Оберегая жертву

Сара стояла у окна и курила. Вчера она предупреждала Ёна. Буквально умоляла его проверить склад. А сегодня Чимин очнулся в больнице, Юнги обвиняли в убийстве господина Рю, а её саму приложили о стену. Многовато событий для фразы «я же говорила». Хотя она и правда говорила. Чонгук с Тэхеном вернулись домой. Между ними заметно чувствовалось напряжение, но всё же они старались вести себя как обычно. - Сара, сколько можно! - возмутился Чонгук. - Хён, она опять накурила тут. Скажи ей. - Малыш, видимо, что-то случилось. Тэ погладил Чонгука по плечу. - Сара, он прав. Мы же договаривались. - Он не послушал меня, - она затушила сигарету. - Юнги обвинили в убийстве господина Рю. - Да ты что! - воскликнул Чонгук. - Ты же говорила, он в больнице, - нахмурился Тэхен. - Да. Внутренняя безопасность считает, что Юнги вышел, убил СуЁля и вернулся в больницу. - А почему тогда не забрал Чимина? - Чонгук задал вполне логичный вопрос. Сара замолчала и обернулась к ним. - Я не подумала об этом... - То есть ты думала, что Юнги - убийца? - удивился Тэхен. - Конечно нет, - она махнула рукой. - Почему это не учли офицеры? Их отвлёк телефон Сары. Снова звонил Ён. Она не хотела с ним разговаривать. - Почему не берёшь трубку? - спросил Чонгук. - Потому что она обиделась, - тихо сказал Тэхён. - Именно. Она гипнотизировала телефон взглядом, но всё же ответила. - Что ты хочешь? - Выйди. Я под твоим домом, - прозвучало с другого конца. Он сам завершил вызов. Сара посмотрела в окно, пытаясь понять, хочет ли снова видеть Ёна. - Сходи, - тихо подсказал Тэхён. - В случае чего возьми газовый баллончик и используй, - добавил Чон. - Он защитил меня сегодня, - бросила она у двери, схватив куртку, и вышла в тёмный вечер, готовая встретиться с человеком, который наконец должен был услышать правду. Тэхен устало оперся о спинку дивана, чувствуя, как напряжение наконец немного спадает. Чонгук тихо подошел, осторожно стал напротив. Их взгляды встретились, в этих глазах было все: усталость, тревога… и скрытая тоска друг по другу. - Ты слишком много думаешь, - тихо сказал Тэхен, протягивая руку к Чонгуку. - А ты разве нет? - прошептал он, устраиваясь на коленях хена. - Ты тоже слишком много думаешь. Тэхен осторожно коснулся его щеки, пальцы слегка дрожали. Чонгук вдохнул, опуская голову ближе. Их губы встретились почти робко, сначала на мгновение, потом дольше. Поцелуй был медленным, исследующим, словно оба просили прощения за свои сомнения и недоверие. - Хен… - тихо пробормотал Чонгук, прижимаясь ближе, его руки обвили Тэхена за шею. - Чонгуки… - шепнул Тэхен, осторожно наклоняясь к нему, чувствуя тепло, которое раньше казалось таким недосягаемым. Они медленно слились в поцелуе, не торопясь. Каждый жест был как обещание: быть рядом, несмотря ни на что. Тэхен аккуратно уложил Чонгука на диван, продолжая держать близко, пока тот прижимался всем телом. Их дыхание смешалось, а тишина комнаты стала безопасным убежищем. - Я… - начал Тэхен, прерываясь на покусывания линии челюсти, - не хочу терять тебя, Чон. - Я тоже, хен. - Чонгук улыбнулся, пытаясь сдержать стон. Тэхен прижал Чонгука к дивану, их тела магнитились друг к другу. Поцелуй снова стал медленным, но каждое прикосновение пальцев оставляло легкий огонь на коже. Чонгук глубоко втянул воздух. Глаза его оставались открытыми, наблюдая и читая эмоции Тэхена. - Ты слишком медлишь, хен… - прошептал он, губы едва касаясь уха. - А ты слишком торопишься, малыш, - ответил Тэхен, пальцами медленно скользя по шее и плечу. Игра началась. Поцелуи чередовались с короткими паузами, взглядом, легкими касаниями, словно они учились заново доверять друг другу. Чонгук с улыбкой приподнялся, чтобы быть ближе, дыхание смешалось с дыханием Тэхена. Их