Зелье Темных Желаний
16 февраля 2026 г., 13:17
«…посему Зелье Темных Желаний заключает в себе силу, которую волшебник пытается подавить в себе. Порочную, неприглядную, злобную. Зелье запрещено конвенцией о защите от темных магических способов подавить волю, потому что способно пробудить в человеке монстра: все самое низменное, грязное и бесчеловечное. Иные же полагают…»
— Что так можно весело подшутить над другим учеником, — процедила МакГонагалл, перелистнув страницу «Компендиума Темных эликсиров и зелий для светлых магов». — Это не я, — пожала плечами Джинни, стоя возле профессорского стола. Она мрачно уставилась в тлеющий камин. — Просто знайте, что сейчас не те времена. Мисс Уизли, я не накажу вас за баловство в стенах школы. Если вы без особого умысла… — Да я бы никогда и не подумала, что Невилл вообще рискнет попробовать алкоголь. Понимаете? Раздалось цыкание и вздох. Профессор МакГонагалл послала поверх очков тяжелый взгляд лежащему на диване. Невилл почувствовал взгляд и шмыгнул носом, но не от слез, а крови. «Как интересно. Всю жизнь прожить с бабулей, но не уметь нравиться старушкам» «Заткнись», — подумал Невилл. Фингал болел, но Невиллу было плевать. Сегодня он впервые дал сдачи, хотя вообще-то теперь слизеринцы неприкасаемы — все под покровительством Пожирателей. — С чего вы взяли, что это именно Зелье Темных Желаний или как там? — уточнил он. — Не поверите, Долгопупс. На обратной стороне указан состав. — Темное и сложное зелье, работа не школьника. Вряд ли Слизнорт, да и зачем. Может, Снейп? — приподняла бровь Джинни. МакГонагалл покрутила в руках таинственный подарок. Убийца, предатель. Темный Лорд захватил Хогвартс благодаря Снейпу. Да, в подлости текущего директора сомневаться не приходилось. Но не крутился же он с рождественской упаковкой, примеряя к бутылочке вина с зельем праздничную ленточку или насыпая конфетти в виде оленей. И с какой стати вообще указывать, что именно подливаешь в напиток простодушному Долгопупсу? Тем временем Невилл смотрел в потолок, а в голову лезли интересные мысли. Странные картины. Северус Снейп. Столкнись он сейчас лицом к лицу с ним, все было бы по-другому. С одиннадцати лет профессор внушал ему ужас, но теперь отвращение смешивалось с недоумением. Откуда у профессора было столько власти над ним? — Тупая попытка, профессор Снейп, — проговорился вслух Невилл, но прозвучало комично. «Лучше так. Эй, грязноволосый ублюдок, пожуй корень добрянки. Рождество как-никак: время срать разноцветными блестками!» Невилл не смог подавить приступ хохота. Джинни и МакГонагалл переглянулись. — Бессмыслица, — поджала губы Джинни. — Снейп что, типа, хочет сделать послушных тупых зомби? — Это я похож на послушного тупого зомби? — огрызнулся Невилл. Джинни закатила глаза. Невилл смотрел, как она скрещивает руки на груди. В отсутствии Гермионы она становится все более занудной и вредной, чем есть на самом деле. — Мистер Долгопупс, — МакГонагалл сняла очки и потерла переносицу. — Если бы мисс Уизли благоразумно не вмешалась в драку, вы могли бы провести ночь вне Хогвартса. — В компании снеговиков? — Он рывком поднялся с дивана и пошел к двери. — Мистер Долгопупс. Невилл запрокинул голову и почти взвыл. «О, у меня идея! Твой добрый дух Рождества поможет. Повторяй за мной…» — Прошу прощения. Профессор. Джинни, — собранным голосом начал Невилл. — Я вел себя неосмотрительно. Раз зелье будет действовать еще сутки, мне следует пойти и выспаться. Так я и сделаю. Лица Джинни и МакГонагалл выражали непробиваемую женскую подозрительность. — Джинни, спасибо, что выручила. Джинни повела плечом и кивнула. — Профессор, я постараюсь держать себя в руках. Такого больше не повторится. МакГонагалл снова надела очки. «Молодец. Ну давай, не скупись. Скажи, что они ей идут» — Вам идут эти очки, профессор. — Идите спать, Долгопупс, — перебила она. «Вы мне приснитесь?» — Вы мне приснитесь…? — глупо хихикая, повторил Невилл. — Я еще могу назначить вам наказание, — предупредила профессор. «Буду ждать…» — Буду ждать, — улыбнулся Невилл. «...