Оберегая жертву

Сара пришла в себя на следующее утро. Мягкий солнечный свет освещал палату, делая её похожей на маленькую уютную комнату. Тэхен пил кофе, скролля ленту в телефоне. За ночь появилось ещё два комментария от возможных жертв. Но если Пак Мин Дон мёртв… кто тогда продолжает это делать? - Я бы тоже не отказалась от кофе, - сонно сказала Сара. Тэхен сразу поднял голову. - Тебе нельзя, - улыбнулся он. - Как самочувствие? - Можешь помочь мне встать? - Конечно. Он поставил стакан на тумбочку и подошёл к кровати. Осторожно опустил её ноги вниз, затем аккуратно потянул на себя. Сара пошатнулась, и он тут же придержал её за талию. - Медленно… не торопись. В этот момент дверь открылась почти беззвучно. - Доброе утро. Ён замер у входа, застав Сару в объятиях Тэхена, и на секунду его лицо стало непроницаемым. - Детектив Ли, здрасте, - кивнул Тэхен. - Вы чего это с утра пораньше? - У меня назначен осмотр квартиры Пак Мин Дона на десять утра. Решил проведать Сару. - Тебе позволили уже осмотреть квартиру? - заинтересовалась Сара. - Я тоже хочу. - Ты еле на ногах стоишь, - цыкнул Тэ. - Да. По решению суда, я могу провести в квартире убитого не более пяти часов в присутствии адвоката. - Ничего себе, - Тэхен присвистнул. - Чего так строго? - У него нет близких родственников, а имущество оформлено на компанию. Пришлось повозиться. - Я хочу с тобой, - оживилась Сара. - Сара, это не лучшая идея, - начал Тэхен. - Тэхен прав, ты ещё слишком слаба. Я могу заехать к тебе после и всё рассказать. - Нет, Ён. Это важно. Прошу тебя. Я хорошо себя чувствую. Под её умоляющим взглядом Ён сдался. Он согласился оформить временное отсутствие в больнице и в случае ухудшения здоровья сразу же вернуть её обратно. Тэхен возмущался, но всё же помог ей одеться, завязал шнурки на кроссовках и аккуратно собрал волосы в хвост. Квартира Пак Мин Дона встретила их стерильной, почти пугающей чистотой. Внутри уже работал детектив Мин Юнги. Услышав шаги, он обернулся и на секунду искренне удивился. - Ты серьёзно? - тихо спросил он, глядя на Сару. Её накачали биотелигом позавчера. А сейчас она спокойно натягивала перчатки для осмотра, будто пришла на обычную рабочую встречу. - Я в порядке, - коротко ответила она. Юнги переглянулся с Ёном. Он был рад видеть её живой, но этот энтузиазм тревожил. Сара медленно осматривала кабинет, иногда делая короткие паузы, чтобы перевести дыхание. Было странно, что господин Пак держал дома столько документов. - Ты нашёл что-то? - спросил Ён. - Пока нет, - ответил Юнги, не отрываясь от шкафа. - Зачем вы взяли с собой Сару? - Она настояла. Я не смог отказать. Пусть будет под присмотром. - Вы не присматриваете за ней, - спокойно заметил Юнги. - Она уже работает. Ён тяжело выдохнул. - Зато я знаю, что она рядом. И я не понимаю, как теперь с ней себя вести. Юнги повернулся. - В каком смысле? - Она пострадавшая. У неё нужно взять показания. Возможно, она что-то видела. Но не уверен, что Сара готова к диалогу со мной. - Джин сказал, что дозировка биотелига была высокой. Она была без сознания. - Мин… ты можешь сам с ней поговорить? Юнги нахмурился. - Не ожидал от вас такого, сонбэ. Но спорить не стал. Он прошёл в кабинет. Сара сидела на полу, прислонившись спиной к столу. На коленях лежала папка с записями и пара дисков. - Тебе плохо? - он опустился на корточки. - Нет, - она слабо улыбнулась. - Просто тяжело долго стоять. - Нашла что-то? - Думаю, да. Она протянула ему бумаги. - Посмотри на даты. Они повторяются. Может, это важно. Юнги быстро пробежался глазами по записям. Даты действительно шли с определённым интервалом - либо раз в три недели, либо каждый четвёртый четверг месяца. - Я оформлю это как улику, - он аккуратно вложил документы в пакет и подписал маркером. - Фото места, где нашла всё это, сделала? - Конечно. Он кивнул, а затем посмотрел на неё внимательнее. - Ты