Золушка в поисках принца

      Два дня прошли в тишине и относительном спокойствии. Гарри передал, что Драко караулил её всё это время. Он пытался выяснить, что Малфой хочет рассказать ей, но тот не хотел выключать свою гордость и лишь твердил: «Оправдываться буду только перед Гермионой…»       Рон не мог найти себе места, пока ему всё не рассказали. Теперь ей приходилось ещё выслушивать, что Малфой настоящий слизняк, и она ни в коем случае не должна верить ему. Но к концу воскресенья Драко достаточно надоел Рону, и тот даже сделал попытку уговорить Гермиону выйти, получив суровый взгляд в ответ, он отступил.       Но сегодня понедельник, и скрыться у неё больше не получится. Гермиона натянула маску безразличия перед выходом из гостиной факультета и, к счастью, не столкнулась с Малфоем в коридоре. Гарри и Рон шли впереди неё, словно охрана, прямо до кабинета Снейпа. Первым занятием была Защита от Тёмных искусств как раз с учениками Слизерина.       Гермиона демонстративно прошла мимо Драко, присаживаясь за первую парту. Не успела она разложить вещи, как Пэнси оказалась рядом.       — Привет, Гермиона, ты как? — сочувствующим тоном произнесла Паркинсон.       — Всё хорошо, как твои выходные? — она старалась звучать безразлично.       — Скучно… Я искала тебя. Поттер обещал передать от меня записку, — Пэнси покосилась на приближающегося Рона.       — Я плохо себя чувствовала, поэтому провела оба дня в кровати. Если ты что-то хотела, могли бы обсудить после занятий.       — Да, я хотела сказать, что Драко…       — Кажется, Снейп идёт, — перебила Пэнси Гермиона. — Тебе стоит пересесть на своё место.       Паркинсон ушла за соседнюю парту, Гермиона заметила, как та пожала плечами, глядя на Драко. Через секунду, как по заказу, профессор зашёл в класс. Урок прошёл как обычно, за исключением последних минут.       — Всем внимание, — Снейп привлёк внимание учеников. — Вы сдали уже проекты по двум дисциплинам, и следующая будет моя. Поэтому сегодня вы получите условия своих заданий.       По классу прошёл недовольный гул. Обычно в месяц давался один большой проект, а это был уже второй. Снейп вообще любил оставлять свои задания на последние месяцы учёбы. Все думали, что он делает это специально, когда у всех в голове мысли только о летних каникулах, ему всегда было легче завалить учеников в мае.       — И пары я подберу для вас сам, — он пробежался взглядом по ученикам. — Профессор Стебль была весьма восхищена проделанной работой пары Паркинсон и Грейнджер, я бы хотел посмотреть на вас и в моей дисциплине.       — Профессор, — Пэнси подняла руку, — извините, я бы не хотела бы быть с ней в паре. — Гермиона удивленно посмотрела на неё, не ожидая таких слов.       — Интересно, почему? — Снейп подошёл ближе к ряду Гриффиндора. — Неужели мисс Грейнджер замучила вас своим умом?       — Личные разногласия… — «Мне всё это снится?» - подумала Гермиона. Паркинсон посмотрела в её сторону и беззвучно одними губами произнесла: «Извини».       — Иду вам навстречу только потому, что вы ученица моего факультета, мисс Паркинсон. — Профессор задумчиво прищурил глаза. Гермиона надеялась, что теперь её напарником станет Гарри или Рон. — Тогда в пару с вами встанет мистер Малфой.       Она не сдержалась и громко выдохнула. Гермиона резко обернулась в его сторону, задев волосами сидящего рядом Рона. Она давно не смотрела на него с такой злостью, а на его лице была лишь мягкая улыбка.       — Но, профессор Снейп, можно я буду в паре с Гермионой? — Гарри попытался спасти её.       — Достаточно того, что Грейнджер и так делает всё за вас. Пары больше не обсуждаются. Вы будете с Уизли, Поттер. — Профессор распределил оставшихся.       — Абсурд, — не выдержал Гарри.       — Ещё одно пререкание, и вы лишитесь нескольких баллов, Поттер.       Гермиона еле высидела оставшиеся десять минут. Как только их отпустили, она сорвалась с места и вылетела из класса первой. Малфой, как назло, ждал до последнего. Как только он сделал шаг из кабинета, она налетела на него, как фурия.       — Не знаю, что ты придумал, Малфой! — она беспощадно тыкала в него пальцем. — Но я не буду работать с тобой!       — Спокойнее, Гермиона, не здесь, — Драко взял её за локоть, рефлекторно ей хотелось вырваться. — Сегодня вечером в Выручай-комнате я тебе всё объясню.       Драко не стал ждать ответа, словно понимая, что она не отреагирует адекватно. До вечера её терзали сомнения, идти или нет, но пришло понимание, проект они не сделают по отдельности, а значит, им необходимо поговорить.

