Эффект Валентина

Утро на "Мерри" выдалось на удивление тихим. Нами сладко потянулась в шезлонге, наблюдая, как солнце золотит поверхность океана. Рядом с ней, за столиком с неизменным американо в чашке, сидела Робин, делая вид, что увлечена книгой. — Ты уверена, что это сработает? — на всякий случай спросила навигатор, косясь на дверь камбуза, откуда доносился аромат свежей выпечки, шоколада и тихое, довольное мурлыканье Санджи. Археолог лишь мило улыбнулась своей загадочной улыбкой. — Абсолютно. Это очень редкое зелье, которое я нашла внутри одного из сундуков в заброшенном храме, прихожане которого ранее поклонялись богине любви. Тот, кто его выпьет, просто физически не сможет солгать о своих чувствах. А если попытается оскорбить человека, к которому испытывает симпатию, слова сами превратятся в признание. — Робин элегантно пригубила свой горячий напиток. — Это идеальный подарок ко Дню святого Валентина для нашей любимой парочки. — Да какая они парочка? — закатила глаза Нами. — Они как два упрямых осла, которые, живя в одном загоне, плюются слюной друг в друга и, вместо того чтобы поцеловаться как все нормальные люди, меряются своим запасом оскорблений. Но сегодня... сегодня они друг друга наконец прикончат, и это будет ой как весело. План был прост. Пока Санджи отвлекся на украшение пирожных, Нами незаметно шмыгнула на камбуз и влила содержимое крошечного пузырька в чашку с зелёным чаем для Зоро. Робин, в свою очередь, ловко капнула несколько капель из склянки побольше в чашку Санджи, когда тот на секунду отвернулся, чтобы заправить кондитерский мешок новой порцией крема. — Доброе утро, милые дамы! — пропел Санджи, выходя на палубу с подносом в руках. На тарелках аппетитно блестели эклеры с глазурью розового цвета, а в руках он нес две чашки: одну с кофе, другую с чаем. — Нами-сан! Робин-чан! Ваши десерты готовы! — Спасибо, Санджи-кун, — пропела Нами, принимая свой чай, отдающий запахом мандарина. В этот момент из тренажерного зала, хмурый и взмокший после тренировки, появился Зоро. Он был как раз вовремя — его зелёный "эликсир" стоял на столике, пуская вверх легкий, потихоньку тающий пар. Мечник молча рухнул на стул напротив Санджи и взял чашку в руки. Тот уже было открыл рот, чтобы выдать привычную тираду о том, что "нечего вести себя тут как тупая бескультурщина", как вдруг Зоро сделал громкий, хлюпающий глоток. И мир перевернулся. — Ты как всегда пришел "вовремя" , — начал Санджи, затягиваясь сигаретой. — Только закончил тренировку и уже бежишь жрать, как бегемот. Вечно голодный, такой же, как Луффи. Зоро поставил чашку и посмотрел на повара. Вместо привычного "Заткнись, завитушка" из его горла вырвалось совершенно другое: — А я скучал по твоему чаю. Повисла тишина. Даже чайки кружащие над кораблем, казалось, замолкли. Санджи поперхнулся дымом. Он замер, глядя на мечника круглыми, словно чайные блюдца, глазами. Но эффект зелья уже запустил определенный механизм и в его организме. Он хотел съязвить в ответ что-то вроде: "Я предпочел бы, чтобы ты наконец уронил штангу себе на ногу", но его собственный рот предательски произнес: — Правда? Я очень рад, что тебе нравится, любимый. Теперь уже глаза Зоро стали размером с два блюдца. Он вскочил, опрокинув стул. — ЧТО?! — рявкнул он. — Ты... ты... — он как обычно собирался обозвать Санджи тупым поваром, но язык снова сделал подсечку: — Ты самый красивый мужчина, которого я встречал. Черт! Что за херня?! — Сам ты красивый! — выпалил Санджи, вскакивая следом. По его лицу от унижения и шока разлилась багровая краска. Он хотел сказать, что Зоро — безмозглый кусок дерьма, но вместо этого выкрикнул: — Я люблю, когда ты спишь на палубе и ветер красиво треплет твои волосы! Остальная мужская часть команды, включая испуганного Чоппера, который прибежал на шум, синхронно открывала рты и выпучивала глаза. — Это что, наркотики? — прошептал Усопп. — Какие-то новые странные наркотики, которые нам подкинули враги под видом специй или добавок в еду? — Эй, милашка с прекрасными, зелеными волосами! — Санджи сжал кулаки, пытаясь вернуть контроль над речью. — Ты... — Он зарычал, но коварное зелье все равно было сильнее. — Ты делаешь меня самым счастливым на свете, когда просто находишься рядом! — Заткнись, повар! — Зоро схватился за голову. — Ты заставляешь меня любить тебя из-за своего... — Своего чего? — выдохнул Санджи. — ...