По ту сторону веры 🔮

Уроки математики всегда тянулись для него мучительно долго. Формулы казались непостижимыми, а решения — бесконечно запутанными. Он просто зубрил, пытаясь хоть как-то сдать экзамен. Но всё изменилось с приходом нового учителя — человека, который, казалось, знал о мире больше, чем говорил. Он преподавал иначе. Если все учёные уверенно утверждали, что 1 + 1 = 2, новый учитель лишь улыбался и говорил: — 1 + 1 не всегда равно 2. С ним стало интересно. Теории перестали быть сухими, формулы ожили, и Тэхён начал понимать математику. Он даже начал любить её. А учитель… он был словно из другой вселенной: высокий, мускулистый, татуированная правая рука, светлая кожа, чёрные волосы и глаза, в которых пряталась тьма, словно сама Вселенная решила заглянуть в них. Искусство в человеческом обличье. Все омеги в классе были очарованы, и Тэхён не был исключением. Но кроме внешности, что-то притягивало его к учителю сильнее — что-то необъяснимое, тёмное и глубокое, как сами глаза. Он не понимал этого, но и не пытался зацикливаться: Тэхён верил, что всё можно объяснить логично. Сегодня он был невероятно сонным. Ночь прошла без сна — кошмары, о которых он почти ничего не помнил, оставили странное чувство тревоги. Он пытался сосредоточиться на словах учителя, но правый глаз начал жечь, щипать. «Опять этот глаз…» — подумал он, потер глаза, глубоко вздохнул и снова настроился на урок. И вдруг… вокруг опустела аудитория. Ни учеников, ни учителя. Тишина. — Учитель? Ребята? — голос дрожал. Но в ответ — пустота. Он взглянул на часы. Они остановились на 13:13. В это время урок всё ещё продолжался. Тэхён встал и вышел из класса. Но вместо коридора оказался в другой комнате. Библиотека? Нет, это не университетская библиотека. Помещение было заброшенным, пыльным, книги разбросаны, паутина покрывала всё вокруг. Он прижал руку к груди, где висела подвеска. Пощипывание в глазу усилилось. «Пыль», — подумал он. И тут мелькнула тень справа. — Кто здесь? — едва слышно спросил Тэхён. — Помоги… Пожалуйста… — шёпот был тихим, почти жалобным. Он пошёл на звук и подошёл к большому окну. Там стоял силуэт девушки. Лицо скрыто, длинные чёрные волосы струились до пола, а фигура казалась почти нереально стройной. — Вы в порядке? Я могу чем-то помочь? — голос Тэхёна дрожал. — Помоги… Прошу… — протянула она руку. «Тэхён…» — имя его разнеслось эхом по комнате. Он замер. Откуда этот голос? Ничего не понимая, он шагнул ближе. Ещё один шаг. И ещё. Но когда расстояние между ними сократилось до трёх шагов, раздался крик: «НЕТ!» Комната содрогнулась. Девушка завопила. В голове Тэхёна зазвенело, словно от удара током. Он отшатнулся. Чья-то рука схватила его за запястье, грубо, не давая отойти. Он заметил только старинные часы на руке того, кто держал его, и сильно зажмурился от давящей боли в голове. — Тэхён… проснись… Тэхён… Мир рванулся вокруг него, словно его швырнули сквозь ткань реальности. Он подпрыгнул, тяжело дыша, видя перед собой Чимина и учителя. Класс был на месте: парты, ученики, привычный шум. — Ты в порядке? — спросил учитель, внимательно смотря на него. — Ты звал на помощь во сне. Кошмары? Тэхён схватился за голову, пытаясь упорядочить мысли. «Я уснул… или это было реально? Звал на помощь… Я? А девушка…?» — Давай я отведу тебя в медпункт. Не нравится мне твой вид, — сказал учитель, беря его под руку. — Всем сидеть тихо, — строго добавил он, оглядывая класс. — Если узнаю, что кто-то шумел, будете писать контрольную. Тэхён машинально кивнул и позволил вывести себя из аудитории. Он тяжело дышал. Воздух будто застревал в груди, не доходя до лёгких. Реальность и сон сплелись в одно липкое ощущение, от которого кружилась голова. Он поднял взгляд на учителя — и тут же замер. Глаза… слишком чёрные. Не просто тёмные — пустые, словно за ними ничего не было. Тэхён быстро отвёл взгляд, будто обжёгся, и заметил часы на его запястье. Сердце болезненно дёрнулось. «Я уже видел их…» Но где — вспомнить не удавалось. Тэхён тихо шёл по коридору до сих пор , не собравшись с мыслями. Он пытается понять, что произошло на самом деле, но от мыслей его отвлекает учитель. — Всё в порядке. Ты уже не спишь, — тихо сказал тот, не глядя на него, словно говорил это не вслух, а прямо в его голову. — Что?.. — вырвалось у Тэхёна. Учитель остановился. — Твоё лицо… — он медленно повернулся. — Оно говорит о том, что ты не понимаешь, где сон, а где реальность. Он посмотрел прямо на Тэхёна. Взгляд был странным. Не