Часть 1
6 марта 2026 г., 04:14
Яркие лучи монакского солнца просачивались через шторы отеля, падая на лицо Шарля и заставляя его уткнуться в подушку в попытке укрыться от света, но вместо этой самой подушки его голова коснулась чего-то твердого и теплого.
Он часто заморгал, пытаясь сфокусироваться, и немного приподняв голову увидел перед собой спящего мужчину, которого встретил всего два дня назад и с которым вчера провел самую потрясающую ночь в жизни. Даже во сне Макс не казался полностью расслабленным, но его черты лица были мягче в отсутствии давления и ожиданий, которые на него возлагают.
Шарль еще несколько секунд изучал лицо Макса вблизи, запоминая изгиб его носа, маленькие родинки на щеке и в уголке верхней губы. Дыхание перехватило. Макс всю ночь шептал ему на ухо, как тот прекрасен, хотя он сам выглядел как бог. Его бледная кожа сияла в лучах утреннего солнца, создавая идеальные тени подкачанных мышц груди, рук, пресса…и этих потрясающих бедер…
Шарль тряхнул головой, пытаясь избавить себя от охвативших возбуждающих мыслей. Еще слишком рано для этого, и он ни в коем случае не хотел быть пойманным с утренним стояком. Нет. Ни за что.
Шарль попробовал вылезти из кровати, но у него ничего не вышло. Посмотрев ниже на свою талию, он увидел, как рука Макса обвилась вокруг нее. Шарль старался высвободиться настолько тихо, насколько это было возможно, ему не хотелось будить мужчину. Однако, почти сразу же, Шарль был прижат обратно к груди Макса, и теперь две его руки сомкнулись вокруг талии.
− Надеюсь, ты не пытаешься от меня сбежать с утра пораньше, − услышал Шарль хриплый голос Макса над своей головой. Было ясно, что он только что проснулся, и, зевнув, уткнулся носом в каштановые кудри Шарля.
Парень на секунду замер, но быстро расслабился в объятиях Макса и положил голову ему на грудь.
− Нет…, − пробормотал он, ощущая, как тепло от Маска распространяется по всему телу. Его наполняло чувство умиротворения, словно он был в раю. Никогда прежде он не чувствовал себя так, как сейчас. Ощущение рук Макса на своей коже, его объятия, все это было так…идеально.
− Я не хотел тебя будить.
− М-м…
Макс задержался в таком положении. В комнате было слышно только их размеренное дыхание, но для Шарля биение сердца Макса казалось оглушительным. Его ритм был ровным, и Шарль обратил внимание, что его собственное сердце подстраивается под этот ритм. В попытке биться в унисон. Как единое целое. Как одна жизнь и одна душа.
Блаженный момент оказался неожиданно прерван звуком будильника. Макс застонал, ему пришлось выпустить Шарля из рук и тянуться за телефоном, лежащим на прикроватной тумбе. Когда он его разблокировал, Шарль смог увидеть, что на часах было 8 утра. Это было довольно раннее пробуждение, учитывая то, какая у них длинная выдалась ночь.
− Извини, забыл про включенный будильник, − проговорил Макс, оставляя поцелуй на макушке Шарля, прежде чем подняться с постели.
Шарль же растянулся по всей кровати, его нагое тело было едва прикрыто белым одеялом. Приподнявшись на локтях, он наблюдал за тем, как Макс надел нижнее белье и подошел к окну, чтобы раздвинуть шторы, чем вызвал недовольное шипение со стороны парня.
Шарль снова уткнулся головой в матрас, пытаясь уберечь свои глаза от резко просочившегося в комнату солнечного света. Макс присел рядом на край кровати и тихо рассмеялся.
− Не любитель ранних подъемов? − спросил он мягким голосом, поглаживая парня по волосам.
− Не тогда, когда я мало спал, − пробурчал Шарль и развернулся, посмотрев снизу вверх на Макса. Тот смотрел на него с улыбкой на лице и выглядел так по-обычному. Это был совсем не тот Макс, которого он встретил в клубе. Тогда он держал под контролем всех и вся, но сейчас…этот Макс пробуждал в Шарле желание просыпаться так каждое утро всю оставшуюся жизнь.
− Ладно, теперь буду знать, что тебе нужно будет спать подольше, Шарли.
Шарль покраснел и вновь уткнулся в матрас, в то время как Макс расхохотался и оставил еще один поцелуй в волосах парня, после чего встал и направился в ванную. Шарль наблюдал за тем, как мужчина собирает вещи и затем с ухмылкой обернулся к нему.
− Можешь присоединиться, если хочешь. Как насчет второго захода? − Макс подмигнул и скрылся в ванной. Шарль остался лежать с широко раскрытыми глазами. Затем он резко сел и задумался, стоит ли соглашаться. Хотя, кого он обманывал. Не прошло и минуты, как Шарль вылез из постели и присоединился к Максу в душе…
− Шарль…
− Шарль…
− ШАРЛЬ!
Шарль резко проснулся и тут же застонал от неудобной позы, в которой он заснул. Ведь знал же, что засыпать на двухместном сиденье – так себе идея.
− Шарль, ты чего, я зову тебя уже 5 минут, − услышал он голос Андреа, личного тренера и хорошего друга Шарля (хотя на данный момент это было спорно).
− Прости.
− Что такого тебе приснилось? Ты все время бормотал Макс, Макс…Кто такой Макс, Шарль?
Шарлю стало неловко, и он закрыл лицо руками.
− Никогда никому не рассказывай об этом, − раздался его приглушенный голос сквозь ладони.
Андреа в ответ лишь посмеялся и поймал на себе испепеляющий взгляд Шарля.
− Без проблем, только продолжай усердно работать, ладно? У нас еще три встречи в Маранелло.
− Да, да, я тебя понял, − проговорил Шарль, открывая папку, лежащую у него на коленях, и просматривая отчеты.
Однако, сосредоточиться никак не удавалось.
Будни после Гран-при Монако стали напряженнее, но это не вызывало большого дискомфорта. Впервые за долгое время Шарль чувствовал себя просто прекрасно как в личном, так и в профессиональном плане. С той самой ночи, проведенной с Максом, каждое утро нового дня становилось все слаще. Каждая чашка кофе более бодрящей. А каждый звонок – более ожидаемым.
