Клюквенный сироп

Акутагава решил взять отпуск на неделю. На самом деле в тот вечер, когда Рейчел намекнула на то, что ему стоит пригласить Ацуши на свидание, он до жути испугался, что Ацуши он вообще не понравился. Поэтому он созрел для приглашения этого прекрасного человека только спустя месяц. К облегчению Акутагавы, тот согласился. В тот момент он почувствовал что будто камень с души свалился. Само свидание прошло неплохо. Разве что Осаму посоветовал им пойти в ресторан, в котором они с его муженьком познакомились. Но он почему-то отказался. Поэтому Дазай, скрепя сердцем, посоветовал ещё один ресторан, где они уже не знакомились, а Акутагаву последнее слово успокоило. Жаль, что Рюноскэ не слышал, что Дазай посоветовал ему не есть там рыбу. В итоге свидание прошло хорошо, но только Акутагава отравился и вместо запланированного второго свидания в парке просидел в обнимку с туалетом и капельницей. Даже спустя два года он вспоминал ту злополучную рыбу, которая так и говорила ему в тот момент: «съешь меня.» А ну и, конечно, спасибо боссу, что не дает забыть эту «прелестную» историю. Сейчас же он хочет взять мини отпуск чтобы отдохнуть от этих двоих и понежиться с Ацуши в теплой кроватке. Как только он зашел в кабинет услышал треск…похоже что кто-то разбил ту вазу, которая была ещё со времен основателя Портовой Мафии. Рюноскэ подумал что этому человеку несдобровать. — Акутагава — произнесли они одновременно. Акутагава, честно сказать, охуел с такой картины. У Чуи в руках дробовик, а Дазай прячется под столом и что-то мямлит. — Ничего не слышу, дорогой! — прокричал Чуя и начал стрелять в стол. Как хорошо, что там был только один патрон. Разве что Чуя думал, что он не заряжен. — Блять.. — прошипел Осаму и вылез из- под стола. Чуя сразу же подбежал к нему и спросил, какого хрена он был заряжен. Дазай ответил, что они ходили на охоту и, видимо, один патрон остался. Рюноскэ смотрел на это разинув рот. Он тут подумал, зачем ему этот отпуск? Может сразу заявление об увольнении? По-моему, хороший вариант. — Я так понимаю, никакого мне отпуска, да? — Да почему же? Мы справимся, видишь же — не умер я — сказал Дазай и переметнулся на диван, он вызвал Йосано и спустя десять минут она достала пулю и обработала рану. — Ну что конь, теперь без галопа? — Дазай на это лишь слегка улыбнулся и поцеловал Чую в уголок губ, а Накахара же тихо попросил прощения. Осаму помотал головой и растрепал его вьющиеся рыжие кудряшки. — Дазай, советую ближайшие две недели ничего не делать левой рукой, иначе будет задействовано предплечье, а тебе это на пользу не пойдет — сказав это, она быстро собрала все вещи и вышла из кабинета.

***

Когда телохранитель довез их до дома, Чуя аккуратно отстегнул ремень Дазая, стараясь не задевать левую руку. Осаму на это только мягко улыбается и думает: может, ему почаще под пулю попадать ради такого благословения? Хорошо, что Чуя не мог читать его мысли, иначе у него случайно сломалась бы правая рука. Чуя приоткрыл дверь и впустил Осаму. Домработница ушла минут пятнадцать назад, так что можно не беспокоиться что босса Портовой Мафии кто-то увидит слабым. Накахара снял с него пальто и провел до ванной комнаты. — Будешь мыть меня, любимый? — Чуя закатил глаза и ответил: — Хотел, но теперь передумал, обойдешься. — После этого озорная улыбка с лица Дазая исчезла. Он даже поник немного, Накахара на это лишь рассмеялся. После того как все ванные процедуры были закончены Чуя решил приготовить ужин. Дазай хотел пошутить что-то про домохозяйку но подумав дважды, не стал. Вдруг его лишат ещё и ужина от его любимого человека. По этому Осаму только поудобнее устроился возле стола, и наблюдал за умиротворяющей картиной, как Чуя наливает в кастрюлю воду, начинает мелко резать салат, помидоры и огурцы, взяв соль, перец и оливковое масло он смешал это и добавил сыр тофу. Когда вода закипела он добавил в воду макароны. У Дазая всплывали воспоминания о том, как они познакомились.