пальцы переплелись. Граница была тонкой и манящей. Тэхен заглянул в глаза Чонгуку, легко скользя руками по плечам, словно вспоминал каждый изгиб. Взгляд был теплым, но уверенным. Он контролировал момент, направлял игру. - Спокойно, малыш… - прошептал он, медленно приближаясь губами к шее. Чонгук слегка подался вперед, но Тэхен мягко прижал его, не позволяя вести. Поцелуй начался медленно, уверенно, как будто Тэхен не просто хотел касания, а хотел показать: он здесь, он держит ситуацию, а Чонгук в его власти. Пальцы скользили по бедрам, заставляя сердце Чонгука биться быстрее. Каждое движение было осознанным, почти игрой: задержка, пауза, взгляд, легкое касание и снова приближение. - А я хочу знать все, что ты чувствуешь. Чонгук с трудом выдохнул, глаза его блестели, но он оставался неподвижным, позволяя Тэхену главенство. - Хен… - прошептал Чонгук, почти теряясь в этом потоке. - Давай… продолжим в спальне? - Нет, малыш, - ответил Тэхен, улыбаясь и слегка прижимая его к себе. - В другой раз. Я устал слишком. Он задрал кофту, оголяя шикарный пресс младшего и легкими поцелуями спускался к резинке спортивных штанов. Чонгук застонал, губы чуть приоткрылись, а глаза закатились от удовольствия. Руки застыли в воздухе, словно не решаясь коснуться Тэхена, который продолжал свои ласки. Медленно опустился ниже, губы скользили по животу, останавливаясь там, где дыхание Чонгука становилось чаще. Легкие поцелуи, прикосновения языка по тазовым косточкам. - Черт...Нет, хен... - застонал он, хватая за волосы. - Хен сделает тебе приятно... Тэхен шлепнул дважды по бедрам Чонгука, прося поднять таз. Он видел как его вело от ласки. Что же будет когда Тэ продолжит..? - Блядь! - выругался Чонгук, когда ощутил легкое дыхание на головке. Тэхен заглатывал постепенно, помогая себе рукой. Он тихо застонал, когда Чонгук снова схватил его за волосы и толкнулся глубже в глотку. В ответ сжал бедра Чона чуть сильнее, возвращая контроль себе. Его пальцы скользнули по внутренней поверхности бедра, щекоча. Глаза Чонгука расширились, дыхание стало прерывистым. Тэхен чувствовал, как его собственное желание смешалось с заботой о партнере. Он ритмично двигал головой, заглатывая с каждым разом все глубже. Руками массировал яйца, заставляя Чонгука втягивать воздух сквозь зубы. Тэ закинул его ноги себе на плечи, приподняв таз, дразнил пальчиком задний проход. Чонгук злился и пыхтел, сжимая бедрами голову хена. - Не дразнись...хен... - громко застонал Чон, когда Тэхен положил свою тяжелую ладонь на живот, слегка надавив. - Даже не думал, малыш... Тэхен чмокнул головку и задавая быстрый темп, обводя каждую венку языком, выдаивал оргазм. Чонгука потрясывало, он был на грани. - Хен... - толкаясь глубже в расслабленную глотку, застонал он. Тэхен ухмыльнулся, проглатывая сперму своего парня. Аккуратно опустив его ноги обратно на диван и почти лениво улегся сверху, уткнувшись губами в его шею. Легкими покусываниями прошлись по кадыку. Чонгук тихо выдохнул. Тело еще дрожало после разрядки, каждая мышца будто вспоминала прикосновения. Он чувствовал, как губы Тэхена скользят по коже, как теплая ладонь все еще лежит на его животе. Тэхен улыбался едва заметно. Он любил эти моменты. Когда Чонгук переставал играть в сильного, а просто оставался рядом, открытый и настоящий. Он мог читать его реакцию по дыханию, по тому, как пальцы младшего цеплялись за плечи. Управлять моментом, растягивать его, превращать в тихую, почти сакральную близость. Чонгук пытался успокоить дыхание, но внутри все еще бурлило. Каждое прикосновение Тэхена, мягкое и ленивое, отзывалось теплой волной под кожей. Он крепче обнял хена за плечи, словно боялся, что тот сейчас уйдет и все закончится. Внутри вспыхнула простая, почти