Как высоко

Тодороки направлялся в свой офис после вечернего патруля. Сегодня к нему присоединился Бакуго, и в очередной раз задался вопросом, почему все так не любят с ним работать. Этот парень может и шумный, но всегда говорит по делу, и никогда не отказывает фанатам в автографе, даже с журналистами абсолютно всегда общается, хоть и через не хочу. Бакуго знает, что в его работу входит не только бить злодеев, ещё в школе его этому научили. Шото догадывается, что его недолюбливают за то, что он часто указывал про-героям на их недостаточно хорошо выполненную работу. Как-то раз Бакуго и ему самому сказал, что он плохо общается с фанатами. Тодороки и так это знал, но раз даже Бакуго, который не особо-то о нём волнуется, указал на это, значит надо улучшать свои навыки общения. Шото прочитал тогда и до сих пор читает разные книжки про психологию людей и общения с ними. После этого его рейтинг стал стремительно повышаться, поэтому за своё звание Героя номер 2, он благодарен именно Бакуго. Возможно, он действительно хочет лучшего для героев, с которыми работает, и просто подсказывает некоторые моменты. Только из-за его манеры подавать это в презрительной форме, понимают это немногие. Они с бывшими одноклассниками как-то раз это обсуждали, и те были такого же мнения. Они даже выпили за советы Бакуго, который смутился, что поняли все, несмотря на его хмурый вид и ор о том, что он просто обязан был помочь этим остолопам. Шото улыбнулся этому воспоминанию. Он любит такие моменты, когда хорошо понимаешь эмоции друзей. В такой момент он чувствует себя особенным, ведь ему позволили заглянуть в глубину души. — Что вас так обрадовало господин Шото? — вдруг спросил у него подошедший журналист, рядом с ним оператор. — Такую улыбку ваши фанаты ещё не видели. Тодороки хмыкнул в ответ, глядя в камеру, как вдруг над крышами домов что-то пронеслось. Мужчины перед ним совершенно не заметили этого, и это могла быть просто птица, но Шото должен был проверить это после рассказа Бакуго, как тот увидел незнакомого человека, прыгающего с крыши на крышу, и как спугнул его своими громкими взрывами, но это был самый быстрый способ добраться наверх, поэтому про-герой сетовал на то, что добирался наверх слишком медленно. В этот момент Шото в очередной раз убедился, что Бакуго прекрасно знает о своих проблемах, так что нет ничего плохого в том, что он может указать Тодороки на его недостатки. Шото виновато улыбнулся журналисту, сказав что ему пора уже, и направился в своё агентство, над которым заметил тень. Даже если там никого нет, то он просто полюбуется городом с крыши. Только он добрался до самого верха, сразу почувствовал чужое присутствие. Интуиция подсказывала, что это невраждебно, и хотелось ей верить. Поэтому Тодороки аккуратно открыл дверь, ведущую на выход на крышу, и осмотрелся. Довольно высокий на первый взгляд парень в костюме опирался на перила. Шото старался всех своих работников знать в лицо, а со спины парня он не узнал, – надо было, чтобы он развернулся. — Вы кто? — поинтересовался Шото, медленно подходя к нему. Парень издал смешок и повернул голову, показав половину белой маски на лице. Тодороки тут же нахмурился. Нормальному работнику не пришло бы в голову надевать маску и забираться на крышу здания, а у героев в своём агентстве такой заячьей маски он не помнит. Моментально его отношение к незнакомцу стало подозрительным. Он не любил, когда герои скрывали свои глаза тканью. Они с Бакуго даже однажды спорили на этот счёт. Для Тодороки маска имеет смысл только, как у Ииды, чтобы на скорости ничего не попадало в глаза. Бакуго же пытался его убедить в эстетической составляющей костюма героев, тем более у него она показывает его причуду. Шото тогда сказал, что больше уважает тех, кто не боится скрывать своих глаз. Бакуго после этого замолчал и больше никаких аргументов против не выдвигал, а через какое-то время вышел в свет с модифицированным костюмом, в котором больше не было маски на глазах, зато были косички на затылке, напоминающие фитильки. После этого Кацуки вполне обоснованно злился на Тодороки, который без конца улыбался, видя изменённый костюм, и хоть он молчал, ему нравилось чувство победы в этом споре. — Я очень одинокий человек, — с грустной улыбкой ответил незнакомец и обратно повернулся к городу. — Пришёл вот оценить вид с крыши агентства героя номер 2. — И как оно? — Тодороки подошёл к нему и тоже облокотился на перила, следя за парнем. Он выглядел крепким, но так с виду не понять, что у него за причуда. — Превосходно. Так же, как с остальных высоток. — Почему вы считаете себя одиноким? — если этот человек собирался совершить преступление, то Тодороки должен был предотвратить его на стадии их разговора. Ещё не раз поддержка оберегала людей от страшных поступков. — В общем-то я сам в этом виноват… — произнёс он тихо. — Для друзей я мёртв, а новых я завести не смог, хотя некоторые считают, что мы лучшие друзья, — он усмехнулся. — Но они не понимают меня. Даже не пытаются. Только бегают вокруг и лебезят, надеясь, что я кого-то из них начну считать интересным. — Вы важный человек, да? — Вроде того. Моя информация очень ценна для некоторых людей. — Что за информация? — Тодороки окинул взглядом парня рядом. На щеке красовался шрам, ветер трепал его тёмные волосы. — О про-героях. Я хорошо анализирую и могу предсказать некоторые действия, благодаря этому. И мне нравится наблюдать за развитием причуды. Ты редко используешь взрывы, поэтому они всегда такие неожиданные, особенно, когда с их помощью ты подлетаешь. — Спасибо… — Тодороки нахмурился. — И кому вы передаёте эту информацию? — хоть к нему и обратились на «ты», он не поддержал это. В слишком дружеские взаимоотношения ему не хотелось переходить. — Ну например.. — незнакомец протянул с довольной ноткой. — Те парни около недели назад, что пытались проникнуть в это здание. Или ещё раньше группа, пытавшаяся ограбить музей. И все эти террористические акты в детских центрах. Меня восхищает, что ты со своей командой всегда удачно справлялся с задачами и продолжаешь удивлять своими способностями. — Мужчина остался без руки, — Тодороки с силой сжал перила до побелевших костяшек. — И это единственный пострадавший, — парировал незнакомец. — И какой смысл в твоём анализе, если люди и так видят мои сражения по телевизору? Парень развернулся к нему лицом, на его губах красовалась ухмылка, он наклонил голову в бок. — Одно дело просто видеть проявление причуды, и совершенно другое, когда ты понимаешь, как с ней можно бороться. — То есть ты против героев, — Тодороки полностью к нему развернулся, освобождая руки, чтобы быть готовым к внезапной атаке. Незнакомец просто рассмеялся, запрокинув голову, и