Я не успела

В больнице царил хаос из-за карантина. Пациенты паниковали, врачи не знали что делать, совет директоров пытался как можно быстрее решить проблему.  Информация о том, что двое жертв этого жестокого вируса погибли, была шокирующей и ужасающей.  Мелендес был в ярости от того, что Эндрюс не дал разрешение на расширение карантина, чтобы они смогли проделать операцию по пересадке костного мозга. Их пациент умирал! Он ворвался в кабинет Эндрюса и начал уже говорить — “Эндрюс, нам нужно расширить карантин, чтобы…” — не успел он договорить, как его внимание привлекла знакомая фигура на экране телевизора, который транслировал запись камер в реальном времени. Одри Лим стояла без защитного костюма в комнате отделении неотложной помощи. “Она тоже заражена” — говорит Эндрюс, заметив как его самый непробиваемый хирург застыл. Мелендес очнулся и хотел продолжить, как ему позвонила доктор Браун. “Это Мелендес. Да, сейчас буду” — он бросил последний злой взгляд на Эндрюса и побежал обратно к Браун, мысленно моля всех богов о том, чтобы Лим, эта заноза в заднице, выжила. ________________ Резник вскакивает со стула, Венесуэла врывается в комнату. Мониторы пищат, Лим синеет у них на глазах. Морган, только что разговаривающая с Эндрюсом по видеозвонку, выронила телефон и побежала к своей начальнице. Она убрала подушку, откинула ее одеяло и стала опускать кресло, чтобы Лим лежала ровно.  “Что у вас там происходит?” — доносится голос Эндрюса из телефона Морган. — “Резник, подними телефон!”  “Я не могу, у меня заняты руки!” — говорит она в ответ, спасая жизнь своей начальнице. Медсестра поднимает телефон и показывает, что происходит в данный момент. “Я могу подключить ее к аппарату ЭКМО” — говорит Резник, ожидая согласия Эндрюса.  “Вы уверены, доктор Резник?” — спрашивает Эндрюс. Резник быстро отвечает и он помогает ей, координируя ее действия. ____________ Спустя пару часов Морган стоит в защитном костюме у трупа Тайлера. Он был бледным, дыхания не было, пульса не было. На нем были разные носки: зеленый и красный. Этот идиот даже не смог надеть одинаковые носки. Морган взяла его за холодную и посиневшую руку, как вдруг хриплый голос Лим заставил ее вздрогнуть и обернуться — “Сожалею о твоей утрате,” — Морган подходит к Лим и начинает измерять ее показатели — “Статус?” — хрипло спрашивает Лим. —“Кислород 92 процента, дыхательный ритм снизился до 16, шумы в легких уменьшились” — облегченно выдыхает Резник. “Держите отек легких на минимуме, с помощью инфузионной терапии, а веновное давление не выше 8 с помощью фурасина” — говорит Одри, ее голос такой хриплый и тихий. Резник кивает. — “Да, конечно”  Одри тихо и слабо вздыхает — “Мне здесь нравится…” — грустно говорит она, смотря куда-то вдаль — “Я всегда говорила, что буду работать до самой смерти” — она тяжело дышит — “так и вышло…”  “Мы начали ваше лечение намного раньше” — Резник берет ее за руку — “Скоро вы вернетесь к ночным дежурствам и травмам головы в пьяных драках” — ей было сложно слышать и видеть, что ее начальница может в любой момент умереть. “Я так боюсь, что не успела сказать ему, как много он для меня значит.” — говорит Лим, не обращая внимания на слова своего ординатора. —“Всё это время я держала в себе, а теперь, кажется, уже поздно”—она поворачивает голову обратно, ее глаза покраснели от не пролитых слез. По ее щеке скатывается одинокая слеза. Она смотрит на Тайлера. —“Тайлер был милым, он был хорошим парнем. Лучше прикрой его, ни тебе, ни мне лучше его не видеть” Морган кивает и отходит, чтобы накрыть Тайлера, параллельно думая, кому же Лим не успела признаться. Она с грустью смотрит на него последние секунды и начинает застегивать ткань. Но вдруг в его кармане она обнаруживает порванную маску…