Родитель номер два

Ава уже уснула в своей маленькой детской комнате, а вот к Воксу сон не идёт. Его плечи всё никак не могут перестать трястись, как бы он ни убеждал себя, что теперь, когда все маски сброшены, всё хорошо и они в безопасности. Ничего не хорошо. Нет никакой безопасности. То, что Аластор не использует Отель семьи Морнингстар в качестве своих охотничьих угодий, вовсе не означает, что при наличии веского повода не способен сделать это... например, чтобы поквитаться за свой публичный позор или устранить своего главного конкурента, второго такого же радио-демона, маленького и беззащитного. Это ведь такая лёгкая добыча... Кто сможет помешать маньяку совершить очередное зверство? Люцифер не способен навредить грешникам, что бы он из себя ни изображал. Принцесса? Она же может сражаться с грешниками, но успеет ли на помощь и справится ли с сильнейшим оверлордом? А насколько она вообще сильна? Вокс понимает, что его любимое дитя в опасности, а сам он не способен защитить своего ребёнка и это осознание рождает в его душе мучения сродни физическим пыткам... Поглощённый своими внутренними переживаниями, он не замечает, что ночная тьма на потолке стала слишком плотной, затем жидкой, бесшумно упала на пол огромной каплей и превратилась в знакомую изящную фигуру. Он осознаёт, что больше не один, лишь когда его резко накрывает чужое тело, прижимая собой к дивану. Вокс испуганно взвизгивает, пытается вырваться. - Тихо. - холодный, безжизненный приказ. Никогда прежде за целых семьдесят лет Винсент не слышал от своего старого приятеля настолько пугающего тона. Он замирает, как дичь в капкане, осознавая тщётность попыток высвободиться. Копыто безнадёжно пробито, порваны мышцы, в него впились острые стальные зубья, которые не отпустят... Аластор устраивается на нём поудобнее, укладывает голову на боковую часть его головы-монитора. Тени зловеще наползает на свою жертву, укутывая тьмой по шею, укрывая, образуя над ними то ли кокон, то ли своеобразное одеяло. С губ Вокса срывается душераздирающий всхлип. - Лежи тихо и смирно, ничего ужасного не случится. - приказывает радио-демон. Тон вымученный, будто говорить ему сейчас очень тяжело, но он заставил себя это сказать. Когтистая рука под одеялом из тьмы ложится Винсенту на плоский живот и Аластор отирается щекой о его лицо. Пауза. Тишина между ними, нарушаемая лишь двумя шумными дыханиями. Затем Аластор трётся ещё раз. И ещё раз. Крепко к нему прижавшись, радио-демон к нему ластится, тихо урча-тарахтя, как наслаждающаяся жизнью или выражающая привязанность кошка... * * * * Когда Винсент просыпается на диване, уже утро и жуткого одеяла из теней больше нет, как и его создателя. Его укрывает мягкий мягкий красный плед, совершенно новый. Столик при диване заставлен подарками... С чего бы... Ава!! Он мгновенно подскакивает с места, бросается в соседнюю комнату, готовясь к чему угодно, и находит смысл своего существования перепачканным в шоколаде, в окружении неподсчётного числа ярких подарочных коробок всевозможных цветов и разных размеров, с ленточками и бантиками, часть из которых уже распакована, в числе которых большая коробка конфет из мраморного шоколада в форме маленьких милых сердечек, оленей и акул.