детская мысль: я хочу быть только с ним. Тэхен словно почувствовал это. Он прижался ближе, уткнувшись лбом в его плечо. В комнате осталось только их дыхание, тихая дрожь тел и медленно возвращающееся спокойствие. Время будто замедлилось. Тэхен понимал, что этот момент не просто удовлетворил физическое желание, но и укрепил доверие, оставляя след в памяти, который никто больше не сможет повторить. Сара сидела в машине, пытаясь отпустить обиду. За окном лил сильный дождь. В салоне было тепло. Дворники бегали туда-сюда, очищая лобовое стекло от капель. Ён принёс для неё кофе и её любимые онигири с тунцом и острым соусом. Но Сара их не взяла. В голове снова и снова прокручивались события последних дней: похищение Чимина, убийство СуЁля, издержки системы, обвинение Юнги. - Сара, - начал он, нарушая тишину, - я… я знаю, что ты хотела, чтобы мы проверили склад. Сара обернулась к нему; её глаза были холодными, почти стальными. - Знаешь, что самое обидное? - тихо сказала она. - Я предупреждала. Я умоляла. И что? Твой закон… ничто. «У нас нет оснований?» А сейчас достаточно оснований? - Я понимаю. И это убивает меня. Чимин был… он был в опасности, а я не смог ни помочь, ни защитить его. - Вот именно! - рыкнула Сара. - Это всё, что вы можете! Убиваться после, а «до» - искать формальные основания. Это никак не защищает людей. Потом эти же «формальности» заставляют кого-то умереть. Она пыталась успокоиться, но уже завелась. - Если бы Чимин умер, смог бы ты смотреть в глаза Юнги? А госпоже Пак? А бабушке? Ён поднял взгляд и резко ударил по рулю. - Я и так чувствую себя виноватым. - Ну вот, чувствуешь. А толку? Сара отвернулась к окну, стараясь сдержать дрожь в голосе. - Чувство вины не спасает людей. Система не спасает людей. Ты видишь это сейчас. Между ними повисло молчание -напряжённое и тяжёлое. Сара курила молча, не поднимая взгляда, а Ён смотрел в одну точку, пытаясь найти правильные слова, чтобы уменьшить пропасть между ними. - Я не знаю, - тихо пробормотал Ён, - как это исправить… - Молчи... - прошептала Сара, почти улыбнувшись сквозь обиду. - Иногда молчание громче любых слов. Он помолчал ещё минуту, потом всё-таки сказал: - Мы уже близки к поиску убийцы Пак Мин Дона и Рю Су Ёля. Сара повернулась к нему и заинтересованно подняла бровь. - На этот раз он не забрал пули. Скорее всего, спешил. - И? - Это довольно редкое оружие. У нас, в Корее, оно не слишком распространено. Я подал запрос. Жду ответ. - И что тогда? - Когда? - удивился Ён. - Ты будешь искать того, кто спас меня и Чимина? - Ты же сама понимаешь… По закону… - В гробу я видела твой закон. Она открыла дверь машины. Холодный дождь сразу ворвался в салон. - Спокойной ночи, детектив Ли. Не дав ему договорить, она вышла под дождь. Ён провёл рукой по лицу, смахивая усталость. Сара права. Сейчас перед ним стоял трудный выбор - действовать по закону или по совести. Он всегда верил в систему. Верил, что закон - это единственный способ защитить людей. Что если каждый начнёт действовать по совести, мир превратится в хаос. Но сегодня он задумался. Чимин попал в больницу и мог снова подвергнуться насилию. Юнги оклеветали за то, что он защищал Чимина. Сару ударили, потому что она сделала запись беспредела «представителя закона». А тот, кто спас их всех, оставался вне закона. Был палачом. Ён посмотрел на пакет с онигири, который так и остался лежать между сиденьями. Иногда закон опаздывает или отпускает того, кто умеет им пользоваться. Он тяжело выдохнул и взял телефон. - Это старший детектив Ли Ён, отдел особо тяжких, - тихо сказал он в трубку. - Мне нужен полный список владельцев оружия модели MARK 23. И неофициальные поставки тоже. Он сделал паузу, слушая собеседника. - Да. Проверьте ещё те, которые не