понимаешь, что я должен задать тебе несколько вопросов? - Детектив Ли попросил? - Ты сама понимаешь почему. Сара опустила взгляд. - Я ничего не помню. Последнее, что всплывает в памяти, - это лифт. Я ехала с кем-то. Меня перехватили на выходе из банкетного зала и потянули с собой. Хотя Чонгук с Тэхеном должны были забрать меня. - Они подняли на уши весь участок, - тихо сказал Юнги. - Хорошо, что у меня есть такие друзья, - она слабо усмехнулась. Юнги выдержал паузу. - В лифте ты видела лицо? Сара напряглась. - Я помню Пак Мин Дона, -тяжело сглотнула она. - Он трогал меня. Смотрел с таким вожделением… Я не понимаю, как оказалась под ним. Будто тело не слушалось. Юнги медленно сжал кулак, но голос его оставался ровным. - Ты слышала выстрел? - Хлопок. Глухой. Как будто где-то далеко. Сначала я подумала, что это дверь. - После этого? - Его вес исчез,- тихо сказала она. - И стало тихо… Юнги внимательно смотрел на неё. - Ты видела ещё кого-то в комнате? Сара задумалась. - Если Пак Мин Дона убили, то логично, что кто-то был там. Но я никого не видела. Она потерла виски. - Ты и так вспомнила больше, чем я ожидал. Этого достаточно, — тихо сказал Юнги, не давя дальше. Чонгук яростно молотил боксерскую грушу. Каждый удар отзывался болью в рёбрах — напоминание о том, как детектив Ли уложил его, будто он и правда был слабаком. Это задело сильнее, чем сами синяки. Он пообещал себе привести себя в форму. Стать быстрее. Сильнее. Чтобы в следующий раз никто не смог так просто его остановить. Груша качнулась. Он остановился, тяжело дыша. Тэхен уехал по делам, коротко бросив, что вернётся поздно. И добавил, будто между прочим, что Сару всё же выписали - под её ответственность. Если она выдержала осмотр квартиры убитого, значит, решила, что здорова. Чонгук сжал челюсть. Он не был в этом так уверен. Домой он вернулся уже вечером - в пустую квартиру. Тяжесть тренировки не ушла: рёбра ныли, ладони пахли потом, на коже остались следы бинтов. Он расставил продукты на столе и махнул рукой: «Сначала себя». В шкафу лежала последняя пачка рамена. Он ухмыльнулся. Быстро, просто, но сытно. Поставил кастрюлю на огонь, налил воду. Пока она закипала, разорвал пачку лапши. Он закатил глаза. Яйцо разбил в миску, но нож соскользнул по скорлупе. Острый край задел палец. - Чёрт… Тихо выругавшись и прижал рану к губам, пытаясь остановить кровь. Вода закипела. Чонгук взбил яйцо и влил в кастрюлю. Добавил зелёный лук, перец и немного кунжутного масла. Тепло еды немного успокоило. Потом он занялся нормальным ужином. Достал курицу, нарезал тонкими полосками, приправил и обвалял в кукурузных хлопьях, чтобы получилась хрустящая корочка. Масло зашипело на сковороде. В рисоварке уже доходил рис. Под музыку он нарезал овощи. Тэхен вернулся раньше, чем планировал. Его зайчонок крутился на кухне, тихо подпевая. У входа лежала спортивная сумка и перчатки - значит, Чонгук снова загонялся после той стычки с Ёном. Он выдохнул. Сара тогда преувеличила про переломы - злость сыграла с ней злую шутку. Сегодня повезло хорошо заработал. Хватит на кроссовки, на которые Чонгук давно смотрит. Хотелось порадовать его. Хоть чем-то. - Айщ! Да что ж за день такой! - Среда, - хмыкнул Тэхен. - Хен, ты уже вернулся? Так рано? - Чего ругался? - Порезался. Уже второй раз за сегодня. - Дай посмотрю. Тэхен взял его руку. Два тонких пореза. Один еще свежий - проступили капли крови. Он, не раздумывая, поднес палец к губам, останавливая кровь. Чонгук замер, глядя на него, прикусив губу. - Сейчас промоем и заклеим, - тихо сказал Тэхен. Но Чонгук уже не слушал. Он обхватил его за затылок и притянул к себе. Поцелуй получился резким, жадным - не от нежности, а от накопившегося напряжения. Тэхен не отстранился. Прижал его к тумбе, помог запрыгнуть на столешницу, обнял - уверенно, но осторожно, чтобы не задеть рёбра. Их дыхание сбилось. Первым