***

— Дазай, — щелкнул пальцами перед его лицом Мори. Мори пригласил его, чтобы обсудить, что можно, а что нельзя делать Главе Портовой Мафии. Но Дазай выпал из стратосферы, когда увидел рыжего молодого человека, что принял у них заказ. В итоге он смог вымолвить лишь: буду то, что нравится вам. Мори подумал что Дазай только что неосознанно нарушил первое правило. Вот черт. С того дня он начал захаживать в этот ресторан каждый божий день. Помнится, когда во второй визит к Дазаю подошла милая официантка с двумя косичками он сказал, чтобы ему дали того рыжеволосого парня. На вопрос: чем вас не устроила эта официантка? он ответил — не понравилась. Хостес на это лишь вздохнула и подозвала его. Осаму прочитал «Чуя Накахара». После того как он его обслужил получил чаевые в размере ста тысяч йен. Что Чуя, что хостес были очень удивлены и с того момента, этого своеобразного гостя обслуживал только Накахара. В третий его визит, перед тем как уйти, он подарил ему букет красивых гортензий со словами: «не хотели бы вы, молодой человек, поужинать со мной?.» Чуя знатно прихуел и отказался от очень заманчивого предложения, но все-таки проституткой он не собирался становиться. Когда в следующий визит Дазая он озвучил эти мысли, Осаму заверил его что он даже не думал об этом. В то время Накахара только-только расстался с парнем, который был одержим им, поэтому не искал новых отношений. Чуя думал, что такие, как он, после слов, что ему нужно время, просто сольются, как будто их и не было. Однако он не думал, что Дазай будет настолько терпелив. В итоге спустя год он все таки согласился на «да-ты-что-это-совершенно-не-свидание-просто-дружеский-ужин». После этот «дружеский ужин» превратился в ещё одно «если-ты-хочешь-чтобы-это-было-свидание-я-не-против». Спустя три года этих дружеских встреч терпение Дазая явно лопнуло. Конечно Чуя немного помог ему в этом. Кто же знал что если он случайно прикоснется своей ногой к его голени у него крышу сорвет. В тот вечер сидя в машине Дазай положил свою руку ему на бедро, а Чуя был совсем не против.

***

— Бон аппетит, балбес! — подал ему вкусно пахнущую пасту и поблагодарив своего милого, начал есть. На самом деле Чуя умел готовить, но когда сильно переживал, блюдо могло получиться — откровенно говоря, несъедобным. У Осаму чуть лицо не скривилось от того, сколько там соли. Хорошо, что Накахара приготовил только для него. — Очень вкусно любимый — Дазай продолжил это есть. В итоге когда доел все до конца поблагодарил и показав на часы, сказал что деткам надо спать. Осаму клянется что Чуя очень сильно хотел его убить. Но слава богу пострадала только пара тарелок и одна кружка. Включив робот-пылесос они ушли в спальню. Перед тем как окончательно уснуть Чуя прижался к его груди и прошептал: — Я очень рад что женился на тебе, я тебя очень сильно люблю — Дазай на это признания прижался к его лбу и поцеловал приговаривая что тоже его очень любит. Осаму начал обцеловывать всего Чую. Дойдя до губ он невесомо и очень целомудренно поцеловал его. После этого Чуя прислонился к нему и уснул на его теплой, вздымающейся груди. Дазай даже забыл о том, что его предплечье до ужаса затекло спустя десять минут такой позы, ведь, его жизнь так мирно посапывает на его груди, доверяя всего себя, ему одному.

***

После рассказа Акутагавы Ацуши о том что произошло в кабинете, Ацуши сказал чтобы он поехал к ним и сказал что хочет взять отпуск. Хоть Рюноскэ и говорил ему что он не устал, Ацуши настаивал. В итоге когда он вошел в дом, услышал как бьется посуда. Наверное стоит подождать до завтра. Зайдя на кухню он приметил что робот-пылесос все убрал и поставив чайник заварил себе ромашковый чай. Неплохо было бы добавить туда валерьянки, но он вряд ли найдет ее. Допив ромашковый чай он выкинул траву из чашки и помыл ее.