проходят по базе или засветились в преступлениях, где фигурирует сексуальное насилие. Чимин проснулся слишком рано. Солнце ещё не взошло, а часы на руке Юнги показывали половину шестого утра. Он невольно улыбнулся. Его хен остался на ночь. Чимин лежал, устроившись головой на здоровом плече Юнги, и кончиком пальца осторожно водил по его щеке, будто проверяя, настоящий ли он. Тот во сне смешно нахмурился, что-то пробормотал и, не просыпаясь, притянул Чимина ближе, крепче прижав к себе. Младший тихо хмыкнул, стараясь не шевелиться. Вчера доктор сказал, что сегодня Юнги выпишут, а его самого оставят под наблюдением ещё на несколько дней. И, как ни странно, от этой мысли становилось немного грустно. Он осторожно ткнул Юнги пальцем в щёку. - Хен… Юнги поморщился и приоткрыл один глаз. - Если ты решил убедиться, что я ещё жив… - хрипло пробормотал он, - можешь просто спросить. Чимин тихо фыркнул. - Я проверяю, не превратился ли ты в камень. Ты вообще спал? Юнги попытался потянуться, но тут же скривился. - На больничном стуле? Конечно. Лучший сон в моей жизни. Он посмотрел на Чимина внимательнее, и сонливость с его лица почти сразу исчезла. - Голова кружится? Чимин на секунду задумался. - Немного. - Тошнит? - Нет. - В глазах двоится? Чимин улыбнулся. - Только когда смотрю на тебя слишком долго. Юнги прищурился. - Очень смешно. Он аккуратно коснулся лба Чимина, проверяя температуру, потом провёл ладонью по его волосам. - Если станет хуже, сразу говори. Не геройствуй. Чимин кивнул, но его взгляд на мгновение скользнул к окну. - Тебя сегодня выпишут. Юнги пожал плечами. - Да, хочу поскорее в душ и снять больничную одежду. - Значит, уйдёшь? - Не грусти, малыш. Я вечером приду к тебе. Чимин немного нахмурился и снова уткнулся лбом ему в плечо. - Как мне быть целый день без тебя? Мне будет скучно. Юнги тихо фыркнул. - Ты лежишь здесь меньше суток и уже жалуешься на скуку? - Я жалуюсь на отсутствие одного конкретного человека. Юнги посмотрел на него сверху вниз. - Чимин. - Мм? - Я не уезжаю в другую страну. Чимин тихо буркнул: - Но домой-то уедешь. Юнги несколько секунд молчал, потом тихо вздохнул. - Посмотрим. - Что значит «посмотрим»? - оживился Чимин. - Это значит, что больничные стулья, конечно, ужасные… - он слегка улыбнулся, - но ради некоторых пациентов можно потерпеть. Чимин попытался скрыть улыбку, но не получилось. - Хён, ты останешься на ночь со мной? - А ты слишком рад. - Конечно. Чимин снова уткнулся лбом в плечо Юнги и несколько минут просто лежал, слушая его дыхание. Потом тихо сказал: - Мне нужно в туалет. Юнги даже не открыл глаза. - Мм… сейчас помогу тебе. - Я не инвалид. - Ты пациент, - пробормотал Юнги. Чимин осторожно выбрался из его рук и сел на край кровати. На секунду всё было нормально. Потом пол едва заметно качнулся. Чимин нахмурился и медленно встал. Сделал шаг. И мир вдруг резко поплыл в сторону. Он машинально ухватился за край тумбочки, но пальцы соскользнули. - Чимин? Голос Юнги мгновенно стал другим, уже не сонным. Чимин попытался ответить, но ноги вдруг перестали слушаться, и он резко качнулся вперёд. Юнги подскочил так быстро, что едва не запутался в пледе. Он успел перехватить Чимина за плечи за секунду до того, как тот рухнул бы на пол. - Эй, эй, эй… - Юнги крепче прижал его к себе. - Чимин! Чимин зажмурился. - Всё… нормально… - Ничего не нормально. Юнги усадил его обратно на кровать и опустился перед ним на корточки, удерживая за руки. - Смотри на меня. Чимин медленно поднял взгляд. - Сколько пальцев? - Хен… серьёзно? - Сколько? - Два. Юнги выдохнул. - Голова кружится? Чимин тихо кивнул. - Немного… Юнги провёл рукой по его волосам, уже явно нервничая. - Я же говорил не вставать одному. - Я просто хотел… Он замолчал, снова