моя морщинистая красотка-декан» — Моя морщинистая красот… Невилл зажал себе рот и вылетел из кабинета. Прогулка по замку была бы еще более уныла и безрадостна, если бы не новый друг в голове. Зима основалась в Хогвартсе, из окон лился белый свет. До горизонта все вокруг утопло в снегу. Невилл спустился по лестнице. В Большом зале было пусто. Хагрид не принес елку, а профессор Флитвик не нарядил волшебными блестящими игрушками рождественское дерево. На месте надежды и чуда зияла пустота. «Все знают, что Хагрид днем и ночью пьяный. От него вечно несет. А зимой его не видать, да? Только представь, если он припрется, переодевшись в Санту, и пойдет по замку впаривать школьницам праздничный кекс. Ха-ха. Кекс!» — Да хватит уже, — устало оборвал Невилл. Нетрудно догадаться, о чем думают, что чувствуют все в замке. Даже Джинни осунулась, больше не шутила и не тренировалась в квиддич, а только смотрела в окно. Как и ребята с их курса и многие другие студенты. Внутри Хогвартса не жила надежда. Она жила где-то далеко. В гостинной Гриффиндора радость слышалась только когда все делились версиями, когда же вернутся Гарри, Рон и Гермиона, с чем они прямо сейчас сражаются за нас всех, нашли ли способ победить Темного Лорда. От такого трепа всем было легче, несмотря на то что жизни нескольких сотен молодых волшебников и волшебниц будто остановились и стали принадлежать злой воле. Невилл вышел из-за угла и заметил в конце коридора, как слизеринцы заколдовали обувь Филча. Смотритель чертыхался, падал, грозил сухим кулаком, но ничего не мог сделать. «Ой, брось ты. Он не заслуживает жалости» Невилл юркнул обратно за стену. Сегодня ему и так уже едва не прилетело за стычку со Слизерином. Профессор МакГонагалл вообще-то права. Если не успокоиться, можно натерпеться такого, что потом не восстановишься. Каждый студент в ужасе от одной мысли о подарках Пожирателей Хогвартсу. Особенно Кэрроу от них в восторге. Долбанные снеговики. Филч тем временем взвыл. Кажется, в очередной раз повалился на пол, и его стариковская лодыжка или колено хрустнуло. Слизеринцы стали подвывать ему в унисон и ржать. «О, помнишь на третьем курсе он пнул тебя под зад за то, что ты случайно наступил на хвост его драной миссис Норисс? Козёл». — Знаешь, я бы предпочел лучше вернуться в то время. «Тютя» Чтобы не нарваться на неприятности, Невилл решил добираться до гостиной Гриффиндора обходным путем. Пока он тащился, изучая носки своих старых ботинок, его не покидала мысль, что он не помог Филчу и не обратился за помощью хотя бы к МакГонагалл. Не захотел видеть её беспомощность. Еще в сентябре на трансфигурации она попыталась сделать замечание Слизерину. Через час она вышла из директорского кабинета следом за глумливо переглядывающимися Алекто и Амикусом Кэрроу, преподавателями Темных искусств. Шла ровно, с прямой спиной и нервно сжатыми губами. Больше она не говорила слизеринцам ни слова. Невилл догадывался, что ей сказали. МакГонагал предпочла остаться со своими учениками, а не бросить их Пожирателям с концами. А еще однажды один из Пожирателей, который порой захаживал погостить в Хогвартсе и Хогсмиде, плюнул ей в лицо, когда она сделала ему замечание. Невилл помнил потрясенные лица Симуса, Парвати, Лаванды и всех остальных. Впереди раздались чьи-то рыдания и тревожные голоса. «Боже, давай просто пройдем мимо, завалимся в комнату и сыграем сами с собой в волшебные картишки» — Моя сестра умрет там. УМРЕТ! — рыдала девушка в коридоре. Невилл припоминал, что она младше на курс. Кажется, Сьюзен. В коридоре стояла группа студентов Пуффендуя, которые обступили плачущую девушку. «Конечно, Сьюзен. Неплохие сиськи» Невилл шикнул на Голос и подошел к плачущей девице. — Что случилось? Наказали сестру? — Моя фамилия — Смит. — О, ясно. Эм… — потер шею Невилл. Этим утром пришла весть, которую торжественно пропела Алекто на завтраке. Почетного волшебника Уильяма Смита, надежного и честного, улыбчивого и сильного капитана мракоборцев, запытали до смерти и объявили об этом всей магической Британии. — Люси не смогла слушать, как об этом вещает Кэрроу на уроке, — слеза покатилась по щеке. — Они рассказали, как в конце папа умолял убить его, плакал, как его