      Пятница после ухода Гермионы:

      Драко стоял в недоумении, абсолютно не понимая, что происходит. Почему Гермиона решила, что он позвал её из-за бала? Неужели она всё узнала? И какого черта сюда приперлись их друзья?       — Блять, — он был в ступоре и не смог остановить её, хотя прекрасно заметил, как в её глазах заблестели слёзы. — Идите сюда!       Драко направился в сторону Нотта и Забини, кажется, именно из-за них он сейчас оказался в такой ситуации.       — Малфой, что ты успел ей наговорить? — Теодор кричал на него в ответ. — Иди за ней!       — Вы издеваетесь? — злость, словно ртуть в градуснике, поднималась по его телу. Он заметил, как вслед за Гермионой убегает Поттер. — Объясните!       — Что объяснить? — Блейз остался немного в стороне, помня, что в порыве эмоций Драко бывает неконтролируемым.       — Почему Поттер говорит мне про какие-то вторые шансы? — Драко активно жестикулировал, пытаясь успокоиться. — Почему Гермиона говорит про бал?       — Ты не признался ей? — Тео откинул голову назад, разочарованно вздыхая.       — А должен был? И почему вообще сейчас? — его начинали раздражать ответы парней.       — Конечно! Тебе же Пэнс отдала вчера галстук?       — И? — он вытаращил глаза, будто этот галстук был ключом ко всему.       — Она сказала тебе, кто его нашёл? — Драко одобряюще кивнул. — И что тогда тебе непонятно? Гермиона знает, что это ты танцевал с ней…       — Откуда?! — он сорвался на крик. — Как потерянный в коридоре подземелий галстук помог ей это понять?!       — Так ты не терял его в коридоре… — Блейз оттолкнулся от дерева и подошёл ближе.       — Я, по-вашему, должен помнить, где мог потерять галстук? — ещё чуть-чуть, и он явно кого-то ударит.       — Да, тебя не смутило, что он пропал после бала? — «Кажется, первым пострадает Нотт…» пронеслось в голове Драко.       — Тебя не смутило, что у меня их несколько? Я вообще не заметил пропажи! — его брови вновь сошлись на переносице. — И я не брал галстук на бал.       — Блять… — во всём своём плане Тео не продумал только один момент.       — Нотт, говори! Или я за себя не ручаюсь, — Драко стоял так близко к нему, что Блейз уже приготовился их разнимать.       — В общем, я подкинул Гермионе на балу твой галстук, чтобы она наконец поняла, что нравится тебе… — Теодор заканчивал фразу полушёпотом.       — Что ты сделал?! — толчок в грудь. — Кто тебя просил лезть?! — второй удар.       — Да сколько можно, ты сохнешь по ней уже третий год! — Тео скинул его руки с себя. — Ты бы никогда не признался сам!       — Откуда ты знаешь, какой у меня был план? Мог бы хотя бы предупредить! — Драко остановился и задумался. — То есть всё это время она гадала, а теперь думает, что я её отверг…       — Судя по реакции, да, — подтвердил его вывод Забини.       — Ты знал? — Драко резко обернулся к нему.       — Не сразу… — Блейз сжал губы. — Я хотел тебе рассказать, но Тео убедил меня, что ты не готов.       — Вы имбецилы! — Драко рванул с места в сторону гостиной Гриффиндора. Он не надеялся догнать Гермиону на полпути, поэтому решил выжидать у входа.       Спустя пятнадцать минут портрет начал косо смотреть в его сторону. Сколько бы Малфой ни просил пропустить его или позвать кого-то, ответом было лишь молчание. Прошло ещё минут сорок, прежде чем на горизонте появился Уизли. Только вот тот был настолько занят Браун, что заметил Драко, уже заходя в проход, и даже не обратил внимания на то, что Малфой пытался ему сказать.       Но одного присутствия Драко хватило, чтобы гриффиндорцы забили тревогу, Поттер вышел через пару минут, хотя разговор с ним не был продуктивным. Как только и Гарри скрылся за портретом, Драко не выдержал и ударил кулаком в стену, разбивая костяшки.       В гостиную Слизерина он вернулся озверевшим. Ситуация, в которой он был совершенно не виноват, выводила его из себя с каждой новой мыслью. У него же всё было продумано! В конце месяца он хотел отправить Гермионе подарок — платье к балу в честь Дня всех влюблённых. А затем официально пригласить её. Он уже несколько раз пытался написать ей письмо с признанием.       