Горячее противостояние

      Лёд, шайба, клюшки, полные трибуны, сокомандники. Всё это чуть ли не каждый день окружало Ли Минхо в его хоккеистской жизни. Хоккей был тем спортом, на который он пошёл чисто случайно из-за неимения каких либо других вариантов дополнительных занятий, но который стал для него если так можно сказать домом. Мать конечно пыталась настоять на том, что можно обойтись танцами или занятиями каким-то определённым музыкальным инструментом, но отец всё-таки настоял на зачисление Ли на секцию борьбы или хоккея. Вот так Хо и выбрал второй вариант. Чисто случайно, полный рандом.       Сначала всё это было в тягость. Пришлось учиться кататься на коньках, падая на холодный лёд раз за разом. Почти каждый грёбанный раз. Разочарование, гнев, раздражение — единственное, что тогда испытывал семилетний Минхо. Каждый раз возвращаясь с тренировки он пинал свою обувь в глубину коридора и хотел разъебать чуть-ли не всю квартиру от детского негодования, но не делал этого в силу своей смышлёности (ладно, ему просто от родителей пиздюлей не хотелось получать).       Постепенно навыки Ли становились всё лучше. И тренер Чон До Хун конечно это сразу увидел, подмечая талант юного хоккеиста. Его взяли в состав основной команды, прервав скучное сидение на лавке запасных. Каждое соревнование приносило всё больше побед и кубков, а с тем и друзей и признания.       И так, год за годом Ли Минхо являлся исключительных и лидирующим игроком своей команды. Он набрал популярность среди людей: дети, одногодки, взрослые. Теперь он был взрослым мужчиной двадцати пяти лет, а не тем ребёнком, грустящим из-за любого поражения. Может это и потому, что шансы на проигрыш его команды были колоссально низки, а может просто из-за хорошей самооценки. А что, и правильно. Ведь если настраивать себя на поражение даже с хорошим данными можно несомненно подвести сокомандников.       Нельзя сказать, что у Хо мало друзей. Это ложь. Ну или полуправда. За время нахождения в команде Мин был знаком со всеми её участниками, которые конечно сменялись время от времени. Не все надолго задерживаются. Самым лучшим из них для Ли был, есть и будет Хван Хёнджин. Высокий парень лет двадцати трёх с короткой стрижкой ёжиком и красивыми длинными пальцами, что так хорошо обрамлявшими рукоять клюшки в специальных перчатках. Он понимающий, добрый, лёгкий в общении и умный человек, хотя не отказывается от возможности подшутить или подколоть старшего. Ну ещё были пару черлидерш, с которыми Минхо уже успел переспать на одну ночь, несколько корреспондентов и парней из команд-конкурентов. И на этом наверное всё. Мда, не густо выходит.       Хотя может это из-за характера? Да, он у Хо не простой. Если уж он посмотрит сердито — пиши пропало, от тебя не останется ни одного живого местечка, так как тебя испепелили взглядом. Гордость — тоже про него. Вот сначала она, а потом уже Ариана Гранде и все остальные. Гордость и собственные принципы превыше всего.