моргнув. Юнги сразу заметил. - Всё ещё плывёт? - Уже меньше. Юнги тихо выругался себе под нос. Он принёс Чимину судно, на которое тот посмотрел, как на предателя. - Я не буду в судно писать, - буркнул Чимин. - Ты уверен? Это удобно. - Ты что, писал в… такое? Юнги ухмыльнулся. - Это лучше, чем катетер. - Я выйду, а ты сделай свои дела и оставь судно под кроватью. Сокджин в хорошем настроении зашел в управление. Он приложил свой электронный пропуск и прошел внутрь. - Доброе утро, док! - улыбнулся офицер Ким. - Привет. Детектив Ли у себя в берлоге? - Он еще не пришел. - Не пришел? Уже десятый час. - Может он с госпожой Свон развлекается? Я вчера слышал, как он кому-то говорит, что едет к ней. Сокджин остановился и медленно повернул голову. - Ты смотри не ляпни так при ней или при детективе. Они тебе убьют. А я помогу избавиться от тела. Скрипучий смех Сокджина заполнил весь первый этаж. Офицер Ким закатил глаза, но тоже засмеялся. Их веселье прервала девушка. - Простите, - робко обратилась она к дежурному. - Мне нужен детектив Мин или детектив Ли. - Здравствуйте, - кивнул офицер. - Детектив Мин еще не пришел, а детектив Ли на совещании. Джин удивленно глянул на дежурного, который отмахнулся. Оказывается, они так говорят, когда на месте нет двух или трех членов команды. Девушка тяжело вздохнула. Сокджин обратил внимание на легкий тремор ее рук и присмотрелся. Она щурилась от света ламп, не сразу поняла что сказал ей дежурный и сама по себе была не собранная. - Простите, вы в порядке? - поинтересовался Джин. - Что...да...Я в порядке. Спала плохо... - Вы не против, если я осмотрю вас? Я судмедэксперт управления полиции. - Против... - пискнула девушка и пошатнулась, попадая прямо в чьи-то руки. Ён аккуратно удержал ее и мягко вернул отодвинул от себя. - Что происходит? - Детектив Ли, эта девушка спрашивала вас, - ответил дежурный. - Меня? - удивился Ён. - Вы детектив Ли? Я читала про вас статью. - Ах, вот оно что, - разочаровано выдохнул Ён. Он еще не заходил в сеть, а учитывая злость Сары, представляет что она там накатала. - Я хочу поговорить с вами. Наедине, - подчеркнула девушка. - Можем пройти в кабинет. Ён кивком указал направление. Джин тут же увязался за ними, чем заметно напугал девушку. На лестнице ее снова повело в сторону. Она бы упала, если бы Сокджин не успел подхватить. - Не бойтесь, я вас удержу. - Простите... - Может скорую? - уточнил Ён. - Нет. Я думаю, она была под биотелигом, - ответил Джин. - Как ваше имя? - Чон Юна. - Вы пришли заявить о насилии? - шепнул детектив ей на ухо. Девушка едва заметно кивнула. - Да. Сара Свон упомянула в статье ваше имя и Мин Юнги… как тех, кто может защитить. Ён удивленно моргнул, а Джин лукаво улыбнулся. Похоже, статья оказалась интереснее, чем он ожидал. - Пройдемте. Вам лучше? - Да. - Я бы рекомендовал оставить с нами господина Кима. Он практически врач. Джин фыркнул, но помог девушке идти за Ёном. Кабинет встретил их тихим гулом компьютеров. Он открыл окно и указал девушке на стул. - Присаживайтесь. Чон Юна осторожно опустилась на край, будто боялась занять слишком много места. Джин сел напротив и внимательно посмотрел на нее. - Можно вашу руку? Она неуверенно протянула ладонь. Он коснулся ее запястья, проверяя пульс, потом посветил фонариком в глаза. Юна зажмурилась. - Свет режет? - спросил Джин. - Немного… Он кивнул. - Когда вы в последний раз спали нормально? Девушка опустила взгляд. - Я не уверена. Ён оперся на стол. - Хорошо. Начнем с начала. Вы сказали, что хотите заявить о насилии. Юна сжала пальцы. - Я… не уверена, что это было именно насилие. Джин и Ён переглянулись. - Но вы все равно пришли, — спокойно сказал Ён. Она кивнула. - Я была на одной вечеринке. Там… были в основном состоятельные