Я стану твоей местью утешением и любовью

Утро началось как обычно. Быстро перекусив, я прыгнула в машину и поехала в университет. На парковке меня уже ждала Лиса; она широко улыбнулась и помахала мне рукой, после чего мы вместе направились в здание. Но у самой лестницы на крышу её перехватила какая-то очень миловидная девушка. Лиса вручила мне свои тетради и попросила подождать, отправившись на разговор, так что мне пришлось остаться наедине с домашним заданием. Когда я уже почти закончила переписывать, на крышу с громким смехом ввалилась Рози. Она буквально повисла на шее у Лисы, комично складывая губы трубочкой: — Ох, Лиса-оппа, давай встречаться! Ты такая высокая и горячая, что я просто таю! А вчера я услышала, что ты рассталась со своей мексиканкой... Я так тебя люблю! После этой тирады Рози принялась усыпать щеки Лисы поцелуями под общий хохот, а я лишь с интересом наблюдала за этой сценой. Наконец Розанна отпустила Манобан, и та устало опустилась в тень у стены, доставая из сумки энергетик. — Что случилось? — спросила я, закрывая тетрадь. — Лисе только что призналась в любви первокурсница, — хихикнула Рози. — Вот это скорость... А как же Камилла? — Мы расстались вчера. Видимо, об этом уже знает весь университет, — спокойно ответила Лиса. — Это из-за меня? — я виновато опустила глаза. — Нет, даже не думай об этом. Лучше расскажи, куда ты уезжаешь завтра? — Мы с родителями едем в провинцию Канвондо. — Вау, отличное место! Будем ждать фотографий. А Тэхён знает? У него же вроде вечеринка в честь победы в эти выходные. - вклинилась Рози Черт. Я совсем об этом забыла. — Точно... Я еще не сказала ему. — Думаю, он поймет, — подбодрила Рози. — Встречи с родителями для тебя очень важны. — Надеюсь. Он столько об этой вечеринке говорил... — Эй, Дженни, даже не забивай себе голову! — Лиса серьезно посмотрела на меня. — Если он тебя любит, то поймет. У него этих вечеринок будет еще море, а тебе нужно отдохнуть. — Спасибо. Кстати, — я закусила губу, — вы будете записывать видео с выступления? — Какого именно? — Лиса приподняла бровь. — Ну, того, где вы покажете новую хореографию. — Ого, а откуда ты узнала? — В такси вчера было много времени, я изучила ваш аккаунт. Так что буду ждать видео. — Тебе так понравилось наше выступление? — в голосе Лисы проскользнули теплые нотки. — Очень. Думаю, я бы с радостью приходила к вам чаще. — Что ж, как говорится, Welcome! — улыбнулась Лиса. — Если хочешь, можешь приходить даже на репетиции. Хотя, думаю, в это время у тебя обычно свидания с Тэхёном. — А с ним нельзя? — Нельзя. Это наш внутренний секрет, — отрезала она. — Как скажешь. Тогда как-нибудь приду одна. Во сколько вы сегодня освобождаете зал? — Думаю, в пять. Мне еще нужно собраться, а что? — Хотела провести тренировку с командой подольше. Мы должны выйти в лигу в этом году. — Я приду поболеть за тебя потом, — пообещала я. — Нет, не пройдешь, — усмехнулась Лиса. — Почему это? — У нас тренировка в то же время, что и у футболистов Тэхёна. Залы на разных концах стадиона. — Черт, да что ж это такое... — Ничего страшного, ты ничего не пропустишь. Мы играем с «Тигрицами», небось, всухую продуем. — Прости еще раз, что не смогу прийти. — Да брось ты. Переписала? — Да, держи. Спасибо огромное. Я протянула ей тетрадь, и в этот момент на крышу зашел Тэхён. Он властно взял меня за руку и увел вниз. Вскоре мы уже стояли в парке в компании курящих футболистов. Они что-то бурно обсуждали, а я лишь отстраненно думала о том, какие вещи взять в поездку. Когда прозвенел звонок, Тэхён чмокнул меня в губы, собираясь идти на лекцию, но я его остановила. — Тэ, мне нужно извиниться. — За что? — В эти выходные я уезжаю с родителями. Я не смогу прийти на твою вечеринку. Лицо Тэхёна мгновенно изменилось. Он нахмурился и выпустил мою руку. — Но она ведь очень важна для меня! Ты же знаешь, я всю неделю только о ней и говорил. — Я знаю, правда. Мне очень жаль, но я стала слишком редко видеть родителей. Я не могу пропустить эту поездку. — Ладно. Хорошо, — бросил он сухим, безжизненным тоном, который не предвещал ничего хорошего. Весь день прошел спокойно. Я так и не встретилась ни с Лисой, ни с Рози, проводя время в компании друзей Тэхёна. Вечерняя тренировка прошла отлично, хотя Рози и отсутствовала; она извинилась и пообещала отработать программу позже самостоятельно. Мы с командой черлидерш закончили раньше баскетболисток, поэтому сразу разошлись по домам. Дома родители уже закончили сборы. Я быстро закинула вещи в чемодан — кажется, взяла даже больше, чем стоило, — и спустилась вниз. — Я готова! — Отлично, тогда едем — вперед и с песней! — улыбнулся отец. Он подхватил мой багаж, и мы направились к черному тонированному авто, которое должно было отвезти нас в аэропорт. POV Лиса: — В этот раз мы не проиграем! — я обвела взглядом команду. — Я хочу, чтобы вы выложились на полную. Если выиграем — я угощу вас чем угодно. Но вы должны собраться. Разве вам приятно, что об нас вытирают ноги? У университета даже нет группы поддержки для нас, и зрителей почти не бывает, если параллельно идет футбол. А что есть у них, чего нет у нас? — Голые мальчики? — усмехнулся кто-то. — Именно! А что есть у нас? — Мозги и воля к победе. — Вот именно! Мы заставим их заметить нас. Мы, черт возьми, звезды, и, давайте на чистоту: на нас смотреть куда приятнее, чем на неотесанных качков с голым прессом. Мы тренировались до девяти вечера, отрабатывая тактику до седьмого пота. Когда все разошлись, я не пошла домой. Включив музыку в студии, я погрузилась в танец. Дома ждала лишь пустота: мама умерла недавно, а отец... он хотел сына, а получил меня. Теперь от меня требуют невозможного. На телефон пришло уведомление. Дженни написала в групповой чат: - Я доехала. - Хорошего отдыха! Ждем фото, — ответила Рози. Я снова выключила телефон. Тишина давила. Может, сходить в бар? Нет, завтра выступление, а в воскресенье — подписание контракта. Идти туда с похмельем — плохая идея. Мои раздумья прервал Бэм: - Лалиса, вали домой, завтра концерт. Сходив в душ, я поехала на набережную. Там, в ночной прохладе, можно было наконец снять маску вечной жизнерадостности. Огни города дрожали на глади воды, успокаивая мысли. Но стоило какому-то пьяному мужчине начать ко мне приставать, как пришлось ретироваться. Я могла бы постоять за себя, но была слишком истощена для драки. Домой я вернулась в три утра. Отца не было. Я не понимала, зачем он заставляет меня жить в этом особняке, если мы могли бы разъехаться и стать счастливее. Справедливости ради, отец не был плохим человеком. Он просто любил две вещи: власть и мою покойную мать. После её смерти он сломался — отдал управление компанией дедушке, а сам ушел работать поваром в известный ресторан. Проснувшись в три