замедлился Тэхен. В поцелуе появилась мягкость, почти отчаяние. Пальцы скользнули в волосы. Шипение масла заставило их отстраниться. - Чёрт, курица, - выдохнул Чонгук. - Я за аптечкой. - Ты не сказал, почему так рано? - Управился быстрее, - отозвался Тэхен из ванной. - Но знаешь, что странно? - В той компании? - Да. Тот, кто пытался взломать базу… я его уже видел. Почерк знакомый. Он копал под нас, когда моя ловушка сработала. Помнишь? - В день, когда Саре стало плохо, - кивнул Чонгук. - Кушать будешь? Тэхен подошёл сзади, прижался. - Я голоден. Я очень голоден по одному крольчонку. Он захватил губами мочку уха, прикусывая у основания сережки. А руками поглаживал накаченную грудь, избегая синяков на торсе. Чонгук откинул голову на плечо, прижимая своими руками бедра Тэ. - Да, малыш, - застонал Тэхен. - Хен, я не готов. - Ты же знаешь, я сам люблю тебя под себя готовить. - Вообще-то, сейчас твоя очередь быть снизу, - Чонгук резко поменял их местами, прижав к шкафчику, и улыбнулся. - У тебя же болят ребра, - Тэхен погладил его по щеке. - Если тебе нормально, я схожу в душ и продолжим. - Может просто подрочим друг другу? - предложил альтернативу. - Так, все, - Тэ выпутался из объятий. - Я не хочу больше. Ты весь настрой сбил. - Ну хен, - Чонгук побежал следом за хеном в их комнату. Тэхен снял свитер и уже расстегивал брюки, чтобы запрыгнуть в домашнюю одежду. У них никогда не было проблем с близостью. Они учились слушать и слышать друг друга, учитывая желания. Для него не была принципиальной позиция - хотя больше предпочитал актив, но Чонгуку позволял быть сверху. Это было редко. С чего вдруг сейчас они не поделили, не ясно. Может у Чона все таки кто-то есть? - У тебя кто-то появился? - вырвалось у Тэ. - Чего? - Чонгук замер. - Ты спишь с кем-то, встречаешься, влюбился в кого-то? Выбирай! - Хен...Я же с тобой... Ты думаешь я тебе изменяю! - он взорвался. - Ты достал меня уже! Разберись в своей башке со своими тараканами. Я тебя люблю и буду любить. Трахаться не хочу потому что был в зале и три часа молотил грушу. А еще нажрался острого рамена! - Чонгук-и, - тихо смеялся Тэхен. - Иди ко мне. - Пошел ты, хен, - возмутился, но обнять себя позволил. - Прости, малыш. Я правда не подумал о тебе. Только о себе. Сейчас все слишком сложно. Сара снова ведет себя странно. Этот маньяк… или группа. Чертово приложение. Я переживаю, что перестал быть интересным для тебя. Чонгук напрягся, потом медленно обнял в ответ. - Я никуда не уйду, хен. Даже если ты будешь нести чушь. Тэхен выдохнул ему в шею. - Ты предлагал подрочить. Может петтинг? - Хм, - Чонгук задумался. - Я снизу. Он сразу же запрыгнул на кровать, укладываясь на спину. - Ты идешь, хен? - Спрашиваешь. Тэхен разместился между ног и сделал упор на руки. Сплетение вен сразу же напряглось. Чонгук любил руки хена, когда он тягал гантели или просто нес что-то тяжелое. Это напоминало ему, что рядом сильный партнер, на которого можно положиться. - Ты снова пялишься на мои руки, - Тэхен наклонился для поцелуя. - Что поделать, если они мой фетиш, - подался на встречу своими губами. Чонгук выдохнул в поцелуй. Его пальцы сжали простыню. Он не пытался перехватить инициативу. Не пытался доказать что-то. Просто наслаждался. Тэхен спустился поцелуями ниже к шее, к ключицам. Задержался там, где кожа особенно чувствительная. Слушал дыхание, которое постепенно сбивалось. - Ты не передумал? - прошептал он. - Черт, хен, давай работай тазом... Чонгук застонал от первого толчка. - Вот так? - лукаво улыбнулся Тэ, прикусив основание шеи. Ладони Тэхена двигались медленно, изучающе. Он касался так, будто собирал Чонгука заново по кусочкам. Чонгук согнул ноги в коленях, сжимая Тэхена, чтобы усилить трение. - Чонгуки, твои бедра меня сейчас переломят пополам, - засмеялся Тэхен, подаваясь вперед, притираясь членами. - Тогда делай толчки