the leaves on the trees whispering secrets of you and me

      Тео рассеянно проверяет текст, его мысли заняты пятью другими вещами, – точно ли дело, на которое Арджент прислал их сюда, связано со сверхъестественными явлениями, или это просто какая-то действительно причудливая человеческая выходка; что кондиционер в этом конкретном полевом офисе ФБР в Лос-Анджелесе настолько плохо работает, что это заметно; что если охотник из клана Калавера, которого Арайя отправил на помощь, в ближайшее время не разрешит их сексуальное напряжение с баристой напротив, никто из них никогда не сможет спокойно заказать ещё один латте – и поэтому он действительно не чувствует себя виноватым, когда его единственная реакция после нескольких долгих секунд замешательства, когда он смотрит на сообщение, это просто объявить:       — Думаю, меня только что позвали перепихнуться.       Дерек поднимает голову:       — Ты сказал “перепихнуться”?       — Ты думаешь? — спрашивает Малия.       Комната, которую для них нашел агент МакКолл, больше похожа на чулан, чем на конференц-зал. Тео поворачивает телефон так, чтобы его могли видеть и Дерек, и Малия, и наблюдает, как они оба наклоняются вперёд, чтобы прочитать сообщение, которое Тео открыл на экране. Несколько секунд они щурятся, пытаясь разглядеть написанное. Тео видит, как губы Дерека складываются в слово «что?», а глаза бегают, но именно Малия начинает задаваться вопросом:       — Этот эмодзи должен быть…       — Что ж, пожалуй, мне стоит разобраться, в чём тут дело, — громко заявляет Тео, избавляя всех от необходимости дослушивать эту фразу до конца. А если серьёзно, то он спрашивает: — У вас ведь всё будет в порядке?       Малия, которая уже потеряла к нему интерес, отмахивается, а Дерек говорит:       — Да, — а затем рассеянно добавляет: — Поздравляю. — и снова опускает взгляд на папку, которую изучал. — Или удачи, как получится, — бормочет напоследок, хотя явно перестал обращать внимание на происходящее и ему стало всё равно.       — Спасибо, — сухо отвечает Тео, накидывая куртку, и выходит; его окутывает влажный Лос-Анджелесский воздух.       К тому времени, как он добирается до дома Лиама, на улице уже стоит душная жара. Лиам распахивает дверь с диким взглядом, взъерошенный, всё ещё во вчерашней толстовке и спортивных штанах, и, честно говоря, выглядит удивлённым, увидев Тео. Потом, кажется, до него что-то доходит:       — О, слава богу, ты здесь, — он облегчённо выдыхает и, протянув руку, затаскивает Тео в дом за шиворот. На полпути он замирает, переводя взгляд на тяжёлый пластиковый пакет, который Тео держит в правой руке.       — Это от Delmonico? — благоговейно спрашивает он, а Тео, ухмыляясь, протягивает ему бутылку и говорит: — Да, я так и думал, что ты, наверное…       Но ему не дают договорить. Лиам протискивается в дверной проём, на этот раз обеими руками, и затаскивает его внутрь. Как только Тео оказывается в пределах досягаемости, он впивается в его губы поцелуем.       Тео издаёт удивлённый возглас – с текстом или без, он всё равно ожидал какого-то вступления, – но, честно говоря, он не то чтобы жалуется. Он аккуратно отодвигает в сторону их еду на вынос, а затем решительно делает шаг навстречу Лиаму, который продолжает тянуть его за собой. Лиам стонет и обнимает его за шею, уводя ещё дальше в квартиру, а другой рукой захлопывает дверь.       Сразу после этого он прижимает Тео к двери, и их поцелуй становится ещё более страстным. Тео резко вдыхает, когда язык Лиама облизывает его нижнюю губу, и пытается схватить Лиама за бёдра. Сумка с едой ударяется о его колено. Ругнувшись, Тео несколько секунд рассеянно стряхивает пальцы с ручек. Лиам недовольно вздыхает и прикусывает губу, пока Тео наклоняется, чтобы аккуратно поставить сумку на землю. – Я никуда не денусь, – обещает Тео, выпрямляясь, и запускает свободную руку в волосы Лиама, крепко обхватив его затылок.       