МАЙОР ГРОМ:ГАММАДЕТОЛ

Вечерело. День пронесся болезненным воспоминанием в сознании. Хотелось, чтобы все произошедшее было сном, но увы. Веки снова были такими же тяжелыми, как и утром, разве что отвратительный жар не разливался больше по всему телу. На смену этому чувству пришла легкая прохлада, несильная мигрень, острое чувство обиды и ощущение омерзения. Ощущение омерзения от самого же себя. Он чувствовал себя грязным, отвратительным, явно неправильным.. Это мерзотное чувство копошилось внутри под кожей, как таракан, пойманный в целлофановый пакет. Казалось, что он весь измазан мазутом, либо красой краской, которую теперь невозможно было бы оттереть. Все эти ощущения, словно рой букашек, все снова и снова облепляли его тело, которое так внезапно решило его предать. Открывать глаза не хотелось. Не хотелось даже смотреть на Юлю сейчас. Он чувствовал, что она рядом. Сидит недалеко, наблюдает... Она уже точно поняла, что он проснулся, просто так же не хотела нарушать это молчание. – уходи. – Игорь подал голос первым. Строго, без какой-либо обиды, просто холодное обращение, словно к совершенно чужому человеку. Будто и небыло между ними ничего. – Игорь... – Как и ожидал Игорь, Юля была недалеко. Девушка сидела рядом на небольшом стареньком кресле, а сейчас подошла ближе к Грому. – я сказал "уходи". – Повторил он уже чуть громче. На самом деле мужчина уже вот-вот был готов сорваться на крик, но как-то пытался держать себя в руках. Выходило плохо.. – Игорь... Это была вынужденная мера. Я же видела, как тебе было больно.. – Пыталась как-то оправдаться Юля, но возможности на это ей никто не дал. Игорь поднялся на постели, сел, долго сверлил ее взглядом. Все таким же холодным, будто бы вовсе не живым. – пошла нахуй из моей квартиры. – Пока еще спокойно, но не без явной нотки раздражения. – Игорь.. – И все, эта маленькая бомба, что тикала внутри с момента, как сознание вернулось к нему, взорвалась. Он поднялся, игнорируя отсутствие на себе одежды, подошел к девушке и замахнулся. Удар разнёсся по комнате эхом. Это было ожидаемо, такое происходило в последнее время довольно часто, но всегда было "за дело". На большее Игорь был не способен, либо же просто давал себе какие-то рамки. – ты оглохла? Нахуй отсюда пошла! – Уже перешел на крик мужчина. Юле этого хватило. Положив ладонь на горящую щеку, та взглянула чистым взглядом, в котором набирались слезы. Она кивнула и просто пошла на выход. Игорь не испытывал сожаления. От злости его тело чуть потряхивало. Послышался звон ключей, девушка оставила их на табуретке недалеко от входной двери, после хлопнула и сама дверь. Теперь он один. Слава Богу. Гром тихо выдохнул, обняв себя руками. Дрожь продолжала бить тело. Только вот теперь это была совсем не злость. Хотелось отмыть от себя все это.. Он и направился в ванную. На этот раз игнорируя свое отражение, он залез в ванну, включил воду и просто закрыл глаза. Вскоре ванна была наполнена. Игорь погрузился под воду настолько, чтобы над гладью воды располагался только нос. Тихо.. Лишь только редкие падающие из протекающего крана капли тихим хлюпаньем не давали появиться звону в ушах. Кран давно нужно было подтянуть.. Раньше не было времени, теперь - желания. Можно было еще немного сползти вниз по гладкой стенке ванны, погрузиться в холодную воду целиком и сделать вдох. Вода бы с острой болью заполнила лёгкие, пара минут агонии, и все закончится. Стало страшно. Не от того, что в принципе посетила такая мысль, Игорь в последнее время часто ловил себя на подобном, стало страшно от того, что сейчас такой исход казался все таким же логичным и даже правильным, как и то, что он делал недавно. Если его жизнь была бы книгой, то подобный исход читатель бы уже предполагал на середине всего его пути, а сейчас просто закрыл эту книженцию и убрал куда-нибудь на полку. Все и