резче, - возмутился Чон. - Хорош меня дразнить. Тэхен впился в губы, присасываясь, как рыба липучка. Он намеренно продолжал в своем темпе двигать бедрами, заставляя Чонгука подталкивать его руками. Это была его секретная тактика - распалить до злости, а потом отжарить так, что Чонгук не смог ног сомкнуть. По кусачему поцелую, Тэхен понял что близко. Злой как черт, Чонгук схватил его за волосы, удерживая на своих губах, не давая сделать вдох, и сам поднимал бедра вверх, слегка подбрасывая своего нерешительного хена. Крепкие ладони сжали его ягодицы, продолжая их сминать. - Ну что, Чонгуки, готов? - Тэхен нежно убрал его руки со своих бедер, заводя их за голову. - Я пока все сам делал, хен, - ухмыльнулся Чонгук. - Говнюк. Вот сейчас темп стал просто бешеный. Чонгук закатил глаза, откидывая голову назад. Волос Тэ прикрывал лукавый взгляд, который глумился над слабостью Чона. Сильная хватка удерживала его руки, а любящие глаза смотрят с вызовом. Тэхен нагнулся ближе и не сбавляя темп, облизывал шею, покусывал линию челюсти, уже чувствуя предоргазменную дрожь по телу Чона. - Черт, хен... Сбавь обороты...Я так кончу... - Ты же все сам делал, - чмокнул его в губы. - Это... - застонал Чонгук. - месть что..ли... - Малыш, давай не перегибай, я не так уже тебя хорошо трахаю. Снова громкие стоны разлетелись по всей квартире. Чонгук кончил тихо. Тэхен нахмурился. Он носом втянул воздух, тоже догнав оргазм. Но стоны все равно были слышны. Помимо этого грубые шлепки о голое тело, хотя они оба одеты. - Ты тоже слышишь это? - Тэ пытался восстановить дыхание. - Отстань хен, я не понял что это было... Ты словно обезумел... Затрахал меня... - Мой малыш, - снова втянул его в поцелуй. Стоны начали смешиваться с криками боли и мольбами прекратить. Они оба нахмурились. Голос был знакомым. Пак Чимин. Сара приехала домой после восьми. Она стащила диск с пометкой «Пак Чимин». Там были еще несколько имен, как мужских так и женских. В документах Пак Мин Дона были зашифрованы цифры, подвязанные к датам. Сара скопировала все, что смогла найти. Возвращаясь к себе домой, она хотела первым делом глянуть содержимое диска и потом заняться бумагами. Но вот совсем не ожидала увидеть то, как Чимина насиловали. Чимина принес на руках высокий мужчина и положил на кушетку, сразу привязывая. Пак Мин Дон зашел следом, расстегивая на рубашке манжеты. Он кивнув в камеру, словно поздоровался. - Чимини, Чимини, - радостно пропел Мин Дон. - Вот теперь ты мой мальчик на целый месяц. Я так устал от этих бестолковых кукол. Когда увидел тебя, понял, кто мне нужен. Мин Дон приблизился к нему, поглаживая румяную щечку. Глаза блестели от слез и не понимания, а тело не двигалось. Чимин мычал и пытался махать головой, но движения были словно в замедленной съемке. - Прости, малыш. Это наш новый препарат. Ты все чувствуешь, но ничего не можешь сделать. Мы долго работали над этой формулой. Он нажал ему на щечки и нежно поцеловал в губы. Чимин протестовал. Слабо, но протестовал. Мин Дон облизался и застонал. - Да, детка, я не ошибся. Твои губы это нечто. Я дождусь, когда они обхватят мой член, - он глянул на часы. - Так, это примерно через час. Долго. Займемся твоей попкой. Мин Дон развязал ему одну руку, переворачивая на живот. Глаза Чимина в панике забегали сильнее. Он чувствовал, как с него стягивают брюки, опуская ноги на пол, чтобы только грудь лежала на кушетке. Прохладная жидкость полилась между ягодиц. - Вот так. Мы тебя все таки смажем, - Мин Дон размазывал гель вокруг ануса, также слегка проталкивая пальцы внутрь. - Не хочу тебя порвать, а потом тратить время на лечение. Дыхание Чимина становилось тяжелее, сердцебиение ускорялось. Мин Дон уже надел презерватив и смазал свой член, но заметил не нужные ему симптомы. - Чимини, успокойся, - начал нежно массировать ему поясницу. - Тебе нельзя нервничать, иначе будет остановка