Я переродился в Сосуд, но решил стать вайфу для Хорнет

Реальный мир. Яма Отбросов. Золотой кокон Богоискательницы почернел. Из него начали сочиться черные щупальца. Хорнет вскочила, схватив иглу. — Лампи?! Кокон взорвался тьмой. Но тьма не напала. Она собралась в форму. Сначала это был бесформенный ужас. Но потом... Воля Артёма/Лампи взяла верх. Тьма сжалась. Уплотнилась. И приняла форму... Высокой, статной фигуры. Черный хитин, блестящий, как обсидиан. Четыре мощных рога. Талия, бедра, гордая осанка. Плащ, сотканный из живой тени. Я больше не была "мелким призраком". Я была Королевой Бездны. Взрослой формой Сосуда. Я открыла глаза (теперь их было четыре, светящихся белым). Хорнет стояла передо мной, маленькая и шокированная. — ...Лампи? — прошептала она. Я улыбнулась (теперь я могла менять форму лица, так что улыбка была настоящей, хоть и жуткой). — Я же говорила, что вернусь, вайфу. В этот момент земля задрожала. Где-то далеко, в Храме Черного Яйца... Цепи упали. Оранжевая чума исчезла из воздуха. Инфекция умерла вместе с Лучезарностью. Двери Храма открылись. И оттуда, шатаясь, вышел Он. Полый Рыцарь. Мой брат. Высокий, без руки, но живой. И чистый. Его глаза больше не горели оранжевым. Они были пустыми и уставшими. Он посмотрел на небо, где больше не было чумного света. Он был свободен. Неделю спустя. Мы сидели на краю обрыва в Грязьмуте. Я (в своей новой, высокой форме), Хорнет и Полый (мы его отмыли, подлатали, сделали протез из пустоты). Братан молчал, но ел суп, который сварила Изельда. Он выглядел умиротворенным. Я смотрела на горизонт. Халлоунэст был спасен. Я стала Богом. У меня была жена, брат и куча фанатов-ткачей. Жизнь удалась. Хорнет положила голову мне на плечо (теперь мне приходилось наклоняться, я была выше её на голову). — Тихо, — сказала она. — Странно, что никто не пытается нас убить. — Это пока, — ответила я (теперь у меня был голос, глубокий и вибрирующий). — Скоро тебя похитят в Фарлум. Начнется Силксонг. — Что? — не поняла она. — Ничего, дорогая. Просто готовься. Иглу наточила? Она фыркнула. — Всегда. Я обняла её одним крылом, а брата — другим. — Ну, тогда ждём. А пока... кто хочет сыграть в карты на раздевание? Я знаю правила из прошлой жизни. Брат-Полый удивленно наклонил голову. Хорнет покраснела (под маской). КОНЕЦ. (Титры идут под ремикс темы Кристофера Ларкина и Верки Сердючки)