***

      16:00. Ли первым выезжает на лёд для проведения разминки перед тренировкой. Тренер Чон сегодня не смог прийти по каким-то личным обстоятельствам и возложил полномочия старшего на парня. Один за другим хоккеисты вышли на лёд, начиная раскатку. Минхо стоял в центре со свистком (один из его любимых предметов, которые доверяет ему тренер) и следил за каждым, продумывая текст возможных замечаний. Осмотрев всех он случайно остановил взгляд на каком-то молодом парне, стоявшем у бортика. Странно, здесь он его раньше не видел. — Эй! Ты чего там встал, иди сюда!       В ответ тишина, только теперь все остальные повернули голову ко входу на каток. — Я с кем разговариваю? Сюда подошёл!       Парень ничего не ответил, но вышёл на лёд. Он шёл плавно, рассекая лёд лезвиями. Пробравшись через множество парней он добрался до Ли и остановился напротив. — Ты кто такой? Раньше я тебя здесь не видел — Мин скрестил руки на груди и начал скептически смерил силуэт незнакомца взглядом, пытаясь узнать в нём кого-то.       Точно незнакомец. Примерно на полголовы ниже самого Ли, более аккуратный и худой, но всё ещё широкий в плечах. Немного пухлые щёки, карие глаза, на вид немного младше по возрасту. Хо поднял одну из бровей вверх и усмехнулся. И такие в хоккей ещё играют. — Я повторяю ещё раз: кто ты? — Я Хан Джисон, новый игрок в вашем составе. Тренер Чон сказал мне прийти сегодня для знакомства с командой. — Новый игрок в нашем составе? — Минхо смеясь переспросил. — У тебя проблемы со слухом или тебе нужно два раза сообщать? — язвительно ответил Сон. — О, походу новенький не из робкого десятка, Хо. — Хёнджин приехал на коньках к двум разговаривающим и протянул руку Хану, тот в ответ её крепко пожимает — Я Хван Хёнджин. Рад познакомиться. Тебе кстати сколько лет будет? — Двадцать один. — О, ещё моложе нас будет, Мин. Тогда зови меня Хёнджин-хён. А его… — Ли Минхо, молокосос, — Ли развернулся потеряв интерес к диалогу и собираясь слиться с остальными сокомандниками. — А чем из этого тебя всё-таки тебя называть? — Сон нагнул голову немного в сторону и спросил это с какой-то надменностью.       Хо остановился и ухмыльнулся, затем снова пошёл дальше. Сезон точно будет интересным. Похоже не у одного у него язык не за зубами. — Ты нарываешься, Хан, шаткая ситуация, — Хван хлопает его пару раз по плечу. — Почему? — Потому, что Минхо редко терпит.

***

      Сезон и вправду начинается интересно. Все поклонники «Гладиаторов» стояли на ушах из-за нового участника, молодого и красивого Хан Джисона. В состав его конечно не за красоту взяли.       На одном домашнем матче другого клуба До Хун заметил Хана, который так так филигранно действовал с позиции защитника в столь юном возрасте (17 лет). Он приносил той команде много побед и за это его бывало даже качали на руках. И так тренер приходил и смотрел почти каждую их игру, при невозможности присутствовать смотрел удалённо через телефон. И примерно через три года этот клуб очень быстро закрыли из-за ухода от уплаты налогов и вышвырнули всех возможных. Именно тогда Чон и решил переманить Джи к себе. После года уламывания у него это вышло.       И не зря. С первых тренировок он начал показывать своё мастерство. Он умело не давал шайбе приблизиться к воротам, отдавая его другим участникам своей команды. На первых играх в основном составе он также не ударил в грязь лицом, с самого начала влился в процесс. Все его называли «золотым новичком».       Только Минхо продолжал называть его «молокососом» или «занозой». Хан там, Хан здесь, Хан на интервью. Везде, блять, он.       Из-за таких прозвищ в свой адрес Джисон не переставал его подкалывать.       «Что, так обидно, что «золотого игрока» заменил новый?»       «Так жалеешь, что уже больно стар для ведущей позиции защитника?»       «Посмотрите, Минхо снова надулся! Завидуешь, что всё внимание как прежде не полностью твоё?»       Ну реально, заноза. В редкие моменты Хо молчал, но чаще всего язвил в ответ.       «Так нужно моё внимание, бельчонок?»       «Ой, извини, я не хотел тебя толкать, малыш.»       «И это «золотой новичок»? Он целых две шайбы пропустил. Странно, вроде молодой, а зрение уже сдаёт.»       Детский сад, но он не прекращается каждый день как эти двое только запривидят друг друга. Пару раз аж чуть до драки не дошло. Повезло, что их тогда вовремя разняли. В общем единственное, что они питали друг к другу, то это личную неприязнь. Даже на совместных интервью двух ведущих игроков матча в воздухе молчаливая их ненависть была настолько ощутима, будто её можно было пощупать руками. В интернете после видео нарезок взаимодействий этих двоих прозвали «жарким противостоянием». Если бы не все камеры, что были направлены на них в этот момент Минхо и Хан вероятно бы уже разорвали друг друга от злости.