сердца. У нас с тобой куча дел. Успокаивайся, маленький. Нежными поцелуями он скользил вдоль позвоночника, продолжая массировать мягкие ягодицы. Терпение уже было на исходе, а член явно просился в узкую дырку. Приняв решения, ласкать Чимина в процессе, резко вошел. - Да... - застонал он. - То, что нужно... Он сразу взял быстрый темп. Смазка аж вспенивалась. Мин Дон с восторгом наблюдал как его крупные член пропадает в персиковой попке. Тут Чимин закричал. Этого не должно было произойти, но видимо доза была в этот раз меньше. Крики о помощи и просьбы прекратить, лишь разжигали его. Он накрыл Чимина своим телом, продолжил делать медленные, но глубокие толчки, прикусывая молочное плечо. Чувствуя приближение своего оргазма, он встал, припечатал рукой в спину Чимину, прижав тело к кушетке, и ускорился. Крик парня был для него лучшим сопровождением в погоне за оргазмом. Тэхен выбежал первым, на ходу натягивая футболку. Сара сидела на полу у журнального столика и смотрела сквозь экран ноутбука, не на него, а куда-то глубже. Дыхание рваное, пальцы сжаты в кулаки так, что побелели костяшки. - Твою мать… - выдохнул он. - Чонгук! Срочно включай горячий душ. - Бегу! - Чон очнулся от оцепенения и сорвался с места. - Сара… - мягко позвал Тэхен, закрывая крышку ноутбука. Она не сопротивлялась. Просто смотрела на него так, будто не узнавала. - Зачем он так поступает… - голос сорвался. - Он же такой беззащитный. Ему же больно… - Потому что это власть, - тихо ответил Тэхен. - Им важно чувствовать контроль. И они уверены, что им ничего не будет. Ее дыхание стало еще тяжелее. Начиналась паническая спираль, он это видел. Зрачки расширены, плечи напряжены, тело застывшее, как перед ударом. Тэхен подхватил ее. Она обвила его руками и ногами, как ребенок, ищущий защиту. В ванной уже шумела вода. Чонгук стоял в душевой кабине, полностью одетый, вода стекала по волосам, по футболке, на пол. Тэхен шагнул внутрь вместе с Сарой. Теплая вода сразу обрушилась на них. Одежда намокла, потяжелела, прилипла к телу. Сара тихо шмыгала носом, все еще задыхаясь от шока. Чонгук подстраховывал, поддерживая ее за спину, когда руки Тэ начинали уставать. Тэхен не говорил лишнего. Сейчас слова бесполезны. Теплая вода это не просто комфорт. Когда тело попадает под равномерный поток тепла, кожа начинает активно передавать сигналы в мозг. Рецепторы фиксируют все: температуру, давление капель, вес намокшей ткани. Мозг вынужден переключаться с внутреннего шока на внешние ощущения. Это называется сенсорное заземление. Когда психика «залипает» в травматической картинке, нужно вернуть ее в тело. В «здесь и сейчас». Вода самый простой способ. Плюс эффект глубокого давления. Намокшая одежда становится тяжелой и плотно прилегает к коже. Это создает ощущение плотного, постоянного объятия. Такой контакт стимулирует выработку окситоцина - гормона привязанности и безопасности - и постепенно снижает уровень кортизола. Тэхен когда-то наткнулся на эту методику случайно. Тогда помогло. С тех пор он использовал ее, когда видел, что она снова тонет в приступе. - Дыши, - тихо сказал он Саре. - Со мной. Раз. Два. Она сначала не могла подстроиться. Потом дыхание стало чуть ровнее. Вода стекала по лицу, смешиваясь со слезами. Через несколько минут плечи Сары начали медленно опускаться. Пальцы разжались. Она уткнулась лбом Тэхену в плечо. Чонгук осторожно провел ладонью по ее спине. - Мы с тобой, - сказал он. - Тебе лучше? - спросил Тэ. - Да. Спасибо. - Все хорошо. - Я пойду к себе. Переоденусь. - Мы с Чоном примем душ и выйдем на кухню. Ты тоже подтягивайся, - сказал Тэхен, опуская ее на пол. - Я курочку приготовил. - Спасибо, - она так тепло улыбнулась, словно ничего и не было. Сара высушила голову, надела лосины и огромное худи. Она уселась возле окна, открывая его настежь, и закурила. Утаскивая из под носа Юнги улику с