Несмотря на то, что в последние дни они не могли проводить много времени вместе из-за загруженности их расписаний, они обменялись номерами телефонов и с тех пор созванивались каждый день.
Но сегодня все было по-другому, Шарль ощущал это глубоко в душе. Он проснулся раньше обычного. Ему предстоял перелет в Маранелло на какую-то срочную встречу перед следующей гонкой. Это было очень суматошное утро в попытках быстро собрать дорожную сумку и быстро добраться до аэропорта, чтобы никого не заставлять ждать.
Он настолько торопился, что забыл кое-что взять с собой. Это была не столь важная вещь, но они могли помочь скрасить время в самолете и сделать просмотр отчетов более терпимым…Он забыл дома свои наушники, и в моменте, когда осознание этого пришло к нему, он облокотился головой о стекло машины, заставив своего тренера и попутчика, Андреа, тревожно посмотреть на него.
− Вот, держи, − парень повернулся и посмотрел на его руку. Тот протягивал пару проводных наушников. Шарль секунду смотрел на них, потом поднял взгляд на Андреа и взял наушники.
− У меня всегда есть с собой запасные.
− Спасибо, Андреа. Ты спас меня, − с чувством поблагодарил его Шарль.
− О, не стоит. Ты уже не в первый раз забываешь свои наушники. И поверь, я не в настроении разбираться с твоим настроем с утра пораньше. Так что это скорее для меня. И спать тебе сейчас нельзя, мы почти приехали, так что лучше взгляни на это, − он убрал руку с руля и указал на отчеты, которые все еще лежали открытые на первой странице.
− Ха-ха, − раздался саркастичный смех Шарля, − все не настолько плохо. И не будет.
В машине повисла тишина. Когда они остановились на красном светофоре, Андреа обернулся и посмотрел на него с приподнятыми бровями.
− Что?
− Не «чтокай» мне тут. Ты становишься просто невыносимым, когда забываешь наушники в долгие поездки.
− Чего? Не правда! Ты преувеличиваешь.
Андреа бросил на него многозначительный взгляд, как бы говоря: «Да неужели», прежде чем машина тронулась с места.
− Я не хочу вспоминать, как ты в прошлый раз забыл наушники по пути в самолет, решил просто подумать «о чем-нибудь», и в итоге отменил встречу и вернулся в Монако к матери.
Шарль сидел с раскрытым ртом от шока.
− Это случилось ОДИН раз! И ты не можешь винить меня в этом!
Он помнил тот день как вчерашний. Это произошло в прошлом году по пути на встречу с представителями Puma. И конечно же, в тот раз он тоже забыл свои наушники, поэтому всю дорогу дулся, потому что планировал послушать аудиокнигу.
Но место этого ему пришлось просто сидеть в телефоне и скроллить фотоленту галереи, пока он не наткнулся на фотографию его со своим отцом.
Так что извините, если он был слишком эмоционален…однако, прошло не так много времени с того момента, как отца не стало. В тот день ему очень хотелось, чтобы отец оказался рядом с ним, но он знал, что это было невозможно, и это ломало его. Тогда ему нужно было быть рядом с матерью, и он принял решение развернуться на полпути. Шарль до сих пор ни разу не пожалел об этом, потому что тогда он провел время с мамой и братьями, и это немного успокоило его. Но боль все еще никуда не делась.
В таком душевном состоянии он провел последние пару месяцев. Это никак не отражалось на работе, наоборот, появилось еще больше мотивации выиграть чемпионат. Это было одно из обещаний, данных им отцу до того, как он скончался. И он ни за что не нарушит это обещание ни при каких обстоятельствах.
Но он должен признать, прошедшие пару дней заставили его чувствовать себя лучше и спасибо за это он должен был сказать только одному человеку – Максу.
С тех пор, как Шарль проснулся в лучах золотого солнца Монако, рядом с очень теплым, большим и сильн…нет, не так.
С тех пор, как он проснулся рядом с Максом, Шарль чувствовал себя прекрасно. Даже несмотря на то, что их утро было прервано звонком телефона Макса, который в итоге заставил мужчину проклинать всех на свете за то, что испортили ему такой момент. Шарль тогда подумал, что это был какой-то ред-флаг, но, с другой стороны, красный – это его цвет.
Так что единственной вещью, которой они смогли довольствоваться в то утро, прежде чем Макс должен был уехать, стало их совместное, довольно интимное принятие душа. Они также обменялись номерами телефонов, и Макс пообещал ему позвонить, как только освободится. Конечно, он заверил Шарля, что это их не последняя встреча, но парень соврал бы, если бы сказал, что ему не было больно от мысли, что его бросили после ночи, проведенной вместе. Однако, Макса он тоже не мог ни в чем обвинить, так как знал, что его заставила работа. У Шарля самого было много дел, поэтому тот не сильно переживал из-за того, что Макс ушел, а он остался один в номере отеля.
Пока Шарль разбирался со своими делами, Макс все же сдержал обещание и написал ему пару часов спустя, спрашивая, благополучно ли он добрался до дома и еще раз извинившись за столь резкий уход.
Шарль заверил его, что все в порядке, и вскоре ему самому тоже нужно было бы уйти. Так что никаких обид не было.
С тех пор, переписываться и созваниваться с Максом стало ежедневным ритуалом и…
Оу, черт.
Шарль проигнорировал недоуменный взгляд Андреа и быстро достал свой телефон, чтобы успеть первым пожелать Максу доброго утра. Как только они начали переписываться, мужчина всегда писал ему первым и подшучивал над тем, что Шарль любитель поспать подольше в выходные.
Парень обижался на него за это, но в глубине души ему это нравилось. Ему было приятно, что Макс заметил это всего за несколько недель переписки.
Так что, сегодня он хотел написать первым и тем самым, как бы, намекнуть, что он способен просыпаться рано. Волнение только начало охватывать его, как оно тут же спало.
Макс уже написал ему.
30 минут назад.
Шарль откинулся обратно на сиденье. Шанс взять верх над Максом был упущен. Этот мужчина был идеальным в его глазах. Возможно, после ночи вместе он полез в гугл, чтобы разузнать о нем что-то, а может и нет. Но этот человек был ровно так же властолюбив на работе, как и в постели.