***

      Прошло около полугода, а значит сезон подходит к решающей части. Сегодня последний матч, который решит, выйдут ли они победителями или проигравшими, пройдут ли в плей-офф. За эти шесть месяцев многое изменилось, а многое осталось на том же уровне. Игра была такой же качественной, осмысленной и добросовестной. Все выкладывались на полную. Мин и Джи так же продолжали ненавидеть друг друга, делая редкие исключения на время игры. Бывало даже пасы друг другу давали, но всё же чаще старались избегать данного процесса и передавать шайбу кому-то другому. За пределами катка они были как два пламени, которые своими пылкими нравами наверное могли бы разжечь конфликт из любой мелочи. Повезло, что в те моменты существовали два огнетушителя — Хёнджин и тренер Чон. Первый обычно просто спокойно говорил им о том, чтобы они подуспокоились, а вот До Хун уже прикрикивал в моментах, когда средний тот голоса уже никак не действовал.       Игра в самом разгаре. 2:1 в пользу «Ястребов». Перерыв после второго периода. «Гладиаторы» были на взводе, потому что не хотели слить на последнем матче. Защитники сегодня особенно были недовольны, поскольку именно из-за них одна шайба оказалась в воротах. Отбирая шайбу друг у друга они не смотрели на всё вокруг, лишь акцентируясь только на собственном соперничестве.       Свист судьи. Начало третьего периода. Двенадцать человек выходят на лёд для продолжения игры. Мин и Хан стреляют взглядом в глаза другого и разъезжаются в разные стороны.       Нападающие отбивают шайбу у «Ястребов» с большим упорством, в какие-то моменты даже успешно забирают, передавая друг другу для гола. Есть! 2:2. Пока ничья. Много сил и нервов потрачено на эту несчастную шайбу. Пот струйками стекает по вискам под шлемом и пробирается под одежду, стекая от шеи. Желваки напряжены, как и всё остальное тело. Да, не первый матч для всех на этом льду, но тем не менее и незаменимо важный. Плей-офф даст им многое. Возможность взять лучший приз, титул победителей и обойти других. А также конец сезона означает просеивание команды, выгон неугодных. Лучшим игрокам, показавших себя с выгодных сторон, точно не грозит это участь.       Все напряжены. Даже болельщики, скрестив пальцы и затаив дыхание, притихли на трибунах. Вцепившись в клюшки противники нещадно сражаются друг с другом, пытаясь вывести свою команду вперёд. Несмотря на всю слаженность и дружность «Гладиаторов» ведущие их команду вперёд защитники сегодня почему-то особенно разлажены. — Ты не можешь выполнять свою задачу нормально? — Минхо выходит из себя. — Я? Разве не ты мне мешаешь? — Джисон тоже не готов держать себя в руках. — Человеку, считающему себя идеальным вечно что-то мешает, только не он сам. — Ты на что это намекаешь? — На то и намекаю. Ты не хочешь признавать собственные ошибки, молокосос. — Ребят! — Хван уже несётся к конфликтующим. — Ало! Вы ещё на льду! Прекратите уже препираться! — Нет, Хёнджин, я ему сейчас точно рожу набью!       Хан срывает с рук защитные перчатки, после голыми руками касаясь шлема. Чтобы не травмировать себя он аккуратно снимает его и уже потом швыряет его куда-то в сторону. Он накидывается на Ли, стоящего перед ним и хватает его за ворот формы. — Ли Минхо, как же ты меня бесишь, — процедил сквозь зубы Джи. — Взаимно. Что, поцелуешь прямо здесь? — не теряя возможность съязвить выдал старший, демонстрируя младшему свою ухмылку. — Ты!... — Вы оба, марш на лавку! Что вы здесь устроили?!       Парни повернули головы в сторону входа на каток. Кричал им разъерённый тренер, а судья уже направлял я к ним с громким свистом. Хан отвернулся голову обратно, бросив на Минхо осуждающе негодующий взгляд, и принялся собирать разбросанные собой вещи. Ли, хмыкнув, отправился на скамью. Чтож, их ожидает не самый приятный разговор с До Хуном, но это того стоило. Может он наконец одумается и поймёт, кого взял.       