именем Чимина, понимала, что может наткнуться на определенный контент. Только вот она оказалась не готова к нему. В видео Пак Мин Дон сказал две важные фразы: он заплатил за Чимина и он связан с разработкой препарата. Сара прокручивала в голове эти две мысли. Препарат биотелиг не так просто достать. Это не уличная дрянь. Это лаборатории, лицензии, закрытые поставки. А главное - деньги. Огромные деньги. Что если один из фондов господина Пака спонсировал его разработку? Что если все это - не личная извращенность, а система? - Ты кушать будешь? - спросил Чонгук, промакивая волос. - Сейчас рамен себе сделаю. У меня оставалась одна пачка. - Я его съел, - признался он виновато. Сара медленно выдохнула дым в окно. - Тогда не сделаю. Кофе выпью. - Ты вообще ела сегодня? - вмешался Тэхен. - Не помню. Мы кучу времени провели в квартире Мин Дона. Потом Ён повез меня в больницу. Оттуда я заехала в редакцию. И только потом домой. - Как Чонсок? - улыбнулся Тэхен. - Жив. Я пошутила, что он следующий. Но как-то не поверил мне. - Давай по порядку, - предложил Тэхен. - Ты где взяла диск? - В квартире Мин Дона, - Сара прикурила вторую сигарету. - То есть ты украла улику? - уточнил Чонгук. - Ага. А ты бы хотел увидеть такое видео в главной роли с Тэхеном? - она перевела на него тяжелый взгляд. Чонгук замялся. - Нет. - Юнги влюблен в Чимина. Он буквально с него пылинки сдувает. Чимин то, Чимин это... Я не видела детектива Мина таким счастливым. Если это видео всплывет официально... - Правильно сделала, - кивнул Тэхен. - Что за бумаги ты еще украла? - Это я не крала, - улыбнулась Сара. - Я сделала фото улик и распечатала на работе. Не пойму что значат эти числа. Они подвязаны к датам. Тэхен задумчиво потер переносицу. - Поставки? Платежи? Дни съемок? Сара медленно покачала головой. - Или график «заказов». В комнате повисла тяжелая тишина. Чонгук вдруг хлопнул в ладоши. - Предлагаю подумать об этом завтра. Мозг сейчас не варит. Давайте закажем острой курочки и поиграем в приставку? - Ты же сам приготовил курочку, - напомнил Тэхен. Чонгук замер. - Точно… Тогда закажем еще. Для баланса. Сара затушила сигарету и закрыла окно. - Я согласна. Ей нужно было хоть что-то обычное. Хоть немного шума. Иллюзия нормального вечера. Потому что если продолжить думать о двух фразах Пак Мин Дона прямо сейчас, она не уснет. Юнги ждал Чимина. Тот побежал переодеваться. После того как Юнги скормил кекс детективу Кану, по участку разлетелись слухи. Детектива Мина итак все сторонились: он держался особняком, говорил мало, смотрел слишком внимательно. А теперь его реально побаивались. Зато к Чимину начали относиться мягче: кто-то помогал перевезти тележку, кто-то перекидывался парой добрых фраз. Детектив Рю даже принесла ему суп из водорослей - «чтобы рука быстрее восстановилась». Юнги это заметил и был рад. - Хен, я готов, - улыбнулся Чимин. У него в волосах застряла бумажка. Юнги улыбнулся и убрал ее. - Ты весь в работе. Чимин смущенно фыркнул. - Поехали, отвезу тебя домой. - Ты останешься…? - Нет, я тебя завезу и домой поеду. На сегодня детектив Ли отпустил меня. Итак тяжелые дни выдались. - Нет… - замялся Чимин. - У меня… дома… останешься? Юнги остановился уже у выхода. - Не понял. Чимин опустил взгляд. - Я могу приготовить нам что-нибудь. Потом ты можешь лечь у меня в комнате, а я на кухне. Просто… когда ты рядом, мне не страшно спать. Эти кошмары меня замучили. Он сказал это тихо, почти шепотом. Юнги почувствовал, как внутри что-то сжалось. - А что насчет того, чтобы поехать ко мне? - мягко предложил он. - У меня две комнаты. Кровать и диван. На полу спать не смогу, прости, Чимини. Он быстро закивал. - Ничего, хен. Это ты прости меня. Я не против к тебе поехать. - Тогда я накормлю тебя самым вкусным ужином. Заедем в одно хорошее место у меня на районе. - Давай. Улыбка Чимина была такой светлой и чистой, что