Господи…
У него филиалы компании по всему миру, его состояние измеряется миллиардами долларов…Миллиардами, да, именно с большой буквы М. Он уважаемый человек с большим влиянием.
Вот что о нем удалось разузнать в интернете, прежде чем Шарль покраснел и отложил телефон, наткнувшись на фото Макса, сделанное пару лет назад. Без рубашки. Он выглядел так же хорошо, как и в их совместную ночь.
И Шарль осознал, что да, он находит Макса в молодости привлекательным, но такого Макса, как сейчас, он предпочитает больше.
Повзрослевшего.
Эта была та мысль, которую он не был готов озвучить вслух. Пока что.
Сглотнув комок в горле, Шарль разблокировал телефон и ответил Максу.
Тот ответил почти сразу, и Шарль поймал себя на том, что он начал улыбаться, читая сообщение. Он подключил к телефону наушники, включая свою аудиокнигу, и продолжил общаться с Максом. Он не обратил внимания на вздохнувшего Андреа, который в итоге сосредоточился на дороге, везя их в аэропорт.
День определенно начинал налаживаться.
***
Макс не мог дождаться окончания дня. Будучи генеральным директором, бесконечные встречи и совещания не были для него чем-то новым. Он проводил их еженедельно. Однако сегодня, прямо в этот самый момент, Макс почти достиг своей точки кипения, и это точно ни для кого ничем хорошим не кончится. В особенности для представителей одной компании, выступающих прямо сейчас. Они пытались привлечь спонсоров для своего архитектурного проекта в Бангкоке. На бумаге все выглядело неплохо, поэтому Макс и согласился на эту встречу, но по прошествии сорока минут он услышал только то, что их бизнес-план был обречен на провал с самого начала. Поэтому недолгое время спустя он потерял всякий интерес к проекту и погрузился в более приятные мысли, блуждающие у него в голове. Например, о Шарле. Шарль стал долгожданным разрушителем спокойствия в статичной жизни Макса. Конечно, у него было достаточно средств, и он мог позволить себе все что угодно, но Шарль был чем-то особенным. До Монако Макс даже не рассматривал себя в роли семейного человека или того, кто готов к серьезным отношениям. Но после проведенного времени с этим парнем он не мог отделаться от мыслей о нем. Несмотря на то, что они не так давно знакомы, ему хотелось стать с Шарлем еще ближе. Он понял, что его восхищает в нем абсолютно все. Их переписки, созвоны, а с недавних пор и по видео, во время которых Шарль без умолку болтает о своей работе или же просто показывает Маску, чем он занят в данный момент. Все эти маленькие моменты запали Максу в душу, и он хотел большего. Он понимал, что еще слишком рано говорить о возможном совместном будущем, но осознавал, что хочет узнать Шарля и посмотреть, к чему это их приведет. Он хочет узнать каково это, обладать им целиком. Его разумом, душой и телом. Макс хотел всего, что Шарль может ему дать. Быть опьяненным присутствием Шарля и никогда не протрезветь. Хочет ловить каждый его смех, улыбку, даже слезы, выступающие из этих прекрасных зеленых глаз, пока они занимаются любовью. Шарль пробуждает в нем желание защищать. Макс никогда ранее не испытывал подобного по отношению к кому-то. Он хочет отдать парню все, что пожелает его сердце, и все, что сам Макс хочет взамен – это сам Шарль. Ему хотелось узнать, какой он на самом деле. Макс потихоньку узнавал его по переписке, но тем не менее не мог составить полное впечатление о его личности только на основе текстовых сообщений и телефонных звонков. Поэтому, Макс не спешил делать какие-то выводы, но у него начинало складываться общее впечатление о Шарле. Парень был остроумным и дерзким, писал сообщения как тот, кто родился после 2000-х, что, к ужасу Макса, так и было на самом деле. К тому же он был умным и страстным человеком, как и сам Макс. То, как Шарль говорил о свои мечтах, надеждах и о том, чего он хочет достичь, напоминало Максу его самого в более молодые годы. Он был таким же, жаждущим всему учиться и быть лучше других. Это один из многих моментов, в которых они сходятся, и это действительно помогло им найти общий язык намного быстрее, чем ожидалось. Шарль склонен воспринимать все близко к сердцу, он очень эмоциональный и знает, как выражать свои мысли и чувства. Макс почти сразу понял, что парень думает и совершает все действия сердцем, в то время как он сам мыслит более рационально. Он не позволяет своим эмоциям завладеть разумом. Из-за этого многие люди в его окружении считают Макса холодным и бессердечным. Но его сердце испытывает непомерно много всего и начинает биться быстрее рядом с Шарлем. Поэтому, когда они начали общаться каждый день, Макс не испытывал неловкости от того, что Шарль робко пытался создать из этого, своего рода, ежедневный ритуал. Наоборот, он взял инициативу в свои руки. Начал писать первым и желать доброго утра, пока Шарль еще спал. Это стало привычкой – отправлять ему сообщение сразу после пробуждения, и только потом приступить к своим делам. После первой недели общения Макс уже знал, что тот ответит чуть позже, как проснется. Сегодняшний день начался точно так же. Он написал Шарлю и получил ответ через 30 минут. Парень ответил по пути в аэропорт. Это был их последний разговор, и с тех пор у них не было возможности написать друг другу. Макс лишь несколько раз из необходимости брал телефон в руки, чтобы ответить на электронные письма и просмотреть на ходу отчеты. − Мистер Ферстаппен? Макс среагировал на голос быстрее, чем успел осознать, и перевел взгляд на одного из своих сотрудников, сидевшего через несколько человек от него. − Что? − Мы уже несколько минут пытаемся привлечь ваше внимание. Сэр, − резко произнес один из презентующих, чье имя Макс даже не старался запомнить. Взгляд Макса потяжелел, будучи возмущенным подобным неуважением. Тон звучал оскорбительно, он еще мог закрыть глаза на то, что его прервали, но эта демонстративная вежливость и льстивое обращение «Сэр»… Макс едва сдержал смех от такой жалкой попытки продемонстрировать здесь свою власть. И это была фатальная ошибка, у них здесь не было никакой власти. На этом терпение Макса лопнуло, и он посчитал этот момент идеальным, чтобы завершить встречу. Он откинулся на спинку своего кожаного кресла во главе стола, продолжая смотреть на мужчину, и позволил неловкой тишине затянуться. Затем, перевел взгляд на остальных презентующих. − Я весь во внимании, − проговорил Макс с пугающим спокойствием. Его сотрудники хорошо знали этот тон. Им самим однажды не посчастливилось с этим столкнуться, и это не сулило ничего хорошего, − давайте вместе посмотрим, что тут у нас. − Вы хотите, чтобы я профинансировал ваш проект в Бангкоке и подсовываете мне вот это? − даже со спокойствием в голосе Макс транслировал всем свою злость. − Судя по документам, ваш проект даже не был как следует разработан. Ваша конструкция фундамента рассчитана на устойчивую глинистую почву, в то время как весь район «Банг На» стоит на аллювиальной почве. Далее, высокий риск образования карстовых воронок представляет угрозу уже на начальном этапе строительства. В вашем бюджете нет статьи расходов на сваи, наводя на мысль, что вы либо абсолютно некомпетентны, либо же скрываете перерасход в размере двадцати процентов. Ведущий архитектор только было открыл рот, как Макс продолжил холодным, бескомпромиссным тоном. − Ваш стеклянный фасад выглядит эффектно. Из-за него дополнительное солнечное тепло будет оказывать двойную нагрузку на системы отопления, вентиляции и кондиционеров, и все это в городе с высокими ценами на электроэнергию. Вы спроектировали печку и заложили в бюджет дополнительные расходы на холодильник. А в рамках поиска местных поставщиков для вашей «аутентичной эстетики» вы рассматриваете трех кандидатов, каждый из которых в данное время находится под расследованием по делу о принудительном труде. Макс встал из-за стола, ставя финальную точку. − Этот проект был катастрофой с самого начала. Вы просите профинансировать строительство здания, которое рухнет из-за конструкционных, экологических и этических проблем раньше, чем будет возведена первая стена, − мужчина взял в руку телефон, на котором по-прежнему не было ни одного сообщения от Шарля, − благодарю вас за то, что так бесславно потратили мое время. Почти подойдя к двери, он произнес последнее, таким образом нанося окончательный удар по ухмыляющемуся мужчине, который теперь побледнел и застыл на месте. − Считайте, мое внимание к вам на этом полностью исчерпано. Как к вашему проекту, так и к вашей работе в дальнейшем. Охрана проводит вас. Дверь за Максом захлопнулась, оставив после себя руины из чужих амбиций. Макс зашел к себе в кабинет. Его настроение было испорчено, и чтобы пережить этот день, при этом никого не уволив, ему нужно было отвлечься. Он ненавидел, когда его время тратили попусту, в особенности, когда у него есть более важные дела. Налив себе выпить, Макс сел на диван и закрыл глаза. Как бы он хотел, чтобы Шарль был рядом прямо сейчас.***
Дорога домой была омрачена нарастающим напряжением, исходившим от Макса. Когда он сел в машину, на часах было больше одиннадцати. Макс отпустил своего водителя, чтобы самому сосредоточиться на дороге и привести мысли в порядок. Он ехал почти в полной тишине. По радио играла неизвестная ему грустная медленная песня. Звук был настолько тихим, что ее было едва слышно. За стеклом мелькали размытые огни бельгийских улиц. Остановившись на светофоре, тишину разрезал звонок телефона. Свет от дисплея развеял темноту салона машины. Шарль. После второго гудка Макс поднял трубку, нажимая на громкую связь, и из динамиков раздался голос Шарля. − Эй, привет, − голос парня был слегка уставшим, − я тебя не разбудил? − Нет, я еду домой, − ответил Макс, трогаясь с места, как только загорелся зеленый. Голос Шарля сразу успокоил его. − Ты так поздно закончил? − Скорее наоборот, раньше обычного, − в голосе мужчины слышалось уже не раздражение, а усталость, − я прервал последнюю встречу спустя полчаса. Они просто тратили мое время. − Oh chérie… − Я в порядке, не волнуйся за меня, − Макс улыбнулся. Шарль переживал, что он остается допоздна в офисе. От этого на душе Макса становилось легче. − И все же…у тебя измученный голос. Уверен, что тебе слоило садиться за руль? − спросил Шарль взволнованно . − Я уже меньше, чем в десяти минутах от дома, доживу. Шарль рассмеялся, и этот теплый, знакомый звук, казалось, развеял остатки вечернего напряжения. − А ты чего так поздно не спишь? − Сам знаешь, что такое работа…куча дел на целый день. Иногда я ненавижу взрослую жизнь, но раз уж я сам выбрал эту работу, то грех жаловаться. − Настолько плохо? − М-м. Двенадцатичасовой рабочий день, состоящий из совещаний, которые можно было бы провести по почте. И еще фотосессия в ангаре, больше похожем на холодильник. Все, о чем я мог тогда думать – это душ, который будет длиться вечность, и обслуживание в номер, а не унылый сэндвич и протеиновый батончик. На лице Макса возникла настоящая улыбка, чувствуя, как от нее начинает болеть челюсть. − Расскажи мне, что бы ты хотел заказать. − Все что угодно, − вздохнул Шарль с притворным наслаждением, − чизбургер и много-много картошки фри. Тирамису. Бутылку газированной воды, такой холодной, чтобы аж зубы свело. А ты? Чем собираешься заняться дома? − Надеюсь, ничем. Скорее всего, тем же, что и ты. Приму душ, поем и пойду спать. Честно, уже нет сил ни на что другое. − Старость начинает проявляться? − рассмеялся Шарль настолько громко, что сам Макс улыбнулся, покачав головой. − Очень смешно, но, думаю, я уже доказал тебе, что я не настолько старик, − ответил Макс с явным подтекстом, и на лице Шарля появилась еще одна улыбка, хоть ее и не было видно без видеосвязи. − Ну, с тех пор уже прошло какое-то время, − со стороны Шарля раздался смешок, и