Но такое положение дел длится всего полминуты – и, надо сказать, это просто сногсшибательно, – после чего Лиам резко отстраняется.       — Погоди секунду, — говорит он безучастно. — Я не поэтому тебе написал.       Тео косится на него.       — Это ... не так?       — Нет! — Оскорблённо восклицает Лиам.       — Тогда что-о! — начинает Тео, но вскрикивает, когда Лиам хватает его за запястье и тащит вглубь квартиры. Тео едва успевает развернуться и схватить временно оставленную сумку с едой от Delmonico, прежде чем его утаскивают.       Его бесцеремонно затаскивают в гостиную, где Лиам толкает его на диван.       — Так, — серьёзно говорит Лиам, отступая на шаг и выразительно разводя руками. — Итак. Битва при Геттисберге, верно? Это одно из самых известных сражений Гражданской войны, все знают битву при Геттисберге. Но! — внезапно восклицает он, буквально воздев в воздух обе руки с растопыренными пальцами, словно предъявляя важнейшее доказательство в какой-нибудь детективной истории. — Дело в том, что на самом деле всё началось не с битвы при Геттисберге. Всё началось, когда…       Тео сидит на диване, держа на коленях тарелку с ужином, и молча смотрит на него с восхищением.       Он всё ещё здесь, хотя и забился в угол дивана, а остатки их с Лиамом ужина разложены на кофейном столике. Лиам спит у него на коленях. Одна его рука лежит на спине Лиама, между лопатками, и он чувствует, как бьётся его сердце, этот ровный тук-тук, по которому он машинально отсчитывает время, пока на экране телевизора идёт какое-то случайное шоу. Он и сам уже почти заснул, но всё равно вздрагивает, когда заканчивается очередной эпизод и автовоспроизведение стримингового сервиса начинает обратный отсчёт до следующего эпизода в очереди. Это один из сериалов, которые они с Лиамом смотрели вместе, и он точно знает, что Лиам убьёт его, если он будет смотреть без него.       Он нащупывает пульт, нажимает назад, снова назад, чтобы вернуться в главное меню. Он найдёт посмотреть что-нибудь другое.       Но как бы он ни старался не потревожить Лиама, этого оказалось недостаточно: Лиам хмурится, уткнувшись в его бедро, бормочет что-то невнятное, а затем медленно открывает глаза. Сначала он, кажется, не понимает, что у него перед лицом, но потом, слегка приподняв голову, смотрит на Тео и улыбается – такой мягкой и непринуждённой улыбкой, что Тео с трудом сдерживается, чтобы не протянуть руку и не провести большим пальцем по его губам.       — Эй, — хрипло произносит он.       — Эй, — бормочет Тео в ответ, поглаживая Лиама по спине.       Лиам вздрагивает и выгибается, уткнувшись лицом в бедро Тео, и издаёт жалобный стон. Затем он медленно выдыхает и снова погружается в сон, а Тео мягко улыбается ему и переводит взгляд на экран.       Вот только Лиам внезапно вскакивает.       Это настолько неожиданно, что он чуть не врезается в подбородок Тео макушкой. Только благодаря давно выработанным рефлексам Тео издаёт удивлённый возглас и отшатывается, и удар не попадает в цель. Лиам этого не замечает. Он смотрит на Тео, стоя на четвереньках и широко раскрыв глаза, а затем начинает подниматься на ноги.       — Чёрт. Чёрт, — ругается он. — До экзамена осталось восемь часов, мне нужно!..       Тео отбрасывает пульт в сторону и хватает Лиама за лицо, не давая ему встать.       — Лиам, — твёрдо говорит он, и Лиам замирает. Тео ослабляет хватку, смотрит ему прямо в глаза и спрашивает: — Какой приказ Ли отдал Юэллу, из-за которого, по мнению историков, Юг потерпел поражение в битве при Геттисберге?       Лиам тут же отвечает.       — Захватить Калп-Хилл, если это будет возможно.       Тео хмыкает.       — И сколько мирных жителей погибло в этом сражении?       — Одна, — без промедления отвечает Лиам. — Дженни Уэйд, в которую попала шальная пуля, когда она месила тесто на кухне.       