рвало и он в агонии… Папа был нашим героем. Был самым сильным из всех, кого я знаю. И его убил Темный Лорд. А теперь Кэрроу расправятся с его младшей дочкой. Вместе со Сьюзен стояли знакомые или сокурсники, но немного погодя они, бросив пару слов сочувствия, похлопали по плечу и виновато удалились. Ничего удивительного. Ни декан Пуффендуя, ни остальные преподаватели ничего не смогут сделать. Студентов выцепляют поодиночке и карают за незначительные проступки, чтобы держать остальных в страхе. Остался только Невилл. Не выдержав, он разразился непристойными ругательствами. Сьюзен вытерла слезы, размазав их по симпатичному личику. «Когда появится возможность, надо запытать так Пожирателей!» — рыкнул Голос. — Как же хочется отрезать башку этим Кэрроу! — рыкнул Невилл. Сьюзен сглотнула и заозиралась по сторонам. Из-за угла вот-вот могли появиться слизеринцы и рассказать Кэрроу: брат и сестра жестоко наказали бы за такие слова. Они помолчали пару мгновений, пока Голос в голове Невилла подсовывал ему картинки могущества, собственноручных карательных пыток, агонии Пожирателей и их сопливые мольбы. Потом Сьюзен сделала шаг к нему, не отрывая взгляд. — Я знаю, это безнадежно… Но вдруг есть шанс. Я подумала, что если вытащить её, пока Кэрроу не заметили? Может, есть шанс отсидеться в безопасности. — Неплохая идея. — Ты поможешь мне? — Да. — Ты не боишься? — «Боюсь»? Я на Гриффиндоре что, просто так семь лет торчу? — проворчал Невилл. Сьюзен зачарованно смотрела на него. Словно её тащило в болото отчаяния, и парень перед ней единственный, за кого она могла ухватиться. Она и схватила его за руку. Невилл почувствовал, как его плечи расправились, а дыхание сбилось. — Ты правда поможешь? — прошелестел шепот Сьюзен так близко. Невилл не понял, как-то само собой взгляд опустился к дрожащим губам, к шее и ниже… «Ну наконец-то», — усмехнулся Голос, пробегаясь по воспоминаниям Невилла. «Не пойму, зачем ты всегда пытался дружить с девочками. Пустая трата времени. Нужно решительнее. Им так нравится. Иначе навсегда останешься просто добреньким другом» — Разумеется, — ответил чужой голос прямо из рта Невилла. Голос уверенного парня, с которым девушки не прочь поцеловаться за теплицей профессора Стебль. — Говорят, что её повели в пещеру к чудовищу. Cпаси её. Нужно успеть до заката. «Слушай, а далековато бежать…» — Я отрежу чудовищу башку. «Браво» Невилл сорвался с места и побежал за курткой. В голове стояла картина, как он несет на руках Люси Смит, как Сьюзен бросается к нему на шею, не веря своему счастью. Вихрем ворвавшись в спальню, Невилл схватил одежду и понесся к западному выходу из замка, на бегу просовывая руки в рукава. «Вау. Бабушкин внучек. Варежки на резиночке» — Отстань. Так практичнее, — обиделся Невилл. Он побежал вдоль леса, по дороге к озеру. Снега было навалом. Вдруг показались слизеринцы, из старших. Чьи родители примкнули к Волан-де-Морту. Невилл решил обойти, скрывшись за соснами. Группка слизеринцев прошли мимо. Невилл выдохнул и продолжил путь. — Эй ты! Стой! Невилл ускорил шаг. Вслед полетели ругательства и кое-что похуже. Невилл надеялся, что еще чуть-чуть и им надоест его преследовать. — Остолбеней! Невилл почувствовал, как в спину ударила кувалда. «Нет!» — успел подумать Невилл. «Счастливого Рождества» — изрек Голос.***
Холодно, как в могиле. Промерзшая земля. Заколдованный Невилл пролежал больше часа на ней, словно на камне, и наконец почувствовал спадающее онемение. Он наблюдал закат, как тьма потихоньку опускалась на Хогвартс, как в окнах зажигался свет. Когда действие заклинания закончилось, Невилл вскочил на ноги и понесся к замку («еще есть, еще есть время, ну же»). Стал кричать, звать в окна друзей или хоть кого-нибудь. Но чары берегли обитателей замка в блаженном неведении. «Не ори ты! Ясно же, что не услышат и не откроют» Невилл выругался и затих. Слизеринцы оставили его прямо на улице. Если он выживет этой ночью, то во что бы то ни стало придумает способ отомстить им. Вдруг возникло странное ощущение. Невилл напрягся и замер. Здесь был еще кто-то. Этот кто-то наблюдает за ним, понял он, и заозирался по