он продолжил, − так что все могло измениться. − Прошло пару недель, не десятилетий же, − возразил Макс, по голосу было слышно, что он улыбался, − я по-прежнему в отличной форме. Шарль лишь фыркнул. − Скоро тебе придется это доказать, иначе я буду думать, что твоя спина меня больше не выдержит. − Шарль…, − произнес Макс предупреждающим тоном. Он понимал, что все это были шутки и поддевки, но внутри него вспыхнула злость. И нет, не на Шарля. Его раздражал тот факт, что он не мог прийти домой, опрокинуть этого парня на кровать, заставляя встать в коленно-локтевую, и показать ему, кто тут еще старый. Из трубки послышался шорох, похоже, Шарль лег в кровать. − О! У меня есть и не прямо ужасные новости. Я завтра освобожусь раньше и уже к полудню вернусь в Монако. Хоть какое-то утешение, − сообщил Шарль, проигнорировав предупреждение Макса и продолжив болтать. Монако. Это слово повисло в воздухе машины, яркое и неожиданное. Безрассудная и потрясающая идея появилась у Макса в голове на уровне скорости рефлексов. − Да? Какие планы? Поваляешься на диване для разнообразия? − Боже, да. Планы не делать абсолютно ничего. Может быть, прогуляюсь до порта, если буду в настроении. Но в основном…спокойствие в горизонтальном положении. А ты как? Мозг Макса уже работал во всю, просчитывая все варианты. Его ассистент мог бы перенести запланированную конференцию, ужин тоже можно отложить. Его джет прибудет в Схипхол к 17:00. Он передвинет важную встречу на утро и потом сможет улететь. Да, это вполне осуществимый план. − Ничего конкретного, − ответил Макс, стараясь звучать нейтрально, пока его сердце билось в бешенном ритме, − наверное, освобожу расписание. Возьму пару дней отдыха. − Тебе правда стоит. Ты звучишь уставшим. Даже больше, чем я сам, хоть я и чемпион. − Я в порядке, − спокойно ответил Макс, сворачивая к своему пентхаусу. Внезапно ему показалось, что он был не там, где нужно было быть, − мне просто нужна небольшая перезагрузка. Как и тебе. Они поговорили еще немного. Не о чем конкретном, главным было то, что это выглядело чем-то естественным. Все это время, Макс выстукивал большим пальцем по экрану телефона срочное сообщение своему ассистенту: «Отмени все мои встречи после 14:00 и до послезавтра. Организуй перелет в Ниццу на завтра, чтобы самолет был готов к 15:00». Раздавшийся зевок отвлек Макса от сообщения. − Тебе нужно идти. Прими долгожданный душ, − проговорил он, отправив наконец сообщение и вернув свое внимание Шарлю. − Да, ты прав, − парень вздохнул, от усталости его голос стал мягким с хрипотцой, − иначе я превращусь в зомби. Спокойной ночи, Макс. Будь осторожен за рулем. Макс на секунду закрыл глаза, представляя себе его образ. − Пусть тебе приснится что-то получше, чем ангар, напоминающий холодильник, schat. Сладких снов. В машине повисла тишина, и связь прервалась. В гараже тоже было тихо, был слышен только звук работающего двигателя. Макс сидел в темноте машины с целую минуту, погруженный в горящий экран телефона, уточняя последние детали. В то время, как его пентхаус казался пустым, Монако притягивал, как магнит. Желание быть с Шарлем стало глубоким, навязчивым, отзывающимся эхом где-то под грудью, и он не мог больше это контролировать. Достаточно, подумал он, и принятое решение пришло в голову, словно поступивший приказ. Он поднимется по лестнице, ляжет спать, а завтра перевернет небо и землю, чтобы оказаться в Монако. Мысль, начинающаяся с «когда-нибудь», отступила перед «почему бы и нет». Мужчина заглушил двигатель. Ночная тишина обрушилась на него, но она уже не давила. Это была тишина перед предстоящим путешествием.***
Макс приземлился в Ницце ближе к вечеру. Средиземноморское солнце разительно отличалось от пасмурного неба Амстердама. Вместо такси он решил взять машину и самостоятельно проехаться по прибрежным дорогам. Купив букет цветов – очень романтичный пышный букет из розовых и кремовых пионов, он направился в свою квартиру в Монако, чтобы переодеться в идеально-сшитый темно-синий костюм. Ровно в 19:00 Макс стоял у двери квартиры Шарля. Его сердце отбивало бешеный ритм, но не из-за волнения, а от предвкушения встречи. Он постучал. Спустя минуту дверь открылась и за ней стоял Шарль, в полном оцепенении. Он только вышел из душа. Темные волосы были влажными, а на шее блестели капли воды. На нем была надета первая попавшаяся под руку футболка, узкие шорты и очки для чтения на носу. Он выглядел нежным, взъерошенным и совершенно сбитым с толку. − Макс? Что…? Макс протянул ему букет. Руки Шарля автоматически потянулись к нему и пальцы коснулись лепестков. − Это же…ты запомнил…merci, но как ты вообще здесь…? Макс не дал ему договорить. Он сделал шаг вперед, переместив одну руку на талию Шарля, и притянул к себе, вовлекая в поцелуй. Вопрос так и повис в воздухе, оставшись не озвученным до конца. Это было не просто ласковое приветствие, а самое настоящее проявление накопившегося желания за все прошедшие недели переписок и звонков. Шарль ахнул от неожиданности и затем расслабился. Цветы между их телами были немного смяты. Его рука легла на шею Макса, зарываясь пальцами в волосы. Поцелуй стал глубже, ощущаемый на двоих вкус мятной зубной пасты вызывал абсолютное, невероятное счастье. Когда они отстранились друг от друга, переводя дыхание, Макс не выпустил его из рук. Он дотронулся до щеки Шарля, поглаживая большим пальцем кожу возле виска. Очки парня слегка съехали набок. − У меня есть планы для нас двоих, − произнес Макс своим низким хриплым голосом. Шарль ошеломленно моргнул и на его зацелованных губах расцвела улыбка. − Планы? Какие? Макс прислонился лбом ко лбу парня, его взгляд был серьезен и непоколебим. − Наше первое свидание. Официальное. Если ты не против. Мужчина видел, как Шарль перевел взгляд на его костюм, букет, и как следом в глазах парня промелькнуло осознание. Осознание невозможного, казалось