люди. Или, по крайней мере, выглядели так. - Где? - спросил Ён. - Я не знаю адреса. Нас забирала машина. Телефоны забрали еще на входе. - Удобно, - Джин тихо хмыкнул. Юна продолжила, стараясь говорить ровно. - Сначала все выглядело как обычная закрытая вечеринка. Музыка, алкоголь, танцы… Она замолчала на секунду. - А потом нам предложили «особый опыт». Ён прищурился. - Что это значит? - Нам сказали, что это новый препарат. Он усиливает эмоции, ощущения… снимает страх. Джин чуть наклонился вперед. - Вам его дали добровольно? - Да. Она тихо добавила: - Но я не знала, что это. - Как его вводили? - сразу спросил Джин. - Укол в вену. Он коротко кивнул. - Биотелиг, - тихо сказал он Ёну. Юна подняла голову. - Вы знаете, что это? - К сожалению, да. Она заметно побледнела. - После укола все было… странно. Сначала очень хорошо. Слишком хорошо. Она провела рукой по виску. - А потом начали пропадать куски времени. Утром очнулась, но рядом никого не было. Ён наклонился ближе. - Вы помните хоть что-нибудь из этих «кусков»? - Иногда. - Что именно? Юна медленно вдохнула. - Комнату и мужчин. - Мужчин? Она кивнула. - Иногда женщин видела. Джин тихо выдохнул. - И вы не помните, что происходило? - Нет. Я словно была не в своем теле. В кабинете стало тихо. Ён спросил мягче: - Почему вы решили прийти именно сегодня? Юна посмотрела на него. - Потому что я увидела статью. Он поморщился. - Там было написано, что вы защищаете людей… которых никто не хочет слушать. Ён на секунду отвел взгляд. Джин усмехнулся. - Вот уж не думал, что Сара, после всего, будет рекламировать вас как службу спасения. - Джин, - строго посмотрел на него детектив. - Кто организовал вечеринку? Юна тихо сказала: - Я не знаю. Ён сразу насторожился. - Но? Как вы на нее попали. - Нас с подругой привезли парни. Мы познакомились в «ХойДо». Ён тихо выругался. Опять этот рассадник преступников. Сара в который раз права. Юна медленно произнесла: - Я слышала, как один из людей говорил… что препарат нужно будет заказать снова. Джин поднял голову. - Снова? - Да. - Он говорил, у кого? Юна покачала головой. - Нет. Но он сказал одну фразу. Ён чуть подался вперёд. - Какую? Юна тихо произнесла: - «Если старый поставщик пропал, найдем нового». В кабинете повисла тяжелая тишина. Джин медленно выпрямился. - Значит… препарат уже кто-то распространяет. Ён смотрел на девушку, и в его голове постепенно складывалась новая проблема. Кажется кто-то организовал подпольный рынок. И судя по количеству жертв, весьма успешный. Чимин набрался сил и смог сам дойти до ванной. Он хотел хоть немного освежить тело. Ему казалось, что вся грязь Сеула на нем. Закрыв дверь и оперся руками о раковину, пытаясь отдышаться. Спустил штаны, но оставаясь в больничной рубашке, дотронулся до попы. Его смущал дискомфорт и жжение в заднем проходе. Он точно помнил, что СуЁль не трахал его. Он резко втянул воздух и вскрикнул. Слезы сами полились с глаз, а волна стыда и ненависти накрыла с головой. Кто-то стучал в двери и звал его. Не хватало, чтобы мама узнала какой он мерзкий. Может тот следователь был прав и Чимин шлюха. Дверной замок сломался от двух выстрелов. Перепуганный до чертиков Юнги вошел в ванную, оставляя маму и бабушку в палате. - Чимин-а, что произошло? - спросил Юнги, присаживаясь на корточки. - Уйди! - Чимин махал руками. - Не прикасайся! Убери руки! Не трогай! Он размахивал руками, захлебываясь слезами. Его трясло от осознания, что все снова повторилось. Они ведь с Юнги вместе. - Я не уйду пока ты не объяснишь что произошло? Почему ты только в рубашке? - Выйди! Оставь меня! Что тебе не понятно! Я шлюха! Юнги самого трясло от эмоций. Заехал, блин, кофе попить. Он обхватил лицо Чимина руками, заставляя смотреть в глаза. - Повтори...