И только сейчас Драко понял, что это был отличный шанс всё рассказать, но он не смог сдержаться из-за вмешательства остальных.       — Драко, подожди… — Пэнси рванула за ним в спальню, пытаясь остановить.       — Не подходите ко мне сегодня! — рявкнул он. — Я не лез в вашу личную жизнь, так какого хера вы решили, что можете лезть в мою?!       — Мы хотели как лучше. Мне надо было вчера всё объяснить… — она попыталась дотронуться до его плеча.       — Да, надо было! — Драко захлопнул дверь прямо перед её носом.       Ему нужно было остыть и придумать новый план. Ничего лучше простого разговора в голову не шло. Драко караулил её все выходные. В какой-то момент он даже засомневался, что Гермиона вообще в школе. Но к вечеру заметил Джинни, проносившую еду внутрь. Успокоиться не получалось, из-за чего адекватный диалог с Поттером тоже не получился. От Уизела пользы вообще не было, он лишь презрительно цыкал, проходя мимо Малфоя в коридорах.       Время от времени остальные слизеринцы заглядывали к нему, проверяя, не сдвинулось ли всё с мёртвой точки. В воскресенье Пэнси попыталась помочь, она передала Поттеру записку с просьбой к Гермионе выйти на разговор. Пэнс не упоминала Малфоя, но по взгляду Гарри стало ясно, он всё понял. К вечеру стало очевидно: либо он не отдал бумажку, либо Гермиона теперь игнорирует и Паркинсон. Драко даже попытался подлететь к окну её спальни на метле, но Джиневра зашторила его быстрее, чем Гермиона успела заметить летающий силуэт.       — Ладно, не хочет по-хорошему, будет по-слизерински, — констатировал «успехи» дня Драко, сидя с Пэнси и Тео на лестнице.       — Ты куда? — подхватились оба.       — Пойду к Снейпу… — они удивленно уставились на него. — Буду манипулировать давней дружбой наших семей.       — Не поняла? — Пэнс пошла за ним.       — Пока не знаю, как получится, но… — он остановился, развернувшись к ней. — Завтра, если он предложит тебе что-то, связанное с Гермионой, ты отказываешься, поняла?       — Допустим…       — Отлично, хоть тут не облажайтесь, — Драко снова зашагал прочь. — Ждите меня в спальне.       На удивление, уговаривать профессора Снейпа не пришлось. Оказывается, и ему, и семье Драко чувства парня к Грейнджер были заметны уже давно. Всё, что Снейп сказал напоследок, это: «Ты не должен повторить моих ошибок и упустить её».       Малфой шёл до подземелий как в коматозе. Он был шокирован тем, что Люциус ни разу не попытался пресечь его симпатию к маглорождённой. Всё шло слишком гладко, не считая помехи в виде плана Тео, но сейчас Драко был готов простить и это.       — Завтра он даст нам совместный проект, — закончил он свой рассказ друзьям. — Не знаю, кому из вас он предложит быть в паре с Гермионой, но вы все отказываетесь, ясно?       В ответ он получил единогласный кивок. Успокоившись, Драко отправился спать.       Он ещё никогда так не волновался, как этим утром. Мысли посещали самые разные: от надежды до страха, что Северус просто решил над ним подшутить. На завтраке Гермионы не было, хотя Малфой пришёл одним из первых. Ушёл он последним, в сопровождении Тео, Блейза и Пэнси.       Свита Гермионы не могла его не забавить.       — Салазар, это просто смех. Они словно охрана, будто ты собрался напасть на неё прямо в коридоре, — усмехнулся Блейз.       — Удивлён, что их всего двое… — пробубнил Тео.       — Думаешь, какой-нибудь Долгопупс сильно бы изменил ситуацию? — Драко закатил глаза. — Ладно, пойдёмте в класс.       Хотя обычно факультеты сидели отдельно, сейчас ему было плевать, что он оказался на «территории» Гриффиндора. Он должен сидеть рядом.       Блейз опустился справа от него, молча поддерживая и спасая от возможной компании кого-то из «львов». Реакция Гермионы была именно такой, какую Драко и ожидал, сегодня она негодовала так же ярко, как на первых курсах.       