бы, факта, что Макс был перед ним прямо сейчас. Румянец на щеках Шарля стал еще ярче, распространившись на шею. Он прижал букет пионов ближе к груди, словно щит. − Да. Конечно. Эм, чувствуй себя как дома. Я…быстро. Не прям быстро-быстро, но…эм, скоро буду готов. − Не переживай, − ответил мужчина с усмешкой, − я никуда не денусь. Он наблюдал, как Шарль практически залетел в свою спальню, а затем перешел оттуда в гостиную. Мужчина опустился на мягкий диван, закинув одну руку за спину и приняв расслабленную позу, ощущая себя полноправным хозяином в этом пространстве, полностью пропитанном Шарлем. Его запах ощущался повсюду. Запах мыла, сандалового дерева и дорогого амбрового одеколона. Он достал телефон. Осталась последняя деталь, которую нужно было подтвердить. Ему пришло сообщение от ассистента: «Доставка на крышу здания «Lilas» к 23:45 подтверждена». Макс купил браслет Serpenti Viper от Bvlgari с бриллиантами и из 18-каратного белого золота. Браслет выглядел великолепно, и мужчина подумал, что он идеально подойдет Шарлю. Из спальни доносились звуки выдвигаемых ящиков и тихие ругательства, что заставило Макса улыбнуться. По правде говоря, Шарлю потребовалось всего 10 минут. Когда дверь полностью открылась, Макс отложил свой телефон и поднял взгляд. От подобной трансформации он потерял дар речи. Вместо свободной футболки на Шарле была накрахмаленная светлая рубашка с открытым воротником и идеальные под размер брюки, так хорошо подчеркивающие его ягодицы. Ранее влажные волосы были искусно уложены, а без очков было хорошо видно все его четкие и строгие черты лица. Парень выглядел непринужденно красивым, слегка взволнованным и совершенно неотразимым. Макс пробежался по нему взглядом, полным страсти и собственничества. Вся его прежняя небрежность в позе исчезла. Он поднялся с дивана и в три шага сократил расстояние между ними. Он ничего не сказал, только лишь обхватил лицо Шарля руками и снова поцеловал, на этот раз глубже, таким образом давая понять, как сильно его заводит такой вид парня. − Ты выглядишь…потрясающе, − Макс отстранился ровно настолько, чтобы произнести это, голос его звучал хрипло. От этих слов глаза Шарля расширись, а губы чуть приоткрылись. − Спасибо, − ответил он на выдохе, − ты тоже хорошо выглядишь. − Ты готов? − спросил Макс, поглаживая подбородок Шарля большим пальцем. Парень кивнул, и на его лице, наконец, постепенно начала появляться уверенная улыбка. Он протянул руку и обхватил ею крепкое предплечье Макса, чтобы удержаться на ногах. − Готов. После того, как Шарль поставил цветы в вазу с водой, они покинули квартиру. В тишине коридора, с рукой Шарля, обвившей предплечье, Макс был в предвкушении распланированного им вечера. Он абсолютно точно знал, что каждый преодоленный километр, каждая пережитая за это время изматывающая конференция – стоили того. В тишине лифта ощущалось предвкушение предстоящего вечера. Шарль то и дело бросал свой взгляд на профиль Макса, на его острый подбородок, освещаемый светом лампы и сменяющихся цифр на табло. Мужчина поймал на себе взгляд и повернулся к парню. Этого оказалось достаточно, чтобы тот переместил свою руку с предплечья на шею Макса и притянул для поцелуя. Взяв Шарля за подбородок, мужчина тут же перехватил инициативу и приподнял его голову для большего удобства, в то время как другая рука расположилась на его бедре. Поцелуй был чувственным и полным страсти. Как же Шарль скучал по присутствию Макса рядом, по его рукам, по большим…в общем, по всему. Их губы разъединились только в тот момент, когда лифт остановился и им пора было выходить. Задыхаясь, они отстранились друг от друга и встретились взглядами. Шарль покраснел и тяжело дышал, а между губами тянулась ниточка слюны. Макс протянул руку и провел по ним большим пальцем. − Как бы я не хотел вернуться и раздеть тебя, я все-таки очень хочу поужинать с тобой. Шарль быстро чмокнул Макса в губы и вернул руку на его предплечье. − Не могу дождаться. Как только они вышли на подземную парковку, в нос сразу же ударил прохладный воздух с запахом бензина. Они подошли к машине Макса, блестящему темно-серому Астону Мартину, ожидавшему их под искусственным освещением. Шарль остановился, кивая в сторону автомобиля. − Ты за рулем? − Разумеется, − ответил Макс, доставая из кармана ключи от машины. Одно уверенное нажатие на кнопку – и раздался тихий звук отключения сигнализации. На лице Шарля возникла озорная улыбка. − А ты уверен, что в твоем возрасте еще можно гонять на таких скоростях? Рефлексы по-прежнему хороши, mon vieux? Макс встал как вкопанный. Медленно обернувшись, он уставился на Шарля глазами, полными глубочайшего неверия. Этот взгляд мог бы даже камень превратить в пыль. − Ты…как ты только что сказал…«старина»? Звонкий и безудержный смех эхом отразился от бетонных колонн. − Я шучу! Просто шутка. Ты еще молод и в самом расцвете сил. − Мне 34, я не пенсионер, − проворчал Макс, но уголок его рта все же дрогнул и он, подойдя к пассажирской двери, открыл ее со старомодной нарочитой учтивостью, − садись, пока я не нагнул тебя прямо у машины и не устроил шоу для здешних охранников. Все еще посмеиваясь, Шарль залез внутрь и его окутал запах дорогих кожаных сидений. Пока Макс обходил машину, Шарль признался самому себе, что ему это нравится. Нравится, что он не контролирует ситуацию, не должен следить за маршрутом и обстановкой. Ему нравится, что в кои-то веки его просто куда-то везут. Он редко позволял себе такую роскошь. Двигатель автомобиля ожил, издав рычащий звук, который передался вибрацией на сиденья. Когда они выехали с парковки в объятья бархатного монакского заката, первоначальное напряжение сменилось знакомым теплым чувством. − Итак, − начал Макс, не сводя взгляда с дороги, где по бокам уже начали мерцать огни города, словно рассыпавшееся бриллиантовое ожерелье, − фотосессия в ангаре, похожем