- Голос стал жестким. - Повтори это глядя мне в глаза! Чимин сильнее заплакал и пытался вырваться. - Я...шлюха! - еле выговорил он. - Шлюха! Доволен! - Нет! - крикнул Юнги. Он провел большим пальцем по щеке Чимина, стирая слезы. - Нет...Ты мой самый любимый и нежный мальчик. Понял? Я люблю тебя, Чимини. Мама с бабушкой пришли к тебе и ждут в палате. Мы все считаем тебя самым светлым и добрым человеком, в судьбу которого вмешался больной ублюдок. - Он меня...снова...хен... - Малыш, он ничего не сделал... - Я трогал себя...там... - шепнул Чимин, снова захлебываясь слезами. - Это из-за игрушки... - также шепотом ответил Юнги. - Когда убили СуЁля, убийца сбежал. Джин сказал, что игрушка работала минимум три часа. - Игрушка... - икнул Чимин. - Не СуЁль? - Нет... - Юнги... Чимин обнял его, цепляясь как за последнюю надежду. Все равно не приятно и стыдно перед Джином и другими, но он хотя бы чист. - Мой хороший... Моя нежность... Шептал Юнги, оставляя легкие поцелуи на щечках и у виска. - Зачем ты разделся вообще? - Я... в душ хотел. - Тогда давай, иди в душ. Я успокою маму и бабушку. Еще мне нужно объяснить стрельбу... - Ты зачем стрелял? - только осознал Чимин. - А что мне было делать? - фыркнул Юнги. - Ты кричал, а двери не открывал. - Ты безумец. Чимин был шокирован поступком Юнги, но осознал насколько дорог ему. Когда Чимин вышел из душа, волосы все еще были влажными, а больничная рубашка прилипала к коже. Он на секунду остановился у двери палаты. Внутри было тихо. Мама сидела у кровати, сжимая в руках салфетку. Бабушка пила кофе, что принес Джин. Юнги стоял у окна, сложив руки на груди, и выглядел так, будто готов стрелять еще раз, если понадобится. Сокджин сидел на краю стула, лениво листая карточку пациента, но как только Чимин вошел, поднял глаза. Одного взгляда хватило. Судмедэксперт медленно выдохнул через нос. - Ну что, - спокойно сказал он. - паника отменяется. Мама вскочила. - Чимин-и! Она обняла его осторожно, будто боялась сломать. Бабушка тоже поднялась и погладила его по щеке. - Наш мальчик… Чимин смутился и опустил взгляд. - Простите… - За что? - удивилась мама. Юнги сразу подошел ближе и встал рядом, почти касаясь плечом. Джин встал со стула и подошел к Чимину. Он осмотрел его лицо, глаза, влажные волосы. - Так, - сказал он деловым тоном. - диагноз: жив, дышит, мозг на месте. Юнги фыркнул. - Ты врач или стендап-комик? - Я человек, который сейчас скажет всем успокоиться, - лениво ответил Джин. Он посмотрел на Чимина чуть мягче. - Ничего нового с твоим телом не произошло. Это последствия той чертовой игрушки и долгой стимуляции. Мама покраснела. Бабушка громко сказала: - Я ничего не поняла и не хочу понимать. Юнги кашлянул в кулак. - Спасибо, хен. Очень деликатно. - Я еще деликатен, - фыркнул Джин. - обычно я показываю схемы. Чимин невольно тихо засмеялся. Напряжение в комнате сразу стало меньше. Джин заметил это и слегка улыбнулся. - А теперь главное, - сказал он. - наш пациент будет отдыхать. Без драм, без самодиагностики и без попыток вскрывать двери. Юнги поднял бровь. - Это ты мне? - Конечно тебе. Кто вообще стреляет в двери больницы? Мама резко повернулась к Юнги. - Я так и не поняла зачем ты стрелял?! Юнги устало провел рукой по лицу. - Он кричал… Бабушка перекрестилась. - Господи, какие у вас методы лечения. Я бы с покойным мужем в гробу лежала. Джин похлопал Юнги по плечу. - Расслабься, герой. Я уже сказал охране, что это была… - он сделал паузу - стрессовая терапия. - Ты издеваешься, - буркнул Юнги. - Немного. Давайте еще позвоним Саре и скажем, что Ён допросил девушку без нее? - предложил Джин. - Ты хочешь третью мировую запустить? - нахмурился Юнги. - Мне одному весело? - спросил Джин. - Да! - ответила Гымджа, допивая из трубочки кофе.