Замена

– Не хочешь поговорить о своем сегодняшнем поведении? Чуя замирает, когда в голове раздается знакомый голос. Тяжело выдыхает, опускается на диван, опираясь подбородком на ладонь и смотря в одну точку на ковре. – Тебе нужно обработать раны. Перед ним материализуется шатен выше него на полторы головы, по-глупому обмотанный бинтами на шее и запястьях – там, где это не скрывает рубашка. Он слегка наклоняется и заглядывает Чуе в лицо. – Иди к черту. – Шипит тот. – Какого хера ты вообще так выглядишь? – Я проанализировал выброс гормонов в твоем мозге в ходе драки и определил, что именно этот внешний вид вызывает у тебя наиболее подходящую реакцию для нашей совместной работы. Невозмутимо отозвался он до зуда в кулаках знакомым голосом. – Ну да, пиздил я этот внешний вид именно из-за этого. СКВИП качает головой, садясь рядом. Чуя чувствует, как волоски на руке справа чуть ли не встали дыбом – чувства практически как от прикосновения. Он ошарашенно поднимает брови и поворачивается в его сторону. Тот усмехается так, что хочется вмазать по этому лицу еще раз. – Я простимулировал твои нервные окончания в этой области. Поэтому тебе кажется, что я тебя коснулся. «Зашибись» – злостно звучит в голове Чуи, вызывая в коньячных глазах рядом какой-то полу-нечеловеческий блеск. – Я и так не человек, Чуя. Забавно, как человеческий организм способен реагировать всего лишь на внешность какого-либо его представителя. Голограмма даже двигает ртом перед ним, и Чуя отворачивается, потому что раздражение кипятком поднимается в груди от этого голоса. Но «нервные окончания оказываются простимулированы» выше, доходя до плеча, и он не удерживается и резким движением делает попытку сбросить чужую руку, понимая, что просто проведет собственной мимо. – Возможно, именно так ты сможешь меня выслушать. Ты понимаешь, что такое поведение непозволительно? Если ты хочешь, чтобы я тебе помог, тебе нельзя выключать меня в критических ситуациях и уж тем более нельзя ослушиваться моих советов. Мы оба работает на твое благо, Чуя. Чуя не смотрит на него, а под конец вообще подскакивает с дивана, тут же жалея об этом – пострадавшее колено отзывается резкой болью, на этот раз не связанной со СКВИПОМ. Он кряхтит, находит все-таки аптечку на полке и после подходит к зеркалу, разглядывая кровоподтек на скуле. СКВИП ждет его там, оперевшись плечом о стену и сложив руки на груди. – Этот мальчик… Дазай Осаму. Учится в математическом классе, остается в библиотеке после уроков и дерется чуть умнее тебя. – Ты его видел? – Отзывается Чуя, размазывая кровь ватным диском с перекисью. – Это невозможно. – Советую тебе увидеть свое лицо. – СКВИП, несмотря на ситуацию, выглядит даже веселым. – Я не сказал «лучше», на физическом уровне это действительно невозможно. Но он предугадывает твои шаги. Признаюсь, он меня удивил – работает так, словно в его голове СКВИП улучшенной версии, но я не уловил никакого контакта. – Хочешь сказать, это он сам такой гений? – Чуя отрывается от своего занятия, поднимая на нового «Дазая» глаза. Тот кивает. – Вероятность того, что это его собственный мозг больше 99%. Накахара снова тяжело вздыхает, проглатывая еще кучу оскорблений в сторону находящегося где-то реального Дазая, прекрасно понимая, что СКВИП слышит их все. Они заканчивают в тишине, и только когда Чуя ставит аптечку обратно и как ни в чем ни бывало решает сесть за домашнее по химии, СКВИП, все это время вызывающий тихую фрустрацию рядом, решает открыть свой голограммный рот: – А Осаму Дазай, судя по всему, справился бы с этим заданием раза в два быстрее тебя. – Я купил тебя для того, чтобы ты помогал или где? – Возмущается Чуя, сжимая в кулаке ручку. – Серьезно, Чуя, после того, что произошло ты решил заняться именно этим? – «Дазай» подходит к нему сзади, делая вид, что упирается руками о спинку стула. – Ты мне так ничего и не ответил. – А какого ответа ты ждешь? – Он все-таки поднимает голову от задачи. – Ну не послушался я тебя один раз, сорян, что мне теперь?.. Твои советы никак бы не помогли ситуации, вот честно. – Я запрограммирован на то, чтобы мои слова помогали ситуации. Просто ты чувствовал так много, что не слышал голоса рациональности. – Так выключил бы мне, что не надо! Ты вот как и он только стоишь и болтаешь, а как сказали работать, ноль реакции, одни обвинения. СКВИП качает головой несмотря на то, что Чуя не мог этого увидеть. – Боюсь, это помешало бы нашим главным планам. – Да каким, к черту, планам?! – Выкрикивает Чуя, кидая ручку в стол и поворачиваясь к собеседнику. – Если тебе не нравится, как я решаю