на холодильник. Тебе хотя бы дали куртку тогда? Шарль застонал и начал эмоционально и в подробностях жаловаться на стилиста, освещение, о том, как его улыбка постепенно превращалась в гримасу от холода. Макс слушал, отпуская на этот счет сухие, остроумные комментарии, которые заставляли Шарля смеяться. − Тебе надо было сказать, что единственное, что должно оставаться холодным – это шампанское, а не твой талант. − Талант! Ты слишком снисходителен. Я чувствовал себя манекеном с нарушенным кровообращением. Это была их привычная непринужденная болтовня, но сегодня она была особенной, подчеркнутой тем, что в этот раз ладонь Макса лежала на бедре Шарля. В уютном коконе автомобиля они оба понимали, что это только начало, а не просто разговор. Шарль был так увлечен своим рассказом о том, как его инженер совершил провальную попытку приготовить итальянский кофе, что не заметил, как они уже приехали и Макс плавно и аккуратно остановил машину. − Мы немного припозднились, − как ни в чем не бывало сказал Макс. Шарль посмотрел в окно и затаил дыхание. Это был не фасад ресторана, а величественный и красиво освещенный вход в Музей звездного неба. Пару недель назад он упоминал его во время одного из ночных разговоров. Тогда он просто сказал, что в Монако открылась новая выставка карт звездного неба и искусства ориентации по звездам. Что все это звучало волшебно, но его разочаровывало, как мало людей готовы потратить на это свое время. Парень с широко раскрытыми глазами повернулся к Максу. − Музей? Но Макс…он же закрыт. − Не для нас, − просто ответил он, выходя на улицу. Когда Макс открыл пассажирскую дверь, Шарль все еще сидел в оцепенении, и мужчина протянул ему руку. Не говоря ни слова, Шарль вложил свою ладонь в его и позволил помочь вылезти. Ночной воздух был прохладным, в нем чувствовался соленый запах моря. Макс не отпустил его руку. Он переплел их пальцы, крепко и уверенно сжал ладонь и повел парня в сторону главного входа. Как только они подошли, из здания вышел мужчина и почтительно кивнул Максу, открывая перед ними дверь. − Добрый вечер, мистер Ферстаппен, месье Леклер. Все уже готово. Галерея в вашем распоряжение столько, сколько пожелаете. Они вошли в просторное мраморное фойе, разносящее эхо от их шагов. Вместо привычного гула толпы музей был поглощен в ночную тишину. Единственным источником света были прожекторы, освещающие экспонаты, из-за чего создавалось впечатление, что позолоченные рамы и старинные карты будто парили в темноте. − Ты правда привел нас сюда? − прошептал Шарль, его голос потонул среди всего этого великолепия. − Ты сам сказал, что хотел бы это увидеть, − ответил Макс, словно это было самое логичное умозаключение на свете. Он легонько сжал руку Шарля, − пойдем. В течение следующего часа они бродили по залам галереи. Это было не обучающей экскурсией, а совместным исследованием. Они в шутку спорили о том, является ли мрачный звездный пейзаж перед ними драматичным или же просто удручающим. Шарль увлеченно рассказывал о принципе работы астролябии и Макс слушал его с восхищенной улыбкой, задавая вопросы и показывая, что он заинтересован этой темой. В зале, посвященном теме «Любовь и морское путешествие» была выставлена серия картин 18 века с изображениями прощаний и встреч в гаванях. На одной из таких картин, которая была значительно меньше остальных, были изображены моряк и его возлюбленная, но она находилась не вместе с ним на причале, а в залитом солнцем саду. Между ними – солнечные часы с ярко-выделенной розой ветров. На табличке было написано: «Настоящее путешествие: Найти дом в другом человеке». Шарль был очарован картиной и наклонился ближе, чтобы рассмотреть точную прорисовку цветов, таких похожих на те, что ждали его дома. − Это не про расстояние, − пробормотал он, скорее сам себе, чем Максу, − это про якорь. Он стоял так, окруженный мягким светом, его профиль был красивым и задумчивым. Макс остановился в нескольких шагах от него и наблюдал. Просто умный, целеустремленный и игривый человек, которого он знал, исчез, уступив место открытому, вдумчивому и невероятно очаровательному парню. В груди Макса зародилось настолько сильное чувство, что у него закружилась голова. − Тебе так не кажется? − задал вопрос Шарль, обернувшись в ожидании комментария насчет символизма картины. Но Макс не смотрел на картину. Он смотрел на Шарля и его взгляд был таким пристальным и переполненным эмоциями, что все возможные слова застряли у парня в горле. − Макс? − спросил Шарль с легкой тревогой в голосе. Макс медленно моргнул и на его лице появилась улыбка. − Прекрасный, − с придыханием сказал он. Макс сократил расстояние между ними, обхватывая одной рукой шею Шарля, а другую кладя тому на талию. Он поцеловал его в тишине музея, под взглядами запечатленных на века влюбленных и путеводных звезд. Этот поцелуй был не похож на их отчаянные страстные поцелуи в квартире. Он был глубоким, полным нежности и обещаний, которые не нуждались в огласке. Шарль растворился в нем, его рука поднялась к груди Макса, ощущая ровный стук сердца через ткань костюма. Когда они отстранились, у обоих перехватило дыхание. Шарль прижался лбом к груди Макса и закрыл глаза. − Неплохое начало свидания, − прошептал он. Макс просто улыбнулся и вновь взял его за руку. − Это только первая его часть.***