Юнги на секунду забывал обо всем: о работе, о расследовании, о страхе. За такое короткое время Чимин стал для него чем-то странно родным. Маленькой халабудой на дереве, куда хочется залезть и спрятаться от взрослых. И Юнги вдруг понял, что больше не хочет просто «подвозить его домой». Он хочет быть тем, рядом с кем кошмары исчезнут. Они поужинали в маленьком ресторане, где старушка Ким не упускала возможность подергать Чимина за щечки. Он краснел и улыбался. Юнги слушал истории о Джине, детективе Кане и сплетнях, которые существуют в участке. Чимин хорошо кушал, причмокивая от удовольствия. Юнги не успевал ловить себя на мысли, сколько раз за вечер он был счастлив. Уже дома он постелил Чимину у себя в спальне. Выдал чистые полотенца и комплект для сна, а сам ушел в душ. Чимин рассматривал фото на холодильнике. Там были все, кого он знал - Сара, Джин и детектив Ли. Они сидели в нескольких разных локациях, но тем же составом. Чимин подумал, что хотел бы тоже иметь такую компанию. - Хочешь какао? - неожиданно появился Юнги. - Какао? - Чимин задумался. - Давай. - Садись, я приготовлю. - А почему, когда я сидел в комнате для допросов, ты принес мне кофту и шоколад? - Сара сказала, что тебе это поможет, - Юнги пожал плечами. - Она много всего наговорила, объясняя, но я запомнил только, что у тебя поднимется настроение. Мне хотелось, чтобы тебе стало тепло и спокойно. - Спасибо. Я тогда был напуган, но ты меня успокоил, - улыбнулся Чимин. - Сара часто бывает в участке? - Да. Иногда она вообще приносит свой ноутбук и не вылазит из кресла Ёна, когда пишет статью. - Они пара? С детективом Ли, - уточнил Чимин. - Нет. Насколько я знаю, никогда не были. У них непонятные отношения. Она может наорать на него, послать куда подальше, а он терпит. - Это мило. Сара очень красивая. - Не в моем вкусе, - фыркнул Юнги. - А кто в твоем? - Чимин наклонил голову. - Ты. Чимин замер. Он даже не сразу понял, что услышал правильно. - Я?.. - голос прозвучал тише обычного. Юнги поставил перед ним кружку с какао. - Ты, - повторил он ровно. - Когда улыбаешься. Когда ешь и забываешь, что на тебя кто-то смотрит. Когда притворяешься смелым, хотя тебе страшно. Когда катишь по коридорам огромную тележку и здороваешься со всеми. Чимин сглотнул. Щеки снова покраснели. - Это нечестно, хен. - Что именно? - Ты так спокойно говоришь, а у меня внутри все переворачивается. Юнги чуть усмехнулся. - Я не умею иначе. Молчание повисло над ними. Чимин обхватил кружку ладонями. - А если я не такой, каким ты меня видишь? - Ты уже такой, - ответил Юнги. - И этого достаточно. Чимин опустил взгляд. - Я не уверен, что умею быть для кого-то. Точнее, что смогу быть для кого-то. После всего… Юнги подошел ближе и просто сел рядом. - Я не прошу тебя ничего уметь. Я просто сказал правду. Чимин посмотрел на него осторожно, будто проверяя, не шутка ли это. - Хен… я боюсь. - Я же рядом, Чимини. Чимин вдруг тихо рассмеялся. - Ты правда не умеешь флиртовать. - Я и не флиртую. - А что тогда? Юнги посмотрел на него серьезно, без привычной иронии. - Я забочусь о тебе. Допивай и идем спать. Я чертовски уставший. Около трех часов ночи Юнги разбудил крик. Он выпутался из одеяла и побежал в спальню, где спал Чимин. - Хен, - Чимин водил руками по простыням. - Тут кровь. Повсюду кровь. - Чимини, тише, малыш, - Юнги нежно взял его за руки и обвил их вокруг своей талии. - Это сон. Все хорошо. - Он пришел весь в крови. Сказал, заберет меня себе, - сильнее плакал Чимин. - Я никому не отдам тебя. Вставай. Пойдешь со мной? - Пойду. Тут грязно. Юнги поднял Чимина и перенес на диван в гостиной. Одеяло было одно, поэтому он быстро вернулся за ним в спальню. Как только они улеглись, Чимин сразу обнял Юнги и спрятался под одеялом. Утром они приехали вместе на работу. Когда отмечались на пропускной, Юнги чмокнул Чимина в щечку и пожелал хорошего