часа дня, я долго стояла под горячим душем. Вода — единственное, что по-настоящему смывало усталость. Около шести вечера я уже была в гримёрке клуба. Надела короткие черные шорты, наколенники, белый топ и укороченную армейскую куртку. Макияж, шапка — образ Лили готов. Когда мы вышли на сцену, зал взорвался криками. Прожекторы слепили глаза, резали зрение, но я была этому рада. Я не видела их лиц, их оценивающих взглядов. Танцевать — это более интимно, чем петь. Когда ты поешь и ошибаешься, люди списывают это на страсть. Но в танце любая ошибка — это провал. На самом деле, я и сама не до конца понимаю, зачем танцую. Когда я пою, я могу расслабиться: я выливаю всю свою душу и боль в слова, срывая голос. Но танец — это нечто более интимное. В нем я чувствую себя по-настоящему уязвимой. Если ты поешь и совершаешь ошибку, люди спишут это на страсть, на то, что музыкант слишком увлекся. На нашем уровне это даже приветствуется. Но во время танца стоит хоть на секунду сбиться, не так поставить ногу или не дотянуть нужное выражение лица — и на тебя выльются тонны критики. Впрочем, я привыкла. Мой дедушка был далеко не лучшим опекуном. Но сегодня я знала, что справлюсь, потому что я готовилась. Так оно и произошло. Мы выступили идеально: ни одной заминки. Зал был в восторге, и мы тоже. Рози довольно улыбалась, показывая мне большой палец. Я искренне ей поражалась. Я так устаю носить маску милой девочки, что в последнее время всё чаще позволяю себе лишнее, а она — она всегда остается нежной, с глазами, блестящими, словно чистые кристаллы. Я снимала маску только на сцене с группой, затерявшись в толпе клуба, или наедине с дедом. Нет, не потому, что я ему доверяла. Совсем наоборот. Просто с ним иначе не выходило — его раздражала моя улыбка. Да и в тех обстоятельствах, при которых мы встречались, улыбаться было лишним. После выступления мы с Рози выпили по паре шотов. Она быстро подцепила какую-то брюнетку и, пообещав написать завтра, скрылась в толпе. Я осталась в одиночестве. Глядя на бокал виски, я наблюдала, как жидкость переливается оттенками от янтарного до ржавого под светом прожекторов. Это напомнило мне глаза Дженни — они меняют свой цвет не только от освещения, но и от её настроения. Удивительная особенность. Домой не хотелось. Я знала, что там ждет дед и очередной тяжелый разговор. Наверное, единственной, кто любил меня по-настоящему, была мать. Она приняла меня и убедила отца в моей ориентации, за что я буду благодарна ей вечно. Сейчас отец терпит мою личную жизнь только ради памяти о ней. Говорят, перед смертью люди становятся добрее — видимо, мама не была исключением. Оставив купюры на барной стойке, я направилась в поместье. Как я и ожидала, меня встретил помощник дедушки. Он смотрел на меня с привычным сожалением. Я вздохнула, завязала волосы в высокий хвост и пошла в кабинет к человеку, который обещал заботиться обо мне, но стал моим проклятием. Едва я переступила порог, как в мою сторону полетел стакан. Я лишь ухмыльнулась — реакция не подвела. Стекло разбилось о дверь прямо за моей спиной. — Где ты шлялась? Сколько раз повторять: без стука не входить! — У меня было выступление, — сухо ответила я. В этот раз полетела бутылка, но я умело увернулась и от неё. А жаль, виски был хороший. — Сколько раз говорить, что это бесполезное занятие? Занялась бы лучше фирмой. — Я и так ей занимаюсь. И музыка — это не пустая трата времени. — Закрой рот! Я не давал тебе разрешения говорить! — Он рывком поднялся из кресла и направился ко мне. — Тебе придется отказаться от танцев или от подработки. Выбирай сама. — Зачем? Вместо ответа мою щеку обожгло резкой, вспыхнувшей болью. Он влепил мне пощечину такой силы, что во рту мгновенно появился металлический привкус крови. Губа лопнула, и по подбородку потекла алая струйка. — Ты должна беспрекословно выполнять то, что я сказал. Ты забыла своё место? Я лишь молча качнула головой, слизывая кровь с губы. — Умница. Твои обязанности в компании увеличатся. Будь благодарна. «Благодарна? За то, что буду видеть твою рожу еще чаще?» — подумала я, но промолчала. — Я уеду по делам на пару недель. Когда вернусь — здесь должен быть идеальный порядок. Я оставлю тебе список заданий. Ты знаешь, что будет в случае неповиновения. — Да, сэр, — ответила я, глядя в пустоту. — Молодец. Можешь идти. — Спасибо. Я развернулась и вышла, не желая оставаться в этом кабинете ни секундой дольше. В коридоре я столкнулась с обеспокоенным взглядом нашего дворецкого — он был мне ближе, чем родной дед. Он порывался подойти, но я лишь качнула головой и молча направилась в свою комнату. Радует лишь одно: скоро я заберу эту компанию себе. Дед совершает классическую ошибку — он видит во мне лишь «девчонку», слабое звено, и потому перестает замечать очевидное. А зря. Я с детства была смышленой, а с годами научилась превращать свою внимательность и фотографическую память в оружие. По сути, подработка в клубе мне не нужна ради денег, но это идеальный способ поиска нужных людей. Родители с пеленок дали мне понять, что я нежеланный ребенок, но, по крайней мере, они безумно любили друг друга. Мама перед смертью не просила меня быть «хорошей девочкой». Она сказала другое: «Если влюбишься — никогда не отпускай. Будь готова перевернуть мир ради этого человека». Благодаря им я усвоила истину: если ты кажешься милой и тихой, от тебя никто не ждет удара. Я пользуюсь этим правилом уже четыре года. Ровно столько я влюблена в одну особу, которая меня даже не замечает. Но я всегда рядом. Я — её «милая девочка с золотым сердцем», и это идеальное прикрытие. Я села за ноутбук, проверяя почту в полной темноте, которую нарушало лишь холодное сияние экрана. POV Дженни Мы приехали в Канвондо поздно ночью и сразу заселились в отель. У нас был общий номер, разделенный смежной дверью. Я написала в общий чат, не особо надеясь на ответ, но Лиса отозвалась почти мгновенно. Она что, какой-то ночной мститель? Почему она вечно шляется по ночам? С этими мыслями я и уснула, так ей и не ответив. Утром меня никто не тревожил. Я проснулась в обед от яркого солнца, заливающего комнату через панорамное окно. Родители уже ждали меня в ресторане. — Доброе утро, милая! Как спалось? — Отлично. Почему не разбудили? — Ты так сладко спала, — улыбнулась мама. — Ты почти ничего не пропустила, разве что твой отец проиграл какой-то спор и танцевал макарену прямо на пляже. — Господи, слава богу, я это проспала! — мы залились смехом. Остаток выходных прошел как в сказке: белоснежный песок, коктейли у бассейна и ленивое чтение книг. Я принципиально не брала в руки телефон, наслаждаясь моментом. Только в воскресенье днем, по дороге домой, я наконец проверила уведомления. От Тэхёна — тишина, зато в чате висели сообщения от Лисы:

- Надеюсь, ты хорошо отдыхаешь. Рози уже точит зубы, чтобы завалить тебя вопросами.

- Я кое-как отобрала у неё телефон, так что сегодня можешь расслабиться.

- Скинула тебе на почту домашку. Отдыхай с дороги и убедись, что ничего не забыла в отеле, а то будешь потом ходить как в воду опущенная.

Я невольно улыбнулась. Она всегда так заботится обо мне, хотя сама, кажется, вообще не спит. — Спасибо большое! Ты лучшая, только Рози не говори, — напечатала я. — А как ты отобрала у неё телефон? Ответ пришел минут через пятнадцать:

— Хорошо, это наш секрет :) Мы у неё в квартире, смотрим кино.

— Я тоже хочу к вам! Что за фильм?

— Рози захотелось поплакать, так что пересматриваем «Хатико».

— И ты не плачешь?

— Я уже выплакала всё, что можно было.

— Завтра будешь с опухшими глазами?

— Ну, зато Камилле будет не так обидно, — съязвила Лиса.

— Да уж, «добрая» ты душа...

- Как там наша футбольная команда? — Резкая смена темы.

- Ну, вроде хорошо. Тэхён в боевом настроении перед игрой.

— Надеюсь, нам с Рози не придется за них краснеть?

— Эй! Вообще-то капитан команды — мой парень. Они хорошо играют!

— Как скажешь. Только не дуй свои милые щечки, — прилетело в ответ.

Я действительно поймала себя на том, что надулась, и рассмеялась. — Кстати, у вас ведь тоже завтра игра?

— Угу.

— А вы нас не опозорите? Только не проиграйте «Тигрицам» всухую!

— Я сделаю всё возможное ;)

Лиса вышла из сети. Я зашла в аккаунт их группы и наткнулась на видео с того самого концерта. Я смотрела на экран с замиранием сердца, завороженная движениями Лили. — Милая, что ты там такое смотришь? — окликнула меня мама. — Выступление Лисы. — И как? — Они танцуют как настоящие айдолы. Хочешь посмотреть со мной? — Давай, почему бы и нет. Мама подсела поближе, и я отмотала видео на самое начало. Хотя я смотрела его уже второй раз, я снова оказалась полностью зачарована. Лиса на сцене была другой. Обычно она ассоциировалась с чем-то милым и добрым, но здесь от этой мягкости не осталось и следа. Она была настоящей «секс-машиной», хищной и сосредоточенной на каждом движении. Теперь я понимала, почему вокруг неё постоянно вьются такие, как Камилла. Когда видео закончилось, я ощутила странную пустоту — почти физическую потребность посмотреть еще раз. — Вау, не знала, что Лиса так танцует, — подала голос мама. — Она напомнила мне твоего отца. — Чем? — Хм... В жизни я помню её милой девочкой, а здесь она совсем иная. Твой отец в университете тоже играл в группе. На сцене он становился абсолютно другим человеком. Помню, как однажды фанатка пробралась к нему в гримёрку, а вышла разочарованной, потому что он оказался «слишком милым», а не тем горячим парнем, который только что раздевал весь зал одним взглядом. Я и не знала, что папа был рок-звездой местного масштаба. Мама пообещала найти старые фото, и весь вечер мы провели за разговорами об их юности. Домой мы вернулись поздно; я была так вымотана, что уснула сразу, даже не написав Тэхёну. Утро началось по будильнику. Чувствуя себя прекрасно отдохнувшей, я навела марафет: накрутила локоны, сделала яркий макияж и надела форму черлидерши, накинув сверху куртку. В университете было шумно. Я кружила по парковке в поисках места, как вдруг заметила машину, стоявшую сразу на двух слотах. Стоило мне подъехать, как водитель сдал назад, освобождая мне пространство. Из салона вышли Рози и Лиса, как всегда, ослепительно улыбаясь. — Привет, онни! — Рози крепко обняла меня, пока Лиса доставала сумку с заднего сиденья. — Привет! Спасибо за место. — Да не за что, — хихикнула Рози. — Лиса знала, что ты приедешь поздно и мест не будет, так что заняла сразу два «одной попой». Ты бы слышала, сколько нам сигналили! Я выпустила Рози из объятий и посмотрела на Лису. В этот момент на её спину внезапно запрыгнула эффектная шатенка. Мы с ней были чем-то похожи: тот же «кошачий» разрез глаз, который Лиса называла самым красивым в мире. — Приветик, соперница, — промурлыкала девушка. — И тебе привет, Соён, — Лису, казалось, ничуть не смутило, что на ней виснет посторонняя девушка. — Готова проиграть? — Конечно. — Тогда давай так: если я выиграю, ты исполнишь моё желание. — Зная тебя, это будет что-то безумное, — усмехнулась Лиса. — Ничего такого... Просто провести со мной ночь и начать встречаться. Я бы тебя даже в свой университет переманила. Девушка игриво прикусила мочку уха Лисы, поглаживая её живот. Внутри меня всё неприятно сжалось. — А тебе не пора к своим? «Тигрицы» могут обидеться, — осадила её Лиса. — Ничего, ты ведь теперь свободна, они поймут. Поговорим после твоего проигрыша! Соён чмокнула Лису в щеку и упорхнула к автобусу своей команды. — Это еще кто? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Это Соён, капитан «Тигриц». Мы познакомились на сборах. Не знаю почему, но она мне очень не понравилась. Идеальная фигура, кудрявые волосы, как у меня, и этот взгляд... Я впервые всерьез засомневалась: а красивее ли я её? Задуматься не дала Рози со своими расспросами о выходных. Лиса была с нами только на первой паре, а потом ушла готовиться к матчу. Нас тоже отпустили на разминку перед игрой футболистов. Стадион был забит до отказа. Мы выступили отлично, чего не скажешь о парнях — игра у них явно не клеилась. В середине матча я заметила, как люди начали уходить со трибун, проверяя уведомления в телефонах. Наверное, все бежали в спортзал на игру Лисы. Мне безумно хотелось оказаться там же, но я должна была поддерживать Тэхёна. Кое-как дождавшись окончания матча (наши проиграли), я попыталась утешить Тэхёна, но ему было глубоко плевать. Он и его команда утащили нас в клубную комнату «праздновать» поражение шампанским. Как только представился случай, я выскользнула в коридор и почти бегом бросилась в спортзал, надеясь застать хоть конец игры. Там было пусто и тихо. Я пересекла зал и заметила Лису. Она лежала на верхнем ряду трибун в наушниках, уже переодетая. По её умиротворенному лицу было невозможно понять, выиграли они или проиграли. Я подошла и осторожно сняла с неё один наушник. Лиса открыла глаза и одарила меня взглядом своих необычных глаз, в которых сейчас отчетливо читалась зелень. — Привет. — Привет, — Лиса приподняла бровь. — Как Тэхён? — Ну, они проиграли, но не особо расстроились. Сейчас в клубной комнате празднуют поражение вместе с соперниками. — Главное — настрой, — хмыкнула она. — А ты чего здесь? — Во-первых, за телефоном зашла. А во-вторых, ты вообще-то тоже играла, и мне интересно, как всё прошло. — Нормально отыграли. Дженни, тебе лучше не оставлять Тэхёна одного, хоть мне и приятно, что ты заглянула. — Главное — не расстраивайся. Вон, Тэхён проиграл, но крутости не растерял. Так и у тебя. Лиса как-то странно улыбнулась и кивнула, усаживаясь поудобнее на скамье и обводя взглядом пустой зал. — Я постараюсь. — И... тебе совсем не обязательно начинать встречаться с той девушкой, — добавила я, стараясь звучать непринужденно. — Ну, даже если ты проиграла. Лиса вдруг рассмеялась — таким чистым, искренним смехом, что у меня потеплело внутри. — Аха-ха, спасибо большое! Не думала, что ты запомнишь слова Соён. Но у нас завтра что-то вроде свидания. — Это потому, что ты проиграла? — Ну, она ведь красивая, почему бы и нет? Тем более, я теперь свободна. В глубине души я понимала, что она права, но внутри всё неприятно заныло. Мне всегда было плевать, с кем она встречается, но сейчас мысль об их завтрашнем свидании чертовски бесила. Я лишь пожала плечами и спустилась в раздевалку за телефоном. «Сегодня я должна уделить внимание своему парню», — твердила я себе как мантру. Когда я вышла, Лиса всё так же лежала на скамье, глядя в потолок. У самых дверей я столкнулась с Соён. Она улыбалась до ушей: короткий топ, белая теннисная юбка, черные чулки выше колена. Она выглядела мило и умела безупречно краситься. Мы пару секунд мерили друг друга взглядами, словно оценивая противника. — А ты кто? — бесцеремонно начала она. — Дженни. А ты? — Соён. Твое имя мне не особо интересно... Кто ты для Ли? — Ли? — Для Лалисы. — Я её лучшая подруга. — Странно. — И что в этом странного? — С победой Лису поздравляла Рози. Только она одна. — У моего парня был матч, — отрезала я. — Ясненько. Не могла бы ты отойти? — Соён вопросительно посмотрела на меня, когда я не сдвинулась с места. — Ты мешаешь мне пройти к Ли. Я хочу как следует её поздравить. — Вы же ей проиграли. — Дорогуша, — Соён опасно улыбнулась, — ей я готова не только проиграть. Я отошла, пропуская её внутрь, и направилась к Тэхёну. «Странные у Лисы отношения со всеми», — думала я. За всё то время, что я с Тэхёном, она ни разу не была одна, хотя до университета ни с кем не встречалась. Теперь же она заводит эти странные «свободные отношения», которые кажутся лишь способом отбиться от наплыва фанатов. Лиса слишком добрая, чтобы посылать людей, и, видимо, так ей проще. С этими мыслями я вошла в шумную клубную комнату футболистов. POV Лиса — И что ты тут делаешь? — не открывая глаз, спросила я. — Пришла поздравить. — Могла бы сделать это завтра. — Я хотела сегодня. Соён бесцеремонно уселась на мои бедра, заставляя обратить на неё внимание. — Мы не будем встречаться. Максимум — переспим. Ты ведь в курсе? — Это из-за той шатенки, Дженни? Которая даже не пришла на твой матч? — Соён прищурилась. — Ей тут делать нечего. И это не из-за неё. — Ну-ну... Я готова быть просто телом, которое будет тебя удовлетворять. — Ты совсем себя не уважаешь? — я внимательно посмотрела на неё. — Хм-м, нет, не сказала бы. Но ради такой, как ты, я готова поступиться гордостью. Кстати, мне всегда было интересно: почему со всеми ты такая милая «душка», невинная овечка, а наедине со мной — совсем другая? Если бы ты была такой постоянно, давно бы стала главной стервой и секс-символом этого города. — Мне это не нужно. Быть паинькой и наивной в глазах толпы намного выгоднее, — я сжала руками её открытые бедра, чувствуя их мягкость. Соён вздрогнула и издала звук, похожий на стон. — И что в этом выгодного? Об тебя же ноги вытирают! Я сжала пальцы сильнее — завтра у неё точно останутся синяки. Соён закусила губу, зажмурилась и вцепилась в мою футболку. — Об меня никто и никогда не вытирает ноги. Еще раз вякнешь нечто подобное — и сидеть не сможешь, как минимум. — Прости... Но когда ты злишься, я просто таю от твоего властного голоса. Возьми меня прямо сейчас... Я убрала руки с её бедер, медленно проскользнула ладонью под юбку и села, придвинувшись к её уху. — Если бы ты не выводила меня из себя, я бы взяла тебя прямо здесь, на этой скамье, наполняя зал твоими стонами. Но сейчас... — я прикусила её мочку, чувствуя, как она дрожит, и рукой коснулась уже влажного белья. — Тебе придется терпеть до завтра. Я устала. Я встала, оставив её в полной прострации, и пошла за сумкой. — Ты издеваешься, Манобан?! — донеслось мне в спину. — Я сегодня праздную победу с Рози, дорогуша. До завтра. Я скрылась в коридоре, невольно улыбаясь. Мне нравилось выводить её из себя. Соён была во многом в моем вкусе: ухоженная, прекрасный аромат, кошачьи глаза, идеальное тело и кудрявые волосы. Она была отличным вариантом, но я всё еще не была готова отпустить свою настоящую любовь. На телефон пришло уведомление от Дженни, в общую группу. - Дженни: Давайте съездим куда-нибудь на выходных? Только втроем. - Рози: Я только за! Лиса тоже не против. Куда едем?

- 5555, а меня уже никто не спрашивает?

- Рози: А надо? ;)

- В этот раз нет, я свободна.

- Рози: Вот и супер! Значит, снова сможем вместе тусить в клубах.

- Не совсем. У меня завтра свидание. Она хочет нормальных отношений, так что, если мы начнем встречаться — пока-пока, бары.

- Рози: Она мне уже не нравится. Не соглашайся. - Рози: Скажи ей, Дженни! Ее ты всегда слушаешься.

- Это просто совпадение.

- Рози: Окей, тогда кто эта особа, с которой ты планируешь «серьезку»?

- Соён.

- Рози: А, ну тогда всё понятно. Она действительно горячая.

- Вот и я так думаю.

- Рози: Расскажешь подробности завтра?

- Не думаю. Скорее послезавтра, можем встретиться у тебя.

- Рози: Супер! Дженни, а ты будешь? - Дженни: Еще не знаю. - Рози: Ну, ты знаешь, где я живу, будем ждать. Так куда едем? - Дженни: Может к морю? В Пукксан? - Рози: Звучит классно! Но тогда мне придется самой собирать Лису. - Дженни: Чего? - Рози: Она, как всегда, выберет купальник как у бабушки. Не понимаю, почему она прячет такую фигуру! Хотя я слышала, сегодня фанаткам на матче кое-что перепало... - Дженни: Ты о чем?

- Чеён, еще одно слово — и будешь сама ходить в магазин.

- Рози: Она показала свой животик! Этому прессу позавидуют все футболисты вместе взятые.

- Ну всё, Чеён, ты нарвалась.

- Рози: Дженни-онни, спаси! - Дженни: Так уж и быть, раз ты такой хороший информатор. - Рози: Ты бы и без меня узнала, на сайте универа уже есть её фотки! Она теперь звезда. Они ведь попали в лигу. Теперь у них матчи не районного масштаба, а уровня страны. - Дженни: Ничего себе... Лиса, почему ты не сказала?

Это не так уж интересно было. Тем более тебе нужно было быть с Тэхёном.

- Дженни: Это не повод не говорить мне о своей победе! Я узнала об этом от твоей «ненаглядной» Соён.

- Не злись. Я правда не думала, что это важно. Тебе ведь даже не нравится баскетбол.

- Дженни: Баскетбол может и не нравиться, но ты — моя лучшая подруга.

- Прости. В следующий раз скажу сразу, если будет что-то важное.

- Дженни: В смысле «что-то важное»?! Так, где вы сейчас? - Рози: Я на выходе из универа.

- Я тоже почти вышла.

- Дженни: Стойте там! Идем в кафе, и вы мне всё расскажете. POV Лиса Я как раз вышла во двор университета и увидела Рози, которая тут же подлетела ко мне с объятиями. Нам не пришлось долго ждать — вскоре появилась Дженни. — Предлагаю зайти в кафе на углу, Дженни взяла нас под руки, увлекая за собой. — Там потрясающие десерты. — Рози, официанты — это не десерт, — подколола я её. Мы с Дженни рассмеялись, а Рози в шутку принялась щипать меня за бок и колотить по плечу. В кафе мы быстро сделали заказ. Рози начала свой рассказ — я его уже слышала, поэтому сидела немного отстраненно. Внезапно экран моего телефона, лежащего на столе, вспыхнул. Уведомление от Соён. Я не спешила брать его в руки, читая прямо с экрана: - Не думала, Манобан, что ты такая подлая. Но я тоже кое-что могу... - Надеюсь, тебе понравятся фото. Может, пропустим этап свидания и перейдем сразу к самому интересному? Раз уж ты та-а-ак "не заинтересована" во мне...

— 3 вложения —

Любопытство взяло верх. Я взяла телефон, чтобы посмотреть, чем она решила меня пронять. Открыла первое фото: Соён смотрит в камеру с прищуром, подчеркивающим её кошачий разрез глаз. Одна рука на груди, едва прикрытой изысканным белым кружевом. Она сидела на коленях, демонстрируя идеальные бедра. Мне часто присылали подобное, и обычно это не трогало, но Соён... её фигура была чертовски хороша. Второе фото: ракурс сзади. Она на белоснежной простыне в позе кошки, выпятив аппетитный зад и приоткрыв вид на влажное белье. Внутри что-то щелкнуло, и я неосознанно сжала бедра под столом. Но последнее фото было за гранью. Она лежит на спине, лифчик съехал, открывая вид на торчащий сосок. Одной рукой она сжимает грудь, а вторая покоится на белье, там, где под тканью скрыт клитор. Узел возбуждения внизу живота затянулся до боли. Слюна стала вязкой, во рту пересохло. Я впилась пальцами в собственное бедро под столом, пытаясь заглушить нахлынувшее желание. Завтра я сделаю так, что она не сможет встать. Пока я рассматривала снимки, экран снова мигнул — пришло еще одно сообщение. — Как тебе? — высветилось на экране. — Завтра мне надеть это же белье? Я невольно ухмыльнулась. Единственный ответ, который крутился в голове: «Лучше не надевай вообще ничего». Из раздумий меня вырвал голос Дженни. Она выглядела не просто недовольной — она была в ярости. — Лиса, о чем ты там таком важном задумалась? — А? Да так, ничего интересного. Простите, я вся во внимании, — я попыталась убрать телефон, но уведомления продолжали сыпаться одно за другим. — Рози уже закончила свой рассказ, так что теперь твоя очередь, — Дженни скрестила руки на груди. — Ну... я даже не знаю, что рассказывать. — Не знаешь? — голос Дженни стал подозрительно тихим и колючим. — Ну, например, расскажи, как давно ты в группе? Или как давно наша баскетбольная команда выигрывает? А на крайний случай — поведай нам о своих «похождениях». — Похождениях? — я приподняла бровь, но телефон снова завибрировал, отвлекая меня. - Лиса-я, кстати, может, мне называть тебя "мамочка"? Думаю, когда я буду стонать, это будет звучать идеально. - Я уже представляю твои длинные пальцы внутри себя... - Представляю, как они двигаются, заставляя меня извиваться. Я готова кончить только от одной мысли о тебе сверху. Вот же стерва. Я решительно выключила экран, чувствуя, как внизу живота всё окончательно стянуло узлом. Я перевела взгляд на Дженни — она хмурилась так, будто я изменяла ей лично, прямо здесь, у неё на глазах. POV Дженни Я всё понимаю, но что, черт возьми, себе позволяет эта Соён?! Они еще даже не встречаются, а она уже забрасывает её такими сообщениями. Что будет дальше? А Лисе, похоже, это чертовски нравилось. Внутри меня всё кипело от злости. Кровь прилила к щекам. Мы впервые за долгое время собрались втроем, а она сидит здесь, рассматривает откровенные фото этой девицы и планирует их завтрашнюю ночь. Сердце сжалось от странной, тянущей боли. Мне хотелось выхватить у неё телефон и расшибить его о стену, а этой Соён — повырывать её идеальные патлы. Но Лиса даже не подумала извиниться. Как будто это в порядке вещей — сидеть в кафе с подругами и читать, как под тобой собираются кончать. Мы с Тэхёном никогда так не переписывались... Лиса просто подняла на нас свои невозмутимые глаза и, как ни в чем не бывало, спросила: — Простите, так на чем мы закончили? — Мы закончили на том, что ты ведешь себя как последний эгоист, Манобан, — резко бросила я, отставляя чашку с недопитым латте так сильно, что кофе выплеснулся на блюдце. Рози неловко перевела взгляд с меня на Лису, явно не понимая, откуда в воздухе взялось столько электричества. — Дженни, эй, ну чего ты... Лиса просто востребованная звезда, — попыталась разрядить обстановку Роза, но я её не слышала. — Ты хотя бы понимаешь, как это выглядит со стороны? — продолжала я, сверля Лису взглядом. — Твой телефон разрывается от пошлостей, а ты сидишь с такой самодовольной ухмылкой, будто выиграла в лотерею. Тебе настолько не хватает внимания? Лиса медленно откинулась на спинку стула. Её взгляд изменился — исчезла та мягкая «добрая подруга», которую я знала. Теперь на меня смотрела Лили — холодная, уверенная и пугающе спокойная. — Дженни, — тихо произнесла она, и от этого тона у меня по спине пробежал мороз. — Тебе не кажется, что ты переходишь границы? Моя личная жизнь — это моя личная жизнь. Я не спрашиваю тебя, о чем вы переписываетесь с Тэхёном и как часто он заставляет тебя плакать от удовольствия или... от боли. Я поперхнулась воздухом. — Это... это другое! Мы пара! — А мы с Соён — взрослые люди, которые знают, чего хотят. И если её сообщения заставляют меня улыбаться, то какое тебе до этого дело? — Лиса слегка подалась вперед, и её голос стал еще тише. — Или тебя злит не сам факт переписки, а то, что пишут не тебе? — Да как ты... — я задохнулась от возмущения, чувствуя, как лицо заливает пунцовая краска. — Ты просто невыносима! Я вскочила из-за стола, едва не опрокинув стул. Рози что-то крикнула мне вдогонку, но я уже не слышала. Вылетев из кафе, я жадно глотала прохладный вечерний воздух, пытаясь унять пожар в груди. Лиса не пошла за мной. И это ранило сильнее любой пощечины. Сердце колотилось в горле. «Как она посмела? Как она могла даже подумать такое?!» — крутилось в голове. Я шла по улице, не разбирая дороги, пока в кармане не завибрировал телефон. Я надеялась, что это Лиса с извинениями, но на экране высветилось имя Тэхёна. - Заеду через десять минут. Будь готова, поедем к парням, они хотят реванш в бильярд. В этот момент мне меньше всего хотелось видеть Тэхёна и его шумных друзей. Мне хотелось вернуться в то кафе, заставить Лису удалить все фото Соён и просто... просто чтобы она смотрела на меня так, как раньше. Но я лишь вытерла злую слезу и напечатала: - Хорошо, жду. В тот вечер я уехала с Тэхёном. Я сидела в прокуренном баре, смотрела, как он смеется и забивает шары в лузы, и чувствовала себя бесконечно одинокой. В моей голове раз за разом прокручивался взгляд Лисы — холодный, чужой, лишенный той привычной теплоты, которая была моим маяком. Тогда я еще не знала, что это был наш последний по-настоящему искренний разговор. После кафе я начала целенаправленно избегать Лису. Я не просто не отвечала на звонки — я демонстративно игнорировала её присутствие. В университете, если наши пути пересекались, я сильнее прижималась к Тэхёну и смотрела сквозь неё, будто на её месте была пустота. Я видела, как вначале в глазах Лисы читалась боль, затем — недоумение, а после... после там поселился холод. Тот самый арктический холод Лили Манобан, которая больше не собиралась навязываться. Я сама подталкивала её к Соён и другим. Каждый раз, когда я слышала о её новых «свободных отношениях», я убеждала себя, что мне всё равно. Я внушила себе, что Лиса — это хаос, а Тэхён — это стабильность. Я разрушила нашу дружбу из трусости, боясь признать, что Соён так меня бесит из-за того что Лиса могла любить так лишь меня.