сторонам. На фоне черного леса вдалеке тихо белел силуэт. «О, черт. Черт, черт, ЧЕРТ!» Невилл пригнулся и стал обегать замок. Незаметно, тихо, главное не сбить дыхание. Когда обернулся вновь — силуэт уже исчез. Невилл затормозил. Куда же тот подевался? «СЛЕВА!» — заорал Голос. Невилл задрожал со страшной силой. Действительно. Снеговик. Теперь Невилл пристально следил за застывшим существом в сотне шагов от себя, переместившееся, пока он отвернулся. Оно не двигалось. Невилл решил, что в самом крайнем случае просидит ночь, уперевшись в стену замка спиной. Снеговик не сможет его достать, если только Невилл не уснет. «А моргать ты не собираешься?» — съязвил Голос. Невилл прижал ладонь ко рту, задержал дыхание и медленно моргнул пару раз. С каждым мгновением, пока глаза оказывались закрытыми, снеговик приближался на парочку метров. Все тело Невилла сотряслось дрожью. — Их несколько, — прохрипел в панике Невилл и кивнул справа. — Там еще один. «Если просто стоять, тебе крышка, парень» Невилл летел вдоль замка, терся спиной о каменные стены и смотрел, смотрел не моргая. Отбегая и оставляя снеговиков как можно дальше, он позволял себе моргнуть, делая это с нажимом и нервно: отслеживал, как быстро приближались снеговики. С неба посыпались пухлые снежные хлопья. Видимость почти нулевая. Невилл случайно поднял голову и вновь опустил. Оказалось, один из снеговиков настиг местечко возле стены замка, где буквально недавно пробегал Невилл. Прошиб пот, дыхание сбилось. Невилл чувствовал боль в груди оттого, как бешено колотилось сердце. Снеговики оказались живыми снежными статуями Пожирателей Смерти, покрытыми слоем магического льда. Зимние забавы, новогодние подарки служителей Волан-де-Морта. О появлении снежных убийц узнал весь Хогвартс, когда Ковен Броуди, покалеченный на уроках Кэрроу, решил броситься прочь из школы, скрыться по тропе до железной дороги и оттуда в Лондон. Отчаянный, фантастически дурацкий побег обернулся трагедией. Тело, истерзанное, измученное, нашли наутро по дороге к станции, а учеников уведомили, какие мучения ждут каждого, кто решится покинуть территорию замка без разрешения. Начиналась пурга. Это просто снег, решил было сначала Невилл, но Голос доходчиво напомнил, что на черном звездном небе только что не было ни облачка. Потом налетел порыв ветра и обрушилась такая буря, что не было видно ни неба, ни замка, ни леса, ни того что в паре метров перед тобой. Смех. Раскатистый безумный женский смех. Льдинки врезались в кожу и глаза, Невилл не мог передвигаться в полный рост, иначе сносил ветер. Снега под ногами с каждой минутой наваливало так много, что не только бежать, хотя бы идти становилось невозможно. Смех. Невилл слышал этот проклятый смех снова и снова в пурге, и это была Беллатриса Лестрейндж. Невилл видел её статую то здесь, то там. Она играла, скалилась снежной улыбкой и наблюдала, как он погибает посреди снегопада. В отчаянии Невилл направил на снеговика палочку и попытался отбиться, но не тут-то было. Зачарованная снежная статуя отразила заклятие, и оно сбило Невилла с ног. Он лежал и чувствовал, как его засыпает снегом. — Я хочу спать, — испугался Невилл. «Ну, прощай», — бросил Голос и исчез. Силы были на исходе. Но Невилл внезапно почувствовал под собой что-то твердое, на что можно опереться. Не то ствол дерева, не то камень. Перебирая руками из последних сил все выше и выше, он поднялся на ноги, опираясь на спасительное препятствие среди бесконечного ночного бурана. Перед ним — замерзший человек, никто иной как… Невилл закричал и вскинул палочку. Невербальное заклятие отскочило от снеговика и расплавило сугроб, куда Невилл бросился не раздумывая. Еще один чертов снеговик. Это была снежная, твердая, покрытая блестящей ледяной коркой статуя профессора Снейпа. — КТО-НИБУДЬ! ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! Пурга убивала. Она была ловушкой, из которой не выйти живым. Куда бы Невилл ни бежал, статуя Снейпа являлась всюду. Снова и снова. Везде его взгляд. Статуя сводила с ума. Невилл чувствовал, что именно этот взгляд следил за ним, что от него не скрыться. Казалось, он снова на первом курсе, все так же, как прежде, больше всего на свете боится Снейпа. Боится, что будет умирать под его тяжелым пристальным взглядом, полным равнодушного зла. В конце концов Невилл почувствовал ледяной удар в спину и повалился лицом вперед. Кажется, ему больше не встать. Это конец. Вдруг пурга утихла. Вернее, осталась позади, завывая и неиствуя. Невилл из последних сил еле поднялся из сугроба, вертя головой, и обнаружил себя в кругу из свечей. Хижина Хагрида! Невилл обернулся и в ужасе отполз: перед ним стояла статуя Снейпа. — Я тебя не боюсь, — прошептал Невилл и почувствовал, что плачет. Он вспомнил, как бабушка рассказывала ему в детстве, что демоны не могли проникнуть на территорию церкви и освященного жилища. Снеговики не приближались к хижине, не заходили внутрь круга из фонарей. «Господи, плевать на Снейпа, он ничего не сделал. А вот Лестрейндж… Если выживем, на твоем месте до весны я бы не показывал и носа на улицу. Уж точно пока снег не растает» — Закрой рот, трусливый черт. Я там чуть не сдох, а тебе и дела не было. «Ой-ой, подумаешь. Обиделся», — пошутил Голос, но как-то неуверенно.***
Пока дрожащий Невилл грелся и попивал грог возле камина, Хагрид утирал слезы платком размером со скатерть и рассказывал про жизнь рядом с этими тварями. — То есть, правда мертвецы? — не понял Невилл. — Я думал, ужас, вдруг кто-то из учеников. Наклоняюсь, а это папка мой. Такой маленький, грустненький. Замерзший. У меня сердце сжалось. А потом он вцепился в шарф и волочился, пока я бежал оттуда. Пришлось шарф отвязать и наутек. Не папаша то мой был, а гадкие уловки Долохова, то бишь его снежного братца-близнеца. Ну а так. Возле озера проклятые снежные Кэрроу, чтоб им самим под этот лед провалиться и утопиться. Ну, с Лестрейндж ты познакомился. — Мне нужно пройти к пещере чудовища, туда вечером отвели второкурсницу. Наказывают за то, что скорбит по отцу. Смит. Может, слышал. Хагрид выпил до дна огромный стакан-бочку грога и разрыдался, как ребенок. Невилл стал его успокаивать. Это было нелегко. В конце концов Хагрид пришел в себя. Невилл тем временем набросал на завалявшемся возле камина листке пергамента карту с примерными охотничьими угодьями снежных гомункулов. — А Снейп? Что с ним? — Заманивает, путает, мешает. Словно попадаешь в лабиринт. Но, знаешь, я ведь лесничий. Что-что, а находить дорогу по звездам, ветру, просто наитию я могу. Провел я Снейпа, хоть и пропетлял в ловушке будь здоров. Всё огоньки помогали. — Огоньки? — Да-да. Иногда зазеваюсь, иду из леса, опять эта чертова метель начинается… И тут вижу, как то тут, то там огни, как фонарь со свечой. И вроде какой-то силуэт, сначала путал со снеговиком. Это духи зимы, а может, сущности из Запретного леса вылезают. Все же я забочусь об их доме. Вот и они помогают мне найти дорогу домой. Чем дальше, тем сильнее тяжелели веки Хагрида. В один момент он перестал отвечать на расспросы, привалился к стене и мирно захрапел, как огромный бородатый младенец. Невилл представил, каково это, каждую ночь проводить в окружении снеговиков. Рубеус Хагрид не боялся трехголовой собаки, драконов, огромного паука и его потомства. Но эти твари Пожирателей… Воистину, самые страшные чудовища это вовсе не звери. Невилл чувствовал, что чем дольше тут остается, тем больше гаснет решимость. Он посмотрел на часы над камином. Полночь. Люси Смит уже пару часов в пещере чудовища. И если она еще жива, Невилл обязан прийти к ней на помощь. Потому что кому как не ему ощущать, что значит остаться беззащитным наедине со здешним злом. «Напомни, с какой стати тащиться на улицу снова — хорошая идея?» Невилл вышел на улицу и выдохнул облачко пара. Черное небо переливалось звездами. Дьявольская вьюга Беллатрисы исчезла, но создала другую проблему. Все вокруг было завалено горами снега. Невилл вспоминал заклинания, чем можно протоптать тропинку. «Не мое дело, но может реквизируешь лыжи великана?» Невилл послушался и вернулся за ними в хижину. Теперь он рассекал на огромных лыжах, которые приходилось направлять палочкой. Боковым зрением видел снеговиков. Статуи присматривались к нему. Он отслеживал, как