так понятно.. Он поднялся. Вода стекала по его волосам, голове, скулам, плечам.. Капли падали на торс и текли к бедрам, коленям. Прохлада пустой квартиры обдала его совсем неприятным холодком. Холодно. В этот раз он оделся. За окном уже темнело. Хотелось выйти на улицу, покурить, прогуляться, привести мысли в порядок. Что-то он совсем раскис. Не похоже это на него.. Еще и чувство голода напомнило о себе. Дойдя до кухни, он выкинул всю ту еду, что оставила Юля в мусорку и, открыв бутылку холодного пива, развернул такую же холодную шаурму и принялся ужинать. Телевизор он не включал. Тишина не так уж сильно и давила. Хотелось подумать о том, что теперь делать дальше. О себе напомнил телефон. Завибрировав где-то на столе, он вырвал Игоря из мыслей о самобичевание. Ему пришлось подняться, отложить пиво с шаурмой, дойти до стола и взять в руки мобильник. На экране высветился контакт "дядя Федя". Телефон звонил долго и настойчиво. Только с гудка десятого Игорь все же поднял трубку. – Да.? – Он сам удивился своему голосу. Тихий, хриплый. Почему-то он дрожал.. – Игорек? Ну слава Богу. Целый день до тебя не мог дозвониться. Мы уже с тетей Леной к тебе ехать собрались. У тебя все хорошо? – Игорь вдохнул полной грудью. Нужно было звучать непринуждённо. – да чет приболел, дядь Федь.. Вот, целый день спал. – И вправду получилось. Голос в телефоне тихо посмеялся, так привычно, так добродушно. – ладно, Игорек. Я вот, что звоню. К нам тут приехали важные люди. Хотят наших ребят на профпригодность проверить. Нужно будет побегать, пострелять. Тебя в первую очередь требуют. Ты нормально? Или лучше на больничный пойдёшь? – Игорь на мгновение замялся. Он не знал, как его тело может отреагировать в следующий раз, а устраивать сцены не хотелось от слова совсем. Всё-таки на кону, помимо его чести, стояла и его репутация. Да и показаться профнепригодным сотрудником прямо перед людьми из министерства хотелось меньше всего. Мало ли.. – Игорь? Ты чего молчишь? Если нужен больничный, ты так и скажи – – да не, дядь Федь. Все нормально. Когда все будет? Я себя хоть в порядок приведу.. Поброюсь – Да, честь честью, но дать отворот-поворот людям сверху так-то было опасно. Игорь прекрасно понимал, что человек он далеко не последний. Как минимум из-за недавних событий он стал если не подобием питерского капитана Америка, то уж точно приобрел статус лица полиции этого города. Если эти важные люди решили проверить именно его, что казалось крайне логичным, то попросту не явиться, сославшись на плохое самочувствие было бы расценено явно не как жест преданности начальству, а там уже и прочие его прегрешения могли бы поставить его в крайне шаткое положение. Будь что будет. Утро. Душ. Работа. В этом месте они уже были раньше. Когда-то этот старенький, уже никем не использующийся, склад был адаптирован под полигон для игры в пейнтбол. Игорь и многие его коллеги иногда арендовали оборудования, чтобы пострелять друг в друга. Да, хорошее было время... Все чумазые, перепачканные в желтой и розовой краске мужики ржали и бегали по относительно заброшенному зданию с желанием "застрелить" команду противника. Потом синяки от пулек с краской сходили целую неделю, но этого было достаточно, чтобы еще пару месяцев ходить с приподнятым настроением от того, что тебе, наконец, выпала честь отстрелить мужское достоинство и целиться в задницу какому-то коллеге, который изрядно вывел накануне. Сейчас это место выглядело иначе.. Стены все еще в некоторых местах были перепачканы знакомыми пятнами краски. Можно было оглянуться, ткнуть пальцем в одно из пятен и вспомнить, что тут на тебя напали группой, тут ты кому-то не оставил шанса, а здесь один из твоих умнейших коллег решил, что будет смешно расстрелять стену так, чтобы осталось пятно в виде члена. Да, это было смешно... И сейчас смешно. Только вот