Бутылка огурцов

      Ну и неделька у меня выдалась, врагу не пожелаешь.       Сначала в понедельник босс на собрании повесил на меня работу чуть ли не всего отдела. Я был категорически против и прямо там послал его в туристический поход на гору из трех букв. Правда, в глубине души. Но надеюсь, что по моему выражению лица было видно, куда ему отправиться.       Потом во вторник из-за этой самой наваленной работы мне пришлось сильно задержаться. Сильно — это до полуночи, учитывая, что рабочий день заканчивается в шесть. Приехав домой, обнаружил там обиженное тело. Обнажённое и обиженное. Вот блин, я совсем забыл, что мы сегодня договорились сходить в кино! У него же выходной.       — Ужин на плите, мороженое в морозилке, билеты пропали, доброй ночи.       И отвернулся. Эх… Обнял его со спины и ждал, когда он оттает. Через пару минут получил поцелуй в макушку, был сграбастан и прижат тяжёлым телом. Стало тепло и уютно, поэтому я сразу уснул.       В среду я проспал. Забил на дресс-код, прыгнул в джинсы и кеды и бегом на работу. Точнее, не бегом, а лётом. Взмах полосатой палки, документы, штраф и все-таки опоздал. Слава богу, что босс ещё не прибыл. Налил себе кофе, вылил больше половины в цветок, как будто я тут уже с самого утра. Только сел, и босс заходит. Мимо меня проходит и говорит:       — Опоздал!       Я открыл было рот, чтобы возразить, а он мне:       — Даже не пытайся! Я за тобой ехал и видел, как тебя тормознули гаишники.       (Бл******ть!)       — Иван Борисыч, да я вчера в час ночи домой пришёл. Работал же допоздна. Вот и…       — Знаю, — кивнул босс, — прощаю. На этот раз.       А потом медленно так, придирчиво осмотрел меня с ног до головы. Я быстренько спрятал свою нижнюю часть тела под стол.       Затем Алёнка из бухотдела к нам зашла. И конвертиком машет:       — Собираем по двести рублей. У Калинина дочь родилась!       — Какая по счету? — буркнул я.       Алена на край стола присела, разрез на её юбке открыл значительную часть значительного бедра.       — А тебе, солнышко моё ясное, должно быть стыдно! У тебя вообще ни одного ребёнка нет, — и ближе наклоняется, чуть ли не грудью мне на лицо.       — А это, Алёна Дмитриевна, — демонстративно как можно дальше отодвинулся я, — не ваше собачье дело.       И протянул ей зелёную купюру.       — Хам.       — Курица.       Через минуту приходит сообщение в общий чат: собрание у босса. Все зашевелились, зашумели. Ещё бы! Собрание не по расписанию. Значит, что-то случилось.       Собрались в конференц-зале. На невысокой сцене уже стоял наш ненаглядный начальник и за стеклянной трибуной какие-то бумажки перебирал. Я уселся в последний ряд и вытянул ноги.       — Я собрал вас сегодня, — начал он, — чтобы поговорить с вами о нашем образе жизни…       (Чего? Какое вам дело до нашего образа жизни?)       — Всем нам известно, что правильное питание и здоровый сон влияют на работоспособность…       (Да где бы еще этот здоровый сон взять, если на тебя столько работы сваливают?)       — Поэтому я договорился с нашей столовой, и с сегодняшнего дня у нас будет подаваться только здоровая еда!       Все загалдели.       — Тихо, уважаемые! С сегодняшнего дня практикуем…       (Ну, давай, хэдшот!)       — ЗОЖ!       (Добил! Честное слово — добил)       Но вот что важно: уже в четверг, придя в столовку, я не нашел там ни борща, ни пюрешки с котлетами, ни пирожков с беляшами, ни даже, чтоб этого босса, газировки! Да он издевается?! Всё, увольняться пора! Я столько учился, чтобы деньги зарабатывать, а не указания выслушивать, что и сколько я должен есть.       Пришлось в четверг довольствоваться какими-то веганскими щами, листьями салата и зелёным чаем. Ещё чуть-чуть и мы тут все скоро блеять начнём, как ягнята. Хорошо, что мой на ужин отбивные с паприкой приготовил, а в холодильнике ждали пиво и чипсы. Спасибо, родной! Правда, довольствоваться этим пришлось в одиночестве, так как он был на работе.       