Прошло около минут пяти, прежде чем игра вновь продолжилась. «Гладиаторы» выставили двух других защитников и продолжили отстаивать свою честь. Джи и Хо совсем не смотрели на друг друга, наблюдая исключительно за игрой, но в воздухе так и витало напряжение, окутавшее всех сидящих на лавке. — Ли Минхо, Хан Джисон, идите-ка сюда, — тренер Чон уже менее зол, но всё ещё серьёзен и строг — За мной.       Парни беспрекословно поднимаются и следуют за мужчиной. Но ничего больше не говорит, лишь идёт в каком-то не очень понятном направлении. Но после того, как они скрываются от толп людей на трибунах сразу становится понятно, куда именно они идут. В раздевалку.       Помещение встречает их небольшой сыростью от душевых кабин, уловимым запахом пота от недавнего присутствия здесь большого количества людей.       До Хун заходит последним, закрывая за собой дверь. — Ребята, вот давайте на чистоту. Вы меня оба достали. До сих пор не могу понять что у вас не так в взаимоотношениях и почему это «не так» длится с самого начала нахождения Хана в нашем составе и по сей день. Вы не можете объяснить? Ладно, понимаю, вы оба острословные и вам палец в рот не клади, чтобы вы что-то да сказанули. Я и не против иногда, если это в целях шутки, которая может расслабить всех, но когда это мешает вам, да не то что вам, а всей команде побеждать — это перебор. Я ставлю условие. Либо вы как-то решаете этот конфликт, либо я убираю вас из основного состава. Обоих. — Но.. — Джисон хочет что-то возразить, но ему не дают. — Никаких «но». Я всё сказал и точка.       На этом он завершает диалог и покидает комнату, в которой сразу же встаёт тишина, которую никто не решается нарушить. Минхо, всё так же не разговаривая, идёт к своему шкафчику, чтобы переодеться. Хан, сжимающий кулаки на коленях, резко встаёт и быстрым шагом направляется в нему. Ли, услышав это, разворачивается от ещё не открыто шкафчик и смотрит немного удивлённо, прежде чем младший не упирается одной рукой о металл. — Доволен? — Чем? — ухмылка вновь возвращается на лицо Хо, он скрещивает руки на груди и смотрит в чужие глаза — Ты ещё ничего не сделал, чтобы я был доволен. — Перестань! Хватит так со мной разговаривать. — в голосе Джи чувствуется раздражение — Чего ты добиваешься я не пойму? — А что, если я скажу, что отсоса? Шучу. — Что? — А ты? — Ли Минхо, перестань шутить. Ты как большой ребёнок, вот честно. — А ты просто ребёнок, раз сам продолжаешь со мной препираться. Всё-таки не из-за меня мы здесь. Ты первый на меня накинулся. Что хотел сделать? — Что? Я же сказал Хёну, что хочу тебя ударить. У тебя со слухом проблемы? — Ты же сам говорил, что я уже стар. Чему удивляешься? — А? — Тебя походу у самого проблемы.       Минхо не говоря больше ничего, заметив замешательство парня напротив, прижимается к чужим губам своими, сжимая левой рукой чужую шею, а другой талию. Из уст Хана вылетает несдержанный стон. — Минхо.. — Что? — Ты правда считаешь, что я ребёнок? — Нет. Тебя так задели мои слова? — Нет, просто… Я вспомнил, как маструбировал, думая о, том как ты называешь меня «малышом». И злился на тебя лишь.. — Не говори, просто заткнись.       Хо вновь начинает поцелуй, на этот раз более чувственный, развязный и яростный.       Он соврёт, если скажет, что не думал о Джисон в таком ключе и сам, как и младший, злился на самого себя за это, выплёскивая злость на свой объект обожания в качестве защитной реакции.       Чужие руки ложатся на мощную грудь, отчего хватка на горле становится крепче. Ли отстраняется, чтобы приникнуть губами к шее для первого укуса. Явно он не один раз ещё оставит их там, и не только там.       В ближайшее время их ждёт серьёзный разговор, но его точно можно отложить ради такого.