позади то тут, то там возникал небольшой снежный торнадо. Беллатриса не успокаивалась, пытаясь догнать. «Только не свались. Только не свались. Умоляю», — визжал Голос. — Что-то ты стал совсем нытиком, — храбрился Невилл, удовлетворенно слушая, как Голос продолжил плеваться ядом и визжать со страху. Впереди показалось белое озеро, покрытое льдом. Луна освещала снежную долину. Невилл стал съезжать к пещере, оборачиваясь позади себя. Там остался замок и змеевидный след от лыжни. Снеговиков не было видно. Может, отстали? Вдруг он увидел прямо перед собой откуда ни возьмись маленький силуэт и затормозил. Неловко шлепнувшись, он поднялся, осветил путь перед собой и разглядел Люси Смит. Её губы беззвучно шептали, она почти падала, обнимая руками свое тело в попытке хоть как-то согреться. — Ты сбежала! Люси! Я Невилл, меня отправила твоя сестра, я тебе помогу. Сейчас, сейчас. Невилл заметался. После падения лыжи отъехали на несколько метров. Утопая в снегу, он наконец достал их и развернулся обратно к Люси. Сейчас они встанут на них вдвоем, благо великанский размерчик подходит как раз для такой затеи. — Ты спасешь меня? — раздался жалобный шепот прямо возле уха. Невилл дернулся от неожиданности, так и не почувствовав тепло дыхания ребенка. Люси Смит с синим лицом и почерневшими губами переместилась прямо к нему, не оставив позади себя следов. Невилл закричал, а девочка нахмурилась, вцепилась ему в куртку и стала тоже кричать ему в лицо, словно передразнивая. Невилл не мог свободно передвигаться в этой толще снега, Люси придавливала и царапала ему лицо. — Остолбеней! — ткнул палочкой Невилл ей прямо в грудь. Люси отшвырнуло в сторону. Невилл с ужасом увидел поодаль снежный силуэт. Еще немного, и он будет здесь. Невилл в панике стал расшвыривать перед собой снег, боясь, что вот-вот ледяная рука схватит его за плечо, вот прямо сейчас. Он стал остервенело взрывать перед собой сугробы, и вдруг до него дошло. — Акцио лыжи! Ругая себя на чем свет стоит, он бухнулся на лыжную доску прямо задницей и понесся вниз со склона к озеру к пещере. Волосы стояли дыбом. Когда он повернул голову, статуя Долохова оказалась в паре шагов и злобно скалилась. Лыжная доска унесла Невилла со скоростью ветра вниз, и там он кое-как попытался затормозить, слетев с неё, но тут же поднявшись на ноги. Он весь дрожал, но не от холода. Снеговик Долохова пропал. Это была не Люси, а его ловушка, убеждал себя Невилл. — Я иду. Люси, я иду. Невилл увидел, что пещера совсем близко, и побежал. Слой снега под ногами оказался совсем небольшим. Тогда Невилл догадался, что случайно выехал на замерзшее озеро. Стоило об этом подумать, как на освещенном лунным светом снеге появилась тень. — НЕТ! Он обернулся, продолжая бежать. Алекто Кэрроу в ледяном обличии застывшей статуей тянула руки. На берегу ее брат перемещался все ближе, Невилл отчаянно старался не упускать их из виду, пятясь и стараясь не моргать и не отворачиваться. Как вдруг лед, толстый средь морозной зимы, треснул, и Невилл провалился по пояс, ухватившись за сломанный край. Оба снеговика приближались. С каждой минутой, борясь с тяжестью воды, засасывающей под лед, Невилл обнаруживал их все ближе и ближе. Из последних сил Невилл выхватил палочку и взорвал лед перед собой. Взрывная волна отбросила его снова ближе к берегу, и снеговики обошли прорубь, вновь наступая. Вдруг затылок ощутил какое-то странное тепло. Рискуя обернуться и тем самым подпустить снеговиков ближе к себе, Невилл провел несколько жутких мгновений в неведении, полз спиной все ближе и ближе к источнику невидимого тепла, пока в один момент не увидел свою собственную тень перед собой, как будто появилось новое светило кроме луны. Невилл выставил на снеговиков палочку, приготовился и быстро обернулся. Палочку он опустил. Оказалось, снеговики больше не приближались. Это был фонарь в руке новой ледяной статуи без лица. Женщина, судя по фигуре и волосам. Каким-то непостижимым образом вымокшая одежда Невилла высушилась, и стало тепло, будто вокруг не стояла зимняя ночь.***