Тео криво улыбается и отпускает его.       — Думаю, ты готов, — мягко замечает он.       Лиам падает на диван и стонет.       Приходится поднажать, но в конце концов Тео удаётся поднять его и отвести в спальню. Он размышляет, не стоит ли заставить Лиама принять душ – одноклассники Лиама наверняка были бы ему благодарны, – но быстро отказывается от этой идеи, потому что почти на девяносто процентов уверен, что всё закончится тем, что Лиам окажется на полу. Вместо этого он заталкивает Лиама в ванную, чтобы тот почистил зубы, потом ведёт его в спальню, чтобы тот хотя бы переоделся в другие спортивные штаны и футболку, и, наконец, укладывает его на кровать.       — Я сейчас вернусь, — говорит он ему после того, как Лиам сонно забирается в постель – их объедки всё ещё разбросаны по кофейному столику в гостиной, твёрдо стоя перед его мысленным взором, – но Лиам просыпается достаточно, чтобы возразить и протянуть к нему руку. Ему удаётся ухватить Тео за рубашку, и он жалобно дёргает за неё, пока Тео не сдаётся и не забирается к нему.       Он ложится на спину и замирает в ожидании. Он почти уверен, что Лиам перевернёт его на другой бок и прижмётся к нему спиной, но Лиам его удивляет: он притягивает Тео к себе и переворачивается так, что Тео оказывается прижатым к его спине. Тео моргает, но его реакция автоматична: он уже обнимает Лиама за талию и прижимается коленями к его согнутым ногам, прежде чем успевает осознать, что произошло. Дыхание Лиама почти сразу выравнивается, и он погружается в глубокий сон.       Тео закрывает глаза и с минуту просто слушает его, а потом тоже погружается в сон. На следующее утро он просыпается первым, и не случайно. Лиам сонно ворчит, пытаясь высвободиться, но успокаивается, когда Тео наклоняется и начинает бормотать ему на ухо какую-то бессвязную чушь. Тео несколько секунд просто смотрит на него с глуповатой улыбкой на лице, которую он может почувствовать, а затем, тихо закрыв за собой дверь, выходит из спальни.       Он начинает с того, что убирает остатки еды в гостиной. Закончив с этим, он идёт на кухню, включает конфорки на миниатюрной плите и, пока они нагреваются, пытается вспомнить, куда Лиам, Мейсон и Кори засунули маленькие многоразовые капсулы для кофемашины. Он находит их в наборе мерных стаканчиков в случайном ящике и долго смотрит на стену, прежде чем покачать головой и достать большой пакет с молотым кофе из одного из шкафов. Молоко в холодильнике просрочено, но с яйцами всё в порядке, а в морозилке Тео находит упаковку английских маффинов, которую кто-то засунул туда и совсем про неё забыл. Он приступает к делу.       Он сидит за кухонным столом и пьёт вторую чашку кофе, когда из комнаты вылетает Лиам, буквально излучая панику.       — Чёрт. Чёрт, — восклицает он, хватаясь за свои и без того – всё ещё? – растрёпанные волосы. — Экзаменационный зал на другом конце кампуса, мне нужно… — Тео протягивает Лиаму завёрнутый в бумажную салфетку сэндвич с завтраком, и тот рефлекторно выхватывает его, бормоча на ходу: — Трёхдневные бои, около пятидесяти тысяч погибших. Ли надеялся выиграть сражение к северу от линии Мейсона-Диксона, чтобы заставить…       Мейсон и Кори выходят из своей общей комнаты как раз в тот момент, когда мимо них проносится Лиам. Мейсон несколько секунд озадаченно смотрит ему вслед, а затем поворачивает голову и смотрит на Тео.       — Экзамен по истории? — с иронией предполагает он, и Тео поднимает брови, печально улыбаясь.       Они начинают суетиться, готовясь к своим урокам, но вскоре замечают, что в воздухе всё ещё витает необычный запах.       — О, ты приготовил?.. — с надеждой спрашивает Кори, а Тео отвечает: «В микроволновке», – и терпит, пока сначала Мейсон хватает его за лицо и смачно целует в щеку, а потом Кори с благодарностью пожимает ему руку.       