конфликты, ты можешь делать это сам! Но не делаешь и потом возмущаешься. – То есть ты вверяешь мне свое тело полностью? – Уточняет СКВИП, слегка склонив голову набок. Мерзотная ухмылка искривляет его лицо, и он протягивает руку к чуеной щеке, едва заметно прогладив пальцами еще не засохшую ссадину. Тот морщится не только от легкой боли и отстраняет голову. – Нет! Господи, ты же читаешь мои мысли, ты знаешь, что я имею ввиду! – А еще я знаю, чего ты на самом деле хочешь. Глаза Чуи расширяются в страхе-отвращении, он встает со стула и отходит от СКВИПА на пару шагов. В голове не то, что не находится слов, не находится даже достойных этой ситуации мыслей. – А что? – Глаза СКВИПА сужаются. – Ты ведь знал, что, выпив меня, придется столкнуться с тем, что ты скрываешь даже от себя самого. Я знаю не только то, что ты знаешь, Чуя, я знаю больше. Чуя рвано вздыхает, все это так сильно напоминает эмоции настоящего Дазая, что утихомирившаяся было ярость вскипает внутри с новой силой. Мысленно он в самых грязных выражениях посылает обоих Дазаев, но стоящий перед ним вдруг просто начинает смеяться. Ошарашенный такой наглостью Чуя просто стоит у стола, пытаясь понять, как вообще на это можно отреагировать. СКВИП перестает и выпрямляется, утирая несуществующую капельку крови с якобы разбитой губы, повторяя микродействие настоящего Дазая, совершенное когда-то сегодня. – Такой мой вид приносит тебе больше удовлетворения? – Он все еще до раздражающего весел, но Чуя теперь не может не согласиться с ним. – Чудно. Тогда именно таким ты и будешь меня видеть. Того Дазая Осаму ты больше не встретишь. – Почему это? – Чуя совершенно бессмысленно пытается вложить все свое подозрение во взгляд, но СКВИП понял его и так. – Потому что я не считаю, что непроизвольный всплески гормонов адекватно влияют на твое поведение и состояние и поскольку ты не слушаешь меня, когда это необходимо, я считаю это единственно возможным способом… – Ты что, совсем офонарел? – Взрывается Чуя, перебивая его и до жути мечтая ударить, если бы только это было возможно. СКВИП остается невозмутим. – Нет, Чуя. Дело в том, что для адекватной работы твоей нервной системы и твоего мозга только СКВИП может вызывать у тебя определенные необходимые реакции, а все неожиданные и нежелательные процессы, что мешают моей работе, я считываю, как угрозу тебе, поскольку это напрямую влияет на наши планы. – Ну да, причитай как мамка сейчас, что я поступил ради учебы. – Если ты хочешь поменять цель, укажи на это. Чуя открывает в замешательстве рот, но ничего так и не может сказать – слова просто не приходят в голову. По сути СКВИП прав: он покупал его на последние заработанные деньги ради одной учебы, а бинтованная морда в коридорах учебного заведения только сбивает и все его мысли и действия СКВИПА со всякого толку. С другой стороны, отказаться от своей ярости означает вернуться в те времена, когда эмоции были заблокированы не нано-компьютером в его мозге, а чем-то непонятнее и страшнее. – Одиночеством. – Услужливо подсказывает слово стоящий напротив «Дазай», хоть он не сказал ни слова. Чуя только устало отмахивается от него. – Не хочешь признавать, что «бинтованная морда» уже вошла в перечень причин, почему ты появляешься на занятиях? «Не хочешь признавать, что кто-то другой может влиять на меня, помимо тебя?» – Зло думает Чуя, больше не смотря на СКВИПА и возвращаясь на свое место за столом. – Это что, обвинение в ревности? У меня нет эмоций, я действую из логики. «Тогда твоя идиотская логика должна… понять ситуацию. – Даже думать это словами после всплеска злости до крайности смущающе. Чуя упорно смотрит в тетрадь, не видя написанного. – В конце концов, ты знаешь, как включить Дазая в наш план, просто не хочешь этого». – А ты так сильно не хочешь лишаться ежедневных новых синяков, что готов изменить его? – Отвечает СКВИП вопросом на вопрос, соизволяя делать более или менее серьезный голос. – Верни свой прошлый облик. – Чуя сжимает пальцами край стула и медленно выдыхает. Пора наконец успокоиться. – С этим я… не могу сосредоточиться. СКВИП молчит какое-то время сзади, наблюдая, как Чуя тщетно третий раз перечитывает задачу, а потом вдруг подходит, касается ладонью чужого плеча, проводит по шее выше, останавливаясь на подбородке. Чуя задирает голову, видя перевернутое напряженные лицо над собой. – Я могу заменить его. – Коротко говорит СКВИП, и Чуя чувствует легкое тепло, следующее по груди и животу вниз, хотя вторую руку «Дазай» держит опущенной. Накахара долго выдыхает, разглядывая ненастояще-побитое лицо. И не может отказать.