поднял руки вверх, показывая, что не собирается сражаться. — Я могу предоставить информацию и тебе. Группировка «Змеи» готовится к нападению на геройскую академию ЮЭй. Даты пока нет, они только собирают данные. Тодороки нахмурился, это ему точно за простое спасибо сказали. И он был прав, – парень сложил руки на груди и наклонил голову, растягиваясь в хитрой улыбке. — Вся информация идёт с оплатой, естественно. — И чего ты хочешь? — Тодороки напрягся, но денег жалеть не будет, если эти данные окажутся достоверными. И парень напротив должен знать об этом, раз о его статусе он осведомлëн. — Я подумаю об этом, — его глаз не было видно, но он точно прищурился. — Всë же хорошим решением было зайти сюда, я рад, что смог поболтать с тобой. Я ещё навещу тебя. Каччан бы на твоём месте сразу бросился бы с кулаками… — Что.. — Шото опешил от прозвища, которое казалось очень знакомым. — Ты не назвал своё имя! Но парень только отсалютовал двумя пальцами и вдруг спрыгнул за карниз, так что Тодороки не успел его схватить, но он тут же прыгнул за ним вниз. Странный незнакомец, заметив его, довольно улыбнулся и исчез в чёрной дыре, которая пропала в тот же момент, как парень скрылся в ней. Тодороки создал себе ледяной выступ и закрепился за стену, наблюдая за обстановкой вокруг. Что это вообще было?       *** — То есть ты позвонил мне в нерабочее время, чтобы рассказать о том, как ты флиртовал с каким-то парнем? — в тоне Кацуки была слышна агрессия, но вместе с ней и смешок. — Да не флиртовал я с ним! — Тодороки начинал злиться, что решил рассказать о произошедшем именно этому человеку. — И он сказал Каччан! — Слушай, вся Япония по телеку видела, как я ещё много лет сказал, что если читать не умеете, то зовите меня Каччан Бакуго. Чтобы Изуку объявился после того, как его похоронила собственная мать? Полный бред, он бы с ней так не поступил. Это был просто какой-то придурок, неумеющий читать. — Хорошо, если ты прав, — вздохнул Тодороки. — Ну ещё бы! — усмехнулся Бакуго на том конце провода. — А если он начнёт тебе докучать, то сразу зови. Сам ты не сообразишь, что этот перец хочет от тебя, учитывая твои познания во флирте. — Всë не настолько плохо! — возразил Шото, чувствуя, что его гордость только что нагло ущемили. — Да-да, бывай, — Бакуго отрубился, не дав попрощаться. Как обычно. После визита странного парня, Тодороки приказал своей команде проверить камеры, чтобы понять, как тот оказался на крыше, и узнать всë о группировке «Змеи». Они выяснили, что он оказался на крыше так же, как потом исчез – используя странную чёрную дыру. По всей видимости он владел телепортацией, чего не было у Мидории Изуку, а значит Бакуго действительно был прав. В школу ЮЭй был отправлен запрос, выяснить не приходил ли кто, чтобы разнюхать обстановку. Через время Айзава-сенсей прислал ответ, что некоторые ученики видели «журналистов», интересующихся устройством школы с их подробным описанием. Создав фото-робот этих людей, за ними начали усиленно следить с помощью уличных камер. Найти их оказалось не так просто, из-за того что они избегали глазков камер, пряча лица за капюшонами и больничными масками. На этих «журналистов» направили программу отслеживания, и все их действия были довольно подозрительны для обычных обывателей, но пока весомых причин задерживать не было. Они всего лишь были очень скрытными, не было зафиксировано даже никаких планов не то что по нападению, даже по сбору команды. А вот того странного незнакомца камеры отыскать не могли, слишком мало данных было с той крыши, а парней с таким телосложением и тёмными волосами оказалось достаточно. Тодороки начинал переживать не привидилось ли это ему. Бакуго на это сказал, когда они встретились на патруле, что Тодороки могли тупо обмануть, но раз он считает это всë подозрительным, то лучше продолжать слежку. Лучше они убедятся, что эти парни просто чудаки, чем замышляют плохое. Шото тяжело вздохнул, оставалось только выжидать. Вдруг Бакуго позвонил телефон, и тот помчался в агентство по просьбе Бест Джинса, напоследок сказав держать его в курсе событий. Шото лениво побрёл в свой офис, по пути наткнувшись на группу детей, которые своими забавными вопросами сразу подняли настроение. Они даже пощупали его бицепсы, убеждаясь в крепких мышцах, и Тодороки позволил сразу нескольким ребятам повисеть на его руках. Довольные дети направились дальше в сопровождении учительницы, и такой же довольный Тодороки зашёл в свой офис, одаривая каждого приветственной улыбкой. Новой информации по «Змеям» не было, поэтому он направился в свой кабинет заполнять отчёт по прошедшему патрулю, уже представляя, как добавит туда встречу с детьми. Сначала он направился в небольшую ванную, встроенную в его кабинет, умыться. Кажется, один из детей размазал по его плечу сопли. Когда он вернулся в основную комнату, к нему в его же кресле развернулся тот самый парень в заячьей маске. Тодороки замер на месте, в шоке от того, что не заметил его присутствия, как тогда на крыше. — Как давно вы тут? — Я видел тебя ещё на улице, развлекающегося с малышнëй, когда уже сидел тут, — ответил парень, улыбаясь. — Вот это я расслабился, что совсем не заметил, — Тодороки нахмурился, сжав кулаки. — О, не переживай, — парень махнул рукой. — Я специально сделал так, чтобы меня не заметили твои работники. — Ещё одна причуда? — удивился Тодороки. — Ох, нет! — парень выглядел воодушевлённым, рассказывая о своём умении. — Я просто полностью отключаю свои мысли, становясь невидимым для всех вокруг. Научился у старой знакомой. Всë ещё не понимаю, как она достигла такого мастерства, будучи ещё школьницей. Мне потребовалось много времени, чтобы научиться не думать, особенно о том, что я пытаюсь не думать. А ещё довольно сложно поддерживать такое состояние, когда двигаешься, но навык очень крутой! — Да уж.. — невольно согласился Шото. — А ты чего стоишь? Присаживайся, — парень ухмыльнулся, склонив голову вбок. Тодороки скептично поднял бровь. — Вы заняли моё место. — Действительно, — он словно забыл об этом, хотя скорее это было просто актёрской игрой. Парень встал и облокотился на стол напротив кресла, на которое указал двумя руками. — Присаживайся. Размышляя стоит ли звать на помощь, Тодороки медленно направился к своему месту. В крайнем случае у него под столом есть кнопка вызова его команды, но была вероятность, что её могли уже обнаружить и сломать, поэтому он морально готовился если что нажимать на кнопку на поясе, являющуюся сигналом для напарника с местом положения. Они решили сделать такую штуку на одном из собраний про-героев, чтобы в критической ситуации звать на помощь и не доводить себя до полусмертельного состояния. Многим пришлось проглотить свою гордость, ведь