Пещера чудовища оказалась прямо здесь. Невилл выставил перед собой палочку и открыл замок. Дверь оказалась рыхлой, но тяжелой, и отъезжала со скрипом. — Кто здесь? — прошелестел шипящий змеиный голос, и Невилл почувствовал, как надежда покинула его. Он знал этот голос. И слышал надрывные рыдания ребенка. Люси Смит находилась в пещере с Темным Лордом. Это конец пути, понял Невилл. Ему не удастся спасти девочку, да и выжить самому. Невилл знал, чего захочет Волан-де-Морт. Присягу в верности, службу. Или смерть. Сердце словно оборвалось и ухнуло вниз. Невилл подумал, какими же ничтожными были страхи, как все так вышло. Он натерпелся столько ужаса. Зачем он вышел из замка? Почему не остался с Хагридом? Как глупо. Как глупо вот так умереть. Невилл медленно брел в полутьме. Пещера оказалась крошечной, так что ему было достаточно сделать тринадцать шагов, чтобы пересечь её. Он сделал только четыре. С каждым шагом он ждал, что вот-вот тьму разрежет зеленая вспышка и его жизнь оборвется. — Невилл Долгопупс. Друг Гарри Поттера, — шептал Темный Лорд, и у того подкосились коленки. Он так устал. Эта ночь казалась бесконечной. Очень устал. Странное чувство, когда от тебя уже ничего не зависит, смерть кажется ужасно простым и логичным исходом. Без чести, без смысла, без цели. Исход в пустоту. Невилл шел вперед навстречу паре светящихся красных глаз. Вдруг они погасли и Невилл остался в полной темноте. Участь неминуемой гибели, вот что его ждет. Так он думал, поэтому вздрогнул, когда сделал еще один шаг навстречу ей и увидел свое отражение. Зеркало? Это был он, Невилл Долгопупс. С бараньей покорностью в глазах и трусливой улыбкой. Острое отвращение ударило как пощечина. Невилл вертел головой, пытаясь понять, в какой стороне Темный Лорд и что он хочет сделать с ним. Но краем глаза заметил, что его отражение не поспевало. Это было не отражение, а двойник. Чары иллюзии. Темный Лорд что-то задумал. Но где он? — У меня есть только одно будущее. С Темным Лордом. Гарри мой друг, но я не хочу умирать. Я хочу жить. Невилла чуть не вырвало. Страх, самый страшный страх. Близнец-Невилл робко улыбнулся своему брату и засучил рукав. Невилл увидел змею и череп. Черная метка. — У тебя есть палочка? — хрипло крикнула простуженным голосом девочка. Невилл вздрогнул и осветил Люмосом всю пещеру. Темный Лорд исчез. Ну конечно. — Ридикулус! — слабо выкрикнул Невилл. Из палочки вырвалось что-то красное. Двойник недоуменно встряхнул головой, озадаченно смотря на плывущий по воздуху предмет вроде красной тряпочки или флажка. — Ну давай же, — сквозь зубы прорычал Невилл. Тряпочка подплыла к двойнику и обернулась конвертом. — Бедняга, — бросил напоследок Невилл трусливому себе. — НЕВИЛЛ ДОЛГОПУПС!!! — прогремело из громовещателя. — КАКОЙ ИЗ ТЕБЯ ПОЖИРАТЕЛЬ?! Я НЕДЕЛЮ УЧИЛА ТЕБЯ ЗАВЯЗЫВАТЬ ШНУРКИ!!! КОГДА ВОЛАН-ДЕ-МОРТ ТЕБЯ ВЫЗОВЕТ, РУКА БУДЕТ ПРИКЛЕЕНА К ТВОЕЙ ЗАДНИЦЕ, ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ?! ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ КОЛДОВАТЬ. УГАДАЙ, Я СКАЗАЛА, УГАДАЙ. ЧТО У ТЕБЯ БУДЕТ ЖЕЧЬ КРОМЕ РУКИ, КОГДА ТЫ НЕ ЯВИШЬСЯ К НЕМУ??? Невилл хохотал как никогда в жизни, вместе с Люси бегом покидая пещеру ужасов под крики несравненной Августы Долгопупс.***
Когда они вышли наружу, обнаружили себя в окружении стен из снега. Впереди был проем, в котором зловеще застыл Северус Снейп. Не сам, его снежная копия. Невилл посмотрел вверх. Над ними висело яркое звездное небо. Большая Медведица, Большой Пес, Дракон, Полярная звезда. Невилл прикинул и определил расположение сторон света. — Он убьет нас, да? — робко спросила Люси. Невилл крепко взял её за руку. — Один мой хороший знакомый вселил в меня уверенность. Это лабиринт Снейпа, но его можно пройти. «Как приятно», — пропел Голос. — Заткнись, я про Хагрида, — огрызнулся Невилл и заметил взгляд Люси: — Не обращай внимание. У меня этот, как его… мозгошмыг! «Что ты сейчас сказал?» — прошипел Голос. Невилл и Люси вошли в лабиринт из высоченных снежных стен. То и дело снеговик всплывал на очередном повороте. Люси заметила, что статуя меняет свою позу. Края мантии иначе обнимали туловище статуи, сам снежный Снейп менял положение головы, ног и