Да или...

Сегодня я наконец-то встречусь с ней. После стольких лет общения в интернете я еду на учебу в Москву, где она будет всего на курс старше меня. По рельсам мчался тяжелый поезд, который своими колесами стучал по чугуну, словно отбойный молоток. Я глядел в окно, и высокие сосны мелькали перед моими глазами. Леса закончились, их сменили необъятные русские поля, с которых уже была убрана пшеница. Осталось всего-то каких-то полчаса. Полчаса и я встречусь с ней – Олесей из Москвы. А что, если она окажется не той, за кого себя выдает? Вдруг, ей на самом деле сорок пять, и она не Олеся, а какой-нибудь Иван Иваныч? А что, если этот Иван Иваныч не учится в театральном вузе, а уже двадцать лет работает сантехником? Почему я вообще об этом думаю? Она же отправляла мне свои фото, видео и голосовые сообщения. Как-то глупо с моей стороны, так о ней думать. А хотя, это может быть дочь Иван Иваныча… Господи, какой же бред я несу. Мне в сентябре уже восемнадцать лет, я взрослый парень, а загоняюсь, как маленькая девочка. Просто не буду об этом думать. К тому же она должна меня встретить на перроне. Там и увижу. Если что, очень быстро убегу. Не зря же я легкой атлетикой четырнадцать лет занимался. За всеми этими рассуждениями, я не заметил, как поезд затормозил и остановился на конечной станции. Я мигом схватил свой чемодан со шмотками и, расталкивая всех своих попутчиков, пробивался к выходу из вагона номер три. Чуть не шлепнувшись, я выбежал из вагона. Рассматривая толпу, я увидел ее. Олеся в реальности была даже красивее чем на фото. Ее волосы вились и необычно блестели на солнце, выразительные карие глаза рыскали в толпе, видимо, они искали меня, под ними были ярко выраженные синяки (она не любила наносить на свое лицо тонны макияжа и ценила свою натуральную красоту, но, если быть честным, эти синяки ей очень подходили), учеба в театральном дает о себе знать. Как же она была красива. Нет, Олеся была самой красотой. Словно луна, спустившаяся с ночного неба. Наконец, ее глаза приметили меня. Ее кругленькое личико расплылось в широкой улыбке. Я только успел моргнуть, как она уже висела на моей шее, радостно крича о том, как ждала этой встречи. Я бы мог простоять так целую вечность, но она сама отпустила и посмотрела на меня снизу-вверх. Я думал, что она будет выше, но оказалось, что она мне всего-то по грудь. Олеся смотрела на меня своими карими, почти черными глазами, и именно в этот момент я обратил внимание на ее губы. Почему-то мне очень сильно захотелось поцеловать ее, уж так аппетитно выглядели ее губы. Я начал медленно приближать свое лицо к ее лицу, но она как будто бы ужаснулась и отстранилась. Я удивился и посмотрел на нее, не понимая, что вообще происходит. Она немного замялась и вдруг сказала: -Там автобус скоро будет, - ее голос был таким приятным, если бы его можно было съесть, то он был бы со вкусом лесных ягод – пойдем, ты же не хочешь весь день гулять с чемоданом. Нужно в общагу заселиться, а потом я тебе все покажу. Поверь, в этой деревне есть где разгуляться. Я посмеялся над ее шуткой, и мы пошли ждать автобус. Даже автобусная остановка показывала всю красоту этой «деревни». Сидя на остановке и докуривая сигарету, я снова обратил внимание на ее губы. Теперь, они манили меня еще больше. -Олесь… Она вновь посмотрела мне в глаза. Не прерывая зрительный контакт, я потушил сигарету и вновь начал приближаться к ней. -Ой, вот и автобус! – я испугался от того, как резко она дернулась и выкрикнула эту фразу. К остановки подъехал большой белый автобус и из него сразу же повалил огромный поток людей. Она с силой схватила меня за запястье и потащила к автобусу. Откуда в этом маленьком комке радости было столько силы? Хоть автобус и был полон людьми, но никого из них я не замечал. Лишь Олеся была у меня перед глазами. Всю дорогу я любовался бы видами Москвы, но толкучка в автобусе не давала мне подобраться к окну. Приходилось любоваться иной красотой – Олесей. Она была так близко… Снова… Теперь я не мог упустить свой шанс! Я вновь потянулся к ней. Вот-вот! Уже сейчас! И… Автобус резко затормозил, и какая-то женщина с огромными пакетами толкнула меня так, что я шлепнулся прямо на больную спину, так и не поцеловав ее. Да что же это такое! После моего заселения в общагу мы отправились гулять. Да, действительно, деревня Москва огромной, действительно, есть где разгуляться. Все это время я не мог налюбоваться ей. И все больше мне хотелось поцеловать ее. Да я бы давно это сделал, если бы она не находила отговорки. Я уже начал подозревать, что она просто избегает этого поцелуя, но решил повременить до вечера со своим вопросом. Может, к тому времени все получится. Время уже было позднее. Мы стояли на мосту и смотрели, как красиво течет река Москва. Олеся без конца говорила, а я молча слушал и курил. Бросив окурок в реку, я вновь стал приближаться к ней. Она, уже который раз, отстранилась и уже хотела что-то сказать, но я опередил ее: -Что там? Утка по Москве плывет? Или щеночек таксы? Какую отговорку еще придумаешь? Ответь мне, ты вообще целуешься на первом свидании? -Я… -Что? Да или…? -Нет! Нет, не целуюсь? Это ты хотел услышать? От такого ответа отстранился уже я. Земля ушла из-под ног. Я пытался что-то сказать, но выдавить ничего так и не получилось. Я молча развернулся и направился к своей общаге. Она что-то кричала, но я уже не слышал ее. И тут мне на секунду подумалось: лучше бы ты оказалась Иван Иванычем…