я… я очень долго думал, прежде, чем позвать вас обоих. Я не смог выбрать… Минхо поднял глаза на Феликса: — Ликси-хён, ты как солнце. Мне с тобой очень комфортно, ты так легко меня понимаешь, твоя доброта не может оставить никого равнодушным. Затем первокурсник перевел взгляд на Чана: — А ты, сонбэ… ты надежный. Ты умный. С тобой я чувствую себя в безопасности, как ни с кем другим, — Минхо снова переводит взгляд на Феликса, а потом возвращает к Чану. — Я… я полюбил вас обоих. Не как друзей или старших из университета. Минхо сделал глубокий вдох, его щеки залил густой румянец. Не каждый день признаешься кому-то в чувствах, а уж сразу двоим — тем более. — В какой-то момент я понял, что если выберу одного, то потеряю часть себя. Я хотел быть честным. Быть честным с собой и с вами. Я позвал вас обоих, чтобы… чтобы сказать это. Я пойму, если вы посчитаете это сумасшествием и не захотите провести время втроем. Я пойму и больше не побеспокою вас. Между парнями повисла тишина, нарушаемая шумом воды в фонтане и гулом разговоров людей вокруг. Феликс и Чан переглянулись. Глаза каждого выражали множество чувств и эмоций, которые испытывали старшекурсники: шок, сомнение, осознание и, наконец, облегчение. Чан первым нарушил затянувшуюся паузу в диалоге. Он подошел к Минхо и нежно коснулся его плеча. — Теперь понятно, почему ты так усердно учил математику, хотя быстро понимал все с первого раза? Феликс подошел с другой стороны от Минхо, на его расплылась нежная улыбка. — А я все думал, почему ты просишь меня показать одно и то же движение по десять раз… так это было ради того, чтобы я не уходил из зала… Чан и Феликс, переглянувшись, одновременно протянули Минхо пакеты с его любимым белым шоколадом. — Мы не уходим, Минхо-я, — сказал Феликс заглядывая младшему в глаза. — На сама деле, я полдня думал, как я могу оставить этого зубрилу одного в общаге в такой день, — Ликс кивнул в сторону Чана. — А я переживал, что Ликсу будет скучно одному, — поддержал Чан. — Так что… мы остаемся. Что ты там запланировал на сегодня? Мы с радостью проведем с тобой этот вечер! Минхо лучезарно улыбнулся — так, как улыбался только им двоим. Он принял подарки, прижав их к груди, как самые ценные драгоценности, которые только существуют в мире, и, внезапно подавшись вперед, быстро поцеловал каждого из парней в щеку. Его губы были прохладными, но кожа Чана и Феликса буквально загорелась от этого невинного прикосновения. Оранжерея встретила их теплом и буйством зелени. Огромные пальмы уходили вершинами под прозрачный купол, сквозь который было видно уже ставшее темным усеянное звездами ночное небо. Они втроем шли по узким тропинкам: Минхо посередине, а Чан и Феликс по бокам от него. Время от времени Чан собственнически аккуратно приобнимал Минхо за талию, а Феликс иногда переплетал свои пальцы с пальцами Минхо, сцепляя их ладони в замок. Минхо чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле. Они провели вечер, гуляя по тропическому лесу в центре каменных джунглей. Когда они присели на скамью у пруда с золотыми рыбками, Феликс положил голову на плечо Минхо, а тот склонился к Чану. — Это лучшее 14 февраля в моей жизни, — прошептал Ликс. — И в моей, — согласился Чан, вдыхая сладкий запах шампуня Минхо. Карамельный.  Февральский холод за стеклом больше не имел значения. Здесь и сейчас для них началась их собственная весна — одна на троих.