Малфой специально дождался, пока все выйдут, предчувствуя, что она ждёт его за дверью. Так и было. Главное сохранять спокойствие и создать интригу, не давая ей тех эмоций, на которые она рассчитывает.       — Всё получилось? — догнал его Тео, когда Драко отошёл от Гермионы.       — Посмотрим вечером.       — Думаешь, она придёт? — с другой стороны подбежала Пэнси.       — Уверен. — И сейчас он действительно был уверен. Неважно, что Гермиона думает о нём сейчас. На следующий бал она пойдёт с ним.       Они изводили себя целый день. С виду казалось, что оба были готовы сорваться во время обеда и уйти поговорить. Гарри не выдержал и поймал Пэнси после последнего занятия.       — Если ваш Малфой скажет сегодня что-то не так, — в порыве он схватил её чуть выше локтя, — я за себя не ручаюсь.       — Поттер… — она презрительно посмотрела на его руку, — это его дело, но если ты сейчас не уберешь руку, я не ручаюсь ни за кого.       Он резко разжал ладонь, будто сам не ожидал от себя такого. Гарри не успел извиниться, как Паркинсон ушла, демонстративно задрав нос.       Драко переживал как никто другой. Именно он знал, что может испортить весь разговор одной фразой. Волнение ощущалось сильнее, когда он вспоминал, с кем предстоит говорить. Гермиона Грейнджер — заучка, зубрила, гнездо, золотая девочка Поттера… как угодно, но именно она завладела его сердцем, сама того не зная. В её карих глазах он готов был утонуть, когда они хотя бы на мгновение задерживались на его собственных — не таких интересных, как ему казалось.       Каждый раз, когда она проходила мимо, его завораживал её мягкий тембр голоса. Хотя многие считали её неинтересной, он находил в ней то, чего не было в других. Упорство, с которым она шла наперекор остальным, восхищало его.       Её запах он знал наизусть и мог вычислить в любой толпе. Никто никогда не узнает, какой смелости ему пришлось набраться, чтобы подойти к ней на балу. Он так боялся, что она узнает его, несмотря на все чары, и отвергнет. Но этого не произошло. И когда Драко услышал её искренний смех над своей очередной шуткой, он готов был поспорить, что был счастливее всех в Большом зале в тот вечер.       Он также никогда не сможет объяснить ей той ярости, которую испытал, увидев Гермиону, упавшую на колени в раздевалке его команды. Ему стоило больших усилий тогда в библиотеке намекнуть одним лишь взглядом Тео и Блейзу, чтобы они прекратили свое любезничество.       Сейчас, стоя в Тайной комнате, он мог думать только о том, что обязан её добиться. Он уже знал, что симпатичен ей — это доказывали её эмоции. И он обязательно объяснится за все неприятные слова и нелепые ситуации школьных лет. Он стоял с букетом цветов. Правда Драко не знал какие цветы она любила, поэтому он собрал пять маленьких: красные розы, белые нарциссы, полевые, тюльпаны и сборный из всего, что нашлось в цветочном Хогсмида.       Гермиона, сидя в гостиной, старалась сохранять спокойствие. Она не хотела привлекать лишнее внимание друзей. Стоя у зеркала перед выходом, она пыталась убедить себя, что точно отвергнет его. Хотя в глубине души понимала, скорее всего, не сможет.       Но при этом она не хотела обнадеживаться понапрасну. Сомнения Рона отголосками звучали в её голове, слизеринцы не могли быть такими хорошими. С одной стороны, это подтверждала сегодняшняя ситуация с Пэнси, а с другой — всё это казалось глупыми стереотипами. Она хотела поговорить с Паркинсон, но решила, что сделает это после встречи с Малфоем.       Сейчас перед выходом из комнаты, Гермиона еще раз посмотрела на себя. Ее любимые джинсы скинни идеально сочетались с новым розовым кордиганом. Конечно, Джинни не смогла не подметить, что подруга опять выбрала обновку ради Малфоя, но Гермиона не стала с этим соглашаться.       И вот, стоя в злополучные восемь часов перед Выручай-комнатой, она несколько раз ощутила озноб, пока формулировала в мыслях, что именно хочет увидеть внутри.