своего нежного взгляда, которым ты иногда на меня смотришь! — прорычал мечник, чувствуя, как сильно горит его лицо. — Я ненавижу это! Я... — Ненавидишь? — В голосе Санджи послышалась боль, ведь в какой-то степени ему даже нравилось это проклятие, его рот хотел выплюнуть очередную желчь но вместо этого продолжил: — Я люблю тебя, крольчонок. Люблю больше жизни. — Любимый... — выдохнул Зоро, пытаясь ударить себя по лицу, чтобы остановить этот нескончаемый поток "любви". — Хватит! Нами и Робин переглянулись с довольными лицами. — Кажется, дозировка была идеальной, — тихо прошептала Робин. — Ага, — кивнула Нами. — Но, похоже, это уже начинает походить на пытку. Нам, к сожалению, все же нужно сказать им, как снять чары. Она встала и, пока парни стояли в метре друг от друга, пылая от стыда и злости, словно готовые вот вот начать бодаться бараны, громко объявила: — Так, голубки! Мы с Робин хотели сделать вам подарок на День влюбленных. Это всё — действие сыворотки правды. Снять её эффект можно только одним способом. — Каким?! — рявкнули оба хором, синхронно поворачивая голову на рыжую. — Искренним поцелуем, — пожала плечами Нами. — Иначе вы так и будете говорить друг другу комплименты и признаваться в любви аж до самой смерти. Зоро резко посмотрел на Санджи. Санджи — на Зоро, после чего они также синхронно повернулись друг к другу спинами. *** Весь день парни уперто избегали друг друга, но судьба, казалось, была неумолима. На обеде, когда Санджи подал тушенное мясо, он хотел привычно поставить тарелку Зоро на стол со словами "Жрать подано", но вместо этого нежно протянул: "Я старался ради тебя, милый, съешь всё до последней крошки". Зоро, крепко сжимая рукояти мечей, еле сдерживаясь, чтобы не кинуться на повара с кулаками, выдал: "Спасибо, это лучшее пожелание перед едой в моей жизни". К вечеру их нервы уже были на пределе. Усопп и Фрэнки делали ставки на бутылку колы. Брук тихо играл на скрипке "Свадебный марш", чем доводил и без того изнеможденных бедолаг до белого каления. Солнце село. "Мерри" мирно покачивалась на волнах. Зоро сидел на одной из бочек, стоящих на палубе, скрестив руки на груди. Он вновь услышал эти шаги. Санджи. — Слушай, сладость моя, — начал Санджи, подходя ближе. Голос его дрожал. — Я не хочу... Я должен сказать... Черт, язык не слушается. — Он хотел сказать: "Давай наконец поцелуемся, идиот, просто чтобы это кончилось", но вместо этого его голос стал необычно тихим и проникновенным. — Я... я хочу, чтобы ты знал. Я хочу поцеловать тебя не потому, что меня заставило зелье. А потому что схожу с ума каждый раз, когда ты рядом. Зоро медленно приоткрыл веки. Его черные глаза удивленно заблестели в тени, глядя прямо на повара. — Я тоже... — выдохнул он. — Я пытался ненавидеть тебя всё это время. Но эта... твоя любовь... она не позволяет мне этого. Санджи сделал шаг вперед, схватил Зоро за майку и рывком притянул к себе. — Чтоб это дерьмо сдохло, — прошептал он и жадно впился в сухие губы. Поцелуй вышел жестким, требовательным, полным всей той злости и нежности, что они копили месяцами. Мир вокруг будто перестал существовать. Действие зелья исчезло, как только губы двух влюбленных спустя долгое время соприкоснулись по-настоящему, с искренними чувствами. Когда они, тяжело дыша, оторвались друг от друга, в воздухе больше не было магии принуждения. Только тишина и стук двух ошеломленных сердец. — Ну... — хрипло сказал Зоро, отводя взгляд. — Теперь этой дряни больше нет... — Ага, — кивнул Санджи, всё ещё держа его за ворот майки. — Сработало. Молчание воцарилось на несколько секунд. — Теперь... — начал Санджи. — Если ты сейчас скажешь что-то типа "не думай, что это что-то значит", я тебе врежу, — перебил его Зоро, но в его голосе не было злости. Санджи фыркнул и, вместо ответа, притянул его в крепкие объятия, уткнувшись носом в мокрые от пота зеленые волосы. — Идиот, — прошептал повар. — Любимый идиот. Зоро обмяк в его руках, а потом, спустя мгновение, обнял в ответ. Сильно, до хруста позвоночника, от чего блондин тихо прокряхтел что-то из ругательств. На палубе уже давно собралась вся команда. Луффи радостно запрыгал. Брук на пару с Чоппером плакали от умиления. Нами довольно потерла руки, Фрэнки отдал Усоппу заслуженную на спор бутылочку колы, а Робин, закрыв книгу, подытожила: — Ну что ж.. Поздравляю С Днем святого Валентина, дорогие влюбленные.