каждому хотелось быть способным справляться в одиночку, но предложение было слишком логичным, чтобы отказываться от него. Сошлись на том, чтобы каждый выбрал напарника, которому в случае чего и будет направлен сигнал. Тодороки сначала подумал на Мирио, так как они были первыми в рейтинге, но тот на это ответил, что им двоим стоило бы помогать кому-то с более низким рейтингом. Правда, когда тот взял себе в напарники Пожирателя Солнца, стало ясно, что он просто хотел первым прибежать на помощь близкому другу. Самому Тодороки было в принципе всë равно, кому помогать, но если ему понадобится помощь, то хотелось бы, чтобы это был человек, с причудой которого легко работать. На эту роль лучше всех подходил Бакуго, с которым ему ещё и несложно было общаться. Он начал переживать, что того заберёт Киришима, но Бакуго быстро согласился, бросив, что Тодороки больше молчит, чем болтает, поэтому с ним приятно работать. Шото сел на кресло, не отводя взгляда от парня в маске. Как же это всë было странно, он совсем не мог предсказать следующих действий. Будет ли парень просто болтать, как на крыше, или попытается выяснить информацию, известную только команде, работающей на Тодороки? Не выяснил ли он уже всë, что хотел, пока никто его здесь не видел? — Как я могу к вам обращаться? — он решил начать с этого. Может если он будет знать его имя/прозвище, то сможет найти что-то на этого парня. Тот схватился за подбородок и поднял голову, наигранно задумавшись. — Обычно меня зовут просто господин, но некоторые особо смелые зовут Зайцем, — он схватился за край стола и с ухмылкой наклонился к Тодороки. — Как ты будешь звать меня? Было печально, что за маской совершенно не было видно его глаз, – хотя бы к поиску можно было добавить их цвет к поиску. Под светом лампы его кабинета были видны ещё и веснушки, и выглядели они вполне настоящими. Внезапно злорадно хихикнул внутренний голос в лице Бакуго. — Будешь Зайчиком, — твёрдо ответил Тодороки. Он не собирается идти на поводу у него, хотя бы не в этом. Внутренний голос одобрительно хмыкнул, опять же в лице Бакуго. Он плохо на него влияет. Парень рассмеялся, запрокинув голову, показывая ряд белых зубов. — Мне нравится. Не ожидал такого от тебя, — Зайчик выглядел очень довольным, и это немного раздражало. — А ещё ты убрал эту глупую вежливую форму. Обращайся ко мне на «ты» и дальше. Его голос звучал низко. Тодороки вздохнул, прикрыв глаза. — Что ты здесь делаешь? Зайчик снова довольно улыбнулся и начал размахивать ногами. — Пришёл посмотреть, чем занимается про-герой после патруля. Шото не удержал скептично поднимающуюся бровь. Немного подумав, он решил, что ни для кого не будет удивительным, что герои делают отчёты о своей работе, да и если этот парень будет сидеть здесь, возможно о нём наберётся немного информации. Тодороки молча включил компьютер, дождался загрузки и открыл новый файл. Вся техника в его кабинете работал от его биометрии, поэтому не приходилось беспокоиться, что этот парень попытается взломать что-нибудь тут. — Сегодня был патруль с героем Динамитом, да? — в его тоне слышался искренний интерес. — С Богом Смертоносных Взрывов Динамитом, — он не удержался от закатывания глаз, одновременно записывая его имя. Зайчик хихикнул. — Полагаю, что ему не приходится так же мучиться с написанием твоего геройского имени. Тодороки согласно промычал и в тишине продолжил печатать. На телефон пришло сообщение от Бакуго, что Бест Джинс просто хотел похвастаться новой тканью, а заставил волноваться так, будто случилось что-то действительно серьёзное, на что про-герой отвечал, что хорошая ткань это действительно серьёзно. Тодороки отправил смеющийся смайлик, на что ему пожелали сдохнуть, и вернулся к работе. — Ты действительно написал про этих детей, — звучало словно с восхищением. — Для меня отчёты словно дневник, в который записываешь, что с тобой произошло за день, — он зачем-то начал рассказывать, но ему очень захотелось этим поделиться. — Из-за моего рейтинга отчёты сразу переходят комиссии безопасности, и я надеюсь, что когда они читают подобное, это вызывает у них улыбку. Всë же работа у этих ребят не весёлая. А мне нравится заставлять людей улыбаться. — Ты и сам стал больше улыбаться, — Зайчик склонил голову. — По сравнению с тем, что было в школе? — хмыкнул Тодороки. — Да, на первом спортивном фестивале ты был такой хмурый, — он поджал губы, явно пытаясь спародировать его. — Спасибо моим одноклассникам за то, что помогли измениться, — Тодороки сохранил файл и отправил на почту Ястреба. Если Зайчик вдруг запомнит этот адрес, то максимум заспамит, так что тут переживать о слитых данных не стоит. — Если бы не они, то люди сейчас видели второго Старателя, только с ледяной причудой. Парень усмехнулся и вдруг спросил. — Есть любимый напиток? Тодороки задумчиво промычал, откинувшись на спинку кресла. Стоит ли ему после выданной информации опасаться, что во всех напитках, что он будет брать, возможно окажется отрава? Это довольно невыгодно, ведь он пьёт то, что нравится многим. — Не уверен, что есть прям любимый, но мне нравится клубничный крем-чиз. Зайчик в ответ улыбнулся и в друг его рука пропала в чёрной дыре, затем и голова тоже, пока всë остальное тело всë ещё было видно Тодороки. Выглядело это настолько странно, что он опешил на мгновение, не зная, как реагировать. К счастью парень быстро вернулся обратно с двумя напитками. — Нам повезло, оба уже были готовы! — он протянул руку с напитком из любимой кофейни Тодороки. — Тебе клубничный, а мне банановый. — Что это было? — О, я часто так делаю, продавцы там уже привыкли, не переживай, — парень снова начал болтать ногами. — Это моя причуда. Я зову её кроличьей норой. — Ты третий человек в моей жизни, у кого я вижу телепортацию, — задумчиво произнёс Тодороки, глядя на свой напиток. Зайчик уже пил свой, глядя на него, и ничего не говорил. Шото, стараясь сделать это как можно более незаметно, надавил локтем на кнопку на поясе. К счастью это всегда выходило бесшумно. И сделал первый глоток. Вкус ничем не отличался, всë тот же клубничный крем-чиз, и все дольки клубники на месте. Может Бакуго даже не застанет его тут, захлёбывающимся в пене. — Банановый когда-нибудь пробовал? — спросил Зайчик, наклонив голову. Когда Тодороки отрицательно покачал головой, он протянул ему свой стакан. — Хочешь попробовать? Шото взял его напиток и, сделав глоток прямо из стакана, проигнорировав трубочку, одобрительно промычал. — Хочешь? — он протянул в ответ свой. Парень тут же радостно принял его и отпил немного, вот только он не пренебрёг выпить из трубочки. Это было очень похоже на дружеский обмен. Тодороки видел, как девчонки из их класса постоянно пробуют друг у друга, когда