холодным. Не пугающим. Уставшим. — Это реальность, Тэхён. — Я… я не понимаю, — почти шёпотом ответил Тэхён, опуская взгляд в пол. Голова гудела, мысли путались. Они уже дошли до медпункта. Дверь была приоткрыта. Внутри — пусто: ни медсестры, ни звуков. Только стерильный запах и белый свет. Учитель аккуратно помог Тэхёну сесть на кушетку — осторожно, будто тот был чем-то хрупким. Затем отошёл, взял пластиковый стакан, налил воды. Шум льющейся воды показался непривычно громким. Он вернулся и поднёс стакан к губам Тэхёна. — Выпей. Тебе станет легче. Тэхён послушно выпил всё одним глотком. Холодная вода прокатилась по горлу, и дыхание наконец выровнялось. Мир стал чуть чётче. Учитель сел напротив, опираясь локтями о колени, и некоторое время просто смотрел на него. — Во что ты веришь, Тэхён? — спросил он тихо. — Во что… я верю? — Тэхён повторил вопрос, будто пробуя его на вкус. — Я верю, что у всего есть логическое объяснение. Он сказал это неуверенно, словно убеждал не учителя — себя. — Хорошо, — коротко ответил тот. «Он ещё не готов», — подумал учитель. Он поднялся. — Дам тебе один совет, — сказал он, словно между прочим. — Если во снах ты кого-то увидишь… неважно кого и при каких обстоятельствах — не переходи грань трёх шагов. Тэхён поднял голову. — Трёх шагов?.. — Просто запомни, — спокойно добавил учитель. — На всякий случай. В этот момент дверь открылась, и в медпункт вошла медсестра. — Здравствуйте, — улыбнувшись, сказал учитель. — У моего ученика разболелась голова. Помогите ему, пожалуйста. — Здравствуйте, учитель Чон, — вежливо ответила она. — Конечно, не волнуйтесь. Учитель уже направился к выходу, но у двери остановился и обернулся. — Тэхён, после возвращайся в общежитие и хорошенько отдохни. Завтра я помогу тебе наверстать упущенное. — Спасибо, учитель, — ответил Тэхён с лёгкой, почти искренней улыбкой. Учитель кивнул и вышел, исчезая за дверью медпункта. Тэхён остался сидеть, сжимая край кушетки пальцами. Грань трёх шагов… Что он имел в виду? И почему от этих слов по спине пробежал холод? Медсестра заботливо измерила давление, дала обезболивающее и успокоительное на ночь и отпустила его, тихо попросив не перегружаться. Тэхён поблагодарил её и медленно направился в общежитие. Математика была последним уроком, поэтому беспокоиться было не о чем — учитель сам разрешил ему уйти раньше. Общежитие встретило его непривычной тишиной и мягким полумраком. На часах ещё был день, но густые тучи за окнами делали коридоры серыми, будто вечер пришёл раньше времени. Зайдя в комнату, Тэхён сразу плюхнулся на кровать, даже не снимая обуви. В мыслях снова возник тот сон. Как вообще сон может быть таким реальным? И этот крик… Кто кричал? Почему от одного только воспоминания о нём так болезненно сжимается грудь? Мысли не давали покоя — они крутились бесконечно, словно тяжёлые шестигранники, снова и снова ударяясь острыми углами о сознание, оставляя тупую ноющую боль. Глаз снова защипало. — А-а-ах… — тихо простонал Тэхён, врываясь пальцами в волосы и сжимая их у корней. — Как же я устал… Он медленно поднялся, взял с тумбочки маленькую коробочку и направился в ванную. Там было тихо. Слишком тихо. Последний урок ещё не закончился, и общежитие казалось пустым, словно вымершим. Сняв линзы, Тэхён посмотрел на себя в зеркало, осторожно проводя пальцами возле правого глаза. Зелёный… А левый — карий. Гетерохромия — особенность с рождения. Родители называли это даром. Даром… Они говорили так легко, будто это не только что-то красивое, но привычное в их семье. А потом оставили его одного — так и не объяснив, как жить с этим «подарком». Тэхён никогда не считал это даром. Он слишком хорошо знал, каково это — каждый день чувствовать себя не таким, как все. Тэхён встряхнул голову, пытаясь стереть неприятные воспоминания. Его пальцы машинально коснулись шнурка на шее. Небольшой оберег в виде ключа, который он носил почти не снимая, — единственное что осталось от родителей. Несколько секунд Тэхён просто смотрел на него, а после снял и положил рядом с раковиной. Включая холодную воду он всполоснул лицо и снова посмотрел в зеркало, вытираясь салфетками. Он уже хотел отвернуться от зеркала, но вдруг замер. На мгновение показалось, что отражение смотрит на него как-то иначе — внимательнее, глубже, будто задержалось на долю секунды дольше, чем должно было. Тэхён моргнул. Отражение повторило движение. Всё было как обычно. И всё же неприятное ощущение чужого взгляда никуда не исчезло.