помимо уже знакомых стен откуда-то возникла совершенно странная конструкция в виде лабиринта. Стены светлые, видно, что делали все второпях, но выглядело все довольно сносно. Разве что все маты с пола убрали, на которые они прыгали со второго этажа. К слову о втором этаже, на него никого из членов данной авантюры так и не запустили. Игорь и его товарищи по несчастью переоделись в придуманной ими же когда-то раздевалке в казенную форму, бронежилеты, тактические перчатки, наколенники - все, как на каких-то учениях. Им выдали оружие. Пневматика. Обычная имитация Глока. Видно, что имитация - по весу он был порядком легче. Такие использовали в отделе для обучения новичков правильному хвату, умению прицеливаться и прочим важным моментам. Странно, что никогда не использовали хотя бы полновесные копии, ведь привыкшая рука к маленькому весу с большим будет справляться куда хуже. Эту недоработку Игорь никогда не понимал. И вот они, шесть выдающихся полицейских в полном обмундировании. Игорь был удивлён, увидев Диму. Ему думалось, что такой зеленый парнишка уж точно никого не заинтересует, но, видимо, его причастность к поимке чумного доктора заставила приглядеться к молодому кадру. На губах Грома промелькнула легкая ухмылка, когда Дубин, заметив того, словно надрессированный щенок подбежал почти в припрыжку. Да, ему до вида довольной собаки лишь виляющего хвоста недоставало.. – тебя целый день вчера небыло. Мы беспокоились.. – Голос его всегда был звонким, как колокольчик. Так и не скажешь на первый взгляд, что перед тобой такой же альфа, как и ты. – все решили отметить вчера твой улов, все в бар пошли – – а я-то думаю, что они все такие постные рожи строят. Похмелиться не дали? – короткий смешок. Пропустил пьянку в компании коллег. Не большое упущение. Зато сейчас почти свежий и настроенный на испытания. – ты где был? – и вдруг в голосе Димы пропала эта озорная нотка, в глазах отразилось легкое беспокойство и нетуа недопонимания. – да тоже.. Праздновал. Сам. – не рассказывать же другу все так, чторошло за последние часы. Он бы и сам предпочел забыться то, что случилось. А лучше забыть и ту, из-за которой все это произошло. – а Юля знает? Или вы расстались? – И этот вопрос поставил Игоря в ступор. С чего вдруг в эту белобрысую голову вдруг закрались такие вопросы. Спросить об этом не вышло. Послышались шаги ботинок, туфлей и яркий цокающий звук каблуков. Это цоканье было настолько звонким, что невольно обратило на себя внимание всех присутствующих. Высокий мужчина в строгом костюме и солнцезащитных очках. Каждое его движение было изящным, выверенным до миллиметра, словно тот был профессиональной моделью. За ним - свита. Все мужчины, все такие же высокие, серьёзные. Казалось, стоит только подойти к обладателю этих звонких каблучкокаблучков, стоит только дотронуться, и все эти цепные псы в строгих костюмах накинутся на тебя, разорвут в клочья, не оставив ничего. Да уж.. Когда тебя охраняет сам цербер, можно и не скрывать, что ты омега, а наоборот - во всю пользоваться своим положением и привелегиями высокого статуса в обществе. – а это что за индюк? – Хмурится Гром. Видно было, что мужчина иностранец, и что-то не припоминал он, что питерская полиция вдруг стала выслуживаться перед богатенькими инострашками. А Дима вдруг воодушевился, глазки загорелись, на лице появилась мягкая улыбка. Раньше ни на каких омег он так не реагировал.. Ясно, вот его типаж - богатенькая сучка из Евросоюза с месячным доходом, сопоставимым с ценой квартиры на Васильевском полуострове. – Это Август ван дер Хольт. – Хольт.. Нечто знакомое. Ну точно.. – это тот, который Разумовскому костюм продал? – – не он, а его отец. Август только недавно начал перенимать компанию отца. – Испытание прошло, окончившись просто феерично. Феерично облажаться и проиграть тостеру с пропеллером еще нужно