Вскоре они тоже уезжают в кампус, оставляя Тео одного в квартире. Он мог бы вернуться в Лос-Анджелесский офис ФБР, чтобы встретиться с Дереком и Малией, но дело не такое уж срочное – просто странное, – да и к тому же, он достаточно хорошо помнит материалы дела. Он роется в беспорядочных кучах школьных принадлежностей в квартире, пока не находит блокнот – судя по почерку, принадлежащий Кори, – и карандаш, и начинает записывать свои обрывочные идеи, пытаясь понять, из чего может получиться реальная зацепка.       Через несколько часов он делает перерыв, чтобы принять душ и что-нибудь съесть, и надевает одежду Лиама, потому что свою с собой не взял. Он как раз заканчивает простой обед на кухне, когда входная дверь с грохотом распахивается и на пороге появляется Лиам с таким же безумным взглядом, как и прошлой ночью. Тео смотрит на него и думает: «Что, у него ещё один экзамен?» Но это не объясняет, почему Лиам в несколько длинных шагов пересекает квартиру, поднимает его со стула, крепко сжимая пальцами воротник Тео, и прижимается к его губам и целует.       — Хм, — разумно произносит Тео, когда Лиам отстраняется.       — Ты, ты, — просто говорит Лиам, и это ничего не проясняет. — Ты просто появился здесь, — наконец, взрывается он, — и устроил всё это, а я даже не... Ты даже не…       Он бросает попытки что-то объяснить и снова прижимается к его губам. О, всё ещё думает Тео, понимая, что происходит, но винит во всем поцелуй, из-за которого он вздрагивает и растворяется в руках Лиама, обхвативших его лицо. Кажется, это задевает Лиама: он издаёт громкий звук, шарит рукой за спиной Тео, натыкается на его стул, с грохотом отодвигает его в сторону и начинает отводить Тео назад, в сторону его спальни.       Дверь за ними тут же захлопывается.       Спустя какое-то время Тео резко просыпается в постели Лиама и, не понимая, что его разбудило, оглядывается по сторонам. Лиам смущённо смотрит на него, его рот приоткрыт, а на языке вертятся ругательства, которые он прикусил, наступив на собственный рюкзак, набитый учебниками. Он показывает пластиковый пакет, который держит в руках.       — Голоден? — спрашивает он, и Тео голоден, особенно потому, что по форме и запаху контейнеров в пакете, который держит Лиам, он понимает, что это из того самого отвратительно маленького и вечно заполненного кафе в кампусе Лиама, очередь в которое, по опыту Тео, никогда не занимала меньше двадцати минут. Он садится, когда Лиам подходит к кровати, и простыни и одеяла сползают ему до пояса.       — О, — Лиам останавливается у края кровати. — И ещё... — он несколько секунд возится с сумкой и достаёт из одного из задних карманов что-то, что оказывается запотевшей стеклянной бутылкой настоящей мексиканской газировки – той самой, к которой Тео безнадёжно пристрастился во время их последней совместной миссии с кланом Калавера. Тео удивлённо смотрит на бутылку, а потом на Лиама.       — Сколько разных магазинов тебе пришлось обойти, прежде чем ты её нашёл?       Лиам ухмыляется, приподнимая уголок рта и просто отвечает:       — Несколько.       Тео вглядывается в его лицо.       — Тебе не нужно было этого делать, — тихо говорит он в итоге.       — Да, — соглашается Лиам, и его ухмылка становится мягче. — И тебе тоже.       Тео смотрит на него. Лиам невозмутимо оглядывается, затем произносит: «А!» – и протягивает сумку Тео, который машинально её берет, а сам наклоняется, чтобы взять с тумбочки ноутбук. Затем он забирается на кровать, задевая Тео коленом, открывает ноутбук и разблокировывает его.       — Следующий эпизод? — спрашивает он, открывая сериал, который они смотрели вчера вечером и который Тео остановил.       Тео всё ещё держит в руках газировку и ужин, за которыми сходил Лиам. За которыми он сходил для него. Он ещё мгновение держит их в воздухе, потом опускает голову, улыбается про себя и начинает раскладывать их на кровати между ними, говоря Лиаму:       — Да. Да, звучит неплохо.