дня. Чимин слегка замялся и остался стоять в холле. - Ты настолько в шоке, что не можешь идти на работу? - засмеялся Джин. - Доброе утро, хен, - кивнул Чимин. Джин стоял перед ним в строгом черном пиджаке и розовой кофте под горло. В руках он держал портфель с документами и стакан с кофе. Чимин привык видеть его либо в халате, либо в худи. Сейчас перед ним был серьезный патологоанатом. - Вы откуда такой строгий? - спросил Чимин. - Ай, к прокурору ездил, - махнул рукой Джин. - Ён пытается получить разрешение на списки тех, кто имеет доступ к биотелигу, но пока безуспешно. Даже смерть Пак Мин Дона не помогла. Мы надеялись использовать ее как мотив убийства: ведь его могли убить как раз за сексуальное насилие после того, как он давал жертвам препарат. Но адвокат компании это опроверг. Сказал, у нас нет улик. Судья распорядилась расследовать дело господина Пака как отдельное преступление. А то, что его буквально сняли с тела Сары, ее не волнует. Эх, надо было Сару с собой взять… - Понятно, - опустил голову Чимин. - А я? - Что ты? - не понял Джин. - Я же давал показания. Их нельзя использовать? - Чимини, прости, но нам не удалось убедить судью и адвокатов, что тебя удерживал Пак Мин Дон. Они считают тебя ненадежным свидетелем. - Ясно. - Не грусти. Сейчас же все хорошо. Ты влюбил в себя Юнги, а он у нас очень заботливый, когда захочет. - Я не уверен… - В чем? - Что это честно по отношению к нему. Я же грязный. Если он узнает, что со мной делал Пак Мин Дон, то поймет все и отвернется. Я не хочу так. Проще не начинать ничего. - Нет, не проще. Пошли ко мне. Джин привел его в свой кабинет и достал с полки тарелку. Она была в трещинах, склеенных и покрытых золотом. Очень красивая. Он дал ее Чимину в руки. - Ты знаешь, что это? - спросил он. - Тарелка. - Да. Но не простая, а разбитая. Видишь эти золотые линии? - Она склеена, - кивнул Чимин. - Это старинная японская техника кинцуги. Она заключается в принятии несовершенства и признании того, что поломки, ошибки и шрамы - неотъемлемая и ценная часть истории, а не то, что нужно скрывать. Мне жаль, что ты пережил такой травмирующий опыт, Чимин. Но ты не стал ужасным из-за действий другого человека. Понимаешь? - Да… - Золотая линия - это сейчас Юнги. Он как будто покрывает собой твои шрамы, заново собирая тебя - сильного и глубокого. Ты становишься прекраснее, не теряя себя. - Хен, ты так красиво все сказал… Чимин шмыгал носом, прижимая к себе тарелку. Он не позволял себе думать, что остался таким же прекрасным человеком. Ставил под сомнение отношение Юнги к себе. А сейчас вдруг понял: никто не отнимет у него счастливого будущего. - Хен, прости. Я должен идти. Захлебываясь слезами, Чимин бежал по коридорам. Ему нужен был Юнги. Он заметил его у проклятого автомата с кофе - рядом стояли Сара и Ён. Чимин сразу свернул и побежал к нему. Рыдая, с разбега врезался в объятия. - Юнги-хен… - Кто?! - взвыл Юнги. Он обхватил руками его лицо, сразу принимаясь вытирать слезы. - Кто обидел? Чимин, скажи мне. - Прости меня… - Да что стряслось? - Юнги побледнел. - Я хочу, чтобы ты был рядом. Хочу, чтобы ты был моим кинцуги. - Чего? - Юнги пару раз моргнул. - Я не знаю, кто это, но я буду рядом. Обещаю, Чимини. Сара обхватила руку Ёна и положила голову ему на плечо. Он замер, боясь нарушить этот момент. Они стояли, ждали господина Рю для дачи показаний - и тут Чимин. - Он был у Джина, - тихо улыбнулась Сара. - Как ты поняла? - Я привезла ему из Японии тарелку в технике «кинцуги». А Чимин сказал, что хочет, чтобы Юнги был его кинцуги. - Это та, с золотыми трещинами? - припомнил Ён. - Да. Это мило, что Джин показал ее Чимину. Их идиллию прервал господин Рю с адвокатом. Они осмотрели друг друга с головы до ног и поклонились в знак уважения. Когда Чимин обернулся и посмотрел в глаза СуЁлю, он крепко сжал руку Юнги и побледнел. СуЁль его тоже узнал.