Держась за руки, они покинули музей. Атмосфера невероятного искусства и тишины уступила место оживленному ночному Монако. Ресторан находился на возвышении, откуда открывался захватывающий вид на гавань. Обстановка внутри была изысканной и умиротворенной, а их столик, украшенный мерцающими свечами, стоял в отдалении, что придавало еще большего уединения. Макс и Шарль неспешно наслаждались ужином. Они говорили обо всем подряд. Делились своими историями из детства, Макс рассказывал о проведенных безумных каникулах с семьей, Шарль – о своих первых душераздирающих поражениях в картинге. Затрагивая темы будущего, они ограничивались лишь гипотетическими рассуждениями, которые казались захватывающими от того, что вероятнее всего могли претвориться в жизнь. − Если бы у тебя был один день без работы, с возможностью провести его как ты хочешь, что бы ты сделал? − задал вопрос Шарль, держа в руках бокал с вином. Макс ответил не задумываясь. − Я бы встал позже обычного и выпил бы кофе где-нибудь в тишине. Поехал куда-то надолго, без цели. Вкусно поел, желательно вместе с тобой. Посмотрел фильм, тоже с тобой. На лице Шарля появилась застенчивая улыбка и он уставился в свою тарелку. − Это звучит так…неожиданно по-простому для тебя. − Все самое лучшее – в простоте, − ответил Макс и сжал ладонь Шарля. Когда ужин подошел к концу, тарелки были пусты, а бокалы отставлены в сторону, весь их мир уже давно сузился до одного единственного столика. На часах было больше 10 вечера. − Я бы хотел отвести тебя в еще одно место, − низким голосом проговорил Макс. Он встал со своего места, и Шарль последовал за ним. После того, как мужчина расплатился за ужин, они вышли на свежий воздух. Их последней точкой назначения стала терраса на крыше Hôtel de Lilas. Это был самый настоящий оазис с высаженными оливковыми деревьями и красивым мягким освещением. Панорамный вид всего княжества распростерся перед ними. Вокруг не было никого, кроме бармена за стойкой, который смешал для них два идеальных по вкусу, с кубиками льда, мартини, и после чего удалился. Стоя у перил плечом к плечу, они наблюдали за жизнью ночного города. Вокруг было тихо и свежо. − Шарль, − тон голоса Макса изменился на более серьезный, отчего пульс парня ускорился. − М? Мужчина полностью повернулся к нему и взял обе его руки в свои. Выражение лица Макса было сосредоточенным, но глаза были полны нежности. − Все, что было сегодня, для меня это не просто интрижка. И не свидание на один раз. У Шарля перехватило дыхание. Он не мог ничего сказать и просто ждал, пока Макс продолжит говорить, ощущая, как колотится собственное сердце. − Я прилетел сегодня, потому что никак не мог поступить иначе. Мне было физически больно от одной мысли, что я проживу еще один день вдали от тебя, без возможности провести день так, как сегодня…ведь мы оба заслуживаем этого. После того, как ты ушел тогда, каждая минута в тишине была просто вакуумом, который было нечем заполнить. Ни работой, ни планами, ни другими заботами…мне нужен ты. Тогда я осознал, что не просто скучал по тебе, а вместе с тобой ушла частичка меня. Макс сделал глубокий вдох, продолжая все так же смотреть исключительно на Шарля. − Я хочу, чтобы моя жизнь была наполнена и рутиной, и великолепием в лице тебя. Я хочу просыпаться вместе с тобой, быть последним, о ком ты подумаешь перед сном и когда проснешься. Я хочу находиться рядом с тобой после каждой финишной черты, каждого триумфа и быть убежищем, куда ты можешь прийти, когда мир вокруг станет невыносим. Раньше я всегда заботился только о себе. Но сейчас все, чего я хочу, это чтобы наши жизни шли параллельно друг другу. Я хочу, чтобы ты был в моей жизни. Без каких-либо пряток и коротких встреч. Я хочу, чтобы мы были партнерами, официально. И во всех смыслах этого слова. Продолжая держать ладони Шарля, он просунул одну руку во внутренний карман пиджака и достал оттуда черную бархатную коробочку. Пока что, еще было рано для того, чтобы вставать на одно колено, поэтому он просто ее открыл. На мягкой атласной поверхности лежал браслет. − Это не просто подарок, − сказал Макс мягко, доставая украшение, − это мое обещание того, что я правда хочу всего этого и хочу тебя. Я хочу быть частью твоего будущего, и это мое обещание тебе, что теперь это так и будет. Макс застегнул браслет на запястье Шарля. Прохладный металл приятно ощущался на коже, украшение смотрелось идеально. Шарль посмотрел сначала на браслет, как он сиял при падающем на него свете, потом перевел взгляд на Макса. Глаза мужчины были полны надежды. Шарль в этот момент ощущал такой спектр эмоций, что потерял дар речи. Он касался браслета, проводя пальцами по выгравированным цифрам. − Mon amour…, − наконец произнес парень сдавленным голосом. Он поднял голову, в уголках его глаз собирались слезы, а лицо озарила счастливая улыбка. − Да? − Я так долго строил свою жизнь только ради одной цели. Следующий поворот, круг…каждый раз все сводилось к гонкам. Они – весь мой мир, и вдруг появился ты. Зашел без стука в мой мир и стал новым его центром. Я забрал частичку тебя, но я хочу тебя всего. Быть с тобой в тишине и в хаосе, когда ты скучаешь и веселишься. Я хочу мужчину, который бескомпромиссно берет и отдает взамен. Я хочу тебя и хорошим, и плохим. Хочу все, что ты можешь мне дать, − проговорил Шарль, после этого подаваясь вперед. Он прислонился к губам Макса, вложив в этот поцелуй всю свою радость, удивление и, несомненно, не озвученное, но четкое «да». Тысячекратное «да». Они еще долгое время стояли на террасе, попивая свои напитки и разговаривая в полголоса. Рука Макса все это время покоилась на плечах Шарля, в то время как пальцы самого парня продолжали изучать браслет. Они находились в своей личной вселенной, где не существовало никого, кроме них двоих, а огни города сливались в далекие звезды их общей галактики. Ими так и осталась не замечена некая фигура, стоящая в тени соседнего балкона. Как и не был услышан тихий щелчок камеры, которая идеально смогла запечатлеть интимный момент: как Макс смотрит на Шарля глазами, полными собственничества и нежной любви. Шарль улыбается, положив голову тому на плечо, на его запястье все это время блестит подаренный ему браслет. То, что являлось личным обещанием друг другу, теперь навсегда оставит свой след в цифровой памяти, готовое в любой момент ворваться в их мир, который они только сегодня начали строить друг для друга.