ходят в кафе или рестораны. Странно ли было дружить с этим человеком, что даже своего настоящего имени не назвал? — Это был непрямой поцелуй, — Зайчик довольно улыбнулся. — Обмен слюной, — Тодороки пожал плечами. Парень рассмеялся, прикрывая рот ладонью, у него даже щëки покраснели. — Шото, а ты целовался когда-нибудь? — Ну да.. — он опешил от внезапного вопроса. — И как оно? — парень продолжал любопытствовать. Тодороки поднял на него широко раскрытые глаза. Зачем ему это знать? Никто ещё, даже СМИ таким не интересовались у него. О личной жизни, конечно, спрашивали, особенно Фуюми, но не в таких подробностях. — Да в общем обычно, — и подумав, что терять нечего, добавил. — И немного смущающе. Парень усмехнулся. — Я хочу поцеловать тебя. Тодороки резко вздохнул, удивлëнно вскинув брови. — В качестве оплаты, — продолжил Зайчик. — Денег у меня уже достаточно, да и у тебя тоже. Это не будет интересно, а я в последнее время просто умираю от скуки, — он наклонился к нему, забрал стакан, поставив оба на стол, положил руки на подлокотники его кресла, притягивая к себе так, что Тодороки вжал шею, и произнёс низким голосом, пробирающим до мурашек. — Ты поможешь мне разбавить скуку? Тодороки шумно сглотнул, бегая глазами по лицу напротив. Как же ему не нравилось, что за маской не было видно глаз, без этого совсем не понять, что на уме у этого безумца. — Я знаю, что у вас небольшие подвижки в деле, которое я тебе дал, — рука парня перебралась на плечо Тодороки. — Я обязательно дам тебе новые показания, — он хитро улыбнулся, положив вторую руку ему на затылок. — Но сначала надо оплатить прошлую информацию. Тодороки зажмурил глаза, часто дыша через нос. Тёплые руки легли ему на щëки, и он почувствовал мягкие поглаживания мозолистых пальцев, что стало новым интересным фактом об этом человеке. — Не напрягайся так, — тихо произнёс Зайчик совсем рядом, так что кожей чувствовалось его дыхание. — Я не собираюсь делать тебе что-то неприятное. Совсем наоборот. Его пальцы прошлись по всему лицу, кроме шрама – они прошлись только по его краю, мягко разгладили складки на лбу. Шото медленно выдохнул, успокоившись, и открыл глаза. На него смотрели с нежной улыбкой. — Так-то лучше, — руки Зайчика легли ему на шею с затылком. — Закрой глаза и просто повторяй за мной. Тодороки послушно прикрыл глаза, и в следующее мгновение почувствовал аккуратное прикосновение к губам. Оно словно было пробным. Его верхнюю губу обхватили, и он сделал тоже самое с нижней. Иногда Зайчик ещё использовал язык, и это было приятнее, чем когда-либо на памяти Тодороки. Они медленно целовались, не торопясь, и это однозначно был лучший поцелуй в его жизни. Понимая, что у него начинает кружиться голова, Тодороки отстранился. Парень продолжал держать его щëки, и хотя его глаз не было видно, он совершенно точно смотрел на его губы. Шото потянулся стереть влагу с них и скрыть от изучающего взгляда, но его руку перехватили. — Эта группировка, — заговорил Зайчик, переложив вторую руку ему на подбородок, и медленно проводил большим пальцем под губой пока говорил. — Называет себя змеями не от балды. Это больная тема для них, и этих гадюк они просто обожают. У Шото перехватило дыхание от ощущений и этого низкого тембра. У него самого тоже голос был не высокий, но только сейчас он понял, о чëм говорили девчонки, рассказывая, как приятно слушать низкий бас. Дверь в его кабинет распахнулась, и показался злой запыхавшийся Бакуго, со скепсисом гладя на картину перед собой. — Привет, Каччан! — голос улыбающегося Зайчика вдруг стал выше, Бакуго аж всего передёрнуло, и его хмурое выражение лица сменилось на шокированное. — Пока, Каччан! — также произнёс парень, уже скрываясь в чёрной дыре, и напоследок обернулся к Тодороки, снова понизив голос. — До встречи, Шото. В кабинете повисло молчание. Тодороки обернулся на Бакуго, которого словно приковало к месту. Он всë ещё смотрел в пространство, где скрылся Зайчик, потом медленно обернулся, стреляя молнии из глаз. — Вот это меня триггернуло сейчас, — его голос был хриплым, и Бакуго тут же прокашлялся. — Понимаю, почему ты сперва подумал на Изуку. Но это невозможно, мы нашли его.. — Да, нашли остатки его кожи, — перебил Шото тяжело вздыхая. — И похоронили. — Ты не отвечал на телефон, — Бакуго направился к его столу, постепенно принимая привычное выражение лица. — Но твоё местоположение показывалось в офисе, и я шёл сюда надрать тебе зад за то, что уже второй человек за сегодня меня срывает из-за какой-то херни, — он упёрся руками на стол, и оскал расползся по его лицу. — Но, видимо, я пришёл надрать тебе зад за то, что ты позволяешь какому-то сомнительному типу флиртовать с тобой. Что это вообще было? Тодороки открыл рот, но не придумал, что сказать, поэтому закрыл. Под пристальным взглядом он ощущал себя школьницей, заинтересовавшейся плохишом. Тодороки спрятал пылающее лицо в ладонях, оперевшись локтями на стол, под усмешку Бакуго. — Я жду объяснений. — У меня есть новая информация, — Тодороки хлопнул по столу и резко встал, направляясь к выходу. — Надо передать её команде. — А, и поэтому этот парень в маске выглядел так, будто вот-вот трахнет тебя, — понимание Бакуго было напускным. — Нет, мы просто целовались, — выпалил Тодороки, схватившись за ручку двери, и прикусил губу. — А, всего лишь целовались! — Бакуго хлопнул в ладоши. — С потенциальным злодеем! Тодороки тяжело вздохнул, стукнувшись лбом о дверь. Он сам понимал, как глупо это было, и Кацуки абсолютно прав, но он почти не жалел о случившемся, ведь ему правда понравилось. Тодороки развернулся к нему, сложил брови домиком и ответил тихо: — Да… — вышло как-то совсем жалобно. Бакуго тут же взорвался смехом, он сложился пополам и стал бить себя рукой по бедру. — Твоё лицо! — прозвучало сквозь смех. — Ух! Не могу… Тодороки с осуждением смотрел на него. Всë же он ожидал бóльшего сочувствия от того, кого считал другом. Зато лицо точно больше не было красным, и можно спокойно выходить к людям, что Тодороки и сделал, оставляя смеющегося Бакуго за дверью. Но тот вскоре нагнал его, раздающего указания узнать всë о деятельности «журналистов» и есть ли что связанное со змеями. Кацуки продолжал нагло улыбаться и пообещал, что будет держать его тайную любовь в секрете. Шото стукнул его по голове. Тот ещё поглумился над ним, потом уже с серьёзным лицом выяснил новые данные о странном типе в заячьей маске и взял на себя задачу выяснить всю информацию о нём.       *** Тодороки позвал Бакуго обсудить план по захвату «Змеев», но тот не хотел прекращать наблюдение за городом, поэтому они вышли на крышу его офиса. Бакуго сел на край, свесив ноги между прутьев, а Шото ходил рядом, рассказывая всë и периодически показывая планшет с фотографиями местности и членами группировки. Внезапно его живот заурчал, и он смущённо за него схватился после смешка Бакуго. — Много там ещё осталось? — блондин кивнул на планшет. — Ещё пару моментов, — Тодороки пролистал до конца, проверив. — Давай дорассказывай побыстрее, и пойдём есть, — Бакуго откинулся на руки за спиной. Шото согласно промычал и открыл рот, чтобы продолжить, но не смог, из-за внезапно появившейся во рту булки. Он медленно повернул голову и увидел улыбающегося парня в заячьей маске, который подошёл к Бакуго с такой булкой в руке. — У меня и для тебя есть, Каччан, — он протянул угощение. Бакуго смотрел на неё с недоверием, потом перевёл взгляд на Шото, пытаясь понять, что делать. — Рисовые булочки, — шокировано произнёс Тодороки, осознав, что ему вложили в рот. Бакуго, всë так же недоверчиво глядя на булку, взял её и понюхал, потом перевёл взгляд на парня перед ним, явно ожидая объяснений. Как давно он тут вообще и что успел услышать? — Я хотел заскочить к Шото, узнать, как у него дела, — Зайчик начал сам рассказывать. — В кабинете не нашёл, а тут вы двое оказались, решил вот угостить. Не хватает только Старателя с его учением геройской жизни. Бакуго начал медленно вставать, сжимая булку в руке так, что та скоро развалится. Тодороки потянулся к заячьей маске, желая снять её, но парень быстро отскочил назад, не дав этого сделать. — Кто ты, чëрт возьми, — процедил Кацуки сквозь зубы. — И я не поверю, что ты просто кролик. — Заяц, вообще-то, — парень наклонил голову, подняв указательный палец вверх. — Да мне насрать! — Бакуго не кидался на него, только потому что знал, что тот быстро мог улизнуть. — Мидория? — словно боясь этой фамилии, спросил Тодороки. В ответ ему только загадочно улыбнулись, направляясь спиной всë ближе к краю крыши. Шото с Кацуки переглянулись и пошли к нему. — Прыгайте, — ухмыльнулся Зайчик и, раскинув руки в стороны, упал вниз. Шото бросился за ним. — Тодороки, нет! — бросили в спину, но всë равно направились за ним. Они гонялись за этим парнем… возможно, за Мидорией по всему городу, прыгая в чёрные дыры, которые явно не закрывались раньше времени, чтобы пропустить их. С ними просто игрались. Он даже иногда выскакивал сверху, показывал язык и снова пропадал. В конце концов они потеряли его в толпе на оживлённом перекрёстке. Тодороки тут же позвонил в свой офис, назвал своё местоположение и приказал по камерам отслеживать парня в заячьей маске, отругав себя внутренне, что не сделал это сразу. Через 7 минут, выяснили, что тот зашёл в массажный салон. Они с Бакуго тут же бросились в здание, на ресепшене слишком активно здоровалась девушка с розовыми волосами, пока её щëки приобретали такой же розовый оттенок. Тодороки попросил доступ к камерам, а Бакуго понëсся проверять всë здание. Шото узнал у девушки, что парень в маске был их постоянным клиентом, потому она с ним просто поздоровалась, а дальше тот шёл сам. По камерам он зашёл в раздевалку и больше нигде не появлялся. Бакуго его не нашёл. Они потеряли след. К Кацуки подошёл парень в больничной маске с яркими зелёными волосами, с зажмуренными глазами в явной улыбке и начал предлагать свои услуги, но Бакуго не был настроен на массаж и со злости подорвал пуфик в зале ожидания и быстро вышел из здания. Тодороки забрал предложенную парнем визитку и отправил запрос своему секретарю, чтобы выплатить ущерб. Обычно Бакуго сам так делал, когда ломал что-то, что не надо было ломать, но сегодня ему явно было не до этого. Чтобы он случайно не подорвал какого-нибудь назойливого журналиста, Тодороки быстро догнал его и позвал на полигон для про-героев выпустить пар. Тот молча направился в предложенное место. Возможно, им надо будет провести ещё одно расследование по смерти Мидории Изуку, хотя Бакуго и так уже выяснил всë, что мог. Это было отвратительно, что второй человек в жизни Шото, спустя много лет после своей смерти снова объявляется без объяснения. Они прекратили драться, только когда полностью разгромили полигон, и то он чувствовал, что Кацуки ещё не успокоился. Ему и так было тяжело пережить смерть друга детства, с которым он только-только начал мириться, и из-за него создал проект по созданию железного костюма для тех, кто хочет стать героем, но не имеет причуды. Бакуго помог ему добраться до лазарета, чтобы подлатать раненую ногу, и ушёл раньше, чем это сделали, явно чтобы не обсуждать произошедшее.       *** Тодороки, конечно, всегда знал, что нельзя расслабляться раньше времени, но невозможно было ожидать, что после успешного рейда на нелегальные магазины с разведением змей и погоней за злодеями, объявится Зайчик и решит лично проверить, какой Шото в бою. А его уставший мозг почему-то не заметил внезапно появившиеся руки, утянувшей его за шиворот в чёрную дыру. Перед этим он успел заметить лишь обеспокоенный взгляд Бакуго и томный шёпот в ухо «прыгай со мной». Он не успел сообразить, что произошло, как уже сидел, прислонившись к стене, и не мог пошевелить ни одной мышцей. Только веки закрывались и открывались очень медленно, дышалось тяжело, и причуда отказала. Перед ним на корточках сидел этот странный тип в маске с лёгкой ухмылкой. После его внезапного появления они прыгали по чёрным дырам, или скорее кроличьим норам, сцепившись в ближнем бою. — Я надавил на парочку.. или чуть больше болевых точек, — начал рассказывать Заяц. — Так что в ближайшие несколько часов ты не сможешь ни двигаться, ни использовать причуду. Научился этому, кстати, у той же знакомой, что могла не думать. Но если сделать правильный массаж, то парализованность пройдёт быстрее, — он склонил голову. — И моя помощь оказалась полезной, не так ли? Тодороки очень сильно захотелось врезать по этому веснушчатому лицу и стереть противную ухмылку. Он так легко проиграл, что начинала подкрадываться паника. Ему было сложно прочитать этого парня: он сейчас просто поиздевается над ним и бросит тут или воспользуется его парализованностью и перережет горло? Вдруг его схватили за выступивший сосок из-под порванного костюма. Тодороки весь передёрнулся, но только внутренне – тело совсем не двигалось, зато удалось удержать рвущийся наружу вздох. Теперь мысли о том, что могли с ним обездвиженным сделать, пошли по одному определённому направлению. Его дыхание тут же сбилось, и заглушить панику стало ещё сложнее. Ещё больше раздражало, что костюм этого парня оставался целым, только помялся немного. Тодороки скосил взгляд на руку, рукав был закатан по локоть, поэтому он хорошо видел множество рубцов от старых шрамов и сделал пометку об этом в своей голове. Где-то вдалеке послышались взрывы, и вскоре в помещении появился Бакуго с Киришимой, оба выглядели запыхавшимися. — Шото