было бы постараться. Ну вот полицейские и постарались. Довольные своим результатом, они даже и не предполагали, что машина, запрограммированная на безоговорочное подчинение сможет справиться в десятки раз быстрее. Неужели век живой полиции будет окончен после этого дня? Настроение было ни к черту. Еще и эти сверлящие взгляды... Какой-то охранник этого инострашки все время не сводил взгляда с Игоря, будто выискивая каждое слабое место. Кто знает, может и он был такой же запрограммированной машиной. По взгляду Прокопенко было понятно, что их отдел потерпит серьезную реструктуризацию после сегодняшнего события. Все в раз покатилось по пизде. Черт. Захотелось напиться. Честно сказать, хотелось напиться еще утром, но сейчас эт желание обострилось. – Игорь.. – Грома выдернул голос друга из последовательного самобичевания. – что вчера произошло? – Говорить не хотелось. Пил. Он ведь так и сказал. Сказал, что праздновал. Неужели нет причины ему не верить? – ничего такого.. - – Игорь, от тебя за километр пахнет феромонами. Феромонами омеги, Игорь. Все это уже поняли. Ты даже мне не расскажешь? – Игоря как кипятком ошпарило. Он отпрянул от Димы. Да, он почувствовал, но явно не понял, что феромоны были не от какого-то омеги, он сам их излучал. Пичем не просто излучал, видимо, его телу не хватило потрясений. Оно требовало еще. Он развернулся и пошел домой. – у меня дела. – Дима его не преследовал. Не хочет говорить - не надо. Юля для него не была близким человеком, а постель друга он не горел желанием изучать от а до я. Дома Игорь оказался очень скоро. Он не добежал, он летел так, будто опаздывал в последний вагон поезда в лучшую жизнь. Дом, квартира, входная дверь хлопнула, замок. Он сполз по стеночке вниз, когда понял, что сейчас находится в безопасности. От паники дрожали пальцы. Он никогда не испытывал подобного. Всегда был большим и сильным мужчиной, неубиваемой машиной правосудия. Сейчас он просто маленький дрожащий листочек, который вот-вот сорвётся с ветки и упадет так низко и так незаметно, что его растопчут.. Без интриг, без предупреждения. Сделают это не потому что так надо, а потому что по-другому никак. И снова знакомая тяжесть внизу живота. Это убивало. Казалось, еще немного и он сойдет с ума. А может быть он уже давно мертв? Может быть тот мужик вколол ему что-то, что остановило его сердце, и сейчас его труп так и валяется у подъезда, а все происходящее вокруг просто ад.. Удивительно было то, как логично все это звучало. Ну не может же быть так, что по велению какого-то препарата у него резко за пару часов выросла матка в жопе, превратив его в омегу. Да даже если так, почему тогда только у него одного такие беды с организмом? Это точно ад.. Он нехотя поднялся с пола. Надо было принять холодный душ. А лучше просто полежать пару часов в ледяной воде. В прошлый раз это ненадолго успокоило все симптомы. Раздевался он неспешно. Стоя перед зеркалом в ванной, он смотрел на себя. Тот же нос, глаза, щетина, которую он так и не сбрил, широкие плечи, сильные руки, пресс, узкие бедра - он не был похож на омегу. Даже беттой его назвать было сложно. Он большой, сильный, в каких-то моментах даже весьма стереотипный альфа. Перед глазами начало плыть. Он закончил сеанс самолюбования и залез в душ. Холодно. Холодные капли стекали по его плечам, животу, бёдрам. Становилось лучше. Будто холодные струйки воды смывают с него все то, что он считал таким противоестественным. Дышать стало проще, ритм сердца успокаивался. Становилось все холоднее. Жар тела уже не справлялся с холодной водой. Появились мурашки, потом осознание того, что ему невыносимо холодно дошло до мозга, и лишь только когда левую икру схватила судорога, Игорь понял, что надо бы выходить из душа. Надо, но не хотелось. Полотенце оказалось на бедрах, почему-то отозвавшись лёгкой болью. Он стянул