рук. Иногда его поза была столь зловещей, что ребята разворачивались, заметив снеговика издали. — Мне очень холодно, — тихо призналась Люси, и Невилл снял с шеи свой шарф. У него самого зуб на зуб не попадал. Попрыгал, размялся, хотя тело болело от мучительной бессонной ночи. — Вот бы сейчас в «Три метлы», да? — нарочито весело болтал Невилл. — Выпить сливочного пива, поесть горячий бутерброд, посидеть возле камина… — Я люблю сидеть возле камина, — все так же тихо отозвалась Люси. Невилл чувствовал, что её слабенькая ручка совсем холодная. Лабиринт, словно холодильник, вытягивал из неё последнее тепло. Завернув в очередной раз за угол, Невилл вскрикнул и потянул Люси вперед. Ледяная прозрачная статуя с фонарем. Та, что у озера. Когда они приблизились к ней, их окутало тепло, и Люси засмеялась, разглядывая статую. — Она не снеговик, да? — Похоже на то. Прозрачная, без лица. Кажется, это просто ледяная скульптура. Разве что не тает и здорово согревает. Откуда бы она среди этих злобных тварей, размышлял Невилл, но недолго. Шарф они свернули и положили на землю, а сами присели на него возле стены лабиринта поближе к фонарю. Было тепло, как у Хагрида. Как в Хогвартсе. Нет, все-таки по-другому. Это был чарующий огонь среди бесконечной пустыни снега и тьмы. Люси положила головку на плечо и прижалась к Невиллу. Вот так, обнявшись, они сидели, пока девочка, кажется, совсем не заснула. Невилл очень устал, но старался держаться. Он вздрогнул, когда заметил, что статуя Снейпа стояла чуть поодаль и наблюдала за ними. Невилл начал настороженно следить, но тот не приближался, как другие снеговики. Молча наблюдал, смотря на огонь. Словно его тоже интересовала теплая статуя. Словно тоже озадаченно раздумывал, кто это создание, что излучает странное магическое тепло? Они просидели так долго, что Невилл все-таки заснул. В следующий раз, когда его глаза открылись, оказалось, что фонаря больше нет и тепла тоже. — Люси, вставай, вставай! Больше нельзя спать. Люси плаксиво клянчила еще немного, но Невилл, немного отдохнувший, потянул девочку на поиски выхода из ловушки снеговика. Они все брели и брели молча в бесконечном лабиринте, не зная, правильное ли выбрали направление. А Невилл отчего-то обрел уверенность, что не умрет здесь. Он размышлял, хотел ли Голос его убить. Туманил его разум, заставляя наслаждаться тайными подавленными страстями, страстишками. Потворствовать мелочным тщеславным мотивам, гордиться, вожделеть и самолюбоваться. Это да. Зелье зла, которое обращало отчаявшихся, хороших, но слабых людей в придурков и вело их к смерти. «Я тебе не мозгошмыг», — все повторял Голос. Словно брел с ними третьим, устало перебирая ногами — конечно, если бы у него было свое тело. Вдруг послышался звук. Невилл и Люси переглянулись и рванули вперед, неожиданно покинув лабиринт. Больше им не встретился ни один снеговик. Двери Хогвартса наконец открылись. Невилл спрятался, пока Люси подбежала ко входу, где уже куталась в зимнюю мантию Алекто Кэрроу собственной персоной. Она очень удивилась, увидев девочку, оставленную в пещере этим вечером, но потом провела рукой по седой пряди девочки, удовлетворенно улыбнулась и пригласила её поесть каши, ведь она наверняка замерзла и проголодалась. Невилл смотрел, как Люси кивнула, словно покорная марионетка, и они ушли внутрь замка. «Я удивлен, что ты держишься, несмотря ни на что» — И что это значит? — спросил Невилл, направляясь ко входу в замок, пока никто его не заметил. «Не зазнавайся» Невилл рассмеялся и, проходя в двери Хогвартса, обернулся. Лабиринт и его стены исчезли. Рассвет поднимался над озером, раскрашивая небо в розовый. На далеком холме Невиллу почудился тот самый женский силуэт с фонарем. Рядом стояла статуя Снейпа. Казалось, оба стоят рядом и любуются восходящим солнцем. Но уже через мгновение оба исчезли. — Ты хотел мне навредить, но, сам того не понимая, сделал другое, — хмыкнул Невилл. — Знаешь, я думаю, пора дать отпор этим Кэрроу. На крайний случай буду корчить страх, если меня отправят провести ночь в пещере с чудовищем. Кто бы знал, что это боггарт. Что думаешь? Но Голос не ответил.