сейчас не может двигаться, — Зайчик начал подниматься с корточек. — Так что будьте аккуратны. Взгляд Бакуго тут же метнулся к Тодороки, и его лицо из хмурого на мгновение стало обеспокоенным, но быстро вернулось обратно. — Что ты с ним сделал, ублюдок?! — прорычал Киришима, увеличивая наросты на кулаках. — Это не навсегда, не переживайте, и стойте на месте, — предупредил Заяц, как только Бакуго поднял ногу, и вернул внимание Тодороки. Хотя его взгляда по-прежнему не было видно, но у него все внутренности моментально поджались. — Знаешь, что мне в тебе нравится? Я сказал «Прыгай». И ты прыгнул, — он наклонился, накрыв своей тенью Тодороки. — Но мне нужен тот, кто ответит на моё «Прыгай» – «Как высоко?», — Заяц взял его за подбородок и поднял голову. — Ты будешь моим «Как высоко». Он произнёс это почти интимным шёпотом, и от прямого утверждения последней фразы, у Тодороки сердце пропустило удар и начало разгоняться. Он тут же почувствовал себя отвратительным, потому что нельзя так реагировать на едва знакомого человека, так ещё и потенциального злодея. При этом Тодороки ощущал горящий взгляд со стороны Бакуго, и он обязательно позже спросит его о значении этого взгляда. Если его сейчас здесь не прибьют. Но развить эту мысль ему не дал очень громкий взрыв, от которого заложило уши. Парень в маске тут же отпрыгнул в сторону и исчез в своей норе. Тодороки едва успел предупредить о расставленных ловушках, как Бакуго полоснул растопыренными пальцами по воздуху и от досады коротко прорычал так, что эхо прокатилось по помещению.       ***               Бакуго с Киришимой донесли его до офиса Динамита и положили на диван в его кабинете. Кацуки отправил Киришиму к своей команде искать прибор или человека с причудой, способной выявить действие кроличьей норы, а сам присел на корточки рядом с головой Тодороки. Он втянул воздух, желая задать кучу бессмысленных вопросов о Мидории, но увидев разбитый взгляд, передумал. — Уже скоро должен прийти человек, знающий, как убрать парализованность, — Кацуки смотрел ему в глаза и словно не знал, что ещё сказать, и вдруг спросил тихо. — Страшно было? Тодороки попытался передать глазами ту панику, что он успел испытать и так же тихо выговорила «да». Бакуго хмыкнул, но усмешка не вышла, он выглядел озадаченным. Его рука потянулась к Тодороки и опустилась на голову, слегка перебирая волосы. Прикосновение было бы даже приятным, если бы не напряжение, исходящее от Бакуго. — Я не должен об этом думать, но… — его брови надломились. — Почему он не выбрал меня? Я даже в топ 10 не могу войти из-за того, что постоянно с этим чëртовым костюмом торчу… А всë из-за Деку.. Тодороки прикрыл глаза и шумно выдохнул, теперь понимая значение того обжигающего взгляда. Это было ценно, что Бакуго вообще поделился с ним этой мыслью, ведь тот наверняка приписал её к своей слабости и уже презирал себя за эту зависть. Тодороки чувствовал резкую необходимость поддержать сейчас друга. — Это точно больше не наш Деку, — произнёс он охрипшим голосом. — Кто знает, что вообще на уме у этого парня? Он может водить нас за нос, пользуясь старыми воспоминаниями. Бакуго опустил голову, выдохнув, взъерошил ему волосы и поднялся, как раз когда дверь в кабинет открылась. — Баку-бро, тут массажисты к Тодороки пришли, — Киришима указал большим пальцем на людей за спиной. Бакуго кивнул, и в комнату вошли зелëноволосый парень и розововолосая девушка из того самого массажного салона, оба, как и в прошлый раз, с зализанными волосами. Девушка начала ставить всë необходимое на передвижной столик рядом, с кушеткой которую расправлял парень, и Тодороки удивлялся, как тот видит зажмуренными глазами. — Можете мне помочь переложить господина Шото на кушетку? — чрезмерно вежливым тоном обратился Зелёный к Бакуго. — И его нужно будет раздеть. Тодороки видел, как Кацуки нахмурился и покосился на Розовую, которая уже вовсю ворковала с Киришимой. — Моя помощница может тоже оказать массажные услуги, как раз наберётся опыта, — Зелёный улыбнулся зажмуренными глазами, его рот всë так же был скрыт медицинской маской, как и у девушки в этот раз. Тодороки осмотрел их и обнаружил на руках обоих специальные медицинские перчатки, такие чувствовались, как обычная кожа. Очень удобно для тех, кто не очень любит прикосновения незнакомых людей. Он даже подумал оставить им хороший отзыв заранее. — О, мне бы шею размять, — Киришима положил ладонь на свою шею сзади и потянулся. — Я займу какой-нибудь свободный кабинет? Бакуго просто промычал в ответ, уже вынимая руки Тодороки из рукавов. Киришима с девушкой удалились, а его перевернули на живот, мягко опустив голову в дырку в кушетке. — Позже мне надо будет снять его костюм полностью, — заговорил Зелёный таким же вежливым тоном. — Конечно, — Тодороки представил, как Бакуго махнул рукой. — Делайте всë необходимое, чтобы он быстрее вернулся в норму. — Хорошо, тогда я вас ещё попрошу не уходить, — тяжёлые шаги Бакуго прекратились. — Будет лучше, если вы, как ответственное лицо за господина Шото, останетесь. — Я сам могу за себя отвечать, — буркнул Тодороки. — Мы не имеем права по правилам оставаться один на один с парализованными, — парировал парень. Бакуго шумно вздохнул, Тодороки представил, как тот закатил глаза, потом послышался щелчок замка в двери, и он прошествовал к своему столу. Его кабинет был небольшим, поэтому Тодороки мог немного видеть, как тот ходит. Ему на спину опустились две руки обмазанные каким-то кремом и начали с силой проминать мышцы, особенно долго останавливаясь на зажимах. Ощущение тянущей боли выбило желание гадать, чем там занимается Бакуго, заставляя его каждый раз шумно выдыхать. Натянутые мышцы медленно, но постепенно расслаблялись, и ощущения всë больше становились приятными. От массирующих движений на шее и затылке у него пошли мурашки. На руках массажист тщательно проходился по болевым точкам, из-за чего он тихо мычал. Когда с ног сняли костюм, их обдало холодом, а от прикосновения к ним, пробежался табун мурашек. Мышцы ног настолько забились, что сдерживать звуки, вырывающиеся из горла, было невозможно, Тодороки перешёл с тихого мычания на протяжные стоны. От массажа ступней и пальцев ног вообще захотелось заскулить, и он еле маскировал скулёж под стоны, от которых сам же краснел, но не дающееся под контроль тело не давало сдерживаться. — … куго, можете принести подушку? — голос массажиста прорвался в голову не сразу. Его перевернули на спину, удерживая за затылок. Кацуки положил подушку ему под голову, его взгляд метнулся куда-то вперёд к ногам Тодороки, а потом впился в глаза с усмешкой, и он ушёл обратно за свой стол. Шото попытался опустить взгляд, но увидел только свой нос. Массажист налил себе