Ну а пятница вообще выдалась кошмарной. Мало того, что мне снова не удалось нормально пообедать, так ещё и встречу назначили, на которой босс подробно изучил проделанную мной работу и явно не с целью выписать премию.       В этом деле ему помогал мой тайный заклятый враг — самодовольный интриган аналитик Анатолий. Толя сходу сказал, что я не выполнил и половины, а ту часть, которую выполнил, можно смело выбрасывать, потому как это самый бесполезный код из всех, что ему доводилось видеть. Ещё он что-то говорил о моих опозданиях, некоммуникабельности и недружелюбности, но я его уже не слушал. Одно и то же каждый раз. И не надоело человеку ядом брызгать?       Босс с суровым выражением лица выслушал его, коротко кивнул, поблагодарил и проводил до двери своего кабинета.       Пока они там о чем-то шушукались, на моём экране появилось сообщение: «Сегодня вечером приедут Оля с Линой, будем бухать!». И второе следом: «Много!». И третье — три смайлика-поцелуя. Я невольно улыбнулся, представив, как снова весь вечер пройдёт в спорах, почему пара лесбиянок лучше пары геев, и не заметил пристального взгляда босса.       — Ну что, — начал Иван Борисыч, — смотрю, ты не справился с данной тебе работой.       Я сохранял холодное молчание. (Да пошли вы все, знаете куда?!)       — Да и то, что сделал, не понравилось нашему аналитику.       Иван Борисыч впился в меня глазами. Я сохранял холодное молчание. (Да клал я на вашего аналитика большой и толстый!)       — О чем это говорит, как ты думаешь?       Тут Иван Борисыч встал, подошёл к скрытому бару в книжном шкафу, достал коньяк и… два стакана.       — Это говорит о том, — продолжил он, разливая коньяк, — что ты слишком устал.       Иван Борисыч подошёл ко мне и вручил стакан. Я сохранял холодное молчание. (Зато сегодня я буду отдыхать в самой лучшей компании на свете! А вы все до понедельника можете убиться об стену!)       — Это значит, что тебе нужна смена деятельности.       Иван Борисыч пригубил коньяк. Я же, в полном молчании, опрокинул весь. (Смена так смена! Я готов! Увольняйте!!!)       — Предлагаю тебе, и скоро ты поймёшь, почему, — Иван Борисыч пригубил ещё, — должность руководителя отдела.       Я снова поднёс стакан к губам, но не обнаружив там ни капли, решил сохранять холодное молчание. (…!!!)       Иван Борисыч понимающе улыбнулся, достал бутылку и плеснул в мой стакан ещё немного.       — Ты внимательный, ответственный, сдержанный, не сплетник. И хорошо знаешь свою работу.       Я подавился коньяком.       — Но вы же только что сказали, что я не справился.       — Так это и не твоя работа была. А учитывая то, что за пару дней ты вник в несвойственный тебе процесс, говорит о том, что ты на многое способен. Поэтому я назначаю тебя на должность руководителя отдела с повышением оклада в 20% и премией.       Босс допил коньяк, открыл сейф, достал конверт и протянул его мне.       — Поздравляю.       В полном, уже ошеломленном молчании я ответил на рукопожатие и с недоумением посмотрел на пачку денег в конверте.       — Ну и просто ради интереса, — улыбаясь, спросил он, — куда потратишь?       — На банку водки и бутылку огурцов! — все ещё удивлённый происходящим проговорил я.       Иван Борисыч расхохотался.       — Респект! К черту ЗОЖ! Потому что ЗОЖ — это… — и тут он вопросительно посмотрел, предоставляя мне закончить знаменитую фразу.       — Пи*деж! — улыбнулся я и вышел из его кабинета.       Спустя пару часов, узнав о моем повышении, змея Анатолий позеленел. Швырнул мышку на стол и широким уверенным шагом (типа “смотрите, я с боссом на короткой ноге, сейчас быстро разрулю эту несправедливость”) отправился к Ивану Борисычу. Каким у них вышел разговор, не знаю. Я просто собрал вещи с прежнего стола, отнёс их в свой новый стеклянный кабинет, а потом пораньше ушёл домой.       Там меня ждали любимый и друзья. А также банка с водкой и бутылка солёных огурчиков. А вы думали, я шутил?)