Болезненное бессилие (*)

ㅤ Ирэн никогда не перечила Хьюго, не осуждала. У неё ничего не осталось, кроме как всецело вверить ему свою жизнь. Отдать свою волю. Однако её сердце всё ещё будто бы пыталось вырваться из клетки, особенно глядя на печальную Мариан за решёткой, шепчущую себе под нос одну и ту же молитву, прося спасения всего для одного человека. Не зная, что его больше нет… — Позвольте… — осмелилась Ирэн высказать личную просьбу, — мне взять за неё ответственность. Хьюго безразлично глянул на неё, махнул рукой, мол, делая, что хочешь. Ему не было дела до отыгравшей своё пешки. Он всё равно не знал, что с ней делать: в борьбе против мешавшего ему Стана с компанией она была слишком слабой фигурой, а Лион из партии уже выбыл. В комнате Ирэн места было достаточно, на большой кровати с лёгкостью могли расположиться двое. Мягкая, уютная. После тюремной пустоты она могла бы послужить источником блаженства. Однако Мариан твёрдость пола и наличие решётки волновали меньше, нежели судьба мальчика, зависевшего от неё, тянувшимся наивно. Она понимала… Но не хотела верить. Не желала жить с тяжким грузом загубленной по её вине судьбы. Оттого Мариан не спалось. Она лежала, закрыв глаза, лишь бы не пересекаться взглядом с наблюдавшей за ней женщиной. Предпочла окунуться во тьму и безмолвие. Спрятаться во лжи. Хоть Ирэн желала позаботиться о Мариан, правдой развеять иллюзию, утешить пониманием, произнести хотя бы слово перед сном она так и не смогла. Лишь кратко бросила, забирая из клетки: — Идём. Теперь ты будешь жить со мной. Ирэн знала, что Мариан не спит. Да оно и к лучшему было, что притворялась… Ирэн не хватило бы духу заговорить. Потому она поддерживала молчание, рассматривая Мариан в полумраке. Она была слишком красивой для простой служанки… Недаром оказалась похожа на бывшую жену Хьюго. Исказить такое лицо печалью — кощунство. И частично в этом грехе была виновата она. Ирэн осторожно коснулась руки Мариан, сжала ладонь, пытаясь через тепло передать свои чувства, поддержать. Хоть как-то облегчить её боль, перенять. Разделить. Мариан дрогнула, выражение её лица стало беспокойным, но она продолжила играть в спящую, борясь со своими чувствами и мыслями. Глядя на неё, Ирэн терзалась и сама. Оттого прижалась ближе, нежно обняла и прижала к себе с заботой. Постепенно дыхание их выровнялось, слилось в унисон. Через усталость нашёл лазейку сон, одурманил. В нём, коротком мгновении в вечности, они обрели покой. Чтобы его остатки медленно выветрились при пробуждении… В обоюдном молчании нашли они утешение. Поддержка объятиями и нежными касаниями помогала заснуть в ночи. А когда пришёл спаситель, пылающий в сердце огнём, Ирэн без сожаления вверила судьбу Мариан в его руки. Потому что сама не смогла вытащить её из клетки… Как и выпорхнуть сама, хотя дверь всегда была открыта. Ирэн заперла её лишь в своём сознании, побоявшись увидеть мир за её пределами. Но у Мариан такого страха не было. Только они с Хьюго мешали расправить ей крылья. Потому… ㅤ