полотенце. На месте, куда Юля ставила укол, образовался такой приличный синячок. Странно, как он не заметил его.. А ведь такие лекарства не продаются поштучно. Мысль сама дошла до него. Он стал оглядываться, и да, на раковине лежала небольшая упаковка с еще тремя ампулами. Он не читал инструкцию. В коробке был небольшой шприц, похожий на инсулиновый. Он даже не дезинфицировал иглу. Сломал первую ампулу, маленький кусок стекла попальв палец, но было все равно. Набрал содержимое в шприц. Десять единиц. Полный. Игла входила неспеша. Было немного больно делать все самостоятельно. Вогнав метал в свое тело под прямым углом, он стал вливать во внутрь все содержимое. Легкое жжение растеклось по бедру, но после тело пробила такая легкость. Будто все это время он был в утяжелителях на все конечности, а тут их разом сняли. Красота.. Он выдохнул спокойно. Если это ад, то он нашел способ жить комфортно в этом кошмаре и не рехнуться. Теперь было необходимо выпить. Не просто выпить - напиться до отказа почек. Хотелось выкинуть последний день из памяти. Пить он решил в шумном людном месте. Первый попавшийся клуб - обычное второсортное пристанище студентов, бесперспективных мужчин, веселых омег и шумных компаний. Это казалось неплохим решением. В баре будет много внимания к такой персоне, как он, пить в одиночестве не хотелось, а тут темно и музыка. Никто его не узнает. А потом Дима заберет его пьяного в дребезги, доведет до дома, поохает, но позаботится. Музыка била по ушам лишь до первого Шота. Водка с лимонным соком с ярким названием "Лимонад Зевса". Бред, но смешно. Потом настойка, портвейн, какой-то коньяк.. Он пил все, что горело, что пилось и пьянило. Проблемы начали отпускать. Отпускали они в перерыве между настойкой на клюкве и портвейном, а потом с новой силой сцепили крепкие руки на его шее. Игорь достал телефон. Пить на голодный желудок было ошибкой. Было поздно, в глазах все расплывалось от выпитого алкоголя, голова гудела, все мысли были смазаны. К нему никто не лез, всем было все равно на запивающегося мужика средних лет. Это к лучшему. Открыв контакт "Димасик Мент Работа", он непослушными пальцами стал печатать сообщения, просить, чтобы тот его забрал, пытался верно написать адрес клуба. Когда все сообщения были прочитаны, он просто крыкрыл глаза и стал потихоньку отрубаться, несмотря на музыку, бьющую по вискам. В здании, несмотря на множество разгорячённых тел, было прохладно, тело снова покрылось легкими мурашками. Сколько прошло времени Игорь не мог точно определить. Он был пьян, его восприятие окружающего было сильно нарушено и он отдавал себе в этом отчет, потому просто дремал и ждал, когда его знакомый обладатель голоса-колокольчика будет пытаться его растормошить и довести до дома. Тепло. Такое странное тепло. Большие ладони коснулись его плеча, потом подбородка, поднимая голову выше. Кто-то явно его рассматривал. Игорь попытался немного разогнать дрёму и увидел перед собой мужчину. Либо это Дима постарел лет на сто, либо это был точно не он. – че надо? Проблемы? – Попытался он произнести строгим голосом и отстраниться, но увы, из его рта вырвалось лишь невнятное "уыбы-абыбы", а движение было настолько заторможенным, что могло вызвать если не смех, то жалость. – ага. – Отозвался этот мужчина. Мгновение и тушка Игоря, весом более восьмидесяти килограмм оказывается на чудом плече. Резкая смена плоскостей нахождения стали большим испытанием для чужого вестибулярного аппарата. Он держался, но недолго. От легких покачиваний и не самой удобной позы, при которой его голова всегда была направлена к низу, из-за того, что корпус держать ровно не получалось, того начало мутить. Проблем доставлял явюркий древесный парфюм вперемешку с феромонами того же запаха. Природа взяла вверх. Пиджак был испорчен. На этом сознание Игоря сдалось. Он уснул.