на руки ещё крема и начал проминать живот. Ощущения от этого были странные, но вскоре стали похоже на описание «бабочки в животе». Грудные мышцы тоже сильно забились, и он не смог сдержать очередное мычание, зажмурившись. — Шото, хватит стонать, ты не в порно, — Бакуго явно говорил с ухмылкой. Тодороки послал его насколько мог с возмущением, но тут же судорожно вдохнул, когда крепкие руки прошлись по бëдрам, а потом развернули их и развели в стороны, и он тут же почувствовал влагу на оставшихся на нём трусах. Тодороки резко распахнул глаза и часто задышал. — Не паникуйте, — поспешил успокоить его Зелёный уже каким-то другим голосом, специально успокаивающим. — Ваше тело сейчас не поддаётся вашему контролю, и такая реакция абсолютно нормальная. У многих людей проявляется эрекция от массажа, даже когда они не парализованы. — Мне выйти? — Бакуго смотрел на них по-очереди с ухмылкой. — Выйти? — переспросил массажист, поглаживая бёдра большими пальцами, и от этих лёгких прикосновений бегали мурашки. — Каччан, а ты разве не хочешь помочь своему другу? — уже очень знакомым голосом спросил парень, снимая перчатки. Ухмылку с лица Бакуго тут же стëрло, он поднялся из-за стола и направился к ним. Вдруг тёплая ладонь накрыла член Тодороки, и он протяжно простонал. — Не делай резких движений, иначе хрен Шото отправиться прыгать по моим кроличьим норам, — парень раскрыл глаза, которые оказались такими ярко-зелёными, что у Тодороки внутренности куда-то рухнули, а Бакуго резко остановился, вытаращившись на него во все глаза. Парень медленно стянул маску с лица второй рукой, показывая кривой шрам на щеке с веснушками, и растянулся в улыбке. — Знаешь, Каччан, — в этот раз имя прозвучало низким голосом. — Мне казалось, что моя смерть никак на тебя не повлияла, и ты остался таким же говнюком, — Бакуго шумно выдохнул, сжимая кулаки. Заяц склонил голову набок с лёгкой улыбкой. — А ты получается думал обо мне всë это время. Ты же железный костюм делал из-за таких, как я? Тодороки не только увидел, но и услышал, как Бакуго сглотнул. Вдруг он почувствовал лёгкие поглаживая на члене и часто задышал. — Какого чёрта происходит? Как ты узнал? Тодороки бы тоже это спросил, но ещё чуть-чуть и сорвался бы на стон, поэтому продолжал сосредоточенно дышать. — И не сделал ли ты Шото хуже своим массажем? — теперь в его голосе слышалась явная злоба, но Тодороки разобрал за ней беспокойство, которое передалось и ему. — Не сделал. Мне это невыгодно, потому что без Шото жизнь была бы скучнее. А про костюм рассказала моя помощница, у неё отличный слух, — поймав недоверчивый взгляд Тодороки, Деку проворковал. — Я вам всë расскажу. Правда расскажу. Только если вы согласитесь разбавить мою скуку. Тодороки нахмурился, пытаясь переключить внимание с лёгких поглаживаний на разговор. — Как, черт возьми? — голос Бакуго охрип. Деку стрельнул в него зеленóй глаз. — Ты знал, что массаж простаты хорошо стимулирует парализованных? — он спросил это так, словно интересовался погодой. — Что? — голос Бакуго совсем сел, и он откашлялся. — Надевай перчатки, — Мидория стянул вторую и протянул обе Кацуки. Тот принял их с глазами полными недоумения и перевёл взгляд на Тодороки, а он посмотрел в глаза Деку. На его член снова опустилась рука и сжала его. Тодороки промычал, прикрывая глаза, и заставил себя разлепить губы. — Моя задница не готова к.. массажу. Мидория усмехнулся. — Для того, кто смущается поцелуев, ты хорошо осведомлëн об анальном сексе, — Шото хотел уже ответить, что ему ничего не мешает знать, но парень продолжил. — Не переживай. Поэтому Каччан будет работать только пальцами и в перчатках. — Тогда покончите с этим скорее, — выдохнул Тодороки, чувствуя, как жар приливает к щекам. Он бы закрылся руками, если бы мог, но закрыть он смог только глаза. — Каччан, ты слышал. Тодороки приоткрыл один глаз, наблюдая, как Мидория берёт в одну руку ладонь Бакуго, а в другую какой-то крем. — Ты же можешь меня звать нормально по имени, — довольно отстранённо произнёс Кацуки, словно не верил в происходящее. Как и Тодороки в общем. — А тебя зовёт так кто-нибудь ещё? Бакуго открыл рот и тут же судорожно вдохнул, – Деку внезапно взял два его пальца в рот. — Ну фто? — он спросил, не вынимая пальцев изо рта. — Нет.. — прохрипел Бакуго. Мидория оторвался от него и усмехнулся, выливая крем ему на пальцы, а потом и себе. — Значит я особенный, — он взялся за кромку трусов Тодороки и начал стягивать. Промежность обдало холодом, и он обратно закрыл глаз. — Шото, ты, главное, расслабься. Это будет, как обычный массаж – сначала немного больно, зато потом будет очень приятно. И я помогу тебе отвлечься. Не успел он осознать, что тёплая рука накрыла основание его члена, как головка оказалась в жарком плену. — Ох! Член затвердел ещё больше, после того как язык прошёлся по щели. Мидория взял в рот ещё чуть больше, и в этот момент по его яйцам прошлись лёгким движением, а потом оттянули. Шото протяжно простонал и облизнул пересохшие губы. На его бёдра легли две руки, видимо Бакуго, сжали и повели наверх. По внутренней стороне одного бедра прошлась щекотка, крепкие пальцы чуть оттянули мошонку и пошли дальше, проскользнули между ягодиц, остановившись у колечка мышц. Тодороки внезапно остро ощутил, как сжимается и раскрывается очко то ли от страха, то ли в предвкушении. Мидория занялся вылизыванием его хера, перекатывая яички в руке. Палец Бакуго начал кружить вокруг ануса совсем невесомо, по-немногу увеличивая давление, и с очередным раскрытием очка вошёл внутрь на какую-то небольшую часть. Тодороки судорожно вздохнул и тут же подавился вздохом – его член внезапно оказался во влажном рту до самой руки Мидории, при этом он продолжал движением языком. За этой хитрой манипуляцией он не заметил, как палец в нём продвинулся дальше и уже медленно кружил. Зацепившись вниманием за тем, что происходит с его задницей, он почувствовал поглаживающие движения на анусе второго пальца, готовящегося проникнуть внутрь. Как он и ожидал, вскоре второй палец начал давить на сфинктер и медленно проникать. Тодороки стиснул зубы, негодуя от странных ощущений, накрывших его. С одной стороны тянущее давление в заднице, с другой очень приятные прикосновения к члену, который Мидория в этот момент решил заглотить полностью. Ощутив, как головка коснулась задней стенки горла, Тодороки не сдержал стона удовольствия, и тут же прикусил губу, чтобы не пропускать больше громких звуков. Мидория начал двигать головой, а в заднем проходе внезапно пальцы разошлись в стороны и стали двигаться вперёд-назад активнее. Тодороки поразился тому, как хорошо сработал отвлекающий манёвр, что он совершенно пропустил момент, когда его успели растянуть так хорошо. Мидория выпустил его член изо рта и щёлкнул языком по головке. Тодороки резко вдохнул, Деку усмехнулся, взял член в кулак и медленными движениями стал водить вверх-вниз. Вдруг пальцы внутри него нажали куда-то, и всë тело бросило в дрожь. — Ах! Он распахнул глаза, но мир не сразу сфокусировался, расплываясь пятнами. — Ну, наконец-то, — прохрипел Бакуго. Тодороки скосил на него глаза, они встретились взглядами, и его бросило в жар от разгоревшейся страсти в красных глазах. — Закрой ему рот, Деку, — Бакуго не отводил взгляд, и Тодороки сам перевёл его, тут же наткнувшись на такие же горящие желанием зелёные глаза. Рука в шрамах мягко опустилась ему на губы и крепко сомкнулась на нижней челюсти, теперь дышать можно было только через нос, и это внезапно оказалось сложно, голова закружилась. Замершие внутри него пальцы снова задвигались, почти до конца выходя из отверстия и врываясь снова, чтобы ударить ровно по комочку нервов. Рука Мидории хорошо заглушала стоны, которые теперь вырывались только в виде мычания. Второй рукой он продолжил массировать грудь, периодически оттягивая соски, заставляя Тодороки вздрагивать, и он не понимал – это только внутренне или внешне тоже. Что-то влажное прошлось по его бедру, и одновременно с толчком по простате в плоть впились зубы. По всему телу Тодороки прошла дрожь, яйца поджались, и член выстрелил спермой, выпуская всë напряжение. Он не смог остановить закатывающиеся глаза и со свистом задышал ртом, когда его освободили от крепкой руки, которая тут же слегка шлёпнула его по щеке, а потом легла на неё. — Шото, не вырубайся, — Мидория смотрел на него и улыбался всем лицом, от уголков губ до прищуренных зелёных глаз. Но Тодороки не мог сосредоточиться на нём, глядя, как от его ног медленно поднимается Бакуго с каплями его же спермы на лице, которые он стёр одним движением большого пальца. Он мгновение смотрел на свой палец, а потом засунул в рот. — Ух ты ж, — выдохнул Мидория, и Тодороки с ним согласился. В следующий момент Деку уже притянул к себе Бакуго за затылок и мазнул языком по губам, который тут же оказался в плену. Бакуго зарылся в зелёные волосы, крепко сжимая, не давая разорвать поцелуй, хотя Мидория к этому и не стремился. Когда Тодороки почувствовал, что сперма на нём начинает присыхать, Бакуго оттянул Мидорию от себя за волосы, напоследок прикусив его нижнюю губу. Вдвоём они скрыли все следы произошедшего, одели Тодороки, уложив на диван, Мидория натянул маску и собрал свои вещи. Когда он уже потянулся к ручке двери, Шото спросил у него про смену цвета волос. — Скрытое окрашивание, — улыбнулся тот, прищурив глаза, и вышел из кабинета, как раз когда к нему направлялись Киришима с Розовой. — Ну что Тодороки, как себя чувствуешь? — громко, в своей обычной манере, спросил Красный бунтарь. — Уже здоровый румянец виден. Шото прислушался к ощущениям, у него получилось дёрнуть кончиками пальцев на руках, и на пробу активировал причуду – лёд пополз по пальцам. Он перевёл взгляд на парня перед собой и улыбнулся краем губ. Тот похлопал его по плечу, радуясь, что всë исправляется, и похвалил девушку за свой хороший массаж. Тодороки не нашёл в себе сил отвечать, поэтому просто согласно мычал. Бакуго удалился в туалет, как только открылась дверь его кабинета, и до сих пор не выходил, на что Киришима тоже обратил внимание, посмеиваясь над другом. Как раз когда он заговорил, что долго тужиться опасно, а то так очко разорвать может, ему прилетел подзатыльник, и Бакуго послал его куда подальше из своего кабинета. Выпроводив шумного друга и закрыв за ним дверь, Кацуки присел рядом с Тодороки на край дивана. — Получается ждём объяснений? — первым заговорил Шото. — Меня раздражает, что он тянет с этим, так ещё и сам выберет место и время, — Бакуго нахмурился. — Что за любовь к неожиданностям? — Хочет произвести впечатление, — предположил Шото. — И у него это получается. Кацуки резко вздохнул, отворачиваясь, но отрицать не стал. — То есть ты уже под его влиянием? Тодороки нахмурился, пытаясь понять, о чем речь. — Смог бы отказать ему? — произнёс Бакуго, заглядывая ему в глаза. Тодороки шумно сглотнул, теряясь и от этого пронзительного взгляда, и от осознания, что даже не будь он парализован, ему бы всë равно хотелось такого массажа. — А мне откажешь? — уже тише спросил Бакуго, наклоняясь к его лицу. — Смотря в чем, — выкрутился Тодороки, но голос его звучал хрипло. Тёплая ладонь легла ему на щеку, большой палец прошёлся под нижней губой, чуть оттягивая её. А потом Бакуго отстранился со вздохом, сложил руки на коленях, и выглядел он так будто собирался уйти. — Вот как, — вырвалось у Тодороки. Бакуго кинул взгляд на него и опять упёрся им куда-то вперёд. — Чëрт, а что ты от меня хочешь?! — спросил он с чувством. — Ты двигаться не можешь, а я этим нагло пользуюсь! Тодороки усмехнулся. — Хей, Бакуго, — когда тот обернулся, Шото пустил по левой стороне волос огонь. — Я всë ещё могу надрать тебе зад, если захочу. Лицо перед ним оказалось так резко, и руки зарылись в волосы с такой скоростью и силой, что Тодороки еле успел убрать причуду, чтобы не обжечь друга. В следующее мгновение его губы смяли, вторглись в податливо открытый рот языком, и затянули в долгий поцелуй, лишь изредка отрываясь для свежего глотка воздуха. — Давно хотел так сделать, — вывалил Бакуго, когда оторвался от него, и смотрел теперь внимательно, положив большой палец под его губой, как это сделал недавно Мидория. — Что мешало? — сглотнув, спросил Шото. Его охватила вторая волна жара, и он совершенно не был уверен, что сможет справиться со смущением во второй раз. — Думал не оценишь, — Бакуго улыбнулся краем губ. Тодороки многозначительно промычал, подняв глаза. — Что ж, на 8 из 10 я могу это оценить. Желваки загуляли на челюсти Бакуго, и глаза прищурились. Тодороки прикусил губу, пытаясь скрыть улыбку. — Вот же засранец, — внезапно Бакуго накинулся на него и сдавил ему бока. — Ты… что… делаешь? — прерываясь на вдохи, еле произнёс Шото. — Щекочу, придурок. Давление на рëбра усилилось, Тодороки не смог сдержать рвущийся наружу хохот, и до этого накативший жар отступил. Бакуго отстал от него, только когда он пустил струйку огня, чуть не подпалив этим диван. Отдышавшись, он поймал взгляд хитрых красных глаз. — Пока трахал тебя пальцами, и ты извивался на этой грëбанной кушетке, только и думал о том, как хотел, чтобы вместо пальцев внутри тебя двигался мой хер. Тодороки вернул ему хитрую улыбку, чувствуя, что пальцы на руке уже сжимаются. — Это мы ещё посмотрим, чей хер в ком будет двигаться, — он схватил Бакуго за воротник медленнее, чем хотел, но потянуть на себя смог, или же тот понял его намерения и сам наклонился, и затянул в новый поцелуй.