У нас по другому.

Уже был поздний вечер, когда Фил вернулся домой. Было остаточно поздно, чтобы он надеялся, что отец уже сидит в зале, читая газеты, что с ним сидит матушка перебирая и стуча спицами, путаясь в петлях, связывая что-то, что он поест в одиночестве, ну или с младшей сестрой. Но семья только собиралась ужинать. Отец, заметив на пороге кухни мальчика, приказал ему пойти вымыть руки и садиться за стол, чему Фил и последовал, под звон тарелок и приборов, что раскладывала Мать. А когда Фил вернулся, еда уже стояла на столе, а мисс Малкин, в завершение работы, зажигала свечи и суетилась на кухне. Филип ёрзал на стуле, оглядывая кухню. Мать уселась за стол, подняв руки над столом, последовав примеру отца, и поддалась вперёд. — помолимся, дети мои. — произнес отец, беря за руки своих детей и улыбаясь жене через стол. Фил смотрел как отец, его младшая сестра и мать закрывают глаза. В комнате стояло молчание, пока отец не начал произносить молитву: — Господи, Иисусе Христе, Боже наш, благослови нам пищу и питие по молитвам пречистой твоей Матери и всех святых твоих, ибо Ты благословен во веки веков. Аминь. Фил все это время был с открытыми глазами, это заметила лишь Сьюзи, которая нетерпеливо открыла глаза, чтобы взглянуть на ужин. Она так сильно зажмурилась, что как только веки разомкнулись, перед ней плясали темные пятна, которые прошли, когда взгляд поднялся на старшего брата. Она нахмурилась, заметив, что Фил сидит с открытыми глазами. — аминь. — Фил сказал в один голос с матерью и сестрой, которая все ещё смотрела на него, пока он смотрел на стол, думая о чем-то своем, ожидая, когда отец отпустит их руки. Отец нервно поправил свой пиджак, будто он не был идеально выглажен матерью часом ранее, кладя руки на стол и в ожидании смотря на своего "наследника". — вот, сидит наше будущее, да, парень? — Фил сглотнул и кивнул, ковыряя еду в тарелке. Отец на это тяжело вздохнул. — ты читал сегодня Библию? Завтра церковь, надо помнить все наизусть. — он ухмыльнулся и оглянул остальных за столом. — да.. вкусно. — Фил прослушал вопрос, задумавшись о дне, о том что говорила Лили, о Мэтти и, особенно, о Теодоре. Мать разочаровано со стуком положила вилку на стол. Фил был почти уверен что она отбила пальцы. — Господи прости.. — тихо прошептала она, сложив руки вместе перед лицом и закрыв глаза. Фил растерянно оглядел лица сидящих, остановившись на отце. — ты в своем уме, Фил? — строго не по своему возрасту спросила Сьюзи и Филип мельком взглянул на неё, но быстро вернул взгляд к отцу. — Филип. — отец тоже отложил столовые приборы в сторону, понизив голос. — что с тобой? Фил немного помолчал, опустив взгляд и снова начав ковырять еду, собираясь с духом. — я.. могу задать странный вопрос? — отец одобрительно кивнул и Фил продолжил. — может ли.. кто-то, засунуть ребенка в трубу и при этом оставив его живым? Мистер Малкин хлопнул ладонью по столу. Фил вздрогнул и вернул взгляд к мистеру Малкину, даже не успев понять, что так разозлило отца. — ты хоть понимаешь какой это грех Филип? Грех, что ты думаешь об этом на семейном, благословенном ужине?!— он вскочил со стула и вышел из кухни, вернувшись с библией в руках. — ты не читал сегодня верно?! — отец созывался на крик. Он взмахнул книгой в руках и силой ударил по руке Фила, и он скривился от боли и вскрикнул, отвернув руку, прижав к ней вторую, поглаживая. — сегодня ты остаёшься без ужина, молодой человек. — уже спокойным тоном, но таким же сердитым, сказал мистер Малкин. Отец схватил его за воротник и потащил по лестнице в комнату Фила. Он запинался и быстро дышал, стараясь переставлять ноги и не путаться. Филип послушно зашёл в свою комнату, когда отец отпустил его. Нет. Швырнул на пол, но Фил смог удержаться на двух ногах, повернувшись к нему. — буду спрашивать пересказ, всего, что ты прочитал. Ты меня понял?! Подумать только... О таком говорить за столом. — с этими словами он удалился, захлопнув его дверь спасибо что не заперев на ключ. — да сэр.. — тихо произнес Малкин, когда отец отвернулся, и дверь захлопнулась, заставив его вздрогнуть. ◡ꈍꈍ◡ Уже ближе к ночи, Фил уже был в пижаме. Он одел ее почти сразу, как его заперли, на автомате, и уже переодевшись в пижаму и лёжа в своей кровати, он читал комикс, шепотом проговаривая каждое слово. Он остановился прислушиваясь к тишине дома, даже часы не тикали. Тишину нарушило только холодный ветер, который бушевал на улице, проникая сквозь старые окна в комнату Фила. Место куда ударил мистер Малкин покраснело, а в середине уже начал образовываться синяк. И ведь не приложить ничего, из комнаты выходить нельзя. Мертвая тишина заставляла чувствовать себя одиноко, а предчувствие чего-то плохого зашкаливало. Посмотрев на стену, где висели его часы, показывая час ночи, раздалось урчание живота. Его живот начал ворчать и крутить, когда в голове пронесся запах маминого ужина. Он долго не решался выйти из комнаты, хотябы выглянуть, но пустой желудок, его ворчание заставили встать. Не одев тапочек, что издали бы больше шума, Фил пошел босыми ногами по холодному полу на первый этаж. От пят холод прошел до затылка покрывая тело мурашками. Оказавшись на кухне, Фил медленно открыл холодильник, что был у самого входа в кухню, рядом с телефоном. В комнате было темно, но глаза Фила уже привыкла к темноте и тишине. Он открыл холодильник, стоя спиной к комнате, но за спиной щёлкнула спичка и зажглась свеча, озаряя комнату теплым и тусклым светом, заставив Филипа повернутся на звук. За столом сидел отец. — ты прочитал? — Фил лишь что-то мямлил в свое оправдание, пока отец не перебил его, заставив замолчать. — ты прочитал? — голос звучал ещё жёстче и резче. Фил, опустив взгляд в пол, молчал. — посмотри на меня, Филип. — Фил медленно поднял взгляд, в котором читался страх. — знаешь, что бывает за грехи? — да. — тихо ответил Фил. Это было единственное, что он произнес. — знаешь, что произойдет с нами из-за тебя? — его холодное выражение лица, что освещала лишь свеча на столе, злобно отбрасывая тени, сменилось злобной и острой улыбкой, не принадлежащей ему. Лицо стало чужим. В тот же миг лицо потекло вниз. Мистер Малкин рассеяно подбирал его, но руки также, будто кефир, стекали на стол, растекаясь. — посмотри Фил, что бывает за грехи, за грязные мысли. — он продолжал подбирать лицо, ползя через стол на Фила, вся его кожа текла и растекалась по столу, стекая на пол и лужей шла к босым ногами Фила, что молчал, в испуге наблюдая за этим. — это из-за тебя Фил. Из-за твоих мыслей. — повторял отец, хватаясь за сына, хватая его за руки, уже не держа ими текущее тело, не держа лица. Фил, выйдя из ступора, в ужасе попытался уйти прочь, но руки будто прилипли к нему и он подскользнулся и упал к стене у раскрытого холодильника. Его ноги были в этой жидкости, он попытался перебирать ими. Пытался перебирать всеми конечностями и ползти от этого, часто дыша от паники в горле, но это оно, не являющиеся его отцом, засасывало его в себя. Фил почувствовал, как его собственные ноги плавились, переходя на тело, и тут его тяжёлое дыхание и панический голос сорвались на крик и в этот момент хлынули слезы. — мама.. Нет нет нет нет! — слова путались, он звал матушку, кого угодно. Он запинался, говоря о том как ему жаль, и как он не хочет умирать, цепляясь ногтями за старые доски кухни. Его голова уже была под столом, когда включился свет и все исчезло, а он просто барахтался на полу, цепляясь руками за все подряд. Филип поднял взгляд, в проёме стояла его сестричка: — да что с тобой? — судя по тону, она не ждала ответа. Сьюзи стояла над ним с минуту, смотря на Фила под столом, всего в слезах и соплях, корчась от отвращения. Малкин поспешно вытер лицо рукавом и вылез, посмотрев на Сьюзи, что стояла уже в уже в шоке. Пижама Фила была испачкана в чём-то черном и слишком. Она уже открыла рот, чтобы спросить, что вообще произошло, но Фил лишь произнес тихое "прости" и как ошпаренный выбежал из кухни, быстро взбегая по лестнице. Сьюзи лишь смотрела ему вслед, а после наклонилась под стол, от куда уже ушло оно, оставив на полу черные разводы.