Теперь ты Фортуна, чёртова Кочари

О Аллах, Исо Фортуна создали как её личную проблему — в этом она не сомневалась. То, как он взял её за руку, как мурашки пробежали по коже… Я честно забыла, как в тот момент дышать. Взгляд брата вернул меня в реальность. То, как он посмотрел — я чуть пеплом не стала у его ног. Но мой «муж», честно, имеет бессмертие или уже написал своё завещание — по-другому его поведение я объяснить не могу. Ещё так дерзко помахал рукой перед братом. Честно, когда-нибудь Адиль засунет его руку в блендер. Такой довольный, ещё и прошёл мимо брата походкой от бедра. Когда мы отошли, я вырвала свою руку из его ладони. — в конце концов отрежет твою руку — не выдержав, проговорила я. — Что будем делать? Как армейские друзья будем ходить? Мы же якобы влюблённые, — махал руками и строил влюблённое лицо. — якобы, Исо Фортуна, — возмутилась я и добавила: — не забывай! — это ты не забывай… Фадиме Фортуна. После его слов я запнулась и на секунду забыла, что хотела сказать. Ну уж нет, никогда я не буду Фортуна. Взяв себя в руки, проговорила: — будешь говорить Фадиме Кочари, — я приблизилась к его лицу и злобно прошептала. — мне наплевать, что в паспорте написано, я буду называть тебя Фадиме Фортуна… Вот же противный. Нет, Фуртунчик, этого я в жизни не допущу — не быть мне Фортуной никогда. Исо нашёл такси, открыл мне дверь позади водителя, а сам сел спереди. Больше мы не разговаривали, но напряжение между нами можно было резать ножом. Всю поездку я замечала, как он нервно крутит кольцо на пальце, и от этого сама прикоснулась к своему, слегка его прокрутив. Вот же — будто просто договорённость, брак на бумаге. Но каждый раз я думаю: если бы я не вышла за Исо, кто стал бы моим мужем? В мыслях не появлялось ни одного имени, но мой взгляд продолжал блуждать по виду за окном. С этими мыслями мы приехали к дому на плато. Я отвлеклась на сообщение в телефоне. — по-по-по… — удивлённо проговорила я. — а что такое? — Исо остановился и посмотрел на меня. — прокурор едет, он выдал ордер на обыск, — проговорила я и пошла дальше к дому. — пусть приходит, ваше мясо не контрабандное, верно? О Аллах, как же меня бесит тупость Исо. Я нервно проговорила: — он едет не из-за мяса, Исо. Он едет за контрабандой невесты и жениха, — сказала я, наклоняясь к его лицу. — ты нас имеешь в виду? — удивился Фортуна. — да, я имею в виду нас! Помнишь, в день заключения брака в Ташкепрю началась перестрелка? Даже твоего брата ранили. Милена Мыряно сообщила об этой перестрелке, а мы ведь до утра ждали Элени в участке. Поэтому прокурор едет, понял? — я говорила нервно, будто объясняла не взрослому мужчине, а маленькому ребёнку. — понял, — ответил Исо и пошёл дальше. Меня это взбесило, и я крикнула ему в спину: — Слава Аллаху, я ни одному из парней столько не объясняла! Исо после моих слов остановился и медленно повернулся ко мне. Размахивая руками, обратился: — кто эти парни? Эйюпхан? Сколько их? Кто это? Ааа? Он говорил нервно, будто пытаясь докопаться до правды. От его напора я впала в ступор и всё, что смогла выдавить: — никого. Но тут меня осенило: он постоянно спрашивал, есть ли у меня кто-то, но о себе никогда не говорил. И я спросила: — а у тебя? — у меня есть жена, капризная, но мы как-то справимся с этим, — он подошёл ближе и проговорил это мне в лицо. — костлявый! — я выплюнула ему эти слова в лицо. Я отошла от него. Меня всю трясло. Как же меня бесит этот костлявый Исо Фортуна… Но потом Ширин выбила меня из колеи. Она хочет, чтобы я приехала в особняк Фортуна. Ну уж нет. Этого точно не будет. И тут я предложила гениальную идею: пусть Исо придёт в мой особняк. Но этот противный проговорил: — Даже если мать меня отдаст, я не пойду, не смогу. Что мне делать в Кочари — это психопатка, будет ввязываться во всё подряд, драться, стрелять, а я что буду делать? Я буду вести хозяйство? Что мне делать? Он нервно расхаживал и махал руками. Меня рассмешила его реакция, и я проговорила: — а мне нравится эта идея. Мой ответ его окончательно взбесил. Исо проговорил: — долго будешь ждать. Ты приедешь в Фортуна, научишься цивилизации, станешь настоящей невесткой. Теперь уже меня это взбесило, и я проговорила прямо ему в лицо: — Да пропадёт пропадом ваша цивилизация! Он цокнул и отошёл. Ширин всё ещё настаивала и пригласила в дом. Там она показала своё свадебное платье. Меня будто бросили в холодное Чёрное море. Ну уж нет, я не надену платье Ширин. Как бы я её ни уважала, но Фортуна виноваты в смерти моих родителей. Памятное платье Ширин Фортуна